Scenery

      Чонгук покидает съёмки в спешке, даже не удосуживаясь попрощаться. Ночь холодная, но парень знает, что такси приедет не раньше, чем через десять минут, поэтому идёт пешком. Только сейчас его мозг начинает осознавать всё, что произошло. Самое сложное — признать, что когда они были наверху, несмотря на камеры, съёмку и всё остальное, они вернулись к прошлому и были просто Тэхёном и Чонгуком. Их было только двое, как раньше, и один полагался на другого. И для Чонгука слишком просто потеряться в этих мыслях. Он больше не может врать себе. То, как бьётся его сердце, когда они слишком близко, то, как его глаза задерживаются на нём, даже тогда, когда нужно отвести взгляд, то, как его тело инстинктивно движется на помощь Тэхёну. Он знает, что это значит.       Чонгук подавляет рыдания. Разочарован. Он чувствует себя жалким. Так много лет, так много свиданий, людей и провальных попыток избавиться от этого чувства, и теперь он опять на том же месте. По ощущениям словно он ходит кругами всю свою жизнь. И вместо того, чтобы идти прямо к Тэхёну, он постоянно ходит вокруг него. Ему никогда не достичь старшего. И он так чертовски устал бороться с этим. Устал злиться на себя.       Чонгук приходит в отель, замёрзший до кончиков пальцев. Он дрожит. Но что-то горит в его груди, и он не может сказать, злость это или что-то другое, но оно вырывается наружу рыданиями, которые он прячет, падая на кровать и зарываясь в подушку. Почему Тэхён не видит, как сильно он на него влияет? Почему не может чувствовать тоже самое? Почему он так слеп?

________________________________________

      На следующий день Чонгук просыпается с головной болью, вероятно потому, что он уснул в слезах. Он вздыхает и выпивает две таблетки Тайленола, зная, что ему предстоит работать, и идёт собираться. Спасибо, что большая часть сцен сегодня только с Йеджин, и ему не придётся сталкиваться с Тэхёном, а значит ему не придётся сталкиваться и со своими чувствами. Он не может выдержать этого. Его первая реакция — сбежать.       «Хорошо, занимайте свои позиции, мы скоро начнём», — говорит главный директор. Чонгук сидит на стуле и смотрит на раскадровку, проверяя расположение своей камеры.       «Привет, Чонгук-а», — он слышит шёпот рядом. Чонгук смотрит через плечо и видит Тэхёна, сидящего позади на своём стуле. Старший хмурится, как только видит его лицо. Младший вздыхает. Он, наверное, выглядит ужасно.       «Да?» — он шепчет в ответ.       «Ты хорошо спал?» — старший сверлит его взглядом. Чонгук моргает и смотрит вниз, быстро кивая. Затем разворачивается обратно.       «Йа!» — Тэхён тыкает его в плечо, заставляя снова обернуться.       «Что?» — он спрашивает, делая вид, что раздражён. Чонгук не хочет терять концентрацию сейчас. Он не может позволить старшему так смотреть на него и заставлять чувствовать себя, будто Тэхён видит его насквозь.       «Ничего, я только… — Тэхён вздыхает и улыбается. — Спасибо. Я хотел поблагодарить тебя. За вчера.»       Чонгук сухо сглатывает, не может удержать себя и разглядывает улыбку старшего больше, чем положено. Когда он понимает это, встряхивает головой.       «Да… да не за что. Просто делаю свою работу», — он отворачивается прежде, чем старший успевает сказать что-то в ответ. Он до сих пор чувствует, как Тэхён сверлит его глазами.       Директор объявляет начало сцены и все занимают свои позиции. Теперь Чонгук ловит на себе взгляд Тэхёна, который не излучает тепло, как раньше. Наоборот — обжигает холодом.

________________________________________

      Когда солнце почти садится, команда направляется на поле, усыпанное фиолетовыми цветами, и расставляет оборудование для съёмок последней сцены. Тэхён и Йеджин занимают место в центре, сидя напротив друг друга очень близко. Чонгук отвлекается на камеру и фиксирует освещение, но когда он смотрит на них, у него перехватывает дыхание. Фиолетовые цветы таят и превращаются в одно море вокруг них. Актёры улыбаются и болтают перед началом сцены. Тэхён весь в белом, в свободной рубашке, спадающей с его плеч и открывающей ключицы. Жёлтый свет заката идеально сочетается с его кожей, будто бы она сама сделана из света. Он выглядит красиво сейчас, настолько красиво, что Чонгук считает это несправедливым. Цветы должны были быть основой этой сцены, но Тэхён крадёт их момент. Это сбивает Чонгука с толку, врезаясь словно поезд на полном ходу — фиолетовый цвет, счастье Тэхёна, воспоминания о том, как младший сделал фиолетовое освещение в своей комнате, чтобы впечатлить старшего. А потом они спали, освещенные им. Так много разных значений, которые Тэхён придавал этому цвету. Он боролся, чтобы понять каждое из них.       Тэхён замечает на себе взгляд младшего, но парень не может отвести глаз. Чонгук чувствует этот цвет. Как он заполняет его изнутри, потому что теперь младший понимает.       «Чонгук-ши! Две минуты!»       Чонгук мотает головой, голос директора возвращает его в реальность. Он приклеивается взглядом к камере до конца сцены.

________________________________________

      Наконец-то съёмки закончены, и команда может облегчённо вздохнуть. Они отсняли все сцены в этой локации и завтра смогут возвращаться в Сеул.       «Мы хотим немного выпить, чтобы отпраздновать! Вы пойдёте, Чонгук-ши?» — директор подходит к нему, в то время как парень собирает вещи. Тэхён стоит прямо за Чонгуком и наблюдает. Он выглядит взволнованно. И Чонгук, несмотря на то, что каждая клетка внутри него говорит вернуться в отель и отдохнуть, принимает приглашение. Они идут вместе к машине директора.       «А, мы едем все вместе! — он говорит, указывая на двух мужчин, ждущих у машины. — Если только вы хотите ехать на своей машине, то я не против.»       «Я поеду с вами, если можно, сэр», — Чонгук вежливо кланяется, отбрасывая мысли о такси.       «Тэхён-ши!» — кто-то кричит и подходит ближе. Это Йеджин.       «Привет, Йеджин-ши», — он смотрит улыбаясь. Чонгук смотрит на эту парочку, и тяжесть разливается в его груди.       «В моей машине есть место, если хочешь! Только я и ещё один человек едем на ней», — девушка улыбается. Тэхён смотрит на директора, затем на двух операторов, идущих рядом, а потом его взгляд останавливается на Чонгуке. Тот смотрит вниз. Он чувствует, что старший смотрит на него чуть дольше, чем требуется, или, может, это лишь его воображение. Но в любом случае от тревоги Чонгук начинает жевать внутреннюю сторону щеки.       «Да. Думаю, что я поеду с тобой», — Тэхён улыбается в ответ.       Конечно. Думает Чонгук про себя.       «Отлично! Встретимся на месте», — директор один раз хлопает и открывает дверцу машины. Чонгук спешно садится.       Всю дорогу он продолжает придумывать сценарии того, что делают Тэхён и Йеджин. Когда они стали так близки? Сцена, которую они снимали ранее, выглядела ужасно правдоподобно, двое обменивались признаниями в любви, смотря точно в глаза. Казалось будто они действительно влюблены. Чонгук жмурится и вновь покачивает головой.       Не будь смешным. Думает он про себя. Они актёры.       Он бы хотел понимать, когда старший влюблён. Чонгук никогда не мог определить этого. Этот вопрос поднимался несколько раз, когда они были в группе, особенно перед дебютом. Хёны, всегда немного поддразнивая, пытались заставить младших говорить о своей любовной жизни так, чтобы это не было неловко.       «Влюблён? Нет. Я просто счастлив быть вместе со всеми вами.»       «Нет, не думаю, что я влюблялся в кого-то.»       «У меня нет времени на это.»       Чонгук помнил наизусть все фразы, которыми Тэхён отрицал любовь. Потом старший приходил к нему и доверялся, рассказывал про свои влюблённости. И это всегда было настолько неожиданно, что Чонгук никогда не мог сказать как это произошло, когда началось. Может быть, Чонгук тогда просто не имел ни малейшего понятия о любви. Он никогда не знал, как отвечать на вопросы хёнов. Когда бы они не спрашивали его о любви, он всегда понимал неправильно.       «Что насчёт любви?»       «Любовь — это то, что я чувствую по отношению к хёнам, родителям, фанатам», — он ответил бы.       «Но это не влюблённость, Чонгук-и, — как-то Намджун сказал ему, — Влюбленность — это то, что ты чувствуешь по отношению к одному особенному человеку. Чувство, которое заставляет тебя терять дыхание рядом с этим человеком, но вместо того, чтобы задыхаться, ты наоборот оживаешь. Чувство заставляет тебя считать человека центром своего мира. Даже одной секунды рядом с этим человеком достаточно, чтобы целый месяц прокручивать её в голове и мечтать.»       В то время Чонгук не понимал, что его хён имеет в виду. Он помнил, как много думал о том, что почти всё, что описал хён, похоже на то, что он чувствует по отношению к Тэхёну. Чонгук помнит, как пошёл к старшему в комнату, чтобы спросить, что он думает об этом. Его подростковый наивный мозг не мог понять, как плохо может обернуться эта затея. Он был просто запутан.       Но когда он пришёл, Тэхён уже спал.       По комнате разливалось тихое сопение, и Чонгук думал уйти, но пустое место на кровати старшего выглядело таким привлекательным. Он лёг рядом и был так близко, чтобы рассмотреть каждую деталь. Младший вскоре тоже уснул. Ему снился Тэхён всю ночь.       Теперь Чонгуку смешно от этих воспоминаний. Он был таким наивным. Сейчас он знает себя достаточно хорошо, чтобы понимать, что всё это значит: то, какими беспокойными стали мысли о Тэхёне после разговора с Намджуном, то, как он смотрел на спящего старшего, пока сам не провалился в сон, то, как он проснулся, обнимая Тэхёна, его сны. Но до сих пор, когда дело касается Тэхёна: что он чувствует, о чём думает, что для него любовь — он опять ощущает себя тем беспомощным маленьким мальчиком. Он ничего не знает. И никогда не знал. Он вздыхает, расстроен. Чонгук ненавидит думать о прошлом, но, кажется, это всё, чем он занимается в последнее время, будто пытаясь заполнить пробелы в картине, которая никогда не будет полной.

________________________________________

      «Мы на месте!» — мужчина тормозит машину у паба. Как только Чонгук выходит, он замечает смеющихся Тэхёна и Йеджин, заходящих внутрь вдвоём. Он сглатывает, чувствуя горечь во рту. В любом случае он уже здесь, так что ему нужно зайти внутрь. Он садится у бара и заказывает шот — чего угодно, что берёт быстро и сильно. Бармен заигрывающе улыбается, но Чонгук не пытается ответить тем же.       Разноцветные огни и громкая музыка, и парень думает, что действительно не должен быть здесь сейчас, но перед тем, как он начинает думать о том, что он здесь делает, он выпивает ещё два шота. Так проще. Чонгук смотрит на толпу, в которой Тэхён танцует вместе с Йеджин. Они смеются и подпевают абсолютно любой песне.       Ещё один шот.       Она что-то шепчет ему на ухо, и Тэхён улыбается и качает головой в ответ. Чонгук гадает, что она могла сказать.       «Ты встречаешься с кем-то?»       «Что планируешь делать после вечеринки?»       Он стонет. Ещё один шот.       Тэхён наклоняется, и это заставляет Чонгука задержать дыхание. Похоже, что они собираются поцеловаться. Но он просто шепчет ей что-то на ухо. Младшему приходится посмотреть в сторону.       Ещё один шот.       «Остановись на этом, детка, — бармен улыбается ему и делает ещё один шот. — Не особо похоже, что ты привык к такому.»       «Какая тебе разница?» — бормочет Чонгук. Бармен поднимает руки, делая вид, что сдаётся.       «Похоже, что ты здесь один, Я просто не хочу, чтобы ты попал в какую-то передрягу.»       Чонгук выпивает ещё один шот и улыбается.       «Тогда позаботься обо мне», — он подмигивает. Бармен широко раскрывает глаза сперва, но затем ухмыляется, словно это то, что он и хотел услышать, но не ожидал.       «Как именно?» — дразнит мужчина. Чонгук чувствует головокружение, когда тот даёт ему ещё один шот.       «Хм», — он вздыхает, — Удиви меня.»       Мужчина облизывает губы и осматривает его с головы до ног, а Чонгук пялится на него, хлопая глазками. Бармен наклоняется к барной стойке, подзывая Чонгука ближе, и собирается что-то шепнуть ему. Он выпивает ещё один шот, прежде чем наклониться, но кто-то останавливает его.       «Чонгук?»       Он оборачивается. Внезапное движение вызывает головокружение. Он хихикает.       «Ты пьян?» — голос спрашивает снова. Он понимает, что это Тэхён. Он стонет, падая головой на барную стойку.       «Эй, ты поранишься…»       «Кто ты такой?» — бармен спрашивает, уставившись на Тэхёна. Чонгук поднимает взгляд от барной стойки, пытаясь понять что происходит.       «Я… эм, мы работаем вместе», — Тэхён отвечает очень нервно. Чонгук видит, как старший смотрит на него и вздыхает. Возможно, если он закроет глаза и уснёт прямо сейчас, то когда проснётся, всё останется позади. Кто-то начинает тянуть его за руку, и он опять стонет.       «Отстань от меня, я сплю», — он бормочет, зажмуривая глаза.       «Эй, оставь его, он дал понять, что не хочет уходить», — говорит бариста.       «И кто ты, блять, такой чтобы говорить что-то? Посмотри на него, ты дал ему слишком много шотов», — голос Тэхёна слишком громкий. Чонгуку не нравится.       «Он купил их. Не я давал их ему»       «У меня нет времени на это, мы уходим», — Чонгук слышит голос Тэхёна совсем близко и осмеливается открыть один глаз, чтобы узнать, что происходит. Он уверен, что никто не заметит, что он не спит, если он откроет только один глаз.       «Чонгук-а, — Тэхён приседает прямо перед ним. — Я довезу тебя, хорошо? Мы возвращаемся в отель. Никто не увидит нас, я попрошу охрану позаботиться об этом и мы уйдём через заднюю дверь», — он говорит, а Чонгук опять чувствует головокружение от близости. Он даже не уверен в том, что сказал старший, поэтому опять закрывает глаза. Потом он чувствует, как Тэхён поднимает его, почти как невест в фильмах. И он бы сопротивлялся, если бы тело старшего не было таким тёплым совсем рядом. Поэтому Чонгук обвивает его шею руками и утыкается лицом ему в грудь, пока старший выносит его из помещения.