Так бывает?

      Солнце потихоньку закатывается за горизонт, из-за чего небо стало медленно менять свой окрас с привычного голубого на более яркие огненные цвета. Лёгкие дуновения ветра слабо покачивали зелёные кроны деревьев, рассаженных в аллее парка много лет назад. Дети играли на площадке, весело хохоча; их родители мило разговаривали между собой на скамеечке неподалёку; студенты неспешно проходили по улице. Это ли не идеальная картина?       Но художник не торопился изобразить этот чудесный вид. Его череда работ с великолепным исполнением ночного Нью-Йорка привела к сильному недостатку сна. На пятой картине недосып сразил трудягу-художника наповал — он уснул прямо за рабочим столом средь бела дня.       Риккардо в этот день был дома и просто отдыхал с кружкой кофе и газетой за то число. Когда напиток закончился, убийца пошёл в кухонную часть квартиры. В противоположном углу от кухни располагалась рабочая зона художника, где Де'Карли и застал цветастого. "Чарли! Что же ты с собой творишь, а? — мысленно упрекнул спящего Рикк, — Ладно уж." Мафиози подошёл к Чарли, который сладко спал на незаконченном рисунке(хорошо, что рисовал маркерами). Как только наш чёрно-белый парень убедился, что его друга не разбудить, он аккуратно поднял спящую тушку и перенёс на более удобное место для сна. Уложив на диван и укрыв одеялком, тихо проговорил:"Спи давай." После сходил за газетой, налил полную чашку латте и уселся в ногах художника. "Кофе... Газета... А? Оу, здесь что-то написано. Хах. Даже букв не замечаю, они сливаются в чёрные линии, которые называют "слова". Просто не замечаю. Мои мысли совершенно о другом... О другом. — Риккардо повернул голову в сторону. Чарли продолжал также мирно сопеть, — Чарли. И как так получилось, что мы здесь, вместе, не понимаем друг друга, но считаем друзьями? Жаль, что я не могу назвать тебя своим Чарли. Почему? Ты занят. Ты как и я цветёшь, у тебя плечи почти полностью покрыты цветами того самого растения, которое стоит рядом с моей чёрной розой. А я так хочу, чтобы мы всё делали вместе: кушали, спали, гуляли, сидели тихими вечерами. Ты слишком милый, чтобы заслуживать моего прошлого отношения к тебе. Ты как луч, который неожиданно заглянул рано утром. Ты меня разбудил, разбудил мои чувства. И теперь я муча- КХА!       И вновь мой эмоциональный монолог мыслей срывает кашель из цветов... — Как тебе удалось сломать меня? Чарли? — пытаясь как можно тише кашлять в руку, мафиози ушёл в ванную, в которой позже закрылся, — Как так получилось? Почему я считаю тебя милым? Смешным? Хрупким, словно цветок? Объясни, Чарли! Это сильно дерёт мою глотку и сердце! ЧАРЛИ! — обессиленно упал на колени и свернулся в клубок. Ему было слишком плохо от осознания невозможности их отношений, даже элементарной взаимности. — Не будь этих цветов — пережил бы. Чёрт бы их побрал!       Через десять минут убийца пришёл в себя. Он решил, что нужно быть чуть более хладнокровным, тогда, возможно, всё пройдёт. Пройдёт? У него пол-лица уже скрыто за чёрными розами! Летальный исход не избежен. Де'Карли привёл себя в порядок и переехал на кухню, чтобы снова продолжить читать обрывистые линии на тонкой желтоватой бумаге.       Тишина. Странно, что мы, люди, считаем такую обстановку тишиной. Из открытой форточки доносится слабый гул машин с дороги, шелест древесных листьев, еле слышный топот людей, которые безустали продолжают куда-то спешить. Это разнообразие уличных звукой перемешивается с квартирными: с лёгким шуршанием бумаги и с тихим сопением сожителя, который также продолжал смотреть свои радужные сны.       Спустя час тишины, послышался кашель, усиливавшийся с каждой секундой. Его хозяин мигом бросился в белую комнату(туалет. Почему белая? Не знаю. :D), а Риккардо проводил его сочувствующим взглядом. Когда художник скрылся за дверью, мафиози сказал себе под нос:"Я так больше не могу. Нам надо поговорить."

Конец восьмой части.