Знамения во время чумы

Коварный план Кроули отвлечь ангела от того, о чем он там так задумался, сработал на отлично. В обычной жизни ангел даже для прикрытия оружие старался в руки не брать, только когда без этого совсем уж было не обойтись. Но разыграть с демоном игрушечную битву в миниатюре — это не то же самое, что кого-то по-настоящему убивать. И хорошо годится, чтобы отвлечься от чего угодно. На самом деле Кроули даже немного испугал слишком отрешенный вид ангела, и ему очень захотелось срочно вернуть его обратно. Чтобы снова разговаривать со своим другом, а не с этой его неведомой бездной, которая как будто сама теперь смотрела его глазами. К счастью, у него получилось, да так качественно, что именно Кроули был первым, кто заметил сияние на востоке. На шахматной доске битва к тому моменту уже закончилась полной и безоговорочной ничьей. Фигуры благополучно надевали обратно снесенные головы и отрезанные конечности, а в середине доски два ферзя отмечали победу за чаркой чего-то горячительного. Короли возмущались нарушением дисциплины, но их никто не слушал. Ангел смотрел на все это безобразие восхитительно восторженными глазами, и демону даже жаль было его от этого чудесного состояния отрывать. — Там начинается, — посерьезнев, сказал Кроули и кивнул на восток. Азирафель тоже немедля сделался серьезным, и даже суровым, а потом, не сказав ни слова, поднялся в воздух и развернулся в сторону Рима. Кроули поспешил развеять доску и последовать за ним. Ангел и демон зависли на высоте, с которой можно было видеть весь континент, пораженный чумой. Он дымил чумными кострами, где люди сжигали мертвых. Но сейчас эти костры исходили совсем другим светом. Демон вместе с ангелом смотрел на то, во что превращалась Европа. Души, много душ, со стонами облегчения летели вверх. Эфир гудел от их сияния, наполнялся Небом и шелестом множества ангельских крыльев. Демону было почти невыносимо на это смотреть, но он все равно смотрел. Потому что его ангел делал что-то невообразимое. Азирафель просто невозмутимо глядел на сердце Европы, сведя руки перед собой в жесте сосредоточения. А от его ладоней на мир словно летела Она собственной персоной. Или кто-то еще, кто-то столь же огромный и могущественный. У нее были белые крылья, накрывавшие собой весь мир, и от них на измученную Землю нисходил покой. Люди, у которых все болело и которые не могли найти себе никакого облегчения, ибо лекарства от чумы не существует, с надеждой смотрели на ее крылья. На белые, как саван, крылья. И души, тысячи, сотни тысяч, миллионы душ летели в Небеса. Ад ничего здесь не получит, подумал Кроули с мрачным удовлетворением, и обернулся к ангелу, чтобы еще раз выразить восхищение. Такой масштабной магии Азирафель раньше при нем не творил, и это у него получилось очень красиво. Но ангел еще не закончил. Он опустил руки и с каким-то совершенно другим выражением смотрел в сторону Британских островов. — Ты чего, ангел? — осторожно потрогав его за крыло, спросил Кроули. Такого лица Азирафель раньше при нем тоже не делал, и не то чтобы Кроули оно понравилось. Вообще-то, если бы ангел был кем-то другим, то демон бы сказал, что это отдаленно похоже на жажду мести. Но ангел был ангелом, а значит, это было что-то другое. — Хочу, чтобы у нее хвост отвалился, — очень искренним и почти ласковым тоном ответил Азирафель и медленно, с усилием простер ладонь в сторону Англии. У Кроули натурально отвисла челюсть, потому что земля Великобритании вдруг демонически завопила — и Кроули узнал голос любимого босса. Похоже, это и правда очень неприятно, когда доводишь какого-то ангела до белого каления, сделал демон первый вывод. За ним последовал второй: самому Кроули это так и не удалось, хотя не то чтобы он не пытался. И в-третьих, ангел все-таки не до конца смирился с поражением, раз решил прогнать Вельзевула хотя бы из страны, за которую нес ответственность. Вряд ли простой ангел мог причинить Князю Тьмы какой-то существенный вред, но мог доставить некоторые проблемы с настроением и самочувствием, если очень постарается. Азирафель постарался настолько, что когда демонический крик оборвался, ангел опустил руки, сложил крылья и камнем ухнул бы вниз, если бы Кроули не схватил его за шиворот. — Я же просил больше не падать! — с упреком сказал демон, осторожно спускаясь на землю вместе с ним. А потом постарался перехватить его за грудки, так чтобы со стороны казалось, что он этого совершенно постороннего ангела только что поймал. — Они сейчас придут… Азирафель благодарно улыбнулся, ухватившись за его руки и почти повиснув на нем, потому что его не только крылья не держали, но и ноги. — Спасибо, друг мой. Прости еще раз. Слева от демона из-под земли вырастала разъяренная Вельзевул, и Кроули немедленно повернулся к ней, еще раз для виду встряхнув Азирафеля. Тот, очевидно, воспринимал все это со смирением, как ангелам и полагается, и в меру возможностей подыгрывал: слабо трепыхнулся в его хватке, как будто пытался стряхнуть ее с себя. — Мой Лорд! Я нашел этого белобрысого гада! — с неутолимой яростью в голосе воскликнул Кроули и ощутил, что Азирафель вполне по-настоящему вздрогнул от этого его тона. — Как долго я его преследовал, вы не представляете! Позвольте мне самому его проучить! — Во имя всех демонов Ада, почему ты нашел его только сейчас?! — с не меньшей злобой спросила у него Вельзевул, и ее голос звенел роем разъяренных ос. — Мы проиграли, ты понимаешь? Полностью проиграли, все теперь бесполезно! Кроули тщательно состроил ошеломленную физиономию и как бы в изумлении разжал хватку у Азирафеля на шее. Тот от неожиданности рухнул перед ним на колени, и демон тут же поставил ногу ему на лопатки, чтоб не вздумал вставать и попадаться под руку злому Князю Тьмы. Ангел удивленно притих и остался так валяться, очевидно, не решаясь возражать, чтобы не сломать Кроули его игру. — Он же полный псих! — продолжала разоряться Вельзевул. — Кто вообще так делает! Да я сама его сейчас… И Князь Ада начала поднимать руку, направляя ее на полностью беззащитного сейчас ангела. Кроули скривился, потому что примерно представлял, что сейчас будет — всех этих Небесных идиотов просчитать было не сложнее, чем идиотов Ада. Он оказался прав: сделать Азирафелю она ничего не успела, потому что его заслонил собой сияющий, так что у демона глаза слепило, Небесный Архангел. — Стоп-стоп-стоп! Вот это совсем лишнее, — Гавриил примиренчески поднял руки и широко улыбнулся сразу всем присутствующим. — Лорд Вельзевул, умей проигрывать. Вы же сами это начали, так имейте достоинство встретить все последствия своих сомнительных решений. — Ваш ангел ненормальный, — злобно сплюнула Вельзевул. — Я терпела, пока он уничтожал моих блох, но зачем было нападать на меня? Он у вас часом не свихнулся? Гавриил покосился на Азирафеля с таким выражением лица, что Кроули пришлось сжать зубы, чтобы не врезать этому занебесному гаду прямо сейчас. Похоже было, что архангел полностью разделяет мнение адского Лорда и держит лучшего друга Кроули за дурачка помешанного. — Азирафель у нас с причудами. Но наказывать ангела за то, что он творит добро, по крайней мере, непоследовательно, — сказал Гавриил извиняющимся тоном. Вельзевул помолчала и медленно перевела взгляд на Кроули. Холодный взгляд тупого злобного насекомого. Кроули терпеть не мог, когда она так делала, потому что за этим следовало… Он успел отшатнуться от своего ангела, чтобы его не задело, и демона скрутило приступом дикой боли в животе, как будто в нем вдруг поселилось осиное гнездо. Корчась, Кроули упал на камни, не заботясь уже о своем достоинстве, и поймал насмерть перепуганный взгляд ангела, устремленный на него. Увы, утешить Азирафеля он сейчас никак не мог. Кроули действительно наказывали, но это было неизбежно. — Ты прав. Лучше я накажу демона, который недостаточно качественно творит зло, — с удовлетворением согласилась Вельзевул. — Кроули, жду с докладом, когда придешь в себя. — Д-да, лорд Вельзевул, — с трудом выдавил Кроули, зная, что если он не ответит, будет много хуже. — Азирафель, в честь тебя будет вечеринка. Как сможешь, приходи. Отлично поработал, — радостно сообщил Гавриил, и Кроули про себя удивился, как это он даже свой голос заставляет сиять. А потом Вельзевул и Гавриил исчезли, и вместе с ними исчезли и осы из живота Кроули. Он с облегчением выдохнул и выпрямился, усаживаясь поудобнее. Она не слишком сильно рассердилась, иначе бы он так легко не отделался, сделал Кроули жизнеутверждающий вывод.