Дева Рейна

Вопреки опасениям Каменаши, Уэда вышел из комнаты уже к обеду. Он надел фартук и принялся колдовать над плитой. Все это время Ре провел в миниспортзале, который находился в пристрое к дому. Его бесила кавайная маечка и бирюзовые шорты, однако это было подобие мужской одежды, что не могло не утешить израненное самолюбие. Он уже заканчивал упражнения, когда почувстовал аромат жареного мяса. Нишикидо поспешил в душ, чтобы выяснить, кто соизволил посетить холостяцкое жилье двух одиноких спасительниц мира, чтобы спасти их самих от голодной смерти прежде, чем они выполнят свое высокое предназначение. Замотавшись в полотенце, которое явно предназначалось Татсуе, он проигнорировал розовое безобразие с надписью «Мичиру от Харуки», ограничившись всего лишь несколькими эпитетами в адрес Джина и Йоко, закинул грязную одежду в стирку и в таком виде отправился в столовую. Увиденное поразило его до глубины души: великолепно сервированный стол, Татсуя, правда, в мужской одежде, поверх которой был надето очередное розовое прозрачное безобразие в рюшечках, по всей видимости, фартук. Нишикидо не надо было задумываться, чтобы понять – его принес Джин из собственных запасов. Именно в таком виде, правда, полностью обнаженные, многочисленные девушки приносили Аканиши утром кофе в постель. Ре никогда не был святым, однако сейчас почему-то смутился… Уэда, увидев напарника в одном полотенце, никак не отреагировал. Он был заметно бледен, однако держал себя в руках. В углу, рядом с полными мисками сидели все четыре собаки. Они явно ожидали команды хозяина. - Мичиру, ты не могла бы поторопиться, иначе еда остынет, - слова Татсуи относились к Ре, однако смотрел он куда-то в сторону. Нишикидо про себя выматерился, но вслух ответил: - Как скажешь… После этого он поднялся в комнату, выбрал платье подлиннее и первые попавшиеся босоножки, затем спустился обратно. Татсуя внимательно оглядел его с ног до головы и поморщился. - Извини, Мичиру, но ты нелепа… Что за безвкусица! Истинная леди ни за что не наденет вечернее платье с босоножками и не выйдет к обеду без прически и макияжа… - Татсуя, ты снова испытываешь мое терпение! Какая к черту прическа! – Ре начал закипать. - Мичиру, не думай, что следить за твоими манерами и одеждой доставляет мне наслаждение. Это всего лишь моя работа. Вместо прически Йоко привез тебе парики. Они хранятся на полках в одном из шкафов. В виде исключения сейчас мы сядем обедать, потому что я не хочу мучить бедных животных, которые уже заждались тебя, однако после этого мы пойдем в комнату, разберем твой гардероб, потом составим список: что с чем ты будешь надевать и по каким случаям… - С каких пор ты разбираешься в бабских шмотках?.. – начал было Нишикидо, однако Уэда оборвал его на полуслове. – Не продолжай… ход твоих мыслей мне понятен. Спешу огорчить: моя бабушка, мама и старшая сестра – настоящие леди… поэтому с детства я наблюдал за ними… вот и все. А теперь – садимся! Уэда легко прищелкнул пальцами и ретриверы не спеша принялись за еду, потом отодвинул стул, приглашая сесть Ре. Тот еле сдержался, чтобы не съязвить, но сел. Когда они уже съели суп и приступили к горячему, Нишикидо вдруг с интересом глянул на Татсую. - Слушай, меня посетила одна забавная мысль: значит, твоя будущая супруга тоже должна быть истинной леди, разбирающейся во всех этих дурацких побрякушках и с манерами английской королевы, нэ? - Совершенно верно. - Татсуя старался казаться отрешенным, но от внимания Ре не укрылось, что при слове «супруга» Уэда еще больше побледнел, чуть не выронил прибор и теперь пытается с собой справиться. – Чего это вдруг тебя заинтересовала моя личная жизнь? - Просто очень хотелось бы поглядеть на существо, которое решится составить тебе конкуренцию… Бедненькая... Ведь все будут принимать ее за твоего мужа… Хотя ходят слухи, что некие монахи силой заставили тебя дать обет безбрачия, чтобы не гневить ками-сама столь изысканным развратом… По другой версии ты пошел на это добровольно…