Доктор Эггман

      Мэр смотрел телевизор. В очередной раз Соник победил злодея, тот вернулся, съел бургер и улетел обратно, не вступая в схватку с героями. Зазвонил телефон, и он поднял трубку. — Мэр слушает. — Это доктор Эггман. — Я не хочу иметь с тобой дел, Эггман. Это плохо отразится на моей репутации, а скоро выборы. — Мы же не сомневаемся, кто на них победит, — ответила трубка бодрым голосом. — И я знаю, как сделать твою победу более полной. — Продолжай. — Я не раз уже повреждал обстановку... — Да-да. Счёт за ущерб уже отправлен тебе в Логово. — Так вот. Почему бы мне самому не восстановить лежанки и зонтики на пляже. Такой опытный политик найдёт, куда потратить бюджет вместо бессмысленного восстановления пляжа. — Я не отзову иск, избиратели меня не поймут. — И не надо отзывать. Зачем нарушать устоявшийся порядок? Просто я сам восстановлю пляж, а штраф пополнит бюджет города. — Звучит заманчиво, но твоя мебель не будет пытаться захватить город, как консервные банки? — Нет, для этого она слишком примитивна. — Хорошо, я попробую уладить, но если что — Соник разрушит твои коварные планы. — Не сомневаюсь. Груз уже в пути.       Повесив трубку, я с удовольствием потёр руки. Раз уж мне раз от раза предстоит проигрывать, нужно делать это красиво. Излишний пафос ни к чему, но логотип Роботикс на лежаках и зонтиках, представляющий собой усатую голову наверняка подпортит настроение ежу. — Босс, обед готов, — сказал Кьюбот, появляясь в главном зале. — Не отвлекай меня, жестянка.       Получив порцию привычных ругательств, помощник улетел по своим делам (надо бы проверить, чем занимаются эти бездельники), а я пошёл обедать. Мир подождёт моего захвата, а желудок — нет.       Отличный обед поднял настроение, а новые коварные планы, роящиеся в мозгу требовали своего осуществления. Но я не спешил их воплощать — с моим предзнанием требовалось «съедать слона по кусочкам». Шезлонги и зонтики — это первая «ласточка» моих коварных планов, и нужно придумать что-нибудь подобное, что глобально не влияет на сюжет, но приносит моральное удовлетворение. К счастью для меня, гении во вселенной Соника (Эггмана, чёрт побери, Эггмана!!!) редко предавались унынию, и я не стал. Лучше посмотрю, как к моему подарку отнесутся жители деревни, по какому-то недоразумению занимающие место моего парка аттракционов.

***

— Эггман, он снова здесь! — произнесла Стикс, поудобней перехватив верный бумеранг. — Где? — не понял Наклс. — Да вот же! — указала она на зонты на пляже.       На них красовался узнаваемый логотип усатого лица, и Наклс без лишних раздумий бросился вперёд, сокрушая шипастым кулаком зонтик. — Простите, это собственность города. Я вынужден взять вас под стражу, — сказал бобр-полицейский. — Так и знала, что это ловушка! — прокричала Стикс. — Вы заодно с Эггманом! — Что происходит? — спросил мгновенно прибежавший Соник, держа в руке корзинку для пикника. — Наклс сломал зонт, — отвечал полицейский. — Он не хотел сделать ничего плохого, уверен, это какое-то недоразумение, офицер, — уверил его Соник. — Тэйлз всё починит. — Думаю, штраф можно заменить общественными работами, — ответил бобр. — Ребята, что случилось? — спросила Эми Роуз, подходя к пляжу. — Это коварный план Эггмана, чтобы всех нас рассорить, — поделилась с ней догадкой Стикс. — Наверняка эти лежаки и зонтики — замаскированные роботы. — Я проверю, — сказал двухвостый лис, доставая инструменты из поясной сумки. — Это обычные вещи. — Пока мы тут отвлекаемся на мелочи, Эггман уже захватил город, — продолжала вещать Стикс.       Команда обернулась, но дома были на месте, да и никаких роботов в окрестностях тоже не было.

***

— Ты только взгляни на это, Эрбот. Разве это не прекрасно! — делюсь своим восторгом с подчинённым. — Что именно, босс? — Иди вымой Логово! Чтобы ни пылинки не осталось! — Слушаюсь, босс!       Вот же чёртова железяка так испортить момент триумфа! Или это законы мира? Ну, если такая компенсация от моей победы — то ладно. Как-нибудь переживу. Где мои даботы? Открылся люк, из него вылетело три летающих робота, что наперебой стали восхищаться моей гениальностью, проливая умиротворяющий бальзам на моё израненное сердце.