Богиня любит меня, мушка

На следующей неделе они встречаются в маленькой забегаловке, где чудесным образом нет посетителей в этот день. За крайним столиком под самым ярким светильником — точно над его головой, как нимб — сидит Гавриил. — Стычки наших с вашими участились, — Вельзевул садится напротив Гавриила, закидывает ногу на ногу. Светильник мигает пару раз и гаснет. Теперь их столик едва освещен, и княгиня ада весьма довольна. Но лицо архангела не меняется: он не раздражается, не злится, а наоборот начинает улыбаться шире. Вельзевул наклоняется и смотрит ему в лицо с прищуром: — Чьих рук дело? Меня з-з-задолбали отчеты об проваленых з-заданиях и о драках. — Нас стравливают, — Гавриил чуть наклоняет голову и невесело улыбается. Вельзевул фыркает: — Как подопытных. Она машет официанту и показывает в меню: — Три шарика ванильного и побольше глазури, — потом обращается к архангелу. — Есть что-то новое? — Трое ангелов на прошлой неделе развоплотились при слежке за вашими. Говорят, что это был не демон. Княгиня выуживает влажную салфетку и начинает тщательно вытирать руки с презрением глядя на улыбающегося Гавриила. Комкает салфетку и кидает в него. Архангел ловко уворачивается, и чтобы спастись от его подколов, Вельзевул хмыкает: — Значит, скоро будет новый падший? — она кивает официанту, который ставит перед ней мороженое. Берет ложку и в первую очередь пробует шоколадную глазурь. — И правда, — смеется Гавриил; княгиня удивленно косится на него. — Мухи очень любят сладкое. За что и получает ложкой в лоб: — Здесь просто неплохое мороженое, — она толкает креманку на середину стола. — Бери. — Ого, — архангел удивлен, что даже отходит от принципов и выхватывает из воздуха ложку. — И правда вкусно. И всегда демоны угощают ангелов? — Может, я довожу тебя до чревоугодия? — фыркает Вельзевул. Некоторое время они молча едят мороженое. Потом княгиня все же возвращается к теме: — Тот скоро-падший-ангел слишком привлекает внимание. Хочу найти его и- — Уничтожить, — заканчивает Гавриил, запуская в рот большую ложку мороженого. Вельзевул вскидывает брови, в шоке смотрит на него, потом прыскает, напрягается, плохо сдерживая улыбку. Прикрывает рукой рот и все же начинает смеяться. Архангел поклялся бы своими крыльями: этот смех не похож на демонический. У Гавриила на секунду перехватывает дыхание, он не знает что сказать: «вау», «ты точно не ангел?», поэтому выдает: — Что?! У тебя есть порнография?!? — Гавриил делает удивленный вид и специально повышает голос, пока официанты не начинают оглядываться. Он, встает, берет Вельзевул за руку тащит в дальнюю комнату кафе, щелчком отводит все возможные взгляды. Прижимает к стене и резко целует, сильно наклонившись из-за мешающейся разницы в росте. Позволяет себе улыбнуться уголком губ и получает коленом в живот, кажется, в солнышко. Рефлекторно складывается пополам: боль для ангелов, конечно, притуплена, но, все же, чувствуется. Вельзевул вытирает губы рукавом, сплевывает и, толкнув Гавриила, уходит.

*

Когда Вельзевул отворачивается за книгой, приподнимаясь на носочки, чтобы достать ее с верхней полки, дверь скрипит и слышится тихий смешок: — Ну же, мушка: дел невпроворот или ты впрямь на меня обиделась? — Свали. — она листает книгу, не желая оборачиваться на Гавриила. — О, мои бумаги. Честно говоря, я думал, что ты их сразу выкинешь, — слышится шелест переворачиваемых страниц. — Ты даже сделала пометки, как это мило. — Не веди себя з-здесь, — книга в руках Вельзевул обугливается. Княгиня говорит сначала тихо, а потом едва не срывается на крик, поворачиваясь на улыбающегося архангела. — Будто ты у себя дома, чертов Гавриил! — Не злись, — он щелчком сбивает муху, севшую ему на рукав, попадая точно Вельзевул в лоб; смеется. Он не осознает, как оказывается прижатым к стене, как пальцы княгини ада сжимаются на его горле. В свободной руке у Вельзевул загорается адский пламень. Она подносит руку очень близко к лицу архангела: — Подпалить тебе крылышки? Или начать с дурацкой улыбки, — она безумно улыбается. — Стереть её с твоего ангельского личика, м?! — К слову о крыльях, — Гавриил нервно косится на пламень, но аккуратно отводит руку Вельзевул, придерживая ее за локоть. — Скоро-падший наследил, а я принес тебе этот подарочек. Он улыбается выхватывая из воздуха белое пуховое перо, проводит княгине им по щеке. Та закрывает глаза, делает глубокий вдох, кажется, считает до десяти. Забирает перо, садится на трон и крутит его в руках: — Последнее предупреждение, — она убирает перо в ящик стола. — Может, свалишь уже?! — Посижу с тобой, — он создает белейший резной стул, ставит рядом со столом Вельзевул. — Мы же, ангелы, прохлаждаемся все время. Попрохлаждаюсь с тобой, чтоб не скучала. Мухи недовольно кружат вокруг архангела, не садясь, но нервируя. Гавриил молча улыбается, пока княгиня, фыркнув, и выразив в этом действии всю свою ненависть, начинает листать какие-то бумаги, изредка что-то подчеркивая и раскладывая по стопкам. Потом она не выдерживает и хлопает обеими руками по столу, спугивая сидящих там мух: — Что, дьявол тебя дери, тебе надо?! Чего ты добиваешься, Гавриил, вынюхиваешь?! Или побесить меня пришел?! — она скидывает на него стопку книг, он, щелчком, возвращает все на место. Молчит, глядя на ее разьяренный вид, спокойно улыбаясь: — Ладно, ладно. — тихо смеется, а потом прижимает ладонь к губам, посылая ей воздушный поцелуй: — Забегай на чай! Вельзевул кривится: «Ты серьезно?». — Ах да, демоны же не могут подняться на небеса.— Гавриил улыбается и наигранно машет ручкой. — Тогда я приду — мне все пути открыты. Жди в гости! Он выскальзывает из кабинета, бесшумно закрывая дверь, оставляя княгиню со смешанными чувствами. У Вельзевул закрадываются сомнения.