Я тебя не оставлю

Бог грома вылетел из спальни быстрее молнии. Ошарашенный, удивленный, испуганный. Тогда он спрашивал себя, что же произошло. Тогда его мучали сомнения. Тогда он был счастлив. С того дня на мосту Тор не заходил в покои Локи. Не мог. Ему казалось, что если он появится там, то уже точно ничего не вернуть. Уйдёт магия, уйдет вера. Сегодня он решился. "Мёртв, мёртв, мёртв, мёртв". Одно слово всю ночь. Убедить себя. Убедиться. Комната была пуста. Вечные книги разбросаны на столе и у постели, которая, казалось, сохранила силуэт брата. А ещё казалось, что всё словно подёрнуто тленом. Пыль, наверное. Комната умерла, как умер её хозяин. Пальцы сами находят к чему прикоснуться. Край стола, кровать, стекло окна. "Мёртв, мёртв, мёртв, мёртв". Он сел прямо на пол. Что теперь? Последний барьер. Его нет. Движение в комнате. Останавливается дыхание. Сиф. Сначала ему захотелось ударить её. Он сдержался. Она опустилась рядом с ним. "Прости. Я просто хотела что-то отдать тебе". Невесомая паутинка на руке. Золотые крылья трепещут. Нужно приглядеться, чтобы понять, что не живая. Бабочка... "Тор, у неё были золотые крылья". Сиф говорила быстро, то ли стараясь скорее уйти, то ли боясь остановиться. "Я не знаю, когда и для кого он её сделал. Я просто увидела однажды. Она... она как живая, понимаешь? Он отдал сразу. Тор, Тор, он улыбался... Мне!" . Она вздрогнула и выскочила из комнаты. Больше нет слез. Нет ярости. Нет презрения. Только боль. Обсидиантовая игла в сердце. "О-хо, легче, легче!" Тор вздрагивает, рефлекторно пытаясь поддержать брата. "Ну ладно! Я просто ещё не настолько пришел в себя". Зима. Они бьются на деревянных мечах. Никогда больше бог грома не возьмёт настоящий на тренировке. Снежинки кружат между ними, повторяя танец сражающихся тел. "А знаешь, к черту это занятье!" - вдруг выкрикивает Локи и Тору за шиворот падает охапка снега. Тор резко оборачивается, пытаясь схватить черноволосого, но тот, даже раненый, слишком быстр. "А-ха-ха-ха!!". "Как давно я не слышал его смеха". Магия тяжело даётся Локи. Рука ещё плохо слушается его, но на снежный смерч хватит. Их заметает, кружит, уносит... Теперь хохочут оба. Рука в руке. Глаза в глаза. Мир замирает, прислушиваясь. Даже пляска ветра будто становится медленнее. Глаза в глаза. Рука в руке. Локи делает шаг на встречу. "У тебя снежинка на губе...". Тепло рук, тепло губ. "Не отпускай". "Не отпущу". Мимо пролетает снежное крошево, возникают и исчезают империи, возносятся и низлагаются миры. Не разомкнуть рук, не разомкнуть губ. Он опускает глаза. Под распахнувшейся накидкой брата набухает и расплывается багряное пятно. Тор ошалело смотрит на свою рубаху, зеркальное отражение одежды брата. "Одно сердце". Рассвет спускается на Асгард. Укрытые облаками башни медленно просыпаются ото сна. Птичий базар набирает силу. Тор лежит на полу. Сухие глазницы саднит, словно слёзы текут внутрь. Безвременье. Тяжело поднимаясь на ноги, Тор опускает золотую бабочку с ладони на стол. Он плотно закрывает за собой дверь. Сюда никто не войдёт, кроме меня и матери, – бросает он ближайшему стражу. Молчаливый кивок в ответ.