Халва с Миндалем

      Чёрная, белая и снова чёрная. Моя жизнь стала, как чёртовы полосы на пешеходном переходе. Только чёрные полосы намного длиннее белых. Очень хочется посмотреть на того, кто рисовал этот ебаный неправильный пешеходный переход. Я спустилась на первый этаж и совершенно не понимала, что делать со своей жизнью дальше. Куда идти? Зачем? Внутри себя я чувствовала лишь огромную пустоту, которую раньше занимал Булаткин. Мне будто вырвали сердце, но оставили душу, чтобы я страдала каждый день своей уже бессмысленной жизни. Я не понимаю, что сейчас произошло. Я просто растеряна. Недосказанные слова Егора как будто до сих пор витают в воздухе, а я слышу его голос так рядом, что осознаю - он крутится у меня в голове. Я отчаянно мотаю головой, чтобы не слышать Егора, но я уже ничего не могу сделать. Весь мир находится вокруг меня, а я нахожусь в вакууме, не способная даже действовать на внешние раздражители. Я чувствую себя так ужасно, как никогда раньше. Егор торгует наркотиками. У меня всё хорошо. Егор торгует наркотиками. Всё хорошо. Я справлюсь. Егор торгует наркотиками. Егор торгует наркотиками. Егор торгует наркотиками. - Чёрт! - кричу я, закрывая уши. Я хочу сделать всё, что угодно, лишь бы мой внутренний голос не напоминал мне каждую секунду о произошедшем. - Кира, что случилось? - услышала я вдалеке голос Глеба. Да, я ещё жива и нахожусь в реальном мире. Глеб стоит так близко, что я могу протянуть руку и коснуться его растрёпанных волос, но я не могу. Моё тело не способно двигаться, а я вижу Глеба перед собой, но слышу так, будто он кричит мне на расстоянии мили отсюда. - Ничего, - произношу безжизненным голосом я. А вдруг Егор не мог мне рассказать из-за меня? Я настолько была увлечена собственными проблемами, что не замечала ничего вокруг. Прекрасно, теперь я виню себя, что мой парень торгует наркотиками, но не рассказал мне об этом. Или уже бывший парень? Глеб сажает меня на диван, а затем куда-то уходит, но возвращается уже со стаканом воды в руках. - Выпей, - говорит он, а я делаю маленький глоток. Горло жжёт, в глазах стоят слёзы. Только сейчас я начинаю понимать, что рассталась с Егором. То есть, уже нет меня и Булаткина. Есть я и он. Как отдельный пазл. Мы уже больше не соберёмся в общую картинку. - Егор тебя обидел? - осторожно спросил Глеб, а с моих губ слетел разочарованный стон. Обидел ли меня Булаткин? Нет, он просто разбил мне сердце, но... окончательный шаг ведь сделала я? Неужели опять виновата сама? Я так больше не могу. - Мы расстались, - отвечаю я другу прежде, чем истерика накроет меня с головой. Я плачу и не могу остановиться. Мне невыносимо больно, я начинаю думать, что совершила ошибку, и уже готова побежать на второй этаж, чтобы извиниться и дождаться объяснений парня. Но мне нужно иметь чувство собственного достоинства. Именно поэтому я сижу возле Глеба и плачу навзрыд, а он пытается напоить меня водой, но сейчас никто и ничего не сможет меня успокоить. Ничего, кроме алкоголя. Не знаю каким чудом, но Глеб быстро соглашается на эту авантюру. Мы вызываем такси и едем в клуб. Прежде чем сесть в машину, я заметила силуэт Егора в окне, который наблюдал за нами из своей спальни. "Он торгует наркотиками", - сразу пронеслось в моей голове, и после этого я с ещё большей уверенностью села в такси. Я еду в клуб именно за тем, чтобы такие мысли больше не посещали мою голову. Громкая музыка, заполненный до отказа танцпол, невыносимо жарко и пахнет алкоголем. Обычно я не люблю подобные заведения, но сейчас я и приехала сюда, чтобы напиться, абстрагироваться от всех проблем и забыться на некоторое время. -Что будешь пить? - сказал мне в ухо Глеб, стараясь перекричать музыку ночного клуба. Сейчас не было ещё и девяти вечера, но на удивление здесь уже было слишком много людей. Возможно, выступает кто-то из артистов. - Виски с колой. - Оу, может, начнём с вина? - удивился Глеб. - Нет. Сейчас мне слишком хреново, чтобы постепенно повышать градус. Глеб молча кивнул с понимающим взглядом, и скрылся в толпе, пробиваясь к бару. Я осталась на том же самом месте, чтобы он смог меня быстро найти. Егор торгует наркотиками. Чёрт. Когда это закончится? Два стакана виски и мне становится уже намного веселее. Я сливаюсь с толпой в одно целое, и стараюсь танцевать, будто завтра никогда не наступит. В голове шумит, тело непроизвольно двигается в такт музыки, я просто закрываю глаза и отдаюсь танцу. Уже завтра моя жизнь изменится кардинально. Я открываю глаза, чтобы вновь вернуться к бару и пропустить стаканчик виски, как замечаю знакомые блондинистые волосы издалека. Чёрт, что делает Егор в том клубе, где я пытаюсь его забыть? Я оглядываюсь на Глеба и показываю знак, что отойду в туалет. Он кивает и продолжает дальше попивать коньяк у барной стойки. Я иду к табличке дамской комнаты, где и заметила прежде блондина. Но когда я подхожу туда, то вижу действительно его, но с зелеными глазами. Мне просто показалось. Я тяжело выдохнула и вернулась обратно к бару, решив, что мне надо ещё выпить. Спустя час мне просто стало не хватать воздуха, и я вырвалась из клуба на пару минут, чтобы перевести дыхание. Свежий воздух быстро наполнял мои лёгкие, и я медленно приходила в себя. Оглядевшись вокруг, я заметила мёртвую тишину, ночное небо с луной и пару, которая только что вышла из клуба. Парень держал девушку за руку, а та громко смеялась. Я заметила знакомую кофту. Егор? Когда я догнала влюбленных, то парень прижимал девушку к стене дома и страстно её целовал. Как?! Егор настолько быстро забыл меня? Неожиданно с его головы слетел капюшон, и я заметила темно-русые волосы. Чёрт! Я зашла обратно за угол, пытаясь не нарушить этот интимный момент для тех двоих. В голове всё снова шло кругом. Я хотела напиться, чтобы вычеркнуть имя Булаткина из головы, а вместо этого вижу его в каждом более менее похожем парне. Кажется, я схожу с ума. Я опустилась на колени, дергая себя за корни волос, а внутри что-то ужасно болело. Будто за секунду во мне выключили свет. Я больше не умею жить. Егор торгует наркотиками. Нет, нет, нет. Прошу. Хватит! Егор торгует наркотиками. Я его ненавижу! Я его люблю. - Хватит! - громко кричу я сама себе, закрывая лицо руками. Когда этот ужас закончится? - Неудачный день? - услышала я охрипший голос возле себя и осторожно подняла голову. Передо мной стоял парень с черными волосами и карими глазами. Он был в кроссовках и спортивном костюме, что довольно странно для клуба. Он не проходит про дресс-коду, тогда что здесь делает в ночное время? - Ужасный день, - коротко и без объяснений отвечаю я, наивно полагая, что парень сразу уйдёт, когда поймёт, что я не в настроении с кем-либо разговаривать. Только странного незнакомца мне не хватало в своей жизни. - Хочешь развеяться? - Хочу закрыться в тёмной комнате и плакать от отчаяния, - честно ответила я. - Хочешь от чего-то сильно отвлечься? Выпасть из реальности? Чёрт, а он отлично меня понимает. - Типа того, - проговорила я. -Держи, - сказал он, протягивая мне мешочек с чем-то. - Что это? - удивилась я, беря в руки мешочек. - Запей водой и отдохни по полной, - хрипло сказал он. Я опустила взгляд вниз и увидела две маленькие белые таблетки. Я хотела узнать что это, но когда я вновь подняла глаза, то возле меня уже никого не было. Лишь яркий фонарь горел на соседней улице. Я быстро вернулась в клуб, чтобы Глеб не стал волноваться за меня. Мне на минуту показалось, что я не встречала никакого парня, мне всё это приснилось. Но таблетки в кармане прожигали во мне дыру. А это и есть подтверждение, что я не сплю. Я подошла к барной стойке. - Белое полусухое, - сказала я. Через минуту передо мной стоял бокал. Я долго просто смотрела на него, будто пытаясь найти ответы в хрустале, но неожиданно для самой себя достала пакетик. Я высыпала на руку таблетки, положила их в рот и запила полным бокалом вина. Чёрт, мама, с каких пор твоя дочь употребляет наркотики? Ты была права, что Егор потянет меня ко дну. Я почувствовала выброс эндорфина в своей крови, когда тепло и спокойствие медленно разливались по организму. Мне было слишком хорошо, музыка была такой громкой, а огромное количество людей не действовали мне на нервы. Мне впервые было уютно в клубе. Егор торгует наркотиками. Мне плевать. Пусть торгует, меня это не волнует. Эта мысль вызывает у меня смех. - Чего смеёшься? - спрашивает Глеб, обнимая меня за талию. Он уже тоже много выпил и неровно стоял на ногах, покачиваясь. Неожиданно его русые волосы стали такими красивыми, а глаза пленительными. Я обратила внимание на его тело, не было сильно заметных мускулов, но эта рубашка слишком сексуально сидела на нём, чёрт. - Да так. Может ещё выпьем? - заплетающимся языком сказала я, чтобы перевести тему. Я прекрасно знала, что Глеб не откажется. После очередного стакана виски я пожалела, что запила таблетку алкоголем. Все чувства удвоились. Мне было так хорошо! - Кира, может уже поедем домой? - спрашивал Глеб, когда он уже был сильно пьян. Боже, как он вообще стоит на ногах и разговаривает? У него же нет голоса, ха. Он открывает рот, как рыба, но я не слышу его голоса. Его помятый вид вызывает во мне смех, но через минуту меня немного отпускает и я соглашаюсь поехать домой при условии, что купим бутылочку вина с собой. Глеб не может противоречить пьяной мне, ведь и сам не может устоять на ногах. Пока мы ехали в такси я либо истерично смеялась, либо молчала, наслаждаясь тишиной и умиротворенностью, расположившись на коленках лучшего друга. Он гладил меня по волосам, а мне было приятно, как никогда. Его плавные движения сводили меня с ума, а добивала легкость в теле. Я пьяна и свободна, что может быть лучше? Крепко держась друг за друга, постоянно спотыкаясь, мы вошли в дом. Я снова смеялась непонятно почему, а Глеб стоял в дверях с улыбкой на губах только потому, что мне было так хорошо и весело. Оказавшись Егор в тот момент дома, то спас бы свою девушку от самой ужасной ошибки в её жизни. Но по иронии судьбы он тоже уехал в неизвестном направлении залечивать раны, а Кира, заметив его отсутствие, лишь набралась храбрости. Зайдя в дом, она уже не помнила ничего. Ни как приехала в клуб, ни что пила, ни почему ей так хорошо, а главное, что она не помнила Егора. Тех заветных трёх слов, которые сводили её с ума с самого вечера. Она забылась, как и обещал тот парень, но причиной этому стали не только небольшие белые таблетки. Кира не заметила как быстро скинула обувь со своих ног, а затем впилась губами в губы Глеба. Этот поцелуй не вызывал бабочек в животе, как обычно, но однозначно выбросил девушку из реального мира. Она больше себя не контролирует. Она уже не та самая Кира, которая переживала разрыв с парнем. Она уже совсем не та. Одежда быстро слетала на пол, когда Кира и Глеб ворвались в его комнату. Их губы не разъединялись ни на секунду, но Кира уже была раздета до нижнего белья, а на Булаткине-младшем ещё ненадолго задержались джинсы. Никто из них не осознавал, что творит. Они отдались инстинкту их тел, когда возбуждение накатывало с новой волной. Вот ещё один поцелуй в губы, засос на шее. Глеб спускается всё ниже и ниже, задерживаясь на расстёжке лифчика. Провозившись с ним некоторое время, он так и не смог снять его с Киры, поэтому просто поднял чашечку наверх и впился губами в её сосок. Он сначала нежно посасывал его, а затем оттягивал своими губами, делая больно, но в ответ получал лишь довольный стон Киры, которую устраивало всё, что творили с её телом той злосчастной ночью. Они не смотрели друг другу в глаза, не перекидывались сексуальными фразами. Глеб не ласкал долго и с нежностью тело Киры, а наоборот, как только поцелуями спустился по животу вниз к резинке трусиков, отпрянул на минуту. Раздался звук бляхи ремня, а затем шуршащего пакетика из фольги. Глеб быстро стянул трусики лучшей подруги, а затем одним толчком ворвался в тело Киры. Он не дал ей привыкнуть к своему размеру, а стал сразу двигаться ритмично и быстро. Нет, они не занимались любовью или сексом в ту ночь. Они безудержно трахались, выпадая в наслаждении из реальности, доставляя друг другу нереальное удовольствие. Громкие стоны и звук, скользящих тел вверх-вниз, наполнили комнату. Проснувшись утром от ужасной головной боли, Кира почувствовала приступ жажды и похмелья. Она не помнила ничего, что произошло вчера, но прекрасно осознала происходящее. Она проснулась голой в постели брата своего парня. Не было сомнений, что у них вчера что-то было. Кире ничего не оставалось кроме того, как взять в руки телефон и написать короткую фразу. "Прости, я изменила тебе." Но она точно не ожидала получить ответ в ту же секунду. "Прости, что изменил тебе. " Две маленькие фразы, которые одновременно разрушили всё. Теперь точно ничего нельзя склеить. Даже считая то, что один из них соврал в этот момент.