Карамелька

Чарли прогуливался по парковой аллее каждый вечер строго с десяти до одиннадцати, и ему показалось, что если маньяк и бродил неподалеку, то его лицо должно было точно примелькаться. В среду вечером Чарли вытащил из шкафа новую упаковку чулок с бабочками и платье с пушистой юбкой. Джерри, увидев его на пороге гостиной, перестал стучать по клавиатуре. — У тебя свидание? — спросил он. — У нас свидание, — поправил Чарли. — Точнее незапланированная прогулка. Помнишь, я говорил тебе, что на меня повесили еще одно дело? — Ты имеешь в виду отрезанные члены? — Да, психопата-кастратора. Пакуй булки и вперед. Джерри никогда не спорил, и Чарли хоть и принимал это как должное, но невольно восхищался такой сговорчивостью. Порой казалось, разбуди Чарли напарника в три часа ночи с просьбой проехаться до супермаркета за чипсами, тот все равно не откажет. В парке Джерри купил мороженое. Себе шоколадное, Чарли фруктовый лед на длинной палочке. На самом деле он тоже любил шоколадный пломбир, но не мог отказать себе в удовольствии в очередной раз продемонстрировать свои специфические навыки. — Обязательно запихивать в рот целиком? — спросил Джерри. — Я не могу спокойно есть, когда на нас смотрят. — Кто смотрит? — поинтересовался Чарли. — Отец с ребенком в коляске, старик с собачкой и еще парочка молодых людей пубертатного периода. Я понимаю, что ты ас оральных ласк, но прошу тебя, ешь нормально. — То есть, лучше лизать? — Да, лучше лизать. Чарли, пожав плечами, провел по всей длине языком, слизывая подтаявший лед. Джерри вздохнул с каким-то странным выражением на лице. — Я передумал, лучше делай, как делал до этого, — произнес он. С каждым шагом они углублялись в чащу, и прогуливающихся становилось все меньше. Фонари освещали лишь центральный участок дорожки. Чарли прижался к боку Джерри, хватая его за локоть. — Я обычная школьница и мне страшно, — произнес он. — Как по мне, так это самый спокойный участок, — произнес Джерри. — Не припомню, чтобы здесь случалось что-либо. В тот же самый миг впереди, прямо на их глазах, неизвестный в мотоциклетном шлеме выдернул из рук женщины сумку. Женщина завопила, и Чарли сорвался с места. Джерри бежал следом, распугивая поздних собачников. Они почти нагнали его, когда грабитель выбежал из парка и сел на мотоцикл. Чарли быстро нашел взглядом целующихся у спортивного байка подростков. — Я забираю ваше транспортное средство, — ткнув в изумленные лица значком, Чарли перекинул ногу через сиденье. — Спасибо, что помогаете полиции! Джерри, хватит возиться, быстрее! Джерри плюхнулся сзади, крепко обхватывая его за пояс. Они выехали на трассу, держась на хвосте мотоцикла со сбитыми номерами. — Я сейчас просто кончу! — прокричал Чарли, тряхнув лезущей в глаза челкой. — Это же ямаха последнего выпуска, максимальная скорость более трехсот километров в час! Всегда мечтал прокатиться! — Что? — крикнул в ответ Джерри. — Я не слышу, ветер! — Триста километров в час! — Что? — Хочешь, отсосу? — У кого? — Ага, это-то ты слышишь! Грабитель вдруг свернул с трассы и запетлял в узких улочках китайского квартала. В одном из переулков он соскочил с мотоцикла и перемахнул через забор. Чарли, бросившись следом, заметил лишь мелькнувшую между одинаковых лавок с благовониями и сувенирами спину. — Там мы его уже точно потеряли, — сказал он. — Интересно, что такого было в сумке, что он бросил байк не задумываясь? — В любом случае нужно взять показания у потерпевшей, — произнес Джерри. Однако вернувшись, они не обнаружили ее ни в парке, ни в ближайшем кафе. Как выяснилось позже, звонка с сообщением о краже не поступало в это время ни в один из участков. — Бред какой-то, — проговорил Чарли. — Почему она не обратилась с заявлением? Что было в сумке? Что? — Наверное, что-то, что бросило бы тень на ее собственную репутацию. Будем искать потерпевшую по камерам и опрашивая очевидцев… Но не сейчас, у нас и так куча дел. Ты не собираешься возвращать мотоцикл владельцу? — спросил Джерри. — Я именно это и собираюсь сделать. Садись, доставим на дом, я пробил номер, чел живет в другом конце города. Обратно возьмем такси, не ломайся! — Как-то мне не по себе, — Джерри сел, зажимая коленями его бедра. — Давай не будем превышать скоростной режим? — Смысл тогда садиться за спортбайк? Держись крепче! Чувствуя, как сводит скулы от холодного ветра, Чарли петлял между автомобилями, обгоняя их. Джерри, намертво сжав его ребра, сопел в шею, согревая ее дыханием. Чарли нравились мужчины, способные поддержать его безумные идеи. Ближе к полуночи, — Чарли только что выбрался из ванной, — на телефон позвонил Крис. — Двадцать пропущенных, — сказал Чарли, услышав рыдания. — Что случилось? — Грег… Он бросил меня! — телефон взорвался серией всхлипов. — Он все равно мне никогда не нравился. Ты же говорил, что у него маленький. — И что, что маленький! Я хотел с ним прожить до конца дней! Можешь приехать ко мне? Или нет, лучше встретимся в баре! Я хочу пить всю ночь! Чарли, пораскинув мозгами, решил, что ехать надо. Крис умел впутываться в неприятности, когда был навеселе. Одевшись и нашарив на плечиках в шкафу кожаную куртку, Чарли спустился на первый этаж. Златана рядом с камином не просматривалось, и это означало, что он опять спал в кровати Джерри. В баре Крис плакался до самого утра, жалуясь на судьбу-злодейку и мужиков-козлов. Чарли молча кивал, не замечая, как стопку за стопкой опрокидывает в себя мартини. К утру он был пьянее Криса, но все же сумел вызвать им обоим такси. Оказавшись в особняке, он, не разуваясь, упал на свою кровать. Полежал, привыкая к тому, что мебель прыгает в глазах и в голове нарастает гул. Одному спать не хотелось. Чарли, путаясь в штанах и так же на ходу снимая носки, толкнул дверь в комнату Джерри. Тот спал на спине, прижимая слюнявую морду мопса к груди. — Мой пирожочек! — всплеснул руками Чарли, до слез восхищаясь открывшимся видом. Чарли, едва не убившись о скакнувший под ноги стул, тяжело упал на кровать, накрылся одеялом и обнял горячее твердое тело, пахнущее хвойным гелем для душа. У Джерри была еще одна особенность: он спал как убитый, и даже одновременные атомные взрывы по всему земному шару не способны были разбудить его.