Браслет

— Малфой, подожди! После урока Гермиона собралась так быстро, как только могла, чтобы поймать Драко, пока он не ушел слишком далеко. Но все же девушке пришлось выскочить из кабинета, уклоняясь от нескольких озадаченных одногруппников, прежде чем она смогла догнать его. Гермиона начала подозревать, что слизеринец намеренно игнорирует ее. — Малфой, мне нужно поговорить с тобой! — сказала она, когда все-таки догнала парня. Он мазнул по ней взглядом. — Не могу. У меня есть урок. — Разговор займет всего минуту. Она умоляюще посмотрела на него. И через несколько секунд он, наконец, закатив глаза, указал на дверь. Гермиона вошла в пустующий класс. Драко зашёл следом, не закрывая за собой дверь. Не было никаких оснований для этого. Она скажет, что сожалеет, он согласится, а потом пойдёт на занятие, пока она весело отправится душить Нотта. — Ну что? — спросил он, встав в стойку: слегка расставленные ноги и скрещенные руки на груди. — Прошлой ночью… — нерешительно начала гриффиндорка. Слизеринец презрительно фыркнул. — Это то, на что ты тратишь мое время? — Он отвернулся от нее и собрался уйти. — Подожди! — воскликнула девушка. Интонация ее голоса заставила Драко остановиться. Он развернулся к ней вполоборота и кинул на нее озадаченный взгляд. — Я… извини, ладно? Я имею в виду, за то, что… за то, что даже не пыталась быть любезной. Извини. — «Но ты не должен был уходить!»— Гермионе пришлось буквально прикусить язык, чтобы не добавить эту последнюю часть. Бесполезно продолжать обвинять. Слизеринец усмехнулся и снова повернулся, чтобы уйти. Гермиона застыла в изумлении. — Вот как ты принимаешь извинения? Это слишком грубо. Даже для слизеринца. Даже для тебя! Он уже дошёл до двери и схватился за ручку. Но услышав слова гриффиндорки, Драко захлопнул дверь, прежде чем повернуться с яростным выражением на лице. Сказать, что Гермиона была сбита с толку — ничего не сказать. Она даже немного испугалась. Девушка неосознанно проверила свою палочку. — Ты называешь это извинением? — прорычал парень. — Ты не собиралась извиняться. Тео попросил тебя. Нет, зная тебя, Тео должен был заставить сделать это. — Его руки сжались в кулаки, и он выглядел так, словно едва сдерживался от физического нападения на нее. — Ты даже не удосужилась попытаться поставить себя на мое место, чтобы придумать извинения, в которые я мог бы поверить. К черту «бесполезно продолжать обвинять». — Ты оставил меня. Я закончила обход в одиночку! Что, если в темноте скрывалось бы зло? Ты бросил меня, думая только о себе! — Я думал, это я был злом, скрывающимся в темноте, — ядовито ответил он. — Значит, я сделал тебе одолжение, разве не так? Избавил тебя от своего присутствия. — Какого черта я должна сожалеть, а ты — нет? — Потому что я старался, Грейнджер, а ты — нет. Ты вообще даже не пыталась. — Ну и как это называется? — она жестом указала на них двоих. — Я называю это попыткой избежать того, чем Тео угрожал тебе. А теперь ты можешь бежать и рассказать ему, что ты не справилась и я, конечно же, не поверил в твои извинения. Гермиона чертыхнулась. — Значит, ты хочешь, чтобы я поверила в то, что он не заставил тебя тоже быть добрым со мной? Драко впился в нее взглядом. — Не заставлял. Он только попросил меня не угрожать тебе смертью. И поверь, мне становится все сложнее с каждым днем сдержать обещание. Гермиона нахмурилась — от его заявления и от зуда между ее лопатками. Только не снова. Она думала, что позаботилась об этом. — Смертью? — рассеянно спросила она. — Да. Правда хочется тебя убить, и ПОЧЕМУ ты так корчишься? Она действительно корчилась. Она еще больше нахмурилась от раздражения. — Рон покрыл меня чешуей, — пробормотала она. — Макгонагалл сказала, что она сошла, но я думаю, что чешуя соскучилась по моей спине, и теперь она зудит… Драко моргнул и недоверчиво уставился на нее, внезапно осознав всю абсурдность ситуации. Прежде чем она успела взглянуть на него, он с презрением сморщил нос. — Мерзость. Чешуйчатая спина. Добавь это в список своих прелестей. — он снова начал уходить. Ему нужно было идти. — Подожди! — Гермиона раздраженно вздохнула. Она действительно устала просить его подождать. Судя по тому, какой он бросил на нее взгляд, он устал от того, что его просили. — Я на самом деле сожалею. Она устало посмотрела на него, пытаясь не обращать внимания на зуд, который, по правде говоря, уже порядком её достал. Чертов Рон и его неумение! Ещё несколько дней! Драко помедлил, а затем коротко кивнул, прежде чем уйти.

***

Драко знал, что было плохой идеей — принять недостаточно искренние извинения Гермионы. Он просто знал это. А ещё слизеринец знал, что она снова начнёт обвинять его, и ему придется в корне пересмотреть свое отношение к Непростительным Заклинаниям. Но он все равно сделал это для Тео и для того, чтобы сохранить свою должность. Драко решил, что заслужил настоящую медаль за все свои усилия. В конце концов, чтобы поладить с Грязнокровкой, он сделал даже больше, чем кто-то мог ожидать от него. По какой-то причине, которую Драко не мог понять, Тео верил в то, что у него получится заставить их просто немного ладить. Но это не сработает. Никогда не сработает. Драко был самым нелюбимым человеком Гермионы в школе, а Гермиона была, ну, третьим наименее любимым человеком. Ее друзья-идиоты заняли первое и второе места соответственно. Самое большее, на что Нотт мог надеяться, это то, что они научатся не желать убить друг друга на месте. Чешуйчатая спина, серьёзно? Драко пришлось приложить усилия, чтобы не рассмеяться над ее недовольным выражением лица, когда она призналась. Он не знал, как она воспримет смех, но он был слишком раздражен, чтобы рисковать, ведь она могла принять реально хорошее настроение за иронию. Возможно, это помогло бы делу, если бы она поняла все правильно, но, черт возьми, у него тоже были свои пределы! Нельзя было ожидать, что он просто примет ее неискренние извинения, ведь так? Кроме того… Морщить нос и называть ее грубо оказалось странно приятно. Драко добрался до гостиной и бросил сумку на диван, а затем сел рядом. У него не было урока. Конечно, нет. Он солгал гриффиндорке, чтобы избавиться от нее. Парень все еще злился, потому что боялся сделать или сказал что-то, о чем мог бы сожалеть — в смысле, что тогда она лишит его должности. На самом деле он очень гордился тем, что удержался от того, чтобы не прибить ее. — Привет. — пришел Блейз, кивнул в знак приветствия Драко и плюхнулся на стул рядом с ним. Драко не смог ничего сделать, кроме как в ответ нахмуриться. — Ты выглядишь веселым, — заметил Блейз. — Это дело рук Грязнокровки, не так ли? Драко нахмурился ещё сильнее. Блейз вздохнул и провел рукой по лицу. Драко почувствовал себя немного виноватым. Блейз выслушивал, когда тот изливал душу, а сейчас ему приходится терпеть еще и капризы Драко. Это была вина чертовой Грейнджер. — Она извинилась, — выложил он. Блейз выглядел сбитым с толку. — Кто? — Грейнджер! — прошипел Драко. Блейзу понадобилось несколько секунд, чтобы переварить эту информацию. — Разве это плохо? Драко покачал головой. Тео заставил ее. — Разве имеет значение, почему она это сделала? — поинтересовался Блейз. — Ни одно слово из ее извинений не было искренним. Издевательство какое-то. Она заставила меня захотеть… — Драко замолчал, прежде чем сказал лишнее, но не смог сдержаться и сжал кулаки. Блейз улыбнулся. — Почему тебя это волнует? Драко сердито зыркнул на своего друга. — Потому что Тео — мастер манипуляций, который постоянно намекает на то, как разумно было бы ладить с ней. Я не понимаю, какая мне с этого выгода, но я обязан ему своей должностью. — Ну ты же принял ее извинения. Разве это не шаг навстречу? Неужели имеет значение, насколько Грейнджер раскаялась. Драко зарычал, и Блейз поднял бровь. — Нет, наконец выдохнул Драко. — Меня не устраивает, что я пытаюсь вести себя хорошо, а она говорит все, что хочет, когда хочет, а потом просто извиняется, когда Тео угрожает ей чем-то. — Я пригрозил сообщить о ней Дамблдору, — твёрдо произнес прохладный голос. Драко поднял голову и увидел, что незаметно вошел Тео. — Я так полагаю, Грейнджер была не очень убедительна, и ты не принял извинения. Запоздало Драко вспомнил, что он уже принял извинения. Вроде. Не имеет смысла натравливать Тео против Грейнджер. — Нет, я принял их, — резко ответил он. У Блейза отвисла челюсть. — Что все это значит? — выплюнул он. Драко пожал плечами. — Она попробовала еще раз, и я решил, что если я не стану добавлять ей проблем с Тео, то стану лучше в ее глазах, — сказал он, бросив взгляд на Тео. — Действительно, — согласился Нотт, садясь. — Интересно, что я, кажется, стал тем, кто должен управлять вами двумя. — Ты мог бы прекратить? — с надеждой спросил Драко. — Ты не остановишься, пока ты не уйдёшь со своей должности или она. А может быть, и то, и другое. — Тео пристально посмотрел на Драко. Драко надулся. — Я не понимаю, почему ты всегда защищаешь ее, — пробормотал он. — Я не думал, что тебе нравятся грязнокровки. — Неважно, нравится она мне или нет, — ответил Тео. Вам придётся отложить свои разногласия, чтобы работать вместе. И я, в отличие от тебя, пытаюсь понять окружающих меня людей. Грейнджер может быть немного… — на это Драко фыркнул, — неловко в социальном плане. Книги — ее убежище. Не говоря уже о том, что она лучшая подруга Поттера, и она, вероятно, чувствует, что ей нужно что-то отличающее ее от других, чтобы оправдать свою должность. Драко снова фыркнул. — Ага, всё потому что этот Уизли такой особенный. Какой у него талант? Жевать с закрытым ртом? Нет, подожди. Он даже с этим не справляется. Блейз хмыкнул. Тео бросил на Драко злобный взгляд. — Уизли — парень. Он может общаться с Поттером на уровне, который Грейнджер не доступен, потому что она девушка. Если бы ей нравился Поттер, то, возможно, ей не нужно было бы так сильно заморачиваться. Но она этого не делает, потому что, насколько мне известно, она не интересуется Поттером. Кроме того, есть квиддич, который любят оба парня, и она покорно ходит на игры, совершенно не заботясь об их результатах. И у меня есть подозрения, что она ненавидит летать, а экзамен по полётам сдала, написав эссе. Драко уставился на Тео. — Ты пугаешь меня! — заявил он. — Зачем, чёрт возьми, кому-то знать это, не говоря уже о том, чтобы задумываться над этим? — Так вот, — продолжил Тео, игнорируя вопросы Драко. — Она решила быть мозгом операции. Самая умная девушка в школе, одна из лучших друзей Мальчика-который-выжил. Но я думаю, что Грейнджер все еще иногда чувствует себя обделенной, и вместо того, чтобы выражать свое одиночество, она ищет утешения в нем. В книгах. Это, конечно, не очень помогает ее социализации. Драко начал слегка задыхаться. Он не хотел этого слышать. Он не хотел этого знать. Тео язвительно ухмыльнулся. — Конечно, существует гораздо больше нюансов ее истории. Хочешь услышать о них, или ты перестал дуться? Борясь с желанием кивнуть, Драко поджал губы. Ему нравился Тео, вроде. Но ему не нравилось, как он открыто пытался заставить его подчиниться. — Ты забыл ту часть, где у нее чешуя на спине. Добавь это к ее достоинствам, — сообщил он ему, слегка ухмыляясь. Блейз поперхнулся и выпучил глаза. — Ты видел ее спину? — он ахнул. Драко побледнел. Он совсем не этого добивался. — Конечно нет! Я… Она… У нас была Трансфигурация и… Блейз с трудом сдерживал смех. Драко застонал, перестав паниковать. Он понял, что попался на шутку Блейза, выставив себя идиотом. Блейз воспринял это как сигнал, что уже можно рассмеяться. Иногда Драко действительно жалел, что подружился с ним. Раньше было намного проще, когда он называл Крабба и Гойла своими друзьями. Они, естественно, никогда не могли перехитрить его. Тео тоже улыбался. Драко снова застонал. Он всерьёз попался на уловку по своей собственной вине. Выйти победителем из спора практически невозможно. Он закрыл лицо руками и откинулся назад, стараясь не обращать внимания на своих друзей. Если он знал Блейза, тот будет припоминать это в течение еще нескольких недель. — Ну, — наконец сказал Тео, слегка откашливаясь. — Я не считаю твое высказывание насчёт спины уместным. Но, раз мы обсуждаем это, я подозреваю, что ее чешуйчатая спина будет в точности соответствовать твоим перепончатым рукам и… ногам? И как сыпь, которой тебя наградила Булстроуд прежде чем превратить частично в амфибию? Драко убрал руки с лица и уставился на Тео. — Откуда ты узнал? — он хотел избавиться от своих амфибийных черт прежде, чем кто — нибудь заметит. Сыпь была на животе, так что он знал, что никто не видел кроме МакГонагалл, велевшей ему навестить мадам Помфри, если она не исчезнет к утру. Тео ухмыльнулся. — У меня есть свои источники. — Это случилось меньше часа назад! — Они быстрые источники. — Ты случайно не легилимент? — нахмурился Драко. — Это было бы довольно навязчиво с моей стороны, правда? — поинтересовался Тео. Тео, конечно же, уклонился от ответа. Драко немного нахмурился, что лишь вызвало у Тео вежливую улыбку. Он никогда не скажет. Блейз снова усмехнулся, а Драко решил наносить удары так, чтобы они могли поразить что-то помимо воздуха. — Итак, Блейз, — произнес он своим самым шелковистым голосом. — В последние несколько дней, ты украдкой поздно возвращался. Представьте мое удивление, когда я узнал, что Трейси тоже… На этот раз Блейз нахмурился, а Драко ухмыльнулся.