Отринуть клятву Гиппократа

      СНУГ поражает своими габаритами. Он включает в себя Главную и Детскую педиатрическую больницы, Онкологический центр и Научно-технический институт. Чимин и Чонгук зашли в госпиталь, озираясь по сторонам. Посетители сновали туда сюда, врачи в белоснежных халатах тоже ходили, только уткнувшись в карточки пациентов. Чимин поморщился, почувствовав запах фенола, которым обычно обрабатывают медицинские учреждения, и посмотрел на Чонгука, который ждал от напарника дальнейших указаний. Чимин пожал плечами и указал на стойку администрации, а затем хлопком по спине отправил брюнета к сидящей за высоким столом девушке, а сам остался стоять в стороне. Чонгук понял, что от него требуется, и вмиг принялся за дело. Он подошёл к стойке и опустил на неё руки. — Добрый день, мисс. Не подскажите, в какой палате располагается пациент Квон Джинен? Девушка подняла на него свои оленьи очи и смутилась. Мужчина перед ней не был обделен природной красотой и пахло от него лимоном. — З-здравствуйте, я посмотрю в базе данных, — пролепетала она, заправив прядь за ухо, и быстро напечатала на компьютере имя нужного стоявшему перед ней красавчику пациента. — Интересно, вы уверены, что этот человек лечится именно у нас? Его нет в списке пациентов, которые пребывают здесь. — Наверное, я ошибся. Спасибо, — Чонгук посылает благодарственную улыбку девушке, и та тотчас тает. Чон возвращается к Чимину, чтобы доложить. Пак стоял, постоянно топая ногой и сложив на груди руки, и это означало, что ему что-то ужасно не понравилось. — Хен, Квона точно нет в госпитале. Он не записан ни на приёмы, ни на консультации врача. — Да, я слышал, что бубнила эта замухрышка. Кажется, её больше интересовал ты, а не твоя просьба, — Чонгук услышал недовольный скрежет зубов Чимина и очень удивился. — Ты ревнуешь? — усмехнулся Чон. — Ничего такого, — ответил Чимин. — Меня взбесило, что она сидит с распущенными волосами. Во-первых, это госпиталь, где санитария. Во-вторых, по дресс-коду работники в медицинских учреждениях обязаны собирать волосы. Чонгук скептически изогнул бровь. Чимин если ворчит, то не так раздражительно. — Ладно, хен. Мы снова в тупике. Может, нам стоит опросить докторов, которых когда-то посещал пропавший? — брюнет попытался перевести тему. — Если хоть что-то разберём в его карточке, — ответил Чимин. Со стороны напарники выглядели до ужаса растерянными. Увы, но ни Чон, ни Пак не специализировались в расшифровке почерков медицинских работников. Они не знали где искать, кроме больницы, в которой сейчас находились. Это их единственная зацепка. — Могу ли я вам помочь? — подошёл к ним высокий человек. Чимин поднял взгляд. Это был врач, точнее — хирург, по имени Ким Намджун, судя по бейджику на его белоснежном халате. Мужчина смотрел пристально, терпеливо дожидаясь ответа, и выглядел достаточно миролюбиво, чтобы расположить человека к себе. Однако Пак почувствовал отнюдь не дружелюбие в его властном, стальном голосе. Что-то в нём настораживало. — Ох, вы испугались? — хирург взглянул на отпрянувшего от него брюнета. — Простите, что подошёл к вам со спины. — Не беспокойтесь, — Чонгук улыбнулся. — На самом деле нам и вправду требуется помощь. — Как насчёт обсудить это в моем кабинете? — спросил Ким, оценивающим взглядом проходясь сначала по брюнету, а потом уже обратив внимание на блондина, который в свою очередь смотрел на него точно таким же взглядом. — Было бы неплохо, — ответил Чимин, зачем-то схватив Чонгука за рукав его куртки. Следуя за врачом вместе с напарником, Чонгук украдкой взглянул на Пака, пытаясь понять, что означал тот жест. Лицо старшего показывало, насколько тот задумчив в данный момент. Его нахмуренные светлые брови, уставившиеся в пол глаза. Никаких сомнений. Его что-то беспокоило, что-то, чего не знает Чонгук. Брюнет взглянул на идущего впереди врача и поймал его острый взгляд. Кабинет хирурга уже многое говорил о своём обладателе. Чистота и свежесть определяла его чистоплотность. Намджун любит пространство, его стол был практически пуст, а все документы, за исключением двух, были сложены в папки, которые находились в шкафах за стеклянной дверцей на замке. Чонгук заметил, что все они были расположены по алфавиту. Хирург читает философию. Это заметно по томику высказываний известного немецкого мыслителя, Фридриха Ницше. На противоположной стене от выхода висят рамки с многочисленными сертификатами и благодарностями. — Повышает доверие, не так ли? — сверкнул глазами Ким, обращаясь к остановившемуся возле этих самых рамок Чимину. — Таким образом я объясняю пациентам, чтобы они не боялись лечь под скальпель неумелого врача. — Весьма хорошо продумано, мистер Ким. — Да, я бы не рискнул лечиться у того человека, у кого на стене висит один календарик, — добавил Чонгук. — Так чем я могу быть полезен? — Намджун сел на свое место за столом, а напарники расположились напротив него. — Что ж, — Чонгук выдержал паузу. — Вынуждены вас разочаровать, но мы пришли сюда не для лечения. Нам нужна информация о неком Квоне Джинене, пациенте данной больницы. — Я не могу исполнить вашу просьбу, — Намджун поправил очки и покачал головой. — Информация о пациентах является конфиденциальной. Это закреплено во многих этических кодексах, в том числе и в «клятве Гиппократа». Чимин усмехнулся. Для него не существует никаких других кодексов, не связанных с его деятельностью. Тем более какой-то этический. Пак выложил перед хирургом свой полицейский значок и удостоверение, давая понять, что его закон выше всяких врачебных клятв. — Старший офицер Пак, значит, — осмотрев предоставленный документ, произнёс Ким и обратился к Чонгуку. — А вы… — Младший офицер Чон. — И что же расследует полиция в таком месте? — Мы узнали, что мистер Квон был частым гостем данной больницы. — Я помню этого человека очень хорошо. С ним произошёл несчастный случай, мне пришлось ампутировать его ногу, правда не единожды, — хирург развёл руками. — Историю болезней вы можете узнать в приёмной. Больше ничего сказать вам не смогу. Чимин было собрался сказать что-то, но Чонгук его снова опередил. — А как насчёт его поведения? Вы ведь консультируетесь с пациентами перед операциями. — Конечно. Но то был не тот случай. Мистер Квон прибыл к нам истекающим кровью, находясь в критическом и бессознательном состоянии вследствие экзогенного болевого шока. Повреждения конечности были настолько ужасны, что спасти её оказалось невозможно. Потеря крови только усугубляла состояние пациента, — оставаясь совершенно спокойным, ответил Намджун, словно он ожидал подобного вопроса. — Если вас интересует психическое состояние после ампутации, то стоит обратиться к реабилитологу. Конечно, как врача, меня также беспокоило выздоровление пациента, поэтому я навещал его как минимум раз в три дня, если было свободное время. — Как давно вы оказывали этому человеку помощь? Я имею в виду, сколько времени назад мистер Квон потерял ногу. — Я вас прекрасно понимаю, офицер Чон. Точной даты, увы, не вспомню, но это было, кажется, в середине осени три года назад. А учитывая, что мистер Квон пролежал в нашей больнице почти полгода, в моей памяти все ещё свежо наше знакомство. Что я могу сказать? Потеря конечности, клеймо калеки — всё это изрядно подкосило этого человека. — А вы не помните, навещал ли его кто-то из близких, родственников? — Нет, не помню. По крайней мере, я с ними не встречался. Вопросы были исчерпаны. Чимин почти все время молчал и не влезал в работу Чонгука. По сути, это и в его обязанности входит, но напарник справлялся и без него безупречно. Вернувшись в приёмную, Чон налил себе воды, чтобы промочить горло. — Что скажешь? — Чимин облокачивается спиной о стену рядом с автоматом с напитками. — Скажу, что никогда не видел таких интеллигентных и красноречивых людей, как Ким Намджун, — с улыбкой ответил брюнет. — Его непринужденность и прямые ответы на мои вопросы упростили нам работу. — Да, этот хирург умеет не уходить в сторону и не пустить воду. Впечатляет, —неохотно кивнул Пак. — Он человек своего дела, — и указывает пальцем на стенд, на котором расположены фотографии рабочего персонала. — Он пользуется авторитетом у большинства. — Как бы то ни было, мы все ещё не знаем, куда мог подеваться мистер Квон, — с глубоким вздохом произносит Чонгук. — Однако меня не покидает чувство, что здесь мы не закончили. — Ты прав, — согласился Пак, устало потерев пальцами виски. — Попробуем связать исчезновения других людей за последние две недели. — Схожими характеристиками с мистером Квоном обладают Ю Джихё и Пак Досу. Первая потеряла зрение, когда проводила эксперименты с соляной кислотой, а второй почти полностью парализован. Чонгук обратил внимание на сидящую за приёмным столом девушку, пускающую на него кокетливые взгляды. Чимин заметил это и презрительно цокнул языком. Он всегда ненавидел, когда во время их работы представительницы слабого пола окружали Чона, желая познакомиться. Будь то официантки в кафе, коллеги по работе, даже обычные люди, проходящие мимо. Блондин ненавидел их навязчивость, которая мешала их деятельности. Однажды произошёл случай, когда Пак вышел из себя. До такой степени ему надоело восторженное щебетание девиц, не дающих проходу его напарнику, что офицер (на тот момент Чимин нёс звание младшего) раздул настоящий скандал, из-за чего получил выговор, и чуть не положил свой полицейский значок начальству на стол, беснуясь. Успокоить его и отговорить от необратимого удалось самому Чонгуку. Чимин надолго запомнил его слова: «Если ты уйдёшь, то уйду и я». Какое-то время Пак думал, что Чон сказал это, чтобы надавить на совесть, если тот решит уволиться. Но потом его слова обрели для блондина совсем иной смысл. — К сожалению, у нас нет иного выбора. Чимин быстро достигает администрации и, не желая тратить время на разговоры, показывает девушке значок. — Пробейте по базе Ю Джихё и Пак Досу. — А… Да, конечно, сейчас, секунду, — опешившая девушка немного растерялась, строгий взгляд полицейского пригвоздил её к стулу с прямой осанкой. Она быстро защелкала клавиатурой и мышкой, боясь поднять взгляд на блондина, и только приход очаровательного брюнета с виноватой улыбкой немного успокоил её. — Пак Досу последний раз записывался на приём полгода назад. Ю Джихё в нашей базе данных нет. Чимин переменулся с ног на ногу и хмыкнул. — Нам нужен доступ к хранилищу больницы. — Простите, но решать такие вопросы не в моей компетенции, — девушка снова опустила взгляд на монитор. — Обратитесь к заведующему госпиталя. Телефонный разговор и личная встреча с управляющим не принесла никаких плодов. Требовался ордер на обыск. Хотя это и было в порядке вещей, Чимин не желал возвращаться в полицейский участок и уже готов был пустить в ход свои угрозы. Однако Чонгук успел увести его на улицу, чтобы тот не наговорил лишнего. — Хен, прошу тебя, успокойся, — брюнет насильно усадил напарника на скамью и держал его за плечи, чтобы тот выслушал его. — У нас мало времени до конца смены. Но оно все ещё есть. Поэтому мы возьмём ордер и быстро вернёмся. Хорошо? Чонгук прав. Чимину нужно успокоиться, чтобы вовремя вернуться домой. К Енджэ.

***

Вопреки ожиданиям Пака, разрешение на обыск было получено довольно-таки быстро. Поспособствовало этому наверняка настроение Юнги. Начальник так хотел домой к своей собаке, что особо не вслушивался в детали, о которых так стремился просвятить Чонгук. — Если надо, хоть весь госпиталь обыщите. Начальник плохого не посоветует, и теперь офицеры возвращались. Примостившись у окна, Чимин задумался. Его отношения с Енджэ постепенно рассыпаются. Когда-то они даже спали в одной постели, но теперь Пак ночует на диване один и появляется в квартире, чтобы дождаться следующего утра. Вечная занятость не позволяла ему звонить своему парню. Он забывал. И Енджэ не стал дожидаться его звонка. Он тоже был занят, но почему-то только он требовал от Чимина быть дома в нужное ему время. Чимин нет. В отличие от своей пассии, Пак не спрашивал, почему Енджэ стал чаще приходить поздно, зная ответ. «Значит, тебе можно, а мне нельзя?». Чимину хочется вернуть ту яркую пору, когда любовь витала в воздухе и чувствовалась лёгкость. Может, стоит после работы зайти в цветочный магазин и купить букет? — «Да, так и сделаю», — мысленно решил Чимин, кивнув и слегка улыбнувшись. Глаза Чонгука на секунду обратились на него. Ему стоило побольше смотреть на дорогу и светофоры. Чону тоже хочется сделать своего напарника счастливым…