Браслет

Итак, Тео послушался его и помирился с Гермионой. Хорошо. Это было то, чего он хотел. Он был доволен. Драко отказался признать, что то, что он чувствовал, не приносило удовольствия. Прошло несколько дней с тех пор, как Драко поговорил с Тео. Гермиона поначалу вела себе немного неловко, но теперь… куда ни взглянь — повсюду была эта парочка. Драко пришлось несколько раз менять свой путь в класс, потому что эти двое флиртовали в коридорах, а Гермиона выглядела такой смущённой и довольной собой, что Драко тоже был… доволен. Ладно, ладно. Больше похоже на умопомрачительную ревность. Он мог признать это себе, пока ему не пришлось признаваться кому-то ещё. Но в то же время, это было то, что он хотел, и они оба выглядели счастливыми, и всё было хорошо. Можно смело переходить к следующей главе, в которой его не будет. Только… жизнь не совсем так работала. В течение следующих шести месяцев ему всё равно придётся постоянно видеть их на уроках, за едой, на школьных мероприятиях, в залах и даже в их Общей Гостиной. Он точно сойдëт с ума. История никогда не включала эту часть. Часть, где жизнь шла в мучительно медленном темпе и вы просто не могли ничего с этим поделать. Ба. Он сидел, хорошо наблюдая за своей одновременно наименее и самой любимой маглорождëнной ведьмой на Чарах, когда театральный шёпот донëсся прямо до его уха. «Может быть, если бы Грейнджер тратила больше времени на укрощение своих ужасных волос и меньше времени на то, чтобы быть надоедливой бабой, она могла бы получить свидание…» Глаза Драко раскрылись в удивлении и гневе, а затем, не думая, он среагировал, встряхнув даже Блейза от тоски. Терри Бут, несчастный когтевранец, который произнёс своё саркастическое и нелестное замечание о внешности Грейнджер, внезапно обнаружил, что его голова с такой силой прижата к его столу, что нос дал тошнотворную трещину и начал кровоточить повсюду. Визг и бессвязные гневные обвинения превратили класс в временный хаос, пока Флитвик не смог отправить Бута в больничное крыло и спросить класс, что произошло, когда он отвернулся в то время. — Спросите Малфоя, сэр, — сказал Майкл Корнер, друг Бута, который сидел рядом с ним. Флитвик взглянул на Драко с явным раздражением и разочарованием на его лице. — Мистер Малфой? Драко пожал плечами. — Он немного неуклюж, профессор, — произнёс он холодно. — Кажется, Бут поскользнулся. Корнер, кажется, собирался возразить, когда Блейз вмешался, едва сдерживая зевоту. — Да, я тоже это видел. Корнер снова открыл рот, но во второй раз его ударил кто-то другой. — Буту следовало думать, прежде чем искушать судьбу, — спокойно сказал Тео. — Думаю, он научится просто сидеть и молчать. — Да, — тихий голос, который заставил глаза Драко расшириться. — Мы тоже заметили. Не так ли, Рон? Поттер. Слизеринец мгновенно почувствовал яростное негодование, охватившее его. Кто Поттер такой, чтобы считать, что Драко нужна хоть какая-то помощь от него? У них всё было схвачено, и Мальчику-Который-Должен-Был -Умереть, не нужно вмешиваться. Корнер теперь выглядел раздражённым, но не рвавшимся в бой. Тео являлся Главным Старостой мальчиков, а Поттер — любимчиком всех учителей, и они действовали заодно. — Да, — неохотно согласился Уизли. — Думаю, нам лучше поговорить с ним о том, как не ломать кости в классе. — Из твоих уст это ничего не значит, Уизли, — сказал кто-то сзади, и почти все засмеялись. Профессор Флитвик смотрел на невероятный набор людей, дающих показания об одной и той же лжи. Драко не особо заботился о том, купился ли он на это, но вместо этого он ещё раз взглянул на Гермиону. Она сидела прямо как шомпол, глядя вперёд с ярко-красными щеками. Должно быть, она слышала. Она точно слышала. Гриффиндоика казалась униженной из-за произошедшего. Драко счёл это странным, потому что девушка никогда не заботилась о том, что о ней говорили люди, поэтому он пришёл к выводу, что вряд ли она в таком состоянии из-за глупого замечания Бута. Но, конечно, половина класса увидела, что сделал Драко, и, вероятно, скоро выяснит причину. Она не должна этого хотеть — точнее, он знал, что она этого не хотела. Он просто не думал об этом. В тот момент он вообще ни о чём не думал, а просто почувствовал вспышку ярости и действовал импульсивно. Тупо. Он должен был помнить, что она не хотела, чтобы он делал что-то народобие. Она вообще не хотела, чтобы он что-то делал. Парень вздохнул и закрыл лицо руками, игнорируя озадаченный и пристальный взгляд Блейза. Блейз тот ещё стервец. Он будет докапываться и просить объяснения, а затем безжалостно дразнить. Флитвик, видимо, решил спустить им всё с рук, потому что внезапно урок закончился, и Драко освободился так же, как и раньше. Он почти сожалел об этом инциденте. Он собрал свои вещи и попытался уйти, но вскоре его догнал Тео. — Ты не можешь делать такие вещи, Драко, — начал он без прелюдий. Драко поморщился. — Знаю, — пробормотал он. — Это больше не повторится, хорошо? Он попытался уйти, но Тео снова остановил его. — Просто будь осторожнее. Не быть отчисленным в течение полугода не должно быть таким трудным. Отчисленным? Драко посмотрел на Тео. Он только что случайно вторгся на территорию Тео, а затем Тео беспокоится, что Драко может быть исключён? — Не беспокойся обо мне, — процедил он. — Я ведь всегда выживаю, не так ли? На этот раз ему удалось сделать три шага, прежде чем кто-то другой преградил ему путь. Грейнджер. Слизеринец едва подавил стон. Он не мог говорить с ней. Он изо всех сил старался не говорить с ней. Это было ужасно, потому что… он не хотел с ней разговаривать. Внутренняя вспышка гнева немного помогла. — Что это было? — спросила девушка с низким шипением. Как он и представлял, она очень «обрадовалась» произошедшему. — Что было, Грейнджер? — ответил Драко вопросом на вопрос, отчаянно выискивая Блейза среди других учеников. — Ты знаешь что! — Ах, это, — замялся парень. Как, блядь, она узнала со своего места в первом ряду? — Ничего особенного, понятно? Он просто раздражал меня. — Так ты поэтому сломал ему нос? — её голос немного повысился, и Драко заметил, что глаза гриффиндорки расширились и округлились от недоверия. Он не знал, что сказать, и беспомощно обратился к Тео за помощью. Тео сделал вид, что не заметил, глядя куда угодно, но не на них. Дерьмо. Что за трус. — Это легко исправить. Могу поспорить, что ты даже не можешь сказать, что он сломан. Мадам Помфри разбирается в костях. — Что на самом деле происходит, Малфой? — потребовала Гермиона. Он знал, почему она спрашивает это. Девушка ожидала, что он потеряет эти чувства. И он их потеряет. В итоге. Просто пока ещё нет. Возможно, перспектива того, что этого на самом деле не произойдёт, пугает её. Он задавался вопросом, боялась ли она, что он попытается преследовать её. Он знал, что ей было очень неудобно оттолкнуть его, и она, вероятно, боялась, что ей придется сделать это снова, потому что он не получил сообщение. — Ничего не происходит, — сказал он очень устало. — Он вёл себя как болван, и я слишком остро отреагировал, ясно? Но, чувствуя твою благодарность, обещаю, что это больше не повторится. Наконец он нашел Блейза, который, по-видимому, задержался и вышел из класса гораздо позже, чем все остальные. Драко быстро направился в сторону друга. Даже зная, через что Блейз заставит его пройти, это всё равно лучше, чем разговаривать с ней. Блейз выглядел очень довольным. Ещё бы. Блейзу всегда нравилось, когда Драко был несчастен. — Итак… — начал он, заставляя Драко застонать про себя. — Ты, наверное, знаешь, что я собираюсь спросить. — Просто избавь меня от этого, — простонал Драко. Блейз пожал плечами и улыбнулся. — Ладно, тогда. Ты собираешься спуститься в гостиную на завтрашнее празднование Рождества? Удивлëнный взгляд Драко, должно быть, был по-настоящему смешным, потому что Блейз громко рассмеялся. — Не планировал, — пробормотал Драко. — Конечно, нет, — сказал Блейз, немного успокоившись. — Ты предпочитаешь хандрить, раздумывать и сидеть и дуться о своей собственной неактивности вместо того, чтобы пытаться делать то, что ты хочешь. Драко не спорил. В каком-то смысле всё это являлось правдой, но он просто не знал, как это исправить, чтобы это не было бы глупо и ни к чему не привело. — К чему ты клонишь? — Приходи завтра вечером, и я никогда не вспомню, что случилось сегодня. В таком случае Драко должен был согласиться. В конце концов, что такое пара часов на тупой вечеринке по сравнению с неделями в аду, когда над тобой издеваются из-за твоих наиболее неудачных наклонностей?

***

Гермиона готова была вырвать свои собственные волосы. Благодарность? Его маленький трюк был только для того, чтобы заставить людей рассуждать ещё больше об их отношениях и… и… и… Как он мог сломать кому-то нос? Замечание Бута было ничуть не хуже, чем то, что делал Малфой сам! Некоторые из подобных замечаний даже сравнительно недавно! Низкий смешок вывел её из состояния раздражения. Она перевела взгляд на Тео, который, очевидно, смеялся над ней, хотя он выглядел лишь отчасти удивлëнным. Он поднял руки, как будто сдался. — Эй, я ничего не делал. — Нет, ты не сделал! — воскликнула Гермиона, так и не успокоившись до конца. — Потому что ты в здравом уме. Нормальные люди не становятся такими жестокими ни с того — ни с сего. О чем он только думал? Тео пожал плечами. — Возможно, это мне следовало стать жестоким. То, что сказал Бут, было не очень приятно. Я верю, что должен защищать тебя в таких случаях. Гермиона фыркнула. — Я тебя умоляю. У меня бывало и хуже. И от Малфоя в том числе! Что люди теперь будут думать? Губы Тео сжались от обеспокойства. — Надеюсь, ничего. Драко будет трудно, если люди решат, что ты всё ещё ему нравишься. Она застонала от этой мысли. — Тяжело ему? А мне? Я бы хотела, чтобы он просто… ушел. Далеко. Очень далеко. Оставил меня в покое. Навсегда. Тео посмотрел вниз. — Тебе бы стало легче тогда? Если бы его исключили или позволили его отцу забрать его обратно… или если бы он умер. Шок — не то слово, которое могло бы описать то, что чувствовала Гермиона. — Конечно, нет! — она резко упрекнула Главного Старосту мальчиков. — Как ты смеешь даже предполагать, что я этого хочу. — Это единственное, что может заставить его бросить школу сейчас, Гермиона, — Тео мягко прервал. — И хотя я не подразумевал, что ты именно это имела в виду, мне кажется, что тебе в таком случае стало бы легче… Для меня тогда тоже было бы проще, не так ли? Гермиона сильно покачала головой. — Не говори ерунду! — прошипела она. — Я не хочу, чтобы кто-то встал на сторону зла, умер или был исключен. Это того не стоит. Мне плевать на то, что думают люди, я просто хочу немного покоя! Она отвернулась от Тео и убежала, не заметив, что он задумался, пытаясь проанализировать её реакцию.

***

— Всё не так плохо, да? Драко злорадствовал над Блейзом. Не то, чтобы он не любил вечеринки. Он любил вечеринки. Вообще он был довольно общительным человеком, который, помимо всего прочего, любил веселье и внимание, а вечеринки давали и то, и другое. Но в этот раз его совсем не интересовало чьë-либо внимание, и всё, что раньше казалось «весëлым», теперь он находил просто отстойным. Так что он сидел в своем кресле, считая секунды до того момента, когда он сможет уйти, и удивляясь, почему Блейз так отчаянно хотел, чтобы он присоединился. Наверное, потому что несчастному нравилась компания, потому что, что бы он ни говорил, Блейз тоже не веселился. Друг пил намного больше, чем обычно, и даже не смотрел в сторону девушек. Даже когда симпатичная девушка слегка проявила интерес, он грубо отшил её. Драко ни хрена не понимал, что они здесь делают, но он терпел. Хоть и не притворялся, что ему тут весело. Общая Гостиная быстро заполнилась учащимися, и рассадка стала проблемой, как это было всегда. Драко не особо заботился. Он всегда мог получить место. Он находился на достаточно высокой позиции в иерархии, и стоило ему просто посмотреть на какого-нибудь ученика, как тот быстро сбегал, как и сейчас. Но тут же его настигло удивление, когда он вдруг обнаружил на своих коленях пятикурсницу. Дерзость была неслыханной. Быстрый осмотр показал ему, что он не был единственной жертвой такого поведения, поскольку целая группа девушек, очевидно, решила, что парням не хватает мест. Блейз засмеялся со своего места. Хотя у него никто не сидел на коленях, и Драко задался вопросом, почему от него не сбегали, принимая во внимание его нынешнее настроение. Раз эта девица не хотела сбегать, ему придётся снять её со своих колен. Драко был настроен серьёзно, так как не был в настроении для таких игр. — О, великолепно! Мне достался тот, кто выглядит убийственным! — пожаловалась бедная девушка. У Блейза смех странным образом превратился в кашель. Драко ощутил нарастающее недовольство. — Мы знакомы? — холодно задал вопрос он. Девушка пожала плечами. — Нет, но моя сестра на одном курсе с тобой. — Ах, так ты меня знаешь, — парень сделал глоток своего напитка. — Как очаровательно. — Все знают тебя, Малфой. Ты источник большого развлечения Драко прищурился и снова посмотрел на девушку. Её волосы были длинными, доходящими до середины спины, и светло-коричневыми, и у нее были светло-голубые глаза. Не самая удачная комбинация, но эта девушка довольно хороша. И она напомнила ему кого-то. — Сестра Дафны, я так понимаю? — спросил слизеринец. Девушка кивнула в знак согласия. — Да. Люди говорят, что мы похожи. Но я этого не вижу. Драко пожал плечами и отвернулся. Хорошо, так что он не оттолкнул её, но он больше не особо хотел общаться с ней. Девушка, казалось, не возражала и вступила в оживленную дискуссию с кем-то другим. Блейз до сих пор пил, и Драко задавался вопросом, сколько ещё он продержится. Блейз обычно не пил. Раньше он говорил, что пьянство делает людей глупыми, и он оставлял других парней напиваться, а сам уводил их девчонок, пока те были заняты алкоголем. Конечно, этим вечером он не был заинтересован в том, чтобы уводить кого-то. Он казался гораздо более заинтересованным в том, чтобы быть задницей. Это было неправильно. — Ты не думаешь, что с тебя хватит? — раздраженный женский голос выразил именно то, что беспокоило Драко. Блейз скривил губы в саркастической гримасе. — Неужели Трейси… волнуется? Я тронут. Друг снова сделал глоток, и Драко поморщился, увидев странное предчувствие, что Блейз не собирается останавливаться. Дерьмо. Это может быть не красиво.