Имя духа

      Дождь уже несколько дней беспрерывно барабанил по оконному стеклу. Капли собирались в тонкие ручейки, и, весело журча, стекали вниз с черепичной крыши, чтобы затеряться в лопухах или влиться в большие лужи, в которых уже завелись головастики. Середина лета принесла с собой жару и грозы. И полдень был похож на ночь из-за затянутого тучами неба. Иногда праздничным салютом сверкала молния, и неизменно следуя за ней раздавался раскат грома.       Посетителей не было, но это не особо меня печалило. Бывают дни, когда даже сладости наскучивают, и хочется немного пожить для себя. Возможно, позже я наберу сотрудников в свою кондитерскую, чтобы не делать все самой. Конечно, это будут люди. — Я не думаю, что сюда кто-то придет. Никто не будет час топать из города под дождем ради пирожных. — Рей тоже не ходил на охоту последнее время и в помещении ему было скучно.       Я закончила зажигать лампы, смешала себе шоколадный коктейль и села за столик. Забавное чувство, словно мое кафе — волшебный замок, созданный специально для меня. Лобстер уселся рядом, достал свечу из светильника, пододвинул к себе и принялся пальцами сковыривать оплавившийся воск.       Я сама удивилась тому, что не раздражаюсь. Привыкла за полгода? — Знаешь, Элси, я считаю тебя очень удивительным человеком. Ты спокойная — всегда спокойная. Даже если я стараюсь задеть тебя. И ты никогда не пытаешься приказывать мне, несмотря на контракт. Иногда я спрашиваю себя, зачем я здесь, ведь ты не держишь меня. И понимаю, что не хочу уходить.       На меня он не смотрел, только на огонь. Колеблющееся пламя своеобразно отражалось в его красных глазах — словно пожар. Я слушала молча. — Когда-то очень давно я хотел, чтобы духи могли жить в мире с людьми. И эта мечта принесла мне очень много боли… С тех пор прошло много веков, и много утекло крови. Нет, не воды, Элси, потому что никакой водой не смоешь то, зло, что люди причинили духам, поработив их. Я мог бы сказать, что ненавижу людей.       Где-то далеко раздался лай собаки, но потом все звуки снова скрыл монотонный шум дождя. Рэй отвлекся на секунду, а потом удивленно посмотрел на результат своей работы — свеча превратила в аккуратный восковой колышек с огоньком на конце. — Но вот какая штука, я живу здесь, и все хорошо. Все правильно. Ты следишь за кафе, потому что умеешь это лучше всего. Я сражаюсь с падшими, потому что предназначен для этого. Жители этой деревни побаиваются меня, но уважают. И то, забытое, старое видится здесь таким реальным. Я чувствую, что меняюсь… Только вот есть ли мне здесь место? Я с трудом выдержала его взгляд. Не люблю, когда приходится решать такие вещи. Я не священник, мне не дано отпускать грехи и благословлять на благие деяния. Что бы он ни натворил, это навсегда останется с ним. — Я просто принимаю тебя таким, какой ты есть. Мне бы хотелось, чтобы ты остался, потому что я считаю тебя своим другом, но ты можешь и уйти, если считаешь, что наша деревня тебе не подходит. Перед тобой огромный мир и вечность в распоряжении, и ты можешь стать кем захочешь.       Дух не успел ничего сказать — в кафе ворвались двое. Первый парень, мастер, сжимающий в протянутой руке значок гильдии, а рядом с ним девочка-дух еды, по-видимому раненная. — Пожалуйста, помогите! Мы сопровождали человека из Палаты, случилась авария и на нас напали падшие. Мне сказали, что вы единственная, у кого есть дух в этих местах, поэтому я обратился к вам.       Повезло, что машина разбилась недалеко от деревни.       Зачем к нам пожаловал гость из Палаты? Думаю, это как-то связано с Императорской гильдией. — Нет, он просто торговец. Гильдия лишь сопровождает его в качестве охраны в знак уважения.       А охранником значит назначили тебя. Не сказала бы, что это хороший выбор. Совсем юный, как и дух, что была с ним. Нам пришлось оставить ее в кондитерской — так она ослабла после битвы. Без нее мальчишка чувствовал себя совсем беспомощным. — Вам стоит держаться подальше от падшего. Обоим. — Отвлеки его, Рэй, а я помогу путешественнику.       На обочине дороги стоял разбитый автомобиль. Сверху сидела Обжора и методично отковыривала крышу машины вилкой. Так вскрывают банку с сардинами. Увидев нас, падший оставил свое занятие и одним прыжком попытался сократить расстояние. Это было опрометчиво с его стороны. Рэй шагнул к нему навстречу, клешни загорелись желтым светом.       Я по широкой дуге начала обходить сражающихся. Обжора попыталась бы, конечно, помешать мне, но две ее основные атакующие плети были уже отрублены. И ей пришлось использовать оставшиеся, чтобы защищаться. Гигантская вилка в руке тоже не особо помогала — Лобстер приблизился к ней слишком близко, и она могла нанести укол только полностью открывшись. Рано или поздно она попробует, и тогда бой закончится. Машина была смята. Через разбитые стекла можно было увидеть человека, лежащего на заднем сидении, с прижатым к груди револьвером. Собирался стрелять в обжору или в себя? Падшему пули вряд ли бы нанесли значительный ущерб. — Вы в порядке?       Он поднял голову и пальцами показал, что все О-кей. Осталось только вызволить его из искореженной этой искореженной груды металла.

***

      Путешественник дремал, завернувшись в плед.       Я заварила для гостей чаю, и подала круассаны. То ли поздний ужин, то ли ранний завтрак. Маленькая девочка, дух по имени Креветка жалась к своему Мастеру. Несмотря на свои раны, она переживала, что не смогла пойти с ним.       Лобстер пристально смотрел на нее, будто изучая. Совсем не такая как он. Нежная, доверчивая, уязвимая. Но она тоже сражается с монстрами, и именно она должна была победить ту Обжору. Только вот как, если она совсем ребенок? Неужели у человечества все настолько плохо? — Сдается мне, многовато здесь еще падших. Ничего, Элси, в скором времени я это исправлю. — Наконец подвел он итог сегодняшней ночи