Тщетность расставаний

      Глотая слёзы, Реджина с маниакальным остервенением скребла горевшую огнём кожу, словно пытаясь смыть то, что произошло внизу несколькими минутами ранее. Тело покраснело и отзывалось болью на каждое прикосновение жёсткой мочалки, но Миллс упрямо продолжала самоистязание. Это хоть немного отвлекало от мыслей. Совсем не думать никак не получалось. Она понимала, что и потом, по прошествии времени, уже не сможет вычеркнуть тот жаркий секс из памяти, как бы этого не хотелось. Да и противная мисс Свон, разумеется, не даст забыть!       — Господи! — всхлипнула Реджина, уронив наконец мочалку на дно душевой кабины. — О чём ты только думала?!       Горячий пар полностью заполнил тесное пространство, дышать становилось всё труднее. Миллс пошатнулась и прислонилась лбом к большому, почти во весь рост, запотевшему зеркалу, колени дрожали и грозили подогнуться.       «Не о чём, а о ком», — очень некстати нарисовалось вездесущее подсознание.       «Свали», — вяло отмахнулась женщина, понимая, что прогонять часть самой себя бесполезно.       «Вот ещё, — хмыкнуло внутри неё, — тебе понравилось ведь! Так нечего строить из себя святошу!»       «С ума сошёл, да?! — взвилась Реджина, оттолкнувшись от зеркала и всматриваясь в свои собственные, расплывающиеся от многочисленных капелек воды на мутном стекле глаза. — Она же девушка! Мы обе — женщины!»       «Ага, и что с того? — снова наглый смешок. — Послушай своё сердце, отключи голову. Тебе ведь было потрясно с ней, так в чём проблема?»       «Ты точно спятил! — закатила глаза Миллс. — Даже, если отбросить то, что это всё противоестественно и неправильно, я вообще-то очутилась здесь, чтобы помирить две половинки и тем самым вернуть Робина, как ты не понимаешь? Он — моя истинная любовь, а не это белобрысое, наглое недоразумение!»       «Уверена?»       «Да, дьявол тебя побери! — темпераментно выругалась Реджина. — Роб, он… Мужественный, красивый, добрый, щедрый… Одним словом — мужчина моей мечты! А эта!..»       «А эта — женщина твоей мечты, — совершенно невозмутимо прозвучало в голове. — И вообще, я не понимаю, с чего ты взяла, что тот глупенький подкаблучник твоя судьба?»       «Ой, всё! Отстань от меня!»       «Не могу. Кто ж тебя, неразумную, на путь истинный наставит?» — пробурчал внутренний голос.       — Всёёё! Иди к чёрту! — рявкнула Миллс, шваркнув кулаком по запотевшему зеркалу так, что с характерным «кряк» оно тут же пошло длинными, кривыми трещинами. На руке выступила кровь, тёмно-алые капли застучали по дну, образуя у ног отвратную розоватую лужицу. Как ни странно, особой боли она не чувствовала, только самую малость. Видимо, кипевшие внутри эмоции с лихвой перебивали болезненные ощущения от пореза. Реджина только с отвращением поморщилась, равнодушно разглядывая повреждённую ладонь. Затем она смыла кровь под струёй воды, даже не поморщившись, и покинула ванную, завернутая в белоснежный банный халат. Наспех завязав руку носовым платком, она проглотила таблетку аспирина, улеглась в кровать, укуталась, словно в кокон, одеялом почти с головой и тут же провалилась в сон…       Ближе к вечеру её разбудил страшенный грохот. Толком не проснувшись, Миллс резко села и с минуту пыталась прийти в себя, бестолково хлопая глазами. За окном было темно, получалось, она проспала весь день! Грохот повторился, дверь жалобно затрещала, вынуждая женщину выскочить из кровати и открыть. На пороге стояла взлохмаченная, опухшая, вся какая-то помятая и явно чем-то сильно озабоченная Свон всё в той же утренней заляпанной пятнами футболке и многострадальных джинсах.       — Ты чего не открываешь? Или ваше Величество устроило себе послеобеденную сиесту и чуток перебрало со временем? — ехидная ухмылка скривила губы Эммы, заставив Реджину передёрнуться.       «Идиот! Какой же идиот этот внутренний голос, дьявол его побери! И это вот идеальная женщина? — вспомнила утренний разговор со своим вторым я Миллс. — Бррр!»       — У нас ЧП, ты в курсе? — вывела её из раздумий Свон. — Арбенина рванула на Тибет, прикинь? Спасательница Малибу нашлась!       — Ш… Што? — Миллс от шокирующей новости открыла рот. — А… И что… Как…       — Во-во! И я так же выражалась, и даже теми же словами! — хмыкнула Эмма. — Не знаю я, что делать теперь. Ты же у нас умная, не то что я — глупая, безалаберная, несдержанная и… Что-то там ещё… Вот ты и думай… Ой! — Свон заметила тёмно-коричневый носовой платок на руке, глаза стали огромными, язвительный тон мгновенно изменился на взволнованно-сочувствующий. — Что это? Что случилось, Господи Боже?       — Ааа… Да так, зеркало в ванной разбилось… Случайно… — поспешно отвела глаза Реджина, отступая от двери. — Ерунда, просто царапина. Проходи, будем думать, что делать…       — Какая, к чёрту, царапина? Платок весь в крови! — взвилась Свон. — Надо врача вызвать, обработать! Ну-ка, покажи…       Эмма схватила Реджину за руку, но та дёрнулась и вырвала ладонь, будто прикосновение обожгло её.       — Нормально всё! Чего пристала? Какое тебе вообще дело?!       — Руку! Покажи! — прорычала Свон, поджав губы, взгляд из-под бровей метал молнии. — Большое дело, мадам мэр. Мы с вами выполняем одно задание, если не забыли. Без вас я не смогу вернуться в Сторибрук, а торчать здесь всю оставшуюся жизнь не имею ни малейшего желания, так понятно?       — Более чем, — огрызнулась Миллс, всё-таки нехотя протягивая ладонь. — Я уж было решила, что вы просто по доброте душевной и возникшей вдруг симпатии решили проявить заботу. Жаль, что ошиблась, — язвительно скривилась Реджина.       «И поэтому тоже. Это даже в первую очередь… — буркнула Эмма мысленно. — Но знать тебе, чёртова колючка, этого не обязательно!»       Свон аккуратно развязала насквозь пропитанный подсохшей кровью носовой платок и чертыхнулась сквозь зубы. Ребро ладони пересекала глубокая царапина, начавшая тут же кровить при малейшем надавливании.       — Если не хотите врача, надо как следует продезинфицировать и забинтовать нормально, — вынесла вердикт Эмма, деловито направляясь к бару и выуживая оттуда бутылку с прозрачной жидкостью. — Вод-ка, — прочитала она по слогам. Почему-то устная речь давалась легче, чем чтение чего-либо. — О, сорок градусов. То, что надо! Давайте руку и… Потерпите немного, пожалуйста…       Не успела Реджина и слова вставить, как на руку полилась та самая проклятая водка. Миллс мгновенно охнула, сморщилась, сжала что есть силы зубы, стараясь перетерпеть, но всё равно глухо застонала и зашипела одновременно.       — Тшш… Всё, всё! Уже всё! Сейчас принесу аптечку, перебинтую, и будете утром, как новенькая! — Свон проворной ланью исчезла из комнаты, дав Реджине время перевести дух и смахнуть с щёк непрошеные слёзы.       — И что теперь прикажете делать? — спустя некоторое время после того, как Эмма умело наложила повязку, Реджина вновь овладела собой.       — Не мочить, не напрягаться и все заживет, как на собаке. То есть, — Эмма поняла, что опять ляпнула глупость и попыталась выкрутиться. — То есть, быстро заживет. Это такая русская поговорка, Диана научила.       — Господи Боже, что делать или не делать с рукой, я сама как-нибудь разберусь, — закатив глаза, раздражённо вздохнула Реджина.       Она понимала, что они действительно круто влипли. Сначала Света пропала, теперь Диана улетела хрен знает куда, а они не могут ни на что повлиять. Исполнение задания проклятого Голда, казавшегося таким лёгким вначале, откладывалось неизвестно на сколько, или вообще навсегда, если окажется, что Сурганова без вести пропала в горах или погибла. К своему удивлению, Реджина осознала вдруг, что, помимо сочувствия незнакомой пока ещё Светлане, в сложившейся ситуации ее волнует только одно — она не скоро увидит Генри. Сосуществование со Свон, как ни странно, напрягало её всё меньше и меньше. Неужели внутренний голос прав? Нет, ну к чёрту эту Свон! И внутренний голос туда же вместе с ней! Надо просто приложить максимум усилий, чтобы выбраться из этой ловушки как можно скорее!       — Я спрашивала о том, что мы будем теперь делать? Поедем за Дианой? Или будем ждать тут? И не надо прибедняться, что не знаете, как действовать. Поиски — ваша профессия, и, насколько я знаю, вы в ней преуспели, мисс Свон! — голос привычно звенел сталью и силой. Эмма сглотнула. Ну надо же, какое самообладание! Будто не она минуты назад едва сдерживала слёзы и шипела от боли!       — Лететь за ней бессмысленно, — пробормотала шериф. — Да и к тому же это может удивить ее. Одно дело — пьяный треп на кухне, или если бы она нас позвала перед отлетом, а другое — потратить кучу денег на билеты и все такое…       — И что? Будем ждать у моря погоды? — хмыкнула Реджина.       — Ну, не знаю, — неопределённо протянула Свон и вдруг вскинула голову. — У тебя же были волшебные эликсиры, нельзя попробовать с помощью них узнать будущее? Или вообще, просто узнать, где Света?       В этот момент Эмма снова вспомнила о своем проколе с желанием, в животе все сжалось в противный комок, ужас тошнотой подкатил к горлу. Если Реджина узнает о том, кто во всём виноват, ей точно не сдобровать… Ни о каком улучшении отношений и речи не будет, а уж о чем–то большем — и подавно! И идея с зельями сразу перестала казаться ей такой уж привлекательной.       — Для этого нужно что-то, что раньше принадлежало Сургановой, иначе не выйдет… — Редж разгладила несуществующую складку на брюках.       — Так давай проберемся в дом к Арбениной, вдруг найдем что-нибудь подходящее? Диана что-то говорила мне вчера, — Эмма страдальчески сморщилась и потерла лоб.       — Что, память отшибло? Совсем допились, мисс шериф?! Белочка ещё в гости не забегала?       — Самое главное я помню, — огрызнулась Эмма. — Сейчас стемнеет окончательно, и я попробую добыть что-нибудь.       — Или загремите в кутузку, а мне потом вытаскивай. Даже не надейтесь, мисс Свон, что я это буду делать. Там вас и оставлю, в тюрьмах любят таких, как вы… — Реджина осеклась, увидев, как напряглось лицо Эммы. Осознав, что в очередной раз перегнула палку, она попыталась резко перевести тему. — Может, съездим куда-нибудь поужинать?       — Я не голодна, — Эмма пристально посмотрела в глаза сидящей напротив женщины, развернулась и вышла вон.       Солнце садилось, на улице ощутимо похолодало, откуда-то тянуло дымом от костра или мангала. Проголодавшийся желудок напомнил о себе утробным урчанием. Денег, кроме какой-то мелочёвки, завалявшейся в кармане куртки, у неё не было, и Эмма тут же пожалела, что отказалась от ужина, но вернуться назад было бы как-то слишком унизительно. Кутаясь в куртку, Свон передёрнулась от пробежавшего по спине озноба, вышла за ворота с нарочито гордо поднятой головой и медленно побрела по улице, сумбурные мысли проносились в голове, не желая оформляться хоть в какую-нибудь мало-мальски разумную идею.       С пропажей Сургановой они влипли, как говорила Арбенина, по самое не балуйся. А Милс есть Милс! Чего с неё взять? Королева, мать её! Вот, как есть — чёртова ледяная Королева! Растопить сердце такой женщины просто не реально… Интересно, если действительно найти вещь, принадлежащую Светлане, что увидит Реджина? Проклятая магия покажет, как отыскать её или… Если её косяк выйдет наружу, можно начинать собственноручно рыть себе могилу! Так просто этого Миллс не оставит…

***

      — Итак, полагаю, вы догадались, что оказались здесь не просто так? — Голд хихикнул.       — Думаю, я попала будто в какой-то пространственный коридор, слава Богу — не временной. Я посмотрела дату в свежей газете… Знаете, много читала об этом, и вот теперь надо же — тоже довелось… А как вы догадались? — Свете совсем не было страшно, накрыло ощущением, что все идёт так, как идёт, как должно быть, и она решила довериться миру.       — Да, это был пространственный коридор, он существует на Тибете не одну тысячу лет, но вам важно понять другое: вы не должны были в него попасть, нить вашей судьбы изменена под воздействием магии.       — Магии? — Света выдохнула и широко распахнула глаза, не ожидая ничего подобного. — Вы шутите?       — К сожалению, нет. Объяснять слишком долго, и не уверен, что вы поверите, а если даже поверите, то многого всё равно не поймёте.       Светлана лишь согласно кивнула, показав, что готова слушать дальше.       — Я проведу обряд и нейтрализую воздействие на вашу судьбу. Но для этого мне нужно ваше согласие на магическое вмешательство. И еще одна вещь…       — Какая? — вот теперь стало вдруг страшно, Сурганова еле сдерживала дрожь. — Мне очень нужно вернуться, я обещала прийти на концерт, к Диньке…       — Вот как раз насчет второй вещи… Нужно ваше искреннее желание вернуться. Часто люди сами не знают, чего хотят, и так и становятся скитальцами во времени или остаются в другом измерении… Нельзя помочь тому, кто сам не хочет вернуться. Вы должны искренне желать. Если стремление не искренне, не от сердца, то моя магия попросту не сработает…       — Я правда хочу, — начала было убеждать Света и вдруг запнулась. Она вспомнила свой страх перед предстоящим выступлением и испугалась, что он вдруг перевесит её желание вернуться, и тогда она навечно останется в этом городишке…       Голд будто прочитал ее мысли.       — О нет, не волнуйтесь, не всё так плохо в данном случае. Мы в одном и том же времени и измерении: если магия не сработает, вернетесь домой обычным путем, на самолете. Просто это хлопотно, придётся как-то объясняться с властями, использовать другие мои способности и связи. Так что, гораздо предпочтительнее первый вариант.       — Угу, — Света только оторопело кивнула, её мозг отказывался справляться с происходящим. — А я буду всё помнить? Если магия сработает?       — Это зависит от уровня вашей личной силы, а он очень и очень высок. Значит, и вероятность, что все запомните очень высока. Но эм… Я бы не советовал никому об этом рассказывать…       — Да, понимаю, в психушку я пока не хочу, — хмыкнула Сурганова. — А кто на меня оказал это ваше магическое воздействие? Это вы мне можете рассказать? Получается, есть кто-то, кто желает мне зла?       — Нет, это даже не с вами связано. Я бы сказал, что вас задело случайно, это пули другой войны. Войны за любовь… — неслышно добавил он.       — Вы что, знаете мои песни? — Света была ошеломлена.       — Нет, просто подходящая фраза возникла в голове… У нас мало времени, у меня дома есть все необходимое, если поспешим, то примерно через час вы вернетесь на свой путь, в прямом и переносном смысле…       — Только схожу за рюкзаком, — кивнула Сурганова. — Не хочется оказаться на пути без своих вещей.       — Не стоит, я пошлю кого-нибудь…       Света медленно шла за странным господином, который будто проникал в самую суть вещей и видел её насквозь, даже песню умудрился процитировать. Ее снедал страх. Хоть она и не признавалась сама себе, но желание выступить еще раз с Динкой на одной сцене соперничало с ужасом и кошмарами прошлого, которые раз за разом поглощали её. И если в обычной жизни она засунула бы всё это куда подальше и кинулась на амбразуры, то магия этого странного человека может вытащить всё самое сокровенное и не факт, что потаённые страхи не возобладают над, вроде бы, сильным и искренним желанием…       — Что ж, ну вот и посмотрим, какое желание истинно… — неслышно пробормотала она и гораздо увереннее зашагала следом.

***

      Арбенина сидела на железном стуле в коридоре «Бюро общественной безопасности». Местный чиновник, похожий на познавшего дзен Будду, отказывался организовывать спасательную экспедицию, настаивая на том, что с момента пропажи человека должно пройти не меньше недели. Диана и кричала, и предлагала взятку, и угрожала, но он оставался непреклонен. Тогда она выдвинула ультиматум, что сдохнет здесь, но не двинется с места, пока он не начнет предпринимать меры.       — Надо было взять с собой Эмму, у неё точно есть все ходы и выходы. Или на худой конец эту Реджину — она бы только посмотрела своим фирменным взглядом, и этот придурок бы уже нёсся, роняя тапки, исполнять все её желания. Зря я постеснялась позвать их с собой…       — Арбенина, уже сама с собой разговариваешь? — по коридору ей навстречу вышагивала Жукова.       — Чего лыбишься? Будто тебя это всё не касается?! — окрысилась Диана. — Эти придурки так и не пошевелились, чего я только не пробовала…       — В Инстаграме б своём любимом написала, глядишь, и испугались бы местные чиновники международного скандала… — Арбенина как-то совсем нехорошо зыркнула на директора СиО и сжала руки в кулаки, отчего Лена, машинально сделав шаг назад, предпочла предотвратить надвигавшуюся бучу и быстро выпалила: — Да, нашлась Светка, успокойся! Сама вышла на тропу, прикинь. Сказала, заплутала в горах, а потом не очень хорошо себя чувствовала и решила сделать небольшой перерыв. Говорит, медитировала где-то и думала…       — Где она? Отведи меня к ней скорее! — Арбенина таки вскочила с места и, схватив Лену за рубашку, дергала, будто трёхлетний малыш, выпрашивающий конфету.       — Господи, да отпусти ты меня! — Жукова с трудом отцепила от себя цепкие пальцы. — Подожди, надо заявление забрать, а потом так и быть, может, отвезу. Надо сначала у Светы спросить…       — Да пошла ты! — разозлилась Арбенина. — Сама найду! — пнув по дороге стул, Диана, нарочито громко топая, направилась к выходу.       — Разрешение она спросит, подумаешь, тоже мне, цербер чёртов… — пробубнила Диана себе под нос. Злость, перекрываемая предвкушением долгожданной встречи, быстро сошла на нет. — Если б я всегда и на всё спрашивала у Светки разрешения… Так и сидела б в Магадане, наверное, до сих пор…       «Сурганова, я тебя ищу» — улетело смс.       «Не найдешь, я слишком далеко».       «Зато я близко, давай название отеля»…