Одна на легион

Рикена поражала меня своим упорством. Целых три месяца она со мной не разговаривала, но так же и не выходила из комнаты. Боялась ли она, или принесенные мною книги сыграли свою роль, не знаю. А вот для меня эти девяносто дней обратились сущим кошмаром, потому как выспаться за ночь не удавалось. С наступлением рассвета я мог прикорнуть у себя в комнате на пару-тройку часов, а далее меня ждали государственно важные дела. В общем, силы мои были на пределе, а между тем близилось совершеннолетие Рикены. За три дня до «праздника», я зашел к ящерке и был встречен на удивление радушно. Ее гибкая чешуя сверкала сама собой в неярко освещенной комнате, как граненый изумруд, отчего ровные черные полосы на руках и ключицах казались еще темнее. Сияние золотых линий, рассекавших ее милое лицо от бровей до скругленных челюстей, было ярче любого драгоценного изделия. Приятная перемена и очень привлекательная, вот только она заставила меня насторожиться. Но я не спешил обращать ситуацию в штыки, потому чуть склонил голову перед Рикеной. — Я знала, что ты придешь, — сказала она, протягивая мне руку. Я охотно взялся за предложенную ладонь, а про себя отметил, насколько нежна ее чешуя, в отличие от моей собственной, загрубевшей с годами. Девушка потянула меня к раздвижным дверям, ведущим в сад. Очутившись снаружи, я удивился, насколько изменилось это место. Садовники из зауриан никудышные, а если и приходилось заниматься растительностью, то делали это женщины. Рикена взяла бушующую растительность под свое чуткое руководство и превратила дикие джунгли в райский уголок. Кустарники и газон были ровно подстрижены, а место, где недавно был подкоп, заменила клумба с какими-то желтыми и фиолетовыми цветами. Единственное, что осталось неизменным, так это относительно молодой широкий баобаб в самом центре сада, покрытый густой листвой и лианами. Под деревом был расстелен ковер, на котором покоились всяческие лакомства. По большей части именно то, что я любил. «Что это за уловка такая?» — подумалось мне. — Где ты это достала? — спросил я, хотя предполагал возможный вариант. — На кухне, — оскалив белоснежные зубки, прошелестела Рикена. — Ты заснул в дозоре, а я прокралась туда незамеченной и стащила твой завтрак, ну и еще немного… Что ж, злиться у меня на нее не получалось, больно обворожительно она сегодня выглядела. Только сейчас я заметил, что вместо обтягивающих брюк и кожаного топа, на ней довольно откровенное платье цвета зеленой мяты. Черный вычурный корсет, подчеркивающий то, что я до сегодняшнего дня считал незаметным, струящаяся по стройным ногам юбка из легкой ткани, с разрезами по бокам до самых бедер. Она хоть понимает, что бросила мне вызов, одевшись подобным образом! Приготовленный ею пикник, надо отметить, был бесподобен. Давненько я не поглощал пищу с таким удовольствием, в основном удостаивая свой желудок лишь перекусами. Здесь были сливы, цветы лотоса в сахарном сиропе, фаршированные вареными яйцами со специями жуки и, конечно же, сырое мясо с кровью. Все-таки хоть какие-то мои аппетиты эта ящерка могла удовлетворить. Насытившись, я лег на спину, заложив одну руку за голову и довольно прикрыл глаза. Было приятно просто так лежать на земле и не думать ни о чем, просто расслабляться, греясь в лучах полуденного солнца. До собрания большого совета у меня в распоряжении было еще несколько часов, так что я мог… — Рептилия, — раздался голос Рикены. — М-м? — промычал я, не в силах говорить, разморенный удавшимся на славу ланчем. — А что ты приготовил мне на день рождения? — спросила девушка, а я чувствовал, как ее любопытные глаза прожигают во мне дыру. «Вообще-то я планировал сделать тебя своей королевой», — в мыслях я улыбнулся, но не выдавать же секрет! — Это будет сюрпризом… — начал я, но она меня перебила. — У меня было время подумать на счет моего предназначения, — проговорила она, подбираясь ближе ко мне, — и я решила, что это нечестно. Не по отношению ко мне, а по отношению к другим. Разве это справедливо, что я одна, а вас так много. — Ее голова опустилась на мою грудь, а рука мягко легла на живот. — Нет, — только и смог ответить я, всеми силами сдерживая руки, дабы не обнять ее в ответ. — Я хочу, чтобы прошел турнир, — выдохнула она мне в шею, но подскочил я не от ее горячего дыхания. — Турнир? — взревел я. — Ты должно быть шутишь! — Именно, — в ее глазах не было и намека на веселость. — Ты устроишь состязания за мою руку, в которых, кстати, и сам можешь поучаствовать. — С чего бы мне это делать? — прошипел я, сложив руки на груди. — С того, что если ты выиграешь, я не буду сопротивляться, — пожала плечами Рикена. — Если же попытаешься завладеть мною силой, очень пожалеешь. Слово «силой» возымело надо мной эффект хищника и я кинулся на расслабившуюся девушку, прижимая ее к земле. Ее хрупкое нежное тело никак не могло противостоять моему, закаленному в бесчисленным боях. — И что же ты сделаешь? — Желание провести языком по ее напряженной шее было головокружительным… Вместо этого я еще крепче впился в ее запястья. — Перестану тебя уважать, — Рикена произнесла это, не глядя на меня. Я опешил и медленно поднялся с нее. В моей голове не укладывалось это слово вперемешку с ее странной прихотью. Зачем ей это представление? Да если бы она меня уважала, то не стала бы столько пакостничать мне назло. — Не понимаю, с чего я должен делиться своими трофеями? Рикена пропустила мимо ушей слово «трофеями» и, усевшись поудобнее, ответила: — Как ты будешь объяснять своим ящерам, почему они становятся все больше похожими на людей, если возьмешь меня себе в жены? Когда все поймут в чем дело, прозовут тебя вором и бесчестным правителем. А устроив турнир, ты покажешь, что сражались они за тебя не зря и прослывешь великодушным и справедливым. Тем более, раз уж я единственная, то меня заслуживает сильнейший. Таково мое желание. Выполнить его или же прожить остаток своих дней в презрении — выбор за тобой. И опять этот царственный взгляд, которому сложно противиться. Я сам вселил в нее мысль, что она особенная, а теперь расплачиваюсь. Однако в ее словах был глубинный смысл, о котором я раньше не задумывался. Турнир, хм… Пожалуй, так и сделаю. А выиграв его, убью сразу двух зайцев: Рикена добровольно станет моей, а остальные лишний раз убедятся, кто тут главный. — Хочешь состязание — ты его получишь, — самодовольно произнес я. — И когда я стану победителем, будь добра сдержать свое слово. — Отлично, но будь готов к тому, что мой мужчина должен будет исполнять любую прихоть в мгновение ока, — хихикнула она, с вызовом улыбнувшись, и кинула сливу, угодившую мне в лоб. Все же она еще дитя, хрупкое и наивное. Я не имею права проиграть, потому что она зачахнет под гнетом не ведающего ее сердца мужчины. Благодаря Рикене я научился хоть о ком-то заботиться и даже отчасти позабыл про свое звериное начало, которое очень скоро мне понадобится.