Браслет

Гермиона ворвалась в комнату Драко, пробежав весь путь. Как же несправедливо! Почему он из всех моментов именно сейчас решил, что хочет вызвать еë на два часа раньше? Он точно умел читать мысли, не иначе. Каким-то образом он, должно быть, узнал, что она не несчастна, и решил исправить это. Наверняка, Малфой просто не может вынести, что она не несчастна. Бедный Рон. Она практически сбежала от него, когда призывы стали гораздо сильнее обычного. Гриффиндорку настолько озадачила и поразила такая срочность, что она едва смогла попрощаться. Рон, наверняка, подумал, что она сбежала от его поцелуев, что было крайне далеко от истины. — В чем дело? — тут же спросил Драко, едва дождавшись, пока Гермиона окажется внутри и закроет за собой дверь. Девушка прищурилась. — Что ты имеешь в виду? Слизеринец нахмурился. — Что-то происходит, и мне это не нравится. Гермиона уронила челюсть, а затем обвинительно указала пальцем на него. — Ты можешь читать мои мысли! Как ещё ты узнал бы?! — Не говори ерунду, — усмехнулся он. — Если бы я мог читать твои мысли, зачем бы тогда спрашивал тебя, что происходит? Я бы и так знал, правильно? Гриффиндорка подозрительно прищурилась. — Но ты кое-что всё-таки знаешь! — Да, — сказал он. — Я кое-что знаю, и ты расскажешь мне все это. Сейчас. Гермиона покраснела. — Это кое-что личное. — Я повторю, — пробормотал парень, а затем нахмурился. — Эта штука работает вообще? Я приказываю тебе рассказать мне! — Я была с Роном, — пробормотала гриффиндорка. — Ой. — Драко сморщил нос. — Фу! То, что ты была с Уизли принесло тебе нежные и теплые чувства? Что он сделал? Гермиона закрыла глаза от унижения. — Он поцеловал меня, — прошептала она. Глаза Драко расширились, а затем он посмотрел на кольцо на своем пальце. Это всё определенно неправильно. Есть некоторые вещи, которые он предпочел бы не знать, и чувство удовольствия Грейнджер от лобызаний с Уизелом — несомненно одно из этих вещей. — Итак, — начал он, прочистив горло. — Ты не можешь больше так делать. Слизеринец подошёл к своему стулу и сел. Гермиона открыла глаза. — Что? — Ты слышала меня, — сказал он. — Ты не будешь целоваться с Уизли, пока носишь этот браслет. — Но это смешно! — возразила девушка. — Ты серьёзно так хочешь, чтобы я была несчастна? Драко устало потëр лоб. — Как ты уже догадалась, Грейнджер, иногда я знаю больше, чем хотелось бы. Очень неприятно чувствовать некоторые вещи, поэтому твоему влюблённому Уизелу придётся просто подождать. — Чувствовать… — пробормотала Гермиона, а затем ее глаза расширились. — Это мои чувства! Конечно! Как же я раньше не догадалась? Ты можешь ощущать мои чувства, верно? Не удивительно, что у тебя отлично получается делать меня несчастной — ты в курсе, когда всё делаешь правильно! Драко потëр висок. — Ты чертовски раздражена. Ты знала это, Грейнджер? — Я ещё и права, верно? — поинтересовалась она с торжествующей усмешкой. Затем гриффиндорка нахмурилась, поняв, что только что обнаружила. — Это так навязчиво с твоей стороны! — Поверь мне, Грейнджер, я бы предпочёл не знать, — заверил он девушку. — У тебя так много хреновых эмоций. Довольно утомительно пытаться угнаться за их сменой. — Тогда и не надо! — воскликнула Гермиона. — Я не хочу, чтобы ты читал мои чувства! Ты не можешь просто выключить это? Драко покачал головой, страдальчески вздыхая. — Я хотел бы, но правда не могу. Гриффиндорка скрестила руки и вздохнула. — Оказывается, какая-то безделушка для бедных женщин, которым ее навязали их мужья. Драко нахмурился. — Мне кажется, что женщины всегда жалуются, что мужчины не могут угадать их чувства — я бы сказал, что браслет решает данную проблему. Гермиона фыркнула. — Это дело принципа. У меня нет личного пространства. Ты знаешь, если я злюсь, расстроена, счастлива или… Девушка замолчала, ее глаза расширились, а лицо покраснело. Слизеринец поднял бровь. — Ну, ты знал, когда меня целовали, правильно? — пробормотала она. — Так как браслет создали для жён, они не должны были целоваться с другими мужчинами, — отметил Драко. — Нет, — сказала Гермиона, немного сдвинувшись с места, — Но есть… другие… вещи… Парень посмотрел на неё, не понимая. Исключение поцелуев естественно также исключало любые «другие вещи», которые возникали у него в голове. — Не бери в голову! — её глаза практически округлились, и она яростно покачала головой. — Просто мысль, неважно. После слов гриффиндорки Драко почувствовал любопытство. — Нет, скажи мне, — приказал он. — Мне не терпится узнать, что тебя так смутило. — Ты бы, — проворчала она. — Что бы ты делал без холодного душа? Драко сощурился и заскользил взглядом с одного предмета на другой, пока что-то не щëлкнуло в его голове, и он не выскочил из кресла. — НИЧЕГО такого! — Ты утверждаешь, — пробормотала Гермиона. Наступило неловкое молчание, пока они оба пытались переварить последствия этого побочного эффекта кольца и браслета. — Свободна, — наконец выдохнул он и сел, уставившись на домашнее задание. Когда парень услышал, как гриффиндорка ушла, он провел пальцами по волосам и уткнулся лбом в стол. Ему нахрен не сдались те картинки, которые в настоящее время маячили у него в голове. И почему Грейнджер вообще вспомнила про холодный душ? Драко отчаянно надеялся, что она не догадывается о том, что с ним случилось, и как он себя чувствовал после того, как вернулся, найдя ее спящей в своей постели той ночью.

***

На следующий день Драко решил стать свидетелем помирившегося трио. Его тошнило от того, что он разрывался между желанием снова попытаться разделить друзей и собственным желанием избежать отчаяния, транслируемого кольцом. В конце концов он пришел к выводу, что гриффиндорка может иметь своих друзей. Кроме того, её подающие надежды отношения с Уизли должны помешать Тео. Драко нашёл время между уроками, чтобы отвести её в сторону и попросить перестать смотреть на него своими глазками, потому что это вызывало у него боль в животе. Девушка показала ему язык, но, конечно же, ей пришлось повиноваться. Слизеринец все-таки не смог удержаться, чтобы не показать Уизли свои предполагаемые отношения с Грейнджер, кидая намекающие взгляды и ухмылки. Как же его забавлял Уизли, выглядевший до обеда убийственно. Как ни странно, Грейнджер казалась менее злой и даже пыталась успокоить Уизли. Драко начал было задаваться вопросом, почему Уизли хочет девушку, которая якобы спит с другим человеком — тем более, с человеком, которого он ненавидит, — но в итоге он просто плюнул на это дело. Драко никогда не поймет гриффиндорцев.

***

— Ты придурок, ты знаешь это? — Придумай что-нибудь новенькое, Грейнджер, ты мне наскучила. Драко без энтузиазма пытался сделать домашнее задание, а Гермиона по неосторожности забавляла его своим разглагольствованием. — Тебе не стоило дразнить Рона весь день! — Может быть, и не стоило, но я так захотел. — Тьфу… Ты такой придурок. — Опять ты мне наскучила. Хотя на самом деле он нисколько не скучал. По-видимому, гриффиндорка решила подождать (за исключением того, когда он дразнил Рона), пока они не смогут остаться наедине. Драко было очень любопытно. Также было немного любопытным то, что вела себя с ним совершенно иначе, когда он не мучал её. Слизеринцу ещё предстояло определить, хорошо это или нет. Гермиона прищурилась. — Ты делаешь это просто для того, чтобы сделать меня несчастной, ведь так? Но у тебя ничего не получится. Между нами с Роном есть доверие, ты ничего не сможешь сделать, чтобы разлучить нас! Драко выгнул бровь. — Ты бросаешь мне вызов? Гермиона слегка побледнела, и парню пришлось скрыть улыбку. В его планы больше не входило разлучать их. Но, конечно, Драко не собирался давать знать девушке о своих планах. — Ты реально наслаждаешься этим! — обвинила она, заставляя слизеринца немного выпрямиться, чтобы взглянуть на неё. — Ты ведь просто любишь играть в Бога моей жизни? О, именно так. Драко пожал плечами. — Конечно, Грейнджер. Кто бы на моём месте отказался? Гриффиндорка скрестила руки на груди, выглядя очень упрямой. — Ну, ты можешь и дальше веселиться, проворчала она. — Мне все равно. — Конечно, тебе все равно, — сказал он ей. — Вот почему это забавно. Девушка посмотрела на него с подозрением. — Ты сегодня разговорчив, — заметила она. Драко откинулся на спинку стула и тоже скрестил руки. — Ты сама продолжаешь говорить, Грейнджер. — Да, но ты не приказал мне заткнуться! — в её глазах загорелся вызов. Слизеринец слегка поморщился, пытаясь подобрать ответ. — Ты сегодня интереснее, чем домашняя работа, — сказал он наконец. Гермиона слегка наклонила голову. — Ты постоянно делаешь домашнее задание. Никто не выполняет так много домашнего задания, как ты. Ну, кроме меня. — Спасибо за напоминание, — пробормотал он. — Ты стараешься победить меня? — поинтересовалась гриффиндорка. — Ну, ты же в курсе, что не сможешь. Драко нахмурился немного. — Земля не крутится вокруг тебя, Грейнджер. — Тогда почему? — Какое тебе дело? — задал вопрос слизеринец. — Мне любопытно, — ответила девушка, отметив очевидное. — Кажется, ты пишешь больше сочинений, чем кто-либо. Почему? Драко закатил глаза. — Может быть, если бы ты хоть немного подумала, то нашла бы ответ. — Может. Но гораздо проще просто спросить тебя. — Мне не хочется общаться с тобой по душам, — усмехнулся он. Гермиона поморщилась. — Если ты расскажешь мне, — медленно начала она. — Я скажу Нотту, что ты хорошо ко мне относишься, когда увижу его завтра. Драко недоверчиво уставился на неё. — Я могу просто приказать тебе сделать это! — Да… — уступила она. — Но ты не подумал об этом! — Ну, теперь уже поздно. Ты скажешь Тео, что я хорошо к тебе отношусь… если он спросит. Нет необходимости говорить это, если он не поинтересуется. Гриффиндорка показала ему язык. Кажется, это стало её новой привычкой. — Я придумаю другое, — поведала она. Парень снова поднял бровь, глядя на нее. — Ой, да ладно! — Гермиона чуть не топнула ногой. — Просто расскажи мне уже. Я никому не скажу. — Зачем мне рассказывать тебе свои секреты? — спросил он. — Последнее, что мне нужно, чтобы у тебя было что-то на меня. — Я бы не стала использовать это против тебя, — быстро сказала Гермиона. — Я обещаю. Своей честью. Во всяком случае, чего такого? Это просто домашнее задание. В худшем случае ты отстаешь по предметам или… — она остановилась, когда парень напрягся. Драко смотрел прямо перед собой, и девушка неловко пошевелилась. — Ты отстаешь? — тихо спросила она. — Как такое возможно? Прошло нескольких секунд. Гермиона не думала, что слизеринец ответит. — Я потерял год, Грейнджер, — сказал он наконец. — В прошлом году мне было наплевать на школу, потому что… думал о других вещах. — девушка молчала, не зная, что сказать, и через несколько секунд он продолжил. — Мне пришлось побороться за то, чтобы мне вообще позволили перейти на 7 курс. Ты не удивилась тому, что случилось с Крэббом и Гойлом? Как думаешь, почему они не ходят ни на один из твоих предметов, несмотря на то, что они все еще здесь? Они провалили тест, который я едва прошел, и теперь они опять на шестом курсе. — О… — Гермиона не знала, как на это ответить. — Но если ты прошел, зачем тебе делать всю эту дополнительную работу? — Такое условие мне поставили. Я обязан изучить все материалы прошлого курса, чтобы суметь сдать ЖАБА. Теперь ты довольна? Парень отвернулся от гриффиндорки, собираясь игнорировать ее присутствие и продолжить выполнять свои бесконечные задания. — Я могу помочь тебе, — тихо предложила Гермиона. Драко напрягся. — Мне не нужна твоя помощь! — резко сказал он. — Мне не нужна твоя снисходительность. Я не тупой. Я могу не быть в списке лучших учеников нашего курса, но я потерял целый год, так что, по моему мнению, я занимаюсь прилично. — Я не считаю тебя тупым, — возразила Гермиона. — Я имею в виду… — она заколебалась, когда он уставился на нее, но затем упрямо подняла подбородок. — Ты прикладываешь много усилий, чтобы мучить меня. Ты просто потрясающий в своей больной и извращенной фантазии. Если бы ты применил это в своем обучении, то мог бы достичь почти того же уровеня, что и я. Слизеринец хмуро посмотрел на девушку, не удосужившись ответить. Так или иначе, почему она хвалила его? Его мир пошатнуло то, что он услышал. И ему это не нравилось. — Свободна, — проворчал он. — Твоя болтовня отвлекает меня.

***

Гермиона вошла в кабинет Старост, удивляясь тому, как легко все шло сегодня. Она побывала и на завтраке, и на обеде. Ей разрешили присутствовать на всех занятиях, при этом там не творились какие-либо глупости. А теперь она даже встретилась с Ноттом без каких-либо опозданий. Гриффиндорка даже заволновалась, что Малфой тяжело заболел. — Что тут смешного? Она подняла голову и увидела, что Нотт насмешливо смотрит на нее. — Хм, ничего, — ответила она. — У меня просто хорошее настроение сегодня. — Итак, как Малфой относится к тебе? «Ты скажешь Тео, что я хорошо к тебе отношусь, если он спросит.» Гермиона поджала губы. — Он хорошо ко мне относится. Даже образцово. Как к королеве. Нет, подожди, лучше. — Ах, — выдохнул Нотт с удивлëнным блеском в глазах. — Я вижу, что он ожидал, что я задам такой вопрос. Впрочем, я рад, что ты, кажется, нашла свой юмор. — В последнее время он не очень-то плохой, — призналась Гермиона. — Я полагаю, что он тяжело заболел. Нотт улыбнулся, и Гермиона не смогла сдержать смех. Сегодня такой приятно нормальный день. — Я не видел тебя всю неделю, — сказал Нотт. — Это довольно странно, учитывая, что я присматривал за тобой. — Хм, да, правда? — поинтересовалась гриффиндорка, надеясь, что Нотт пояснит причину. А как иначе? Она до сих пор находилась под приказом избегать его вне заседаний Старост, и ей запретили говорить об этом. — Я подозреваю, что Драко может быть как-то связан с этим, — продолжил Нотт. — Но ты не можешь рассказать мне, верно? — Нет, — произнесла Гермиона с усмешкой. — Почему ты опять ссмеёшься — Потому что ты такой умный! — ответила девушка. — Я не знаю, почему ты дружишь с такими людьми, как Малфой. Ты почти нормальный. Только, знаешь, ты жутко всезнающий. Глаза Нотта расширились. — Жутко… — пробормотал он. — Это не совсем то, что я надеялся услышать… Гермиона прикрыла рот рукой, когда поняла, как слизеринец воспринял её слова. — Я не это имела в виду, — поспешила она успокоить парня. — Просто… ты всегда, кажется, знаешь всё. -Да, всезнающие все такие, — пробормотал он. Гермиона не была уверена, поскольку Нотт так редко показывал свои чувства, но ей показалось, что он выглядел слегка обиженным. Девушка не хотела его обидеть. В конце концов, он — самый редкий и важный союзник. Даже друг. Гриффиндорка поморщилась. Нотт слегка улыбнулся. — Не волнуйся, Грейнджер, я не так легко обижаюсь. Гермиона сомневалась, что это правда, но решила спустить всё на тормозах. Она действительно не знала, что ещё делать. — Итак, что мне делать? — рискнула она. — Ничего, — тихо произнес он. — Я подумал, что Драко может захотеть вмешаться. Поэтому, надеюсь, ты не возражаешь, но я разыскал Патил, сказав ей, что тебе нужно немного отдохнуть. Теперь она помогает мне с графиками и консультированием учеников. Это одна из причин, почему я пытался поговорить с тобой на прошлой неделе. — Ой. — девушка прислонилась к столу. — Тогда, выходит, нет необходимости проводить эту встречу, и я должна идти в Подземелья… — Нет, пожалуйста, подожди немного, — сказал он, подходя к ней. — Я вряд ли увижу тебя за пределами наших встреч, верно? Гриффиндорка покачала головой. — Скоро все закончится, — тихо сказал парень, достигнув ее. — Просто держи голову высоко, и тогда время пройдёт в кратчайшие сроки. Гермиона слегка улыбнулась. Из его уст это звучало так просто. Девушка подняла голову, и ее сердце замерло. Её губы от удивления приоткрылись, а слизеринец обнаружил, что стоит очень близко к ней. Что происходит?