Die wahl

Редкие в алом рассветном небе зыбились звезды. Над рекой на дыбах плыл туман, поднимаясь дальше, к полю и лесу. В росистой прохладной траве лежал в беспамятстве Ягер. Пропели горластые петухи в станице. Адъютант и Тилике искали начальника всю ночь, поднимать на уши всех не стали. Надеялись справиться своими силами. Уже уставшие, идя по старому шляху через поле, они и увидели в полынье Клауса. Тилике сразу подбежал и начал тормошить его. Нехотя Ягер открыл глаза. Память обрывками сразу дала вспомнить о его ночном приключении. -Штурмбанфюрер, как вы здесь оказались? - взволнованно спросил Тилике. -Это неважно, - отмахнулся Клаус и встал на ноги. Ощущение было такое, будто он пил страшным запоем несколько дней. Голова кружилась, ноги заплетались. У него и раньше были видения, но явно не такие правдивые, как это. -Вы уверены, что можете идти без помощи? - спросил такой же обеспокоенный адъютант. -Что за вопросы? Со мной всё в полном порядке, - Штурмбанфюрер встряхнулся и шаткой походкой направился в станицу. Придя в свою комнату, Ягер начал переодеваться. Расстегивая рубашку он увидел на руке, шее, ключицах синяки и царапины. -Что ещё за... - он подошёл к зеркалу, на груди такие же синяки и глубокие следы от порезов, - Чертовщина. Всё же, будучи человеком образованным и не верящим во всякую мистическую ерунду, Клаус решил забыть об этом инциденте. Забыть получилось ровно до того момента, пока не пробила полночь. Мужчина уже ложился спать, как неведомая сила заставила его подняться и пойти на реку. Сам он не понимал, зачем туда идёт, ноги будто бы по заклинанию сами шли к этому заколдованному месту. Там Клауса уже ждала она. -Ну вот. Думал не увидимся? - ласково пропела девушка. Хотя, можно ли было её так назвать?Одежды на ней не было, как в прошлый раз. В длинных чёрных волосах запутались зеленые водоросли. Веяло от неё холодом и речной тиной. Мертвенно-бледная кожа неестественно сияла под луной. Клаус, будто заворожённый, сел рядом и обнял её. -Любишь меня? - спрашивала его призрачная и жуткая копия Нелли. -Люблю, - он поцеловал её в синие ледяные губы. Немец сам не знал, зачем он это делал. Но совладать с собой не мог. Если разум был чист и ясен, то тело и язык его вовсе ему не принадлежали. -А я красивая? - она игриво склонила голову, и ногой плюхнула по воде. -Красивая, очень красивая! - уверенно, но против своей воли сказал Клаус. -Так оставайся со мной, милый. Нам будет хорошо вместе, - девушка прыгнула в воду, жестом зазывая Клауса за собой. Но он сидел на месте, боясь пошевелиться. Всё же тело его не до конца подчинилось чарам нечистой силы. -Милый? - лицо её исказила жуткая гримаса. Глаза почернели. Вновь скрипучим сердитым голосом она спросила, - Почему ты сидишь? -Я не пойду за тобой, - отчеканил штурмбанфюрер и попятился от края моста. -Врун! Врун! - закричала она, и, задрожав, нырнула под воду. Наступила режущая слух тишина. Ни собак не было слышно, ни птиц, ни шума ветра. Ягер всматривался в мутную речную гладь. Внезапно со всех сторон начали идти круги по воде. К нему стали тянуться десятки белых рук с длинными когтями. Раздавались разные голоса, смех. Клаус сидел посередине моста и не мог пошевелиться. Боже, благослови птиц! Раздался крик петухов. Руки опустились обратно в реку. Смех и зловещий шёпот стихли. На следующую ночь в окно Клауса начали кидать камни, и кричать что-то неразборчивое. Выглянув, он никого не увидел. Всю ночь крики не смолкали, штурмбанфюреру так и не удалось заснуть. Он напился, боясь снова поддаться чарам. Утром, спрося у Тилике, не слышал ли он шума, тот недоуменно покачал головой. В третью ночь к нему в кабинет неистово сильно стучали. Через дверную щель стали пролезать белые пальцы с чёрными ногтями.Не выдержав, немец достал свой парабеллум и начал стрелять по ним. Услышав нечеловеческий истошный крик, и увидев под дверью сочившуюся густую кровь, нервы его не вы выдержали и он упал в обморок. Утром Клаус снова спросил у Тилике про звуки, тот ничего не слышал, как и все. Отвратительное чувство засело в Клаусе, помимо того, что теперь он практически не спал, так ещё и кажется, он из-за этих видений начал сходить с ума. Разум его отказывался верить в паранормальное, все же, он решил обратиться к Нелле. Ведь она же ему говорила про дорогу, про что-то ненормальное там, так пусть теперь помогает. Как обычно, на месте девушки не оказалось, Ягер выяснил, что она была на поле. Ждать её не хотелось, и, поэтому, он пошёл на конюшни. Лично атаман вывел штурмбанфюреру поджарого вороного донца. Он фыркал, рвался из под узды, всем видом показывая свой крутой нрав. -Гарний конь, штурмбанфюрер. Прям под вас. -Хорошая лошадь, - Клаус довольно улыбнулся и погладил коня.

***

Утро перекипало в зное. Все поле пестрело в ярком золотом цвете пшеницы. Покос шёл полным ходом. К местным бабам присоединились казаки, подуставшие от войны, давно не державшие в руках обычную косу. -Неллька, - обратилась к подруге Клава, утирая со лба собравшийся пот, - Так ты скажи, ежели тебе разрешили не работать, чего ж пришла? -А тебе жалко что-ли? Я так с ума сойду. Все работают, а я нет, - она потянулась к кувшину с водой и обнаружила, что содержимое в нем кончилось. -Дурная ты ещё, - Клавдия облокотилась на косу. -А где Люда? -Так это...Ты не знаешь разве? К ним две похоронки пришли. Батько их на мине подорвался. А старший-то, Степка, он кажись, без вести пропал. -Горе-то какое... - Нелля опустила голову, будто обдумывая что-то. -Это точно. Вчера как кричала мать Людкина. Ой, ажник кровь стыла в жилах. Потеряла хата своего хозяина...Пойдём дальше. Работа не ждёт. Через час все рвение к работе у Нелли как-то исчерпалось. Она подошла к косилке и обратилась к старому деду Еремею,который гонял её. -Дядь Ерем, может передохнём? Всё равно марево какое. Выпрягите мне одну кобылку, я за водой съезжу? -Ох ты, - Старик по-доброму сощурился, - С детства хитрая, от же ж поганка. Куды тебя деть? - он поднялся с косилки и отцепив постромки подвёл старую пегую кобылу к Нелле. -Гляди ж, возвращайся скорей, да опять не вляпайся в какие проблемы. -Не переживайте. Я мигом, - в момент девушка просияла и, вскочив на лошадь, наметом поскакала в сторону реки. -От непутевая, кувшин забыла! -Кричал в след ей старик, - Ну, Воронская порода... - вздохнул он и принялся за работу. Не минуло и пяти минут, как к полю подъезжал новый всадник. -Хтось, Клавка? -Не знаю, дядь Ерём. -Верхи бегёт, ох и бегёт, так и коня можно загнать. -Та чи немец, не пойму. Клаус спешился и подошёл к конвоирам, наблюдавшим за работой в поле. -Переводчица здесь? - переводя дыхание спросил он. -Нет, штурмбанфюрер. Выругавшись про себя, он вскочил на коня и поехал в станицу. Ворвавшись в спокойную речную воду, Нелля потянув уздечку, остановила лошадь. «Ну время у меня есть, вот кобыла попьёт и в лесок съезжу. Подремаю может маленько», - вполне здраво рассудила про себя девушка и прилегла на шею к лошади. Заливисто пели в лесу птицы. Нелля рысцой ехала к «своей поляне». Находилась она в глубине леса. Там, в высокой траве и можно было передохнуть, наесться ягод, и что особо приятно, остаться никем не потревоженной. Неожиданно из-за дерева показался человек. Нелля чуть ли не наехала на него, в последний момент поворотив кобылу в сторону. -Чудок конем не стоптала. От же ж баба! - завозмущался мужчина. Выглядел он не очень презентабельно. На нем была белая, грязная рубаха, шаровары с лампасами, что очень занимательно, на одной ноге у него был керзовый сапог, а на другой потертый лаковый штиблет. За спиной у него висела двустволка. Нелля сразу смекнула, что есть подвох. Ведь раньше таких кадров ни в станице, ни в соседнем хуторе она не наблюдала. Если бы красная армия была на подступях к станице, наверное, она бы тоже была в курсе. -Извиняюсь. Но можно вам задать личный, даже я бы сказала интимный вопрос? Мужчина недоуменно на неё посмотрел. -Задавай. -Вы шо тут делаете? -А тебе какая забота? Ну гуляю. -Знаете, тут немцев на каждом пятом метре. Не думаю, шо вы бы тут спокойно ходили. Да и на казака из СС вы не тянете. А если бы жили в наших краях, я бы вас узнала. -Отстань, любопытная баба! -Да вы спокойней. Я ж не враг. -Ну партизан я. Довольна? Хлопцы на разведку послали. - Слава богу. -Ты из Вольской? -Да. -Свирепствуют фашисты? Мы их прижмём ещё. Мы тут на окраине соседнего хутора то на старой мельнице, то ещё где. Раздался треск веток и шум от копыт. К ним подъезжал адъютант атамана, Сашка. Нелля крикнула партизану: «бегите!». Тот же недовольно скривил лицо. -Чего бежать? Это ж Сашка. Он за нас. А вот Александр уж очень был не рад увидеть Неллю, подъехав, он наставил на неё пистолет. -Ах ты немецкая шпионка. Пристрелю. Дозналась обо всём? -Сашка, да я же... -Замолчи. А ты старый дуралей ей все небось уже выложил? -Да успокойся ты! Если я у них переводчица, не значит, что я фашистка! Мне даром не интересно, что тут партизаны. Я в эти игры не играю. Парень спешился. -Советую тебе помалкивать.Едь лучше обратно. Тебя там Ягер ищет как всегда. И если расскажешь про меня, сама понимаешь... -Да не боись. Мне самой думаешь нравится, что мы в оккупации? Бывай. Он кивнул ей. -Бывай.

***

Нелля зашла к Ягеру. Немного виновато она спросила: -Искали меня? Клаус стоял у окна и курил. -Я устал тебе читать нотации, мне не до этого... - он затянулся, - У меня проблемы, Нелля. Девушка пристально оглядела своего начальника. Вид у него был уставший, потрёпанный даже: расстёгнутый китель, мятая рубашка, беспорядок в кабинете. Это на него не похоже. -Какие? -Помнишь ты рассказывала мне о дороге... -Можете не продолжать. Приходила мавка? Он обернулся. -Что такое «мавка»? -Утопленница. -Наверное. Я думал это... Видения... у меня они нередко бывали, но утром...После того, как я с ней встретился, - он оттянул ворот рубахи и показал синяк и порезы. -Не люблю это говорить. Но я же вас предупреждала? - она стала отчитывать его, словно мать сына. Он смущенно отвел голову, затем снова повернулся: -Помоги мне, - в глазах его плескалось отчаяние, усталость. -Куда ж вас деть? Много мужчин эта утопленница затянула на дно реки. А пристала она к вам потому что не верите вы ни в Бога, ни в черта. Креста на вас нет. Ну или вы просто ей безумно понравились, уж не знаю, почему... Одно есть средство. Никто вам не поможет, кроме как вы сами себе. -Да как же? - он в несколько шагов преодолел расстояние между ними. И взглянул ей прямо в глаза, - Как, Нелля?! -Мне нужно сходить домой, взять кое-что. Подождите. Минуты ожиданий казались ему бесконечными. Наконец в дверях показалась она. Добрая, настоящая Нелля, с загорелой кожей, светящимися глазами. При виде её сердце Клауса затрепетало, как и раньше. В руках она держала какую- то бумагу и что-то на ниточке. -Еле нашла, -улыбнулась она, приоткрывая ладони. -Крестик? Чем эта деревяшка мне поможет? Она скривила свои покрасневшие губы. -Нет. Ему помогают, а он ещё и фыркает! Лучше скажите, вы крещённый? -Вроде да. Мои родители католики. -Ну это уже хорошо. Слушайте и сделайте все в точности, как я скажу: возьмите крест, наденьте его и не снимайте, ни под каким предлогом! Дальше вот, на бумаге молитва, она вас тоже защитит. Под рубашку её положите. Дальше, как стемнеет, идите на реку. -Нет! -Я же сказала, хотите ещё спокойно жить? Он устало кивнул. -Ну вот. Сядьте на берег. Чтобы вы не увидели, кто бы вас не позвал, с места своего не двигайтесь, нельзя! Если встанете и пойдёте на её зов, вам конец. Дотерпите до первых петухов, и утопленница от вас отстанет. -А ты со мной пойдёшь ? -Нет. Вы заварили эту кашу, вам и расхлёбывать. Не послушали-получите. Тем более, кроме вас, её никто не видит. Я вам не смогу помочь там. -Какой абсурд это всё... -Ну вы не в прогрессивной Германии, - усмехнулась Нелля. Вечерело. Расправившись с делами, Ягер пошёл к реке. Руки его тряслись, однако пока он пытался сохранить спокойствие. Кто бы мог подумать, что его, талантливого и в обыденности хладнокровного штурмбанфюрера СС доведёт до безумия какая-то местная легенда. Он сел на мокроватую траву у берега, закурил. За серп месяца заходили небольшие тучи. Ухал где-то на дереве филин. Немец отвлёкся на шум в стороне дороги. Тут же на плече он почувствовал холодную мокрую руку. Сердце его замерло. Мужчина вздрогнул, медленно повернул голову и увидел её. Она нежно улыбалась своими острыми, щучьими зубами. Такая же нагая, как прежде, с распущенными длинными чёрными волосами, рядом сидела Нелля. Тоненьким своим голосом она сказала: -Ну вот ты и пришёл...