Браслет

Драко проснулся и моргнул. Затем он снова моргнул. Он был один. Покачав головой, чтобы прояснить её, он попытался вспомнить, что произошло. Ничего, правда. Ничего не случилось. Гермиона пришла к нему в поисках утешения после того, как поссорилась с Тео. Будучи полным идиотом, он с нетерпением ждал возможности заняться сексом с ней, но вместо этого прикусил язык, чтобы не сказать ей, что считает Тео идиотом, и что ей будет лучше без него. Потому что они с тем же успехом могли бы признать это — ей было лучше с Тео. Всем было бы лучше. Перспектива исключения Тео из уравнения была… по меньшей мере, пугающей. Это было тем, о чём он не хотел бы слишком много думать. Когда всё стало таким запутанным и сложным? Парень поднял руку, чтобы потереть уставшие глаза, и сразу это заметил. Браслет пропал. Внезапно поднявшись, он увидел драгоценности на тумбочке: один браслет и одно кольцо. Они словно насмехались над ним во всём их безразличном великолепии.

***

В течение дня стало более чем очевидно, что Гермиона избегает его. Это было немного забавно. Не то чтобы они обычно много общались на уроках и тому подобное, и он особо не пытался загнать её в угол, но всё было понятно, так как гриффиндорка предпочитала находиться в другом конце комнаты. Вскоре он понял, что она смущена тем, что произошло. Если бы она не была осторожна, кто-то ещё мог бы уловить эти вибрации тоже. Драко задавался вопросом, что именно смутило её больше: то, как он обнимал её, то, что она плакала, пока он утешал её, или то, что она заснула рядом с ним в его постели. Слизеринец ставил на плач, но он не мог быть полностью уверен. Драко не понравилось то, что девушка нарушила соглашение и чуть ли не швырнула его подарок ему в лицо. Он сомневался, что она подумала об этом дважды. Ладно, ладно, может быть, она ничего не бросала, но он дал ей этот чертов браслет и кольцо, и у неё не было причин просто так оставлять их в его комнате. Если только она не хотела сделать какое-то заявление. Но если бы Драко позвал её, то это было бы важно. Хотя это имело значение, он знал, что было бы не очень разумно показывать это, и он должен был подойти к этому осторожно. Парень сидел в Общей Гостиной слизеринцев после того, как уроки, наконец, закончились, размышляя об этих вещах, когда Блейз вошёл и плюхнулся на диван с хорошим настроением. — Ах, наконец-то наступили выходные, — вздохнул он. Драко поднял голову, чувствуя смутное удивление по этому поводу. — Так и есть. Так же, как каждую пятницу. — Тебе не хватает романтизма, ты в курсе? — пожаловался Блейз. — Заявить, что скоро выходные — это романтика? — Романтика — это состояние души. — ну вот опять Блейз за своё. — Дело не столько в том, что ты делаешь, сколько в том, что ты утверждаешь, — Драко почувствовал необходимость указать на это. — Да какая разница? — Блейз выглядел слишком самодовольным. — У тебя отвратительно хорошее настроение. В чём причина? — В выходных! Драко фыркнул. Друг явно не собирался сотрудничать. — Да уж. — О, да ладно тебе, Драко. Ты должен получать удовольствие от мелочей. Не надо все время размышлять о чём-то. — Я не размышляю всё время. — Драко слегка обиделся. — Конечно, размышляешь, и я не виню тебя, но ты не можешь делать это всё время. — Я не размышляю. Я просто думаю. — О чём? Драко не ответил. — Если ты думаешь о ней, ты размышляешь, — сказал Блейз снова самодовольно. Придурок. — Как же раздражаешь, ты знаешь это? — спросил Драко, показывая свою усталость. — Да. Но я собираюсь предаться твоему безобразию. Скажи мне, о чем ты думаешь. — Нет. — Я уже знаю, что о ней. — Тогда почему ты спрашиваешь? Блейз театрально вздохнул. — Конкретика, приятель. Мне нужны детали. — Зачем мне выкладывать тебе подробности? — Тогда я смогу посочувствовать и помочь тебе в заговоре. — Блейз говорил нетерпеливо, как будто Драко был против, просто назло ему. На самом деле, так и было, но это было не важно. Драко колебался. Ему не нужно, чтобы Блейз сочувствовал ему, и он вздрогнул, подумав о том, что друг может замышлять. Тем не менее, странным образом, рассказать кому-то о том, что произошло прошлой ночью, казалось привлекательным. Даже если то, что кое-что было упущено — к лучшему. — Она приходила к тебе вчера вечером, не так ли? — спросил Блейз, покачивая головой. — Хотя заявила, что собирается встретиться с Тео — Сначала она пошла к Тео. Потом ко мне. — не было никаких причин отрицать это. — Так что же случилось? — Она осталась. Блейз дёрнулся так быстро, что Драко подумал, что он мог что-то потянуть себе. — Не может быть! Вы… — он заметно огляделся, без сомнения, выискивая тех, кому этот разговор будет интересно слушать. Очень умно. К счастью, сейчас только два третьекурсника играли в «Волшебные шахматы» в другом конце комнаты, и они были слишком заинтересованы в игре, нежели в том, чтобы подслушивать. — Вы переспали? Драко не мог удержаться от иронического подëргивания губ. — В некотором смысле, да. — Что это должно означать? — Мы просто спали. Блейз выглядел искренне озадаченным. — Зачем ей это делать? Драко покачал головой. Как-нибудь в другой раз. — Это не важно. Более важно то, почему я вообще хотел, чтобы она просто осталась в моей постели? Я имею в виду, я знаю, почему, я просто… не знаю… — он снова покачал головой. Это было сложно объяснить. Неудивительно, что Блейз не понял. — Что ты имеешь в виду? Конечно, ты бы хотел, чтобы она осталась, когда ты любишь её. Даже если это просто сон. Совместный сон может быть приятным. Я просто не понимаю, почему она осталась. Драко нахмурился. — Что? — Я сказал, я просто не пони… — Нет, — перебил Драко. — Не… это. Блейз открыл рот, как будто хотел что-то сказать, а затем нахмурился и снова закрыл его. — Нет, — пробормотал он. — Нет, ты не можешь быть таким тупым. — Я не тупой! — это слегка задело Драко. — Хорошо. Значит, ты не отрицаешь, что любишь её? — Я не люблю! Челюсть Блейза отвисла. — Мерлин, ты, должно быть, самый тупой парень на нашем курсе. Даже если бы Гойл не сдерживался, я совершенно уверен, что никто не смог бы бросить тебе вызов. — О, ха-ха. — Драко нахмурился. — Ты же не серьёзно? — Это одержимость, страсть и, да, возможно, увлечение, но не более, — ответил он со всей своей убеждëнностью. — Ты чё правда серьёзно? — Блейз широко раскрыл глаза. Было бы смешно, если бы это не было так раздражающе. Драко откинулся назад, его губы сжались в тонкую полоску. — Ты начинаешь повторяться. Блейз покачал головой, как будто с трудом понимая. — Не хочу тебя огорчать, приятель, но все знают, что ты любишь её. Это поставило Драко в тупик. — Что? — Ну, возможно, не все, но я знаю это, Тео знает это, и я уверен, что и у Панси, и у Астории есть подозрения на этот счёт. Почему кто-то из них всё ещё хочет встречаться с тобой, я не могу сказать тебе, правда. Грейнджер должна знать это, но она, похоже, так же сильно отрицает твои чувства, как и ты… и может быть её друзья тоже знают. Тут я точно не могу сказать. — Так вы все сплетничаете обо мне? — Нам не нужно. Это же, блядь, так очевидно! Не могу поверить, что ты не понял. На самом деле, я в это не верю. Драко сглотнул, уставившись на него. Возможно, он знал, что, скорее всего, это было немного больше, чем увлечение. Возможно, он прекрасно понимал, что некоторые из его побуждений, которые, казалось, были направлены на две вещи — на то, чтобы она была счастлива, и на то, чтобы получить её для себя, были для него крайне нетипичны и не могли быть объяснены. — Это пройдёт, — проговорил он. Блейз небрежно пожал плечами. — Без сомнения, если уделить достаточно времени. Люди все время разрываются от любви. Но это не меняет правды сейчас. Драко почувствовал, как нарастает его паника. — Никому нельзя говорить, — сказал он с такой спешкой, что знал, что это излишне. — Я и не собирался. — Я серьёзно, — подчеркнул Драко. — Ни слова. Это заставило Блейза взглянуть на него. — В чём дело? — спросил Драко. — Ни в чём, — пробормотал друг, отвернувшись. — То, что он хочет сказать, — позади раздался прохладный голос, — Это не то, чем он может похвастаться. Драко вскочил и повернулся лицом к Тео, а Блейз просто закатил глаза. — Почему бы не похвастаться очевидным? — Действительно, — сказал Тео. — Почему бы нет? По слегка самодовольному выражению лица ублюдок точно знал, почему. — Как насчёт тебя? — Драко сердито возразил. — Ты бросаешь её просто так, а потом тратишь своё время на подслушивание, вместо того, чтобы исправлять всё? — Подожди. — Блейз сел прямо. — Они расстались? Почему ты мне не сказал? Тео довольно цинично улыбнулся. — Никто пока не знает об этом кроме тебя, Драко. И я заметил, что ты не разговаривал с ней сегодня. — о, Драко знал, что кое-кто заметит её смущение. — Так что я могу только предположить, что она была в твоей комнате прошлой ночью, — продолжил Тео. — Ты хорошо зализал её раны? Челюсть и руки Драко сжались, а глаза сузились. Ему не понравилось, как Тео говорил об Гермионе. Даже если он был прав. — Ничего не произошло, — коротко ответил он. — Нет, я полагаю, нет. У тебя, похоже, кишка тонка. Драко сделал глубокий вдох, подавляя свой гнев. Тео просто подначивает его. Кто может винить его? Он ревновал, и у него была причина на это. — Ничего не произошло, — повторил он, радуясь, что он умелый лжец. — Она хочет быть с тобой, так почему бы тебе не пойти и не помириться с ней? — Эй, приятель, что ты делаешь? — спросил Блейз, явно запутавшись. — Сейчас твой шанс! Циничная улыбка Тео стала холоднее. — Но он этого не хочет, Забини. — Что? — Блейз переводил взгляд от одного к другому. — Ты ведь не собираешься вести себя благородно, да? — Просто заткнись, Тео, — прошипел Драко, не надеясь, что он это сделает. — Он не сказал тебе? — спросил Тео у Блейза, едва удосужившись изобразить удивление. — Может, он и подумывал о том, чтобы перепихнуться с Грейнджер раз или два, но он никогда не собирался встречаться с ней всерьёз, даже если бы у него был шанс. — Но всё изменилось! — возразил Блейз. — Не так ли? — Неужели? — прохладный голос Тео раздражал Драко. — Значит ты, Драко, изменился? Ты собираешься что-то с этим сделать или ты просто продолжишь заходить дальше и разрушать её другие отношения, не оправдывая никаких ожиданий, которые ты можешь ей дать? Драко посмотрел на Блейза, чьё лицо было нечитаемым. — Это не имеет значения, — слабо ответил он, не понимая, почему Тео и Блейз поставили его на место вот так. — Это не проблема. Мы все знаем, что она этого не хочет. — В самом деле? — задал вопрос Тео. — Значит, нет ничего, что указывало бы на какой-то интерес с её стороны? Ничего, чтобы предположить, что она может пострадать? Драко открыл рот, чтобы опровергнуть это, но затем неосознанно помедлил. Были ли какие-либо признаки? В конце концов, она пришла к нему в комнату, и она стала инициатором близости. Она осталась. — Конечно нет! — поспешно сказал он, когда понял, что замолчал слишком надолго. Нет, она просто хотела его использовать. — Ублюдок, — сказал Блейз очень тихим голосом, поскольку нерешительность заставила его осознать правду. — Ты кусок дерьма. Драко чувствовал себя не в своей тарелке. — Она тебе даже не нравится! — обратился он к другу. Блейз встал. — Но ты её любишь! Ты любишь её! И вот как ты планируешь обращаться с ней? Просто поиграть и бросить? Я думал, что она глупая сучка, но всё это время она была умной! Она знала, что не может тебе доверять! — Ты не знаешь всего… — начал Драко. — Я знаю достаточно! — Ты не можешь серьёзно расстроиться из-за того, что, скорее всего, никогда не случится? — Твоих намерений достаточно. Что это говорит о тебе? О том, могут ли люди, которые заботятся о тебе, о ком ты заботишься, доверять тебе? — Блейз был в ярости. — Да ладно, ты же знаешь, я не могу встречаться с грязнокровкой, — попытался Драко. — Ты до сих пор называешь её грязнокровкой? — Блейз покачал головой и, с отвращением усмехнувшись, отвернулся от Драко и вышел. Драко ничего не понимал. — Почему его это так волнует? — Потому что он видит в тебе свою глупость. И потому, что ты ведёшь себя как полный дурак. Ну, у Тео была точка зрения. Драко зажмурился и ущипнул себя за переносицу. — Как ты узнал? — поинтересовался он. — Я никому не говорил об этом. Я думал, что это не имеет значения. Похоже, я был неправ. — Ты не борешься за неё достаточно сильно, и было не очень сложно посмотреть историю твоей семьи, — спокойно сказал Тео. — Выбор маглорождëнной ведьмы наверняка может дорого обойтись для тебя. В прямом смысле. Я подумал, что ты выберешь деньги. Особенно учитывая, как ты себя ведёшь. Ты был довольно мягкотелым для того, кто обычно делает то, что хочет. Драко не нравилось, как Тео говорил об этом. Как будто это было плохо, что он не пытался отбить его бывшую. Как будто это было даже презренно. — Нет смысла что-то начинать, если ты не готов идти до конца, — сказал он в свою защиту, чувствуя усталость от натиска. — Да, нет смысла. Мерлин, он перестанет быть таким грубым и холодным? — Я имею в виду, я знаю, что только в том случае, если это станет серьёзным… — Драко изо всех сил пытался объяснить. — Брак, если быть точным. — лицо Тео оставалось невозмутимым, в то время как Драко вздрогнул от этих слов. — Да, но когда это никогда не будет вариантом… — Если, конечно, ты не готов отказаться от значительного денежного фонда семьи. — Это просто, это всё, до чего Сам-Знаешь-Кто не смог дотянуться, и это не только для меня. — раздражение Драко снова вспыхнуло. — Когда я получу свою долю семейного капитала через несколько лет, моя мама также сможет вернуться к своему старому образу жизни! — И, конечно, важно, чтобы твоя мать была грязной и богатой. Драко нахмурился. — Не похоже, что отношения до чего-нибудь дойдут. — Именно поэтому есть смысл избегать этого. — Черт возьми, Тео, чего ты от меня хочешь? Я не собираюсь связываться с теми, с кем не имею права связываться! Линии и так достаточно размыты! — Ну, если твоя решимость такая стальная, то ничто не должно тебя сдвинуть с места. Поздравляю! Холодный взгляд Тео заставил Драко мучительно осознавать, что почти произошло прошлой ночью. Что бы случилось, если бы он не был так уверен, что Гермиона и Тео всё ещё могут что-то исправить. Он знал, что позволил слишком многому случиться, но она всегда ясно давала понять, что именно о нём думает. Когда она презирала его так сильно, как человека, он не причинял ей вреда, верно? — Да… — пробормотал еле слышно в ответ, довольно неловко отводя взгляд от Тео. — Разве ты не счастлив теперь, зная это? — Нет, — ответил Тео. — Я не счастлив. Ты всё равно внёс свою лепту. Затем он тоже вышел, оставив Драко чувствовать себя гнилым изнутри человеком.