Die wahl

«Ты должна жить за нас», - пронеслась фраза матери в её голове, рука Воронской дрогнула: «Умирать страшно... А хотя имеет ли смысл эта жизнь?», - она спрятала колбу в карман и направилась к выходу. За спиной раздался голос Ягера: -Положи-ка то, что взяла на столе. -Что я взяла? - Удивленно произнесла Нелля. Он поднялся с кровати и в несколько шагов преодолел расстояние между ними: -Отдай мне яд. Зачем он тебе? -А это такая загадка, Клаус?! - У неё ручьём потекли слёзы, - Дай хотя бы умереть спокойно! Я устала! Оставь меня! Я не хочу жить! Он непонимающе смотрел на неё и холодно сказал: -Нелля, прекрати истерику. -Прекратить?! Я беременна, Клаус! Все мои родные умерли, я одна! Как мне жить? Зачем мне ребёнок? Как я его буду воспитывать? Я не могу... -То есть как беременна? - Перебил Ягер, его непонимание и растерянность росли в геометрической прогрессии. -А ты не в курсе, что если спишь с женщиной, может получится ребёнок?! Ни тебе, ни мне он не нужен... Мне самой жить не сильно хочется. Не проще ли сделать это? -Да что ты такое говоришь?! Думаешь я тебя брошу? -Ты сам прекрасно знаешь, что будет. Мы не можем жить вместе! - Отчаянно выкрикнула девушка. -Я что-нибудь придумаю, но бросать тебя беременной я не собираюсь. Не надейся. Это и мой ребёнок тоже, - Он обнял её, - Всё будет хорошо, обещаю. -Клаус, не нужно, оно того не стоит... -Тебе сейчас нужно успокоится. И перестань думать о смерти. -А как о ней не думать? Она повсюду. -В тебе наш ребёнок. Уж лучше думай о нём, - Он поцеловал её в висок. -Держи, - Девушка нехотя протянула ему флакон. -Вот и молодец. Я только отойду от этой новости и придумаю, что нам делать дальше. -Я сама ещё не особо приняла это. -И давно ты... -Вчера только узнала. -И разумеется не захотела мне об этом сказать. -Прошу прощения, не было времени между казнью последнего близкого мне человека и раздумыванием о том, что мне делать дальше. Да и я...Побоялась. -Ты серьезно? То есть прийти ко мне вечером, специально переспать со мной, чтобы, пока я не видел, взять яд, тебе было не страшно, комфортно? Чего побоялась? Я не какой-нибудь ненормальный, чтобы склонять тебя к аборту или убивать тебя. И готов нести ответственность за свой поступок. -Всё равно мы не будем вместе. -Нелля, почему ты так думаешь? Можно как-то выкрутиться из этой ситуации. -Клаус, вот именно, что «выкрутиться». Из-за этого будут проблемы. -Тебе об этом думать не нужно. Всегда найдется какой-нибудь выход. -Избавиться от ребёнка. -Ещё пара таких фраз и я начну злиться по-настоящему. Ты его родишь. И точка, - Припечатал он. -Спасибо, что дал мне право выбора. -В этом случае у тебя его нет, - Бесстрастно заключил он. -Его никогда особо не было.

***

Клаус посмотрел на вновь заснувшую Неллю и вздохнул. Он думал. Думал как поступить. Пытался рассеять ощущение катастрофы, тупика. Жизнь расстилалась необозримым минным полем, Клаус находился в самом его центре. С одной стороны терять Неллю, их ребёнка из-за власти и глупого деления на расы он не собирался. Можно сделать поддельные документы через нужные связи, коих было достаточно, придумать какую-нибудь правдоподобную легенду, взять отпуск, отвести её в Германию, к семье, и жить нормально, как все. С другой же стороны, это опасно. Малейший недочёт, оплошность, и звание, служба, его состояние, полетит к чертям. Сейчас в мире как никогда всё зыбко и изменчиво. Кто знает, доживёт ли он до конца войны, чтобы потом вернуться к Нелле и жить с ней «нормально». А вообще придет ли конец этой войне? Намного проще было бы сейчас просто исчезнуть, но нет, он не мерзавец. В том, что получилось была и его, с позволения сказать, вина. Лучше хоть попытаться что-то сделать, чем просто бросить её. Но у Клауса имелась ещё одна серьёзная проблема. Помимо беременности Воронской, Ягера беспокоил военный аспект его жизни: русские перешли в наступление и освободили уже несколько станиц. Хоть по численности и в плане военного оснащения немецкие войска лидировали, но не смотря на это, Москву так и не удалось захватить. Для штурмбанфюрера это уже было поводом задуматься и быть подготовленным к разным исходам событий. «Разобьём русских, отбросим их на восток... Мне дают повышение и вот возьму отпуск, тогда уедем с Неллей. Определённо», - решил про себя Клаус и пошёл в кровать. -О, неужели ты соизволил прийти поспать? - Пробурчала переводчица, натягивая одеяло на себя. -Ещё часа два у меня есть. Не всё же тебе свободно лежать одной. -Мне холодно. Это с окна так дует? -Возможно, - Он лёг рядом и прижал её к себе. Нелля слегка, будто бы нечаянно, улыбнулась: -Да, так, конечно, гораздо теплее. И охота тебе со мной возиться? -Должна быть у меня хоть какая-нибудь забота в жизни кроме службы. Спи уже. -Как бы мне не хотелось это признать, но ты всё-таки...Неплохой. -Неплохой? - Насмешливо переспросил штурмбанфюрер. -На большее не надейся. Комплименты не мой конёк. Клаус почувствовал, как девушка придвинулась ближе к нему и обнял её ещё крепче. Это движение отозвалось в нём какой-то уже давно забытой приятно-тёплой волной. Появилось ощущение былой близости и взаимности. В этот момент он понял, насколько сильно любит Неллю и не хочет её потерять. Какие бы трудности не встретились на их пути, они будут вместе.

***

Прошёл январь. Время заплетало дни, как ветер конскую траву. После Рождества, как это часто бывает, стало ещё холоднее, казаковал по кубанским полям и степям восточный ветер с Донщины, ещё больше выпало снега, окончательно засыпав дороги. Молочный на солнце, бирюзовый в сумерки, бледно-сиреневый по утрам и розоватый на восходе солнца, лежал в станице снежный пласт. Печалился одинокий, голый лес, лишь изредка каркал где-то ворон, разрушая тоскливое безмолвие природы.

***

Боли у Нелли так и не прекращались. Живот уже начал выделяться, что она тщательно и пыталась скрыть под тёплой одеждой. Девушка даже свыклась с той мыслью, что совсем скоро всё изменится, что она станет матерью. Как бы странно это не звучало. Хоть Воронская и понимала всю неправильность и щепетильность данной ситуации, но ей было стыдно за собственные слова насчёт беременности. Ведь в чём виноват ещё неродившийся малыш? Тем что у него безголовые родители? Вряд ли. Нелля сама выросла, считай, без отца и матери, и бросать или избавиться от частички себя сейчас ей уже казалось невозможным. Всё-таки её воспитывали не так, не такие ценности ей прививали. Даже если Ягер исчезнет, Нелля своего дитя не оставит ни при каких обстоятельствах. Возникали у неё неприятные сомнения насчёт штурмбанфюрера. На словах-то да, все герои. И ребёнка он готов воспитывать и жить с ней, но на деле могло случиться совсем иначе. Это всё подвергнётся огласке, сто процентов. Кто-нибудь да расскажет, от кого этот ребёнок и так далее, а зная советскую власть, да и порядки Третьего Рейха, печальный исход вполне возможен для неё и малыша. Поэтому нужно было придумать план на случай форс-мажора.

***

Клаус же исправно каждый день интересовался её здоровьем. Контролировал все передвижения, что она надевает, ест, и тому подобное. В общем, делал всё, что не должен был, и то, чтобы девушка чувствовала себя как можно несвободнее. Это естественно Воронской не нравилось, чаще всего между ними происходили практически одинаковые диалоги по этому поводу: -Как поют сторонники итальянского сопротивления, Bella Chao! Прощай и моя беззаботная и свободная dolcе vita! Хватит меня опекать! Я всё-таки взрослый человек! Он обычно отвлекался от своих бумаг, или карт, и с невозмутимым видом отвечал: -Понятно. Ты ужинала уже? И мне кажется одета ты как-то легко...

***

Нелля оглядываясь, проскользнула в штаб. Не смотря на легкое головокружение, быстро поднялась по лестнице и зашла к себе в комнату. Она переоделась, и, переводя дыхание, взяв в руки книгу, улеглась в кровать. Как и ожидалось, через пару минут зашёл Ягер. -Успела? -Ты о чём? -Говорил же тебе так долго не гулять. -Я и не гуляла. -Нелля, во-первых, для убедительности переверни книгу. Она у тебя вверх ногами. А во-вторых я видел, как ты десять минут назад поднималась по лестнице. -Тебе знакомо такое явление, как, скажем, «польза пребывания на свежем воздухе»? Сидя здесь я скоро слоем пыли покроют. Ты сам говорил мне прохаживаться. -Но не до полуночи же. Хотя кто меня послушает? Нелля, немного помолчав, робко спросила: -Ты останешься? Клаус обвёл её снисходительным взглядом: -А должен? -Я из вежливости интересуюсь, - Она отвернулась в сторону окна, пытаясь не смотреть на него, - Но...Мог бы и побыть со мной. -Ну если фройляйн меня просит... Штурмбанфюрер прилёг рядом, она положила голову ему на грудь и обреченно проговорила: - Знаешь, мы живём в интересные времена, когда политики диктуют тебе, как жить, на ком жениться, чуть ли не в какой позе заниматься... Впрочем не буду сегодня опускаться до пошлости... И не дай Бог ослушать идеологии! Это так раздражает. Хочется быть свободным, а не получается. Тебя будто цепями сковывают и всё тут. Никуда не денешься. Так и появляются диссиденты...Мне страшно Клаус. Наш малыш скоро появится на свет, и всё так непонятно, ненадежно... -Твоя проблема в том, что ты слишком много размышляешь о лишнем, накручиваешь себя. -Ну прошу прощения, что я не немецкая фрау, у которой всё крутится лишь возле церкви, готовки и сплетен. -А это бы многое упростило, - Пытаясь сменить тему разговора он спросил, - Как думаешь, кто родится? -Надеюсь мальчик, - Без колебаний ответила Нелля. -Почему же? -А потому что в его воспитании ты будешь принимать активнейшее участие. Ты же отец. С сыновьями должны заниматься отцы. -И даже тут у тебя холодный расчёт, - С наигранной укоризною произнёс он. -Скорее отместка тебе. Я терплю токсикоз, боли в спине и животе, не будем забывать и о некоторой, мягко говоря, болезненности родов, а ты хочешь быть просто сторонним наблюдателем? Ну уж нет, дорогой штурмбанфюрер. Так просто жить у тебя не получится. Всё должно быть поровну. Воспитанием детей вообще должны заниматься оба родителя. К примеру ты сына будешь наказывать, а я ругаться с тобой и защищать его. Это баланс семейных отношений. Он усмехнулся: -Всё же как мне повезло тебя встретить. Баланс, говоришь? -А что? Ты сам на это подписался. -Не отрицаю. Я готов встретить быт с распростертыми объятиями. Война порядком поднадоела. -Неужели? Не сможет человек, прошедший войну, жить обыкновенной жизнью. -Попытаться можно. Она тоскливо глянула на него и с горькой улыбкой сказала: -Удивительно, что ты всё ещё носишь этот крестик. -Ты же ведь говорила его не снимать. Я послушно выполняю ваш приказ, фройляйн. -Да, и всякая чепуха начала происходить со мной. -Опять? -Тебя тогда не было в станице. Дело прошлое. Не забивай себе голову. Сейчас же всё хорошо. -Да, надо ловить этот момент, пока всё спокойно...

***

На станицу опустились сумерки, Нелля, навестив старого-доброго деда Еремея, решила пройтись. -Кого бы я ещё встретил в этих потёмках, - Послышался сзади голос Ягера. -Привет Клаус, - Безразлично отозвалась Нелля, - Не хочешь пройтись со мной? Всё равно скучно. -Ну пойдём. Через старую аллею они пришли в заброшенный сад. Миновав калитку, двинулись к той самой скамейке, на которой они сидели ещё осенью. Проходя мимо всех деревьев, Нелля вдруг остановилась возле одиноко стоящего поодаль от всех, дуба. -О, а вот и моё любимое дерево здесь. Что-то я о нём и забыла вовсе. -Любимое дерево? -Долгая история. -Готов выслушать. -Мы часто с мамой тут сидели, она мне рассказывала всякие интересные истории, сказки... Помню как впервые на него залезла, - Нелля грустно улыбнулась, - Это было когда маму похоронили, я не понимала, почему все плачут, посторонние женщины жалобно смотрят на меня и называют дочкой. Все сидели на улице и я услышала, как дети переговариваются, Люда говорила всем, чтобы ко мне никто не подходил, ведь у меня умерла мама, если я до них дотронусь, их родители тоже умрут. Какие глупости порой говорят дети, не так ли? Но тем не менее именно так мои сверстники смогли донести до меня то, чего не смогли сказать мне взрослые - моя мама умерла. Мне стало так обидно, что я не увижу больше маму, что все меня считают прокажённой. И я выскочила из-за стола и побежала в этот сад. К этому дереву. Вскарабкалась по нему и смотрела на небо. Завечерело. Помню ещё тогда звезды так падали, и я вообразила, что я птица. Если я взлечу, поднимусь высоко на небо и увижу маму. Снова смогу её обнять. Но в итоге, я просто шлепнулась с трехметровой высоты и расшибла себе всё, что можно. Набежала, естественно, вся станица, охали ахали, кто-то помню, даже расплакался. Ужасное зрелище, - Так же грустно улыбаясь, она продолжила, - Когда я видела, как мои подруги идут к матерям, в семью, в тепло, мне было обидно. Бабушка, тетя, конечно, любили меня, но это не мама, не папа. Я жутко завидовала всем этим девочкам. Сейчас конечно мне за это стыдно. Потом я стала хулиганить. Это был наверное как защитный рефлекс. Все считали меня странной и сумасбродной. Когда я пошла в школу, каждый день стали меня вызывать к директору. Бывает, класс пишет сочинение про семью, я никогда его принципиально не писала, и вот станет вслух кто-то его рассказывать, а я возьму из трубочки, как плюну ей или ему в глаз. Меткость и все дела... Знаешь, мне казалось, что я не смогу вот так, что-то чувствовать к кому-то...Но ты Клаус, как бы мне не хотелось признавать, разрушил это мнение. Я тебя... Полюбила что-ли. Надеюсь мне это только кажется, но... Ягер не знал, что на это ответить. Это был первый раз, когда Нелля сказала что-то о своих чувствах к нему. И кажется, теперь вполне искренне. За всеми этими шутками, недомолвками, отчуждённости, скрывалось обыкновенное одиночество девушки, которая осталась одна. И отчасти он был в этом виноват. Она усмехнулась: -Видишь, нам нельзя вместе гулять. Всегда на сентиментальности переходим. Мужчина прижал её к себе. -Мне дают повышение. Я возьму отпуск и мы уедем с тобой в Берлин. Ко мне домой. Начнём жить как все люди. У нас будет семья. Полноценная. В детстве у тебя её не было, но будет сейчас. Ты станешь прекрасной матерью нашему ребёнку. Я уверен, - Он обнял переводчицу и несмело, с робостью провёл рукой по её животу. -Уедем? - Нелля смутилась. -Да. -Но это мой дом. Я не могу... - Она вдруг вспомнила предупреждения: февраль, дерево, - Клаус, пойдём обратно, - Встревоженно проговорила Нелля. Послышался выстрел. Тело пронзила жгучая нестерпимая боль.

***

-Это кто там? - Троицкий шёл с очередной попойки домой. Дорога его проходила и мимо старого сада. Владимир, как можно незаметнее, метрах в 25 от пары, пристроился за деревом, распластавшись на снегу, начал наблюдать: -Даже и не стесняются. А чего это он её по пузу...Ах ты сучка. Обрюхатил он тебя значит. Ну, родная, не досталась мне, не достанешься никому. Он достал пистолет и выстрелил в Воронскую. Всё-таки меткости пьяного Володи можно было позавидовать. Пуля пришлась девушке в спину. Раздались ответные выстрелы. Это был Ягер. Он попал казаку в плечо. Троицкий перекатился. -И тебе зараз. Сколько ты у меня крови выпил? Бабу у меня увёл, ну и получи, - Прошипел он. Несколько раз подряд, даже не целясь, выстрелил в Ягера. В сторону Володи выстрелов больше не последовало. Парень подождал немного и привстав, увидел, как на снегу лежит два тела. -Убил, кажись. Тикать надо, - Стиснув зубы от боли, он еле поднялся и стремительно пошёл домой.