Возвращение в Империю

      Деревня теперь стала растревоженным муравейником. В глазах кариров появилась ярость и агрессия, как и у сакиров. Они были готовы рвать и метать. Оружие получили все желающие, а желающих было немало. Со всей деревни набралось шестьсот воинов, довольно-таки много, но по сравнению с многотысячным войском кочевников оно никак не равнялось. Правда, никто не видел этого войска, дальние холмы были пусты, разведчики вернулись с вестями о том, что никаких полчищ врагов нет.        Все находились в замешательстве, даже Йегрес. - Чертовщина какая-то, - говорил он Эолин. – Копьё не могло взяться ниоткуда. Всё это очень странно. - Да, странно, - подтверждала девушка. – Надо подождать, и всё объяснится. - Ну-ну, - неверяще бубнил имперец.       Близился полдень. Ветер поднимал тучи пыли и нёс их из степи на стены деревни. - Что-то ветер чрезвычайно силён для этого времени года, - задумчиво пророкотал Цырак. - И чтобы это значило? – решил осведомиться Йегрес. - А то, что на нас наступают под покровом пыльных туч! – закричал вождь кариров, указывая на появившиеся из пыльных облаков фигуры воинов. – Кариры, к оружию!!       Триста воинов приготовились встретить караданцев на стенах Индриту, а все остальные стояли у ворот, ожидая сигнала на начало встречного боя. Среди них были все кочевники, кроме Дайру-Лан, и Йегрес. Дайру-Лан была ещё слишком слаба, а Йегрес приказным тоном оставил Эолин ухаживать за ней. Таким образом он на какой-то срок оградил Эолин от спрятавшегося врага. К      араданцы один за другим показывались из стены пыли, вот показались копьемёты и лучники. - Прикрыться щитами! – крикнул Цырак.        Воины выставили щиты перед собой. Караданцы неспеша разворачивали свои войска. Их было где-то около тысячи. Имперец с удивлением отметил это. «Наверное, они где-то припрятали резерв», - подумал он. Но Йегрес ошибся: это был всего лишь авангард клана Карадан.        Ветер стих, заклинание сокрытия перестало действовать. Перед деревней стояло шесть тысяч отборных воинов караданцев. Впереди гарцевал на своём жеребце вождь Реон-Кампф, он повернулся к своим войскам и что-то стал говорить им, призывая их на бой. Варвар снял с шеи шарф, который, видимо, прикрывал шрам, оставленный Эолин несколько месяцев назад. - Что, интересно, он лопочет своим воинам? – зло сплюнул Фест-Айш. - Наверное, призывает отомстить за смерть своего сына и за себя. Его, видите ли, изуродовали какие-то чужеземцы, - зевнул имперец. – По-моему, так. Я бы с удовольствием сейчас перекусил. - Тебе хорошо говорить, - покривился варвар. – Ты бессмертен… а что делать нам? Умирать неохота, всё-таки. - Смертен, бессмертен… боль всё равно чувствуется по настоящему, - ответил Йегрес. – А когда возвращаешься обратно к жизни это не очень приятно. - Но ведь потом живёшь дальше… - Берегись! – крик наблюдателей прервал Фест-Айша.        Люди быстро подняли щиты. Послышался свист стрел и копий, они тяжело втыкались в землю, людей и щиты. - Так долго щиты не выдержат, - сказал Йегрес, выдёргивая из щита очередную порцию стрел. - Чего Цырак ждёт? – недоумевал Фест-Айш. - Они приближаются, - крикнул Цырак. – Их где-то две тысячи. - Многовато, - усмехнулся вслух Йегрес. - Эх, ждут меня предки мои! – вздохнул и затем проревел Фест-Айш. – Давайте этих караданцев сюда! Выпущу им кишки! Всем!! Или тем, кому успею… - Не очень-то кипятись, - остановил его Йегрес. – Я чувствую, что помощь близко. - Глупо так успокаивать, Йегрес, - отмахнулся варвар. – Откуда этой помощи взяться?        В этот момент волна наступающих насела на стену, балки задрожали. Послышались первые удары клинков друг о друга, хор караданских ругательств и оскорблений скоро заглушили звон металла. Первая волна наступающих не добилась успеха и решила дать попытать счастья второй волне. - Сейчас или никогда! – рявкнул Цырак. – Вперёд! Не дайте им вновь начать наступать!! - Открыть ворота! – приказал Йегрес. - Лучники, огонь!       Двести человек поскакали вслед отходящей волне варваров Карадана, над ними свистели стрелы кариров, а навстречу спешили чернопёрые караданские метательные копья. Не обращая на них ни малейшего внимания, кариры и люди смешались с караданцами. Атака варваров захлебнулась.        Снеся очередную голову, Йегрес увидел рядом Фест-Айша, он отбивался мечом от троих рослых караданцев. Имперец раскроил одному из них череп, ударив со спины, а Фест-Айш добил оставшихся. - Надо отойти, - тяжело дыша, сказал варвар. – Больше мы не можем их сдерживать, нас сейчас сомнут. - Возможно, - имперец быстро окинул поле боя, усеянное мёртвыми телами.       Кариры бились как звери, ещё чуть-чуть и их было бы не отличить от сакиров. Караданцы опомнились от наглости и ввели в бой незадействованные отряды. - Командуй своим, - кивнул Йегрес Фест-Айшу, а сам крикнул карирам на их языке. – Отходим!!!       Фест-Айш свалился вниз – под ним убили коня. - Отходим, арийвы!! Мы успеем поубивать их! – крикнул он и упал, пронзённый стрелой в ногу.       Кариры стали потихоньку сдавать позиции, их прикрывал огонь своих лучников. Но караданцы открыли массированный огонь по отступающему отряду кариров как только они отошли от войск караданцев. Люди отходили быстрее и проворней. Йегрес повертел головой, ища Фест-Айша, и обнаружил того отбивающегося от нескольких караданцев. Отступить варвар не мог – нога не хотела двигаться, но он через силу сумел хотя бы удержаться на ногах. Имперец бросился ему на помощь, но его самого тут же обложили караданцы. Йегрес, торопясь, всё-таки пробился к Фест-Айшу.        «Отталкивание» отбросило атакующих варваров на пару метров. За это время имперец успел спрыгнуть с Урагана, одной рукой помочь раненому Фест-Айшу взобраться на коня и дать распоряжение Урагану скакать прочь отсюда в деревню. - А как же ты? – услышал одновременно от Урагана и варвара Йегрес. - Ну, я, как-никак, бессмертен, - натужено улыбнулся он.       Ураган взвился и понёс варвара к деревне, намереваясь вернуться к хозяину. Под его копытами гибли караданцы, желающие остановить вороного скакуна.        Кариры на стенах увидели несколько ярких вспышек, а потом раздался раскат грома. Ор насмешек и ненависти караданцев перешёл в вой боли. Вызванные имперцем молнии скосили разом пару сотен варваров, а вызванный туман смерти унёс жизни ещё одной сотни. Все остальные поспешили убежать прочь от воина в чёрных доспехах. Те, кто не попал под умерщвляющее действие тумана и молний, попытались взять имперца в плен, но мало что у них получилось. Многие караданцы лишились конечностей в бою против имперца. Кариры попытались помочь, но первые же стрелы угодили именно в Йегреса. Они цокнули о помятый панцирь имперца. «Что за чёрт!?» - зло подумал чужеземец. Злость придала ему сил, и Йегрес выпустил это зло наружу посредством ещё одной порции молний. Опять послышались вопли, заглушаемые треском разрядов и громом. Но перевес варваров Карадана был слишком велик, на Йегреса было накинуто несколько арканов.       Имперца поволокли к резервным силам караданцев. Бой прекратился, кариры и остатки кочевников смотрели на то, как караданцы отошли на недосягаемое для стрел расстояние. Гонцы, посланные в другие деревни сразу после получения послания от караданцев, вернулись с вестями о том, что подкрепления из других деревень подойдут ближе к закату. Всего ожидалось около полутора тысяч кариров и некоторых других союзных народностей этой нации.        Фест-Айша внесли в комнату, где находились Эолин и Дайру-Лан. Здесь теперь лежал Дав-Канэ и ещё несколько варваров. Всего Фест-Айш насчитал семь человек вместе с ним, плюс Эолин. Наверху у стен находились ещё двое, они пострадали менее всех людей: одного чуть задело стрелой, а второй отделался синяком под глазом после удара одного из караданцев. - А где Йегрес? – спросила Эолин у Фест-Айша, когда аккуратно вытаскивала из его ноги стрелу. - Он спас меня… - ответил варвар. - А сам? – продолжала допытываться девушка. - Сам он остался там, - Фест-Айш отвёл глаза в сторону, стыдясь своей слабости. Он позволил посадить себя на коня и отправить сюда, а имперец остался.        Лицо Эолин посерело. - Он не погибнет, уверяю тебя, - попытался успокоить её варвар. - Я знаю, - тихо ответила Эолин. – Я знаю, - вновь повторила она ещё тише. – Но я же живая… я имею право волноваться за него, хотя знаю, что ему ничего не грозит. А вдруг его всё-таки убьют?! - Не убьют, - покачал головой варвар. – Я не верю в это… - Это ты не веришь, а я чувствую его боль, - воскликнула вдруг Эолин. – Я раньше этого не замечала, но сейчас каждый полученный им удар отдаётся в моём сердце и душе. С каждым разом выносить эту боль всё сложнее!       Ристанийка не смогла сдержать слёз горечи. Они полились сами собою, а имперца в это время волокли по земле к ставке Реон-Кампфа. Фест-Айш чувствовал себя не в своей тарелке, вина перед Эолин жгла его всё больше. Он не смог больше сдерживать свои чувства и встал с постели. - Ты куда? – Эолин вопросительно посмотрела на него. - Искупать свою вину, - ответил варвар. - Но ты не виноват в том, что оставил Йегреса с врагами один на один. Он сам вершит свою судьбу. - Он вершит свою судьбу, а я свою, - ответил Фест-Айш. – Если я решил, что я виноват, то это значит, что я виноват… И виноват я в основном перед тобой, я не смог вернуть тебе твоего возлюбленного. - Ты бы и не смог его вернуть, - покачала девушка головой. – Он сильнее нас, его воля мощнее. Йегрес сам кого хочешь заставит подчиниться ему, но он почему-то не стремится сделать этого. И в этом его сила тоже. - Пусть так, - серьёзно сказал кочевник. – Но битва не закончилась, я не хочу отсиживаться здесь, пока остальные обороняются.        Варвар уже хотел уйти, но Эолин окликнула его: - Подожди меня. - Тебя там Йегрес не хотел видеть, - нахмурился Фест-Айш. - Он об этом узнает после битвы, - твёрдо ответила Эолин и быстро надела доспехи.