Браслет

Блейз насвистывал. Это было ужасно. Драко не столько обрёл своего друга, сколько обрёл постоянную головную боль. Впрочем, это было не единственное неудобство. Их Гостиную превратили в какую-то отвратительную мерзость, которая заставит любого уважающего себя слизеринца вздрогнуть. Но кажется, у них закончились уважающие себя слизеринцы. — Не мог бы ты прекратить? — Драко наконец не выдержал. Блейз улыбнулся. — Я ничего не могу поделать! Сегодня День Святого Валентина! Как будто ему нужно напоминать с этими ужасными розовыми ленточками, парящими вокруг. Кто вообще это придумал? — Раньше тебя это не волновало! — возразил он. — Да и никого не волновало. Почему это вдруг стало таким большим делом? — он взглянул на особенно ужасную ленту с отвращением. — Потому что Трейси согласилась провести его со мной! — просиял Блейз. Драко нахмурился. Его тошнило. Наверное, он должен быть счастлив за своего друга, но как же бесит вся эта херня. — Скажи, — произнёс Блейз, продолжая надоедать, как обычно, — Было бы неплохо, если у тебя тоже было бы свидание? О, подожди, оно у тебя будет! С галеонами! Правда их привязанность легко переносится от одного к другому. Если ты не в курсе. Драко закатил глаза. — У меня есть свидание, — сказал он, вставая. — С библиотекой. Ну, знаешь, лучше заняться учёбой, пока такие придурки, как ты, выставляют себя дураками. — Да, учёба лучше согреет тебя ночью. — Учёба поможет, когда тебе нужна будет работа, чтобы сохранить крышу над головой, — парировал Драко. — Подожди. Что? — очевидно, что Блейз заинтересовался. Драко закатил глаза. — Осталось ещё несколько лет до того, как я получу своё наследство, помнишь? Если только я не женюсь прямо сейчас, а не планирую. — Сука, я на секунду подумал, что ты начинаешь что-то понимать. — Так я и понимаю всё. Просто по-другому. Не как ты. Извини, если разочаровал. Блейз не учитывал, что в любом случае Грейнджер никогда бы не согласилась быть с ним. Тогда какой смысл принимать огромные, изменяющие жизнь решения?

***

Гермиона сбежала из своей Гостиной. Она не очень любила празднование Дня Святого Валентина. Это было глупо и преувеличено, и это просто ещё один повод для магазинов продавать вещи со всякими безвкусными сердечками. Кроме того, она была травмирована случаем, когда выставила себя дурой из-за Златопуста Локонса пять лет назад. Глубоко травмирована. И вообще у неё не было настроения сидеть без дела, наблюдая за влюблёнными парочками. Учëба казалась безопаснее. То есть учёба казалась безопаснее до того, как она добралась до библиотеки и обнаружила, что там уже кто-то есть. Кто-то, чьё имя Драко Малфой. Ну, библиотека ведь большая. Может быть, она сможет найти стол где-нибудь сзади, и никто никому не помешает. По крайней мере, ей сможет спокойно игнорировать этого человека. В конце концов, они здесь не единственные. Несколько учеников тоже решили поучиться. Но они были единственными, кто не должен был уходить в восемь, когда библиотека закрывалась. Хоть какие-то преимущества быть «авторитетными персонами». Естественно, это означало, что она должна будет уйти в восемь. Она не могла представить, что останется наедине с Драко в этой большой, тёмной, пустой библиотеке. Вообще-то, она могла, и именно поэтому она не могла остаться. Блядь, она-то планировала остаться до сна, чтобы избежать торжеств в своей Гостиной. Гриффиндорка нашла столик сзади, села и начала готовиться, но она даже не успела выбрать, чем сначала заняться: Гаданием по числам или Зельями, как почувствовала чьë-то присутствие и услышала, как с грохотом кладут на пол сумку. — Я не могу сосредоточиться, — Малфой сел без приглашения. — Из-за тебя. — Я не могу всё время прятаться в своей комнате, — парировала девушка. — Тебе придется смириться с этим. — Верно, — согласился слизеринец, даже не моргнув. — Но я подумал, что винить тебя в том, что ты помогаешь мне, было бы лучше. Гермиона нахмурилась. — Что? Парень вздохнул. — Мне нужна помощь. Ты умная. Пожалуйста, помоги мне. — Зачем мне помогать тебе? — потребовала гриффиндорка. Честно, она не знала, зачем. Сначала он был крайне жесток к ней, затем вёл себя так, как будто хотел её, а совсем недавно он снова унизил её, разыскивая её только для того, чтобы сказать ей, что не хочет встречаться с ней. Ну нахрена он так сделал? Это было так унизительно, особенно учитывая, что она никогда не говорила, что хочет чего-то подобного. То, что она набросилась на него, не означало, что слизеринец ей нравился, а означало, что у нее, видимо, не осталось самоуважения. Дура. — Ты злишься на меня, — тихо заметил парень. — Нет, просто ты мне не очень нравишься. Есть разница. — на самом деле она была зла, но… Если она признает правду, то это приведёт её к бесчисленным дискуссиям, которых она вовсе не хотела. Драко посмотрел на свои руки. — Но теперь я тебе нравлюсь ещё меньше, чем раньше, — пробормотал он. — Это беспокоит меня. — Тогда перестань быть таким неприятным. — Я… не могу — слизеринец сделал паузу. — И я полагаю, будет лучше, чтобы я тебе не нравился. Так что извини. — он начал подниматься. — Почему ты продолжаешь противоречить себе? — поинтересовалась Гермиона. Драко снова сел. — Не думаю, что ты на самом деле хочешь знать. — Неправда. Я хочу. Он дëрнулся. — Ладно, тогда я просто не хочу говорить. — Ты не можешь продолжать это делать. — Я просто попросил тебя помочь с домашним заданием. — Ты хочешь, чтобы ты мне нравился, но ты не хочешь, чтобы ты мне нравился. Ты хочешь заняться со мной сексом, но не хочешь заняться сексом со мной. Просто хватит уже. Оставь меня в покое! Теперь именно она встала и положила свои книги в сумку. Она могла бы заниматься в своей комнате, если придëтся. Ей, определённо, не нужно здесь находиться. — Я не думал, что есть какие-то сомнения касательно желания секса, — произнёс парень тихо. Гриффиндорка фыркнула. — О, я тебя умоляю. — Я остановился только потому, что… Девушка подняла руку, прерывая его. — Я поняла, не беспокойся. — Я не лгал, — выпалил он. — Но я не могу встречаться с тобой, поэтому преследовать тебя ради секса было бы просто… — Что? — спросила Гермиона, поднимая бровь. — И это говорит мне слизеринец? Драко тоже встал. — Выходит, это то, что ты хочешь, чтобы я сделал? — Нет. Теперь я хочу, чтобы ты оставил меня в покое. — девушка начала уходить от него. Резко, но не удивительно, Драко схватил её за руку. — Отпусти! — предупредила Гермиона, пытаясь освободиться. Это что просто игра для него? Посмотрим, как далеко он сможет зайти, а потом отступить при малейшем признаке того, что я могу поверить всему, что он скажет. Её сумка упала на пол, и парень схватил её за другую руку, что навеяло ей сильное чувство дежавю. Видимо, приставать к ней в библиотеке стало его новым хобби. — Почему ты такая? — спросил Драко. — Скажи мне, что именно ты хочешь! — Кажется, я уже всё сказала. Слизеринец сердито посмотрел на девушку. — Да, полагаю, что так. Затем его губы обрушились на её губы. Жёстко. Гермиона попыталась оттолкнуть парня, но его руки лишь сжали её крепче. Когда Драко захотел проникнуть в её рот, она стиснула зубы. Тогда он просто укусил её за нижнюю губу! Не сильно, но всё же! От неожиданности Гермиона открыла рот, чтобы возмутиться, и язык слизеринца тут же оказался у неё во рту, и… поцелуй вдруг стал удивительно нежным. И даже его руки немного ослабили хватку. Теперь она могла вырваться на свободу. Или откусить ему язык. Или и то, и другое. Еще секунда, и она решит, что лучше. Губы Драко нежно коснулись того места, которое он укусил, как бы успокаивая его, прежде чем снова всецело поцеловать её глубоко и ласково. Что-то во всём этом притупляло голос разума, не давая мыслить здраво, но она не могла понять, что именно. Драко Малфой был мерзавцем, это точно, и она устала от его игр. Ей просто… понравился поцелуй. Не столько сам поцелуй, хотя он значительно улучшился в последнюю минуту или две, но то, что её целовали так проникновенно. Даже если это был какой-то бесстыдный мерзавец, который делал это только для того, чтобы снова запудрить ей мозги. Однако он опять остановился. Черт возьми. Девушка посмотрела на Драко, прекрасно понимая, что её щеки покраснели, а дыхание прерывистое. А её руки, оказывается, в какой-то момент тоже схватили его за руки. И теперь, когда она это обнаружила, то отпустила их так быстро, как будто обожглась. Черт возьми. Ну и что? Ей понравилось то, как он целовал её. Определённо. Но это вовсе не значит, что ей нужно бежать в свою комнату и умирать. Хотя прямо сейчас смерть казалась весьма привлекательной. — Ты хочешь меня, — прошептал парень. — По крайней мере, между ног. Я не единственный, кто противоречит сам себе. Грубые слова заставили Гермиону свирепо взглянуть, но это не имело значения, потому что он уже развернулся, и направился в сторону выхода.

***

Драко поморщился от вида, представшего перед его взором, но не отводил взгляда. Всё из-за того, что они стояли на пути в Гостиную. И всё бесило. Он поцеловал Грейнджер в библиотеке. Он не был уверен, почему, но он поцеловал. Насильно. Стоя здесь, наблюдая за этой парой, Драко всё-таки понял, почему его настроение полностью испортилось. Он не хотел насильно её целовать. Он хотел поцеловать её нежно, по взаимному согласию. Как Блейз целует Трейси, маленькую бродяжку, прямо посреди коридора. Осторожные, почти невинные поцелуи. Он был таким идиотом, потому что хотел этого. Все их несуществующие отношения были связаны с насилием, нападениями и животными наклонностями. Никакой… нежности. Никакой любви. Впрочем, Гермиона хотела жестокого поцелуя. Возможно, девушка не желала этого признавать, но она хотела. Она спорила и боролась так, что ему стало всё ясно. Он лишь хотел дать ей то, что она хотела. Он всегда хотел дать ей то, что она хотела. Вот глупец. Жаль, что она, в основном, хотела, чтобы он потерялся где-нибудь. Причина, по которой он подошёл к ней и попросил о помощи, не в том, что он хотел, чтобы что-то случилось. У него была домашняя работа, с которой он мог бы воспользоваться её помощью, поэтому он подсел к ней. Ему просто нравилось, когда они общались. Ему нравилось говорить с ней и быть рядом, когда они не ссорились. На одну безумную секунду он подумал, что, возможно, они могли бы заключить перемирие и стать друзьями. Хорошими друзьями. Такими, которые заботились друг о друге. Правда, он чувствовал к ней немного больше, чем дружелюбие, но он мог бы поработать над этим. Но гриффиндорка ненавидя его до глубины души, втайне хотела, чтобы он насильно поцеловал её. Вероятно, это потому, что ей не нужно было признавать, что ей это нравилось, пока её принуждали. Дело не в том, что ему не нравилось целовать её. Ему просто не нравилось, как это было. Было почти больно целовать её, зная, что это ничего не значит для неё. Чисто физиология, и никаких чувств. И теперь Блейз и Трейси как будто нарочно издевались над ним, сладко целуясь там, где он должен был их прервать, чтобы пройти мимо. — Это действительно так интересно? — спросил прохладный голос. Тео. Вечер Драко, определённо, был убит. — Просто странно, — пробормотал Драко. — Обычно она ведёт себя как стерва с ним. — Она не может доверять чему-либо, что вылетает из его рта, — размышлял Тео. — Он бесстыдно льстил ей наедине, чтобы залезть к ней в трусы, а затем унижал её публично. То, что он явно сожалеет, не означает, что он думает, что был неправ. Это просто означает, что ему жаль, что она всё поняла и прекратила их роман из-за этого. Я бы думал о ней хуже, не веди она себя как «стерва». Драко посмотрел на Тео, который выглядел бесстрастным как всегда, а затем снова посмотрел на парочку. — Он реально думает, что был неправ, и ты это знаешь. Тео пожал плечами. — Да мне плевать. — Тогда зачем ты вообще их анализируешь? — Потому что ты слишком отождествляешь себя с ним, и это немного забавно. — Вовсе нет. — Ты ведь начинаешь верить, что у вас есть шанс, да? — губы Тео скривились в холодной усмешке. Драко вздохнул. Опять двадцать пять. — Ты в курсе, что это не имеет значения. — Если ты так обеспокоен деньгами, которые можешь потерять, женившись на ком-то неподходящем, почему бы просто не принести другую жертву? — Тео очень спокойно спросил. Драко охренел. — Ты… Как ты узнал? — Я же говорил, что читал об этом, не так ли? И, кстати, не все ведьмы хотят детей. Драко неуверенно посмотрел на Тео. Он понятия не имел, где именно можно было бы прочесть, что его семья привыкла проклинать наследника. Это было какое-то древнее заклятие, гарантирующее, что у него не будет случайных внебрачных наследников, которые могли бы предъявить претензии, и у него не будет возможности иметь полноценные отношения с девушками, не являющимися чистокровными, без последствий. — Я знаю, что не все хотят детей, но большинству ведьм было бы обидно, что я выбрал деньги вместо того, чтобы жениться и делать детей с ними. — Ну, многие ведьмы тоже любят деньги. — Ты знаешь, что она не такая, так что это тупик. Как я уже говорил тебе, нам не по пути. Теперь скажи мне, чего ты добиваешься? Тео довольно холодно улыбнулся. — Ты меня не так понял. Я хотел бы, чтобы ты попробовал. Она отвергнет тебя. Она не хочет ничего из того, что ты можешь предложить. Я думаю, что она предпочла бы встречаться с Джарви, чем просто подумать о будущем с тобой, независимо от того, выберешь ли ты деньги или потомство. Наблюдение за тем, как ты мучаешься над вопросом, стоит ли чем-то жертвовать, забавляет меня своей бесполезностью. Драко не очень-то был удивлён. У Тео были причины чувствовать жажду мести. — И всё же, ты ошибаешься, — сказал он. Она хочет кое-что, что я могу предложить. — Ах, да, я забыл. Ты привлекаешь её физически, это правда. Я тоже привлекаю её. Я мог бы взять её. Может, мне стоило просто взять то, что она предложила, так как она практически любому предлагает это так свободно. Драко изо всех сил старался не напрягаться. Было бы глупо так легко попасться на удочку. — Это не сработает, Тео, — сказал он. — Может быть, она предложит мне это снова. В конце концов, я был тем, кто порвал с ней, а не она. Я мог бы сделать вид, что раскаиваюсь. — Я знаю, что ты до сих пор влюблён в неё, — тихо произнёс Драко, отказываясь признать гнев, который он почувствовал при словах Тео. Он не был уверен, почему староста пытался вывести его из себя, но скорее всего, это было частью мести. — Так почему ты притворяешься, что это не так? Бесстрастное выражение Тео не изменилось. — Я ничего об этом не говорил. Я только сказал, что могу сделать вид, что раскаиваюсь, чтобы затащить её в постель. Это никак не связано с моими чувствами к ней. — Тем не менее, именно чувства остановили тебя в тот раз, разве нет? Возможно, она не испытывала того же, что и ты. — Нет. Что остановило меня, так это то, что она носила твоё кольцо. Ты серьёзно думаешь, что я не взял бы то, что мог бы получить, если бы она не играла в твою игру? Ты реально веришь, что можешь разобраться в моих мыслях, когда речь идёт о моих отношениях? Я знал, что её чувства не были такими глубокими с самого начала. Однако, в отличие от тебя, я никогда не обманывал себя, а просто работал с тем, что у меня было. Признаю, я не очень хорошо справлялся; она не всегда реагировала так, как я думал… — Ты не настолько холоден, Тео. — И снова, я никогда не говорил, что я холодный, и что мне всё равно. Ты слишком много думаешь, Драко. Они ушли. Драко моргнул, чувствуя себя немного сбитым с толку, пока не понял, что имелись в виду Блейз и Трейси. К тому времени, как до него дошло, Тео тоже уже уходил.