Самая обаятельная и привлекательная

Наутро я как всегда готовила кофе. Вкусный и бодрящий напиток в турке. Комнату наполнял прекрасный запах свежесваренного кофе, теплого летнего воздуха с улицы и квартирной духотой. Я всегда просыпалась раньше. Не знаю почему. Привычка. Возможно, за те годы, что я провела в одиночестве. И в последнее время моим любимым занятием было смотреть, как спит Малдер. Он так мило закладывал руку за голову, обнимал одеяло, покрепче прижимая его к себе, или пускал слюнку. Лапочка! Я просто стояла и смотрела. Не знаю, но его спящий вид всегда меня успокаивал. Я знала, что не одна, что сегодня ночью я была с ним, а на утро он остался в моей постели. Значит, я ему нужна! Но иногда и он просыпался раньше. Такие моменты были редки, но все же случались. Тогда он лежал рядом, подперев голову рукой, и наблюдал за мной. Я сквозь сон ощущала его легкие поцелуи на своих губах, его порхающие прикосновения к моим рукам или бедрам, когда он плавно пробегался пальцами по моему телу. Было немного щекотно, но приятно. Он утверждал, что в те моменты я улыбалась. И именно поэтому любовался моей улыбкой, пока я не проснусь. Горячий напиток начал активно выбегать из турки, поэтому я поспешила снять ее с огня. От него шел пар. Белесые клубы так и валили из турки, растворяясь где-то в комнатном воздухе. - Чудесные запахи! – послышался знакомый голос, и фигура напарника появилась в дверях. Он был еще сонный, вялый, взъерошенный, в своих любимых боксерах с котиками (ой!). Я обожала его мускулы, которыми он так эротично играл передо мной, его волосы на груди, его руки, его плавные утренние движения. Это стоило всех тех лет, что я работала рядом с ним, стараясь сдерживать разбушевавшиеся гормоны. Женщина ведь тоже хочет секса. Если она не получала его давно, а рядом ходит обворожительный и мускулистый напарник, ее потребности дают о себе знать. Боже, если бы он знал, сколько фантазий у меня было с ним. Учебник по камасутре покажется детской азбукой. Возможно, Малдер думал, что наша нерешительность основывается на уставах бюро, мол, никаких отношений на работе, только дзен и воздержание. Но на самом деле мы оба понимали, что отношения требуют особых усилий. Это переход на новый уровень в наших жизнях. А вдруг, все то, что было между нами теплого и хорошего рухнет? Что, если у нас ничего не получиться? Сможем ли мы работать вместе и дальше, будто все хорошо? Как изменится наша жизнь? Я до сих пор думаю об этом. Я слишком много времени провела одна, поэтому делить себя с другим человеком для меня очень сложно. Как, собственно, и Малдеру. - Да, утренний кофе и парочка горячих бутербродов с сыром, - усмехнулась я, ставя на стол тарелку с завтраком и кружку. Малдер, приблизившись к накрытой «скатерти-самобранке» сделал глубокий вдох, улавливая аромат свежайшего напитка и вкуснейшего сэндвича. В животе его заурчало, и я усмехнулась, так как этот звук оказался довольно громким. Он оперся одной рукой об стол, слегка подавшись вперед, а второй подхватил лямочку моей домашней сорочки, которую подарил мне на день рождения год назад. Я особо сорочки не люблю, мне больше по душе пижамы: рубашка и штаны. Но, когда он стал чаще оставаться у меня, я решила все же ее носить – так ему приятнее, да и раздеваться легче! Она была белоснежной, короткой (Нет, ну вы видели это! Какая наглость!) настолько, что едва прикрывала мои ягодицы, с тоненькими лямочками и кружевами на декольте. Она так элегантно сидела на мне, вырисовывала каждый изгиб моего тела, подчеркивала талию и обрамляла мою грудь красивым кружевом. Лямочка сползла с плеча, и Малдер хитро улыбнулся, запуская руку в мое декольте. Его пальцы легонько задели мой сосок, а мое тело мгновенно среагировало на этот жест, посылая сладкие волны жара в мою промежность. - Опоздаем ведь, Малдер! – усмехнулась я, закусив нижнюю губу. Да, мне этого хотелось. Сейчас. Снова на этом столе. Вчерашняя ночь проникала легкими отголосками в мою голову, выкарабкиваясь из глубин памяти. Мне было хорошо. Я приблизилась к напарнику, открывая ему лучший доступ к телу. Хотя подсознание кричало во все горло, что сейчас не время! Как же оно было право, гадина! Малер перегнулся через стол и прильнул губами к моей шее, нежно лаская ее губами, оставляя жаркие поцелуи. А его пальцы продолжали мять мою грудь. - Ночью тебе было мало? – усмехнулась я. - Мне всегда будет мало тебя, - ответил напарник, переместив свои губы на мочку моего уха. Я прикрыла глаза, уцепившись руками за стол. Боже, как же хорошо! Еще немного, и мы точно опоздаем! Вот что значит иметь любовника – карьера летит под откос! - Скажем, что проспали, - прошептал он. - Оба? Ну уж нет, Малдер. Потерпи до вечера, - усмехнулась я. – Завтрак стынет, а ты еще в душе не был, - немного отстранившись, я крепко поцеловала его в губы. Напарник лишь тяжело вздохнул и, оставив в покое мое тело, которое уже, к слову, начало закипать от невыносимого желания разрядки, отправился в ванную. На работе мы появились вместе. Делать это мы стали часто, поэтому подозрительные взгляды коллег уже стали для нас нормой. Я не удивлюсь, если они обо всем догадались. Не успели мы прийти, распаковать вещи и приготовиться к тяжелому трудовому дню, как в наш «офис» влетела Кимберли со срочным донесением от помощника директора Скиннера явиться сию секунду. Переглянувшись, мы отправились к начальству. *** - Вот, недавно пришло из Балтимора, - Скиннер протянул напарнику пухленькую белую папку и сел в свое директорское кресло, наблюдая, как мы внимательно изучаем предоставленный нам отчет. - Четыре трупа. Молодые девушки, все разного возраста, расы и рода занятий. Все найдены в своих постелях дома. Окна и двери заперты, замки целы, - пояснил помощник директора. - Очень странный отчет судмедэкспертов, - подметила я. – Что-то еще известно? - Нет. Полиция Балтимора провела собственное расследование: опросила друзей и знакомых, проверила досье девушек, проследили их жизнь от первого прыща до дня смерти. Но – ничего! Их ничто не связывало, нет никаких улик, нет свидетелей. И, придя в тупик, они обратились за помощью к нам, - пояснил директор. *** - Странно! – я внимательно вчитывалась в отчет, пока бодрый автомобиль мчал нас прямиком в Балтимор – Мэриленд. – Судмедэксперты пишут, что на телах жертв не было ни царапины: ни колотых ран, ни огнестрельных, ни рубленных. Даже вскрытие ничего не показало – все здоровы. Такое ощущение, что кто-то просто нажал копку выключения их организма и все! – я пожала плечами. Я, конечно, доктор, но такое вижу впервые. Обычно о причине смерти говорят какие-либо раны или травмы. А тут абсолютно здоровые девушки. Счастливые, молодые, строящие планы на будущее. Одна была замужем, домохозяйка, имела двое малолетних детей. Вторая – студентка филологического факультета, дочь профессора физики, гордость университета, первая красавица. Третья – девушка - подросток, живущая с мамой и бульдогом по имени Чаппи. Веселая, умная, душа компании, мечтающая путешествовать. Четвертая – модель. Одинокая, жила в собственной квартире, от парней отбоя не было. Что могло с ними произойти? - Что думаешь? – спросил Малдер. - Не знаю. Я такое ни разу не видела. Если уж вскрытие ничего не показало, значит, дело в чем-то другом, - предположила я, закрывая папку. - Что ж, будем выяснять, - подытожил напарник, сильнее надавливая на педаль газа. Машина взревела и понеслась вперед. Нашей целью была последняя жертва – Марго Гриффитс. Работала моделью в местном агентстве: ее фотографии на обложке каждого местного журнала. Жила девушка одна, в большой двухкомнатной квартире. Ее нашли последней. Коллеги по работе не дождались ее, поэтому они решили навестить подругу. К счастью, Марго была предусмотрительна и дала пару дубликатов своих ключей от квартиры друзьям. - Неплохие хоромы! – удивился Малдер, осматривая место жительства жертвы. Видно, что дамочка на себе не экономила: обои из твердой бумаги, паркет, кухонный гарнитур, искусственный камин, большая деревянная двуспальная кровать, стол из настоящего дуба. Мы, уболтав товарок нашей жертвы, взяли ключ от ее дома и решили навестить ее квартиру. Они, конечно, поворчали, что полиция Балтимора уже вдоль и поперек обследовала ее квартиру, но все же не стали перечить ФБР. Первым пунктом нашего списка было осмотреть место жительства Марго, в надежде найти хоть какую-то зацепку. - Это точно! – удивилась я, замечая, с каким восторгом мой напарник осматривает квартиру нашей убитой. Да, девочка на себе не экономила. Она себя любила и жила на широкую ногу. Заглянув в платяной шкаф девушки, я увидела множество нарядов: шикарные платья, замшевые пиджаки со стразами, туфли на высокой шпильке, шляпки и береты. Мои глаза разбегались от такого количества одежды. У меня в шкафу максимум парочка строгих нарядов и одно вечернее платье на все случаи жизни. Я ощутила укол зависти. Особенно, когда я увидела реакцию Малдера на эту красоту. - Ну, - протянул напарник, кидая на журнальный прикроватный столик стопку почты, которую выудил из почтового ящика жертвы. – Парочка писем из налоговой, но не более. Ни угрожающих писем от завистливых подружек, ни душераздирающих откровений от безнадежных влюбленных – все чисто. Самая обычная квартира: ни тебе колдовских зелий, ни кукол вуду. Я даже не знаю, Скалли, тут можно показ мод устраивать или дефиле. - Ты хочешь сказать, что мы тут ничего не найдем? – поинтересовалась я. М-да, это оказалось труднее, чем я предполагала. - Абсолютно! Самая обычная девушка с самыми обычными тараканами в голове, - усмехнулся напарник. - Значит, гнусных завистниц и любовников-маньяков можно исключить, - сделала я заключение. – Обычная девушка. Ничего не понимаю, - я пожала плечами. - В ее квартире мы ничего не найдем. Не к чему придраться, - Малдер смотрел на меня в упор. На его лице я читала страх. Страх того, что это дело – настоящий тупик. Так не бывает, чтобы не было ни одной зацепки. Секретный материал – без сомнений! - Что будем делать? – поинтересовалась я, издав тяжелый вздох отчаяния. - Думаю, нужно расспросить ее подруг. А еще навестить патологоанатома, который проводил вскрытие. И навестим родственников других жертв. Посмотрим, что расскажут они, - подытожил Малдер. На глаза мне попался удивительный предмет, который никак не вписывался в концепцию этой шикарной квартиры. Плетеный амулет, каркасом коего служили деревянные палочки. Висел он на толстой шелковой веревке, а в самой его середине красовался яркий красный камень. Этот амулет был довольно старым, потрепанным. Удивительно, как девушка, которая любит шик и модерн, могла украсить свой дом такой безделушкой. Но он был очень красивым. Невероятным. Притягательным. Казалось, его вырвали из лап самого Тутанхамона и украсили им модное жилище. Я подошла поближе. Яркие лучи солнца, что проникали через окно, играли на камне, а он сам отливал ярким кроваво-красным цветом. Тонкие ниточки оплетали деревянные вставки и создавали невероятные узоры. Он был безупречен, идеален, без единого изъяна. Я бы хотела себе такой. Моя рука сама потянулась к этому украшению. Я подумала, что оно отлично будет смотреться с моей белой блузкой, у которой были рукава-фонарики и вязочки с боков. Красота! - Какая прелесть, - протянула я, снимая ожерелье с абажура прикроватной лампы. Знаю, красть вещи нехорошо. И пусть меня судят, запирают за решетку и тычут пальцами – но эта вещь будто шепчет мне «возьми меня, я создана именно для тебя!» - Интересно, - Малдер встал рядом. Я видела, что и он любовался этим украшением. – Оно шикарно смотрелось бы на твоей шее. С каким-нибудь красивым, длинным платьем. Знаешь, таким красным, вечерним, - сделал заключение Малдер, посматривая на меня через уголки глаз. - Не в ее стиле, - подметила я. – Очень странный символ из нитей. Думаешь, он что-то значит? – я держала ожерелье в руках, ощущая под пальцами мягкое бархатистое волокно. Холод камня, его гладкость, хрупкость, грацию. Он так красиво вписывался в мою ладонь. Я не думала, что простой кусочек деревяшки, перетянутый нитями, так на меня повлияет. - Надо будет поискать информацию о нем, - Малдер дотронулся до моей руки, а я вздрогнула от неожиданности. *** - Мистер Роксан, вы не знаете, у Марго были недоброжелатели или завистники? - поинтересовался Малдер. Грег Роксан, один из коллег Марго, низенький, пузатый парнишка, с густой, некрасивой бородой и душком, будто парень не принимал душ довольно давно. - Она была сексапильной моделью, живущей в шикарной квартире и зарабатывающей по 200 000$ в год. Как думаете, были ли у нее недоброжелатели? – съязвил наш собеседник. Малдер лишь фыркнул, но намек нашего пахучего друга был ясен. - Понятно, а кто-то из них мог применить силу, например. Не знаю, пробраться к ней домой и убить из зависти, - Малдер старался подтолкнуть собеседника в нужном направлении, разговорить. Но парень явно был настроен враждебно. Он тоже испытывал влечение к молодой красотке, но жуткие комплексы и не самый опрятный внешний вид не оставляли ему никаких шансов. Да и такая девушка, как Марго, явно не выбрала бы такого чудика, как Грег. Ей подавай высоких, мускулистых, загорелых парней. И таких тут было пруд пруди. Я не удивлюсь, если каждый из них побывал в ее постели. Зато Грег был отличным руководителем. А внешний вид… бывает! - Мистер, в ее квартиру протоптали тропу все местные «манекены». А они ничего, кроме как махать своим «жезлом», делать не умеют. А уж завистниц у нее было хоть отбавляй. Но вряд ли у них достанет мозгов, - Роксан продолжал активно перебирать фотографии молодых девушек. – А мне теперь искать ей замену! – пробубнил наш собеседник. - Милашка, правда, - Малдер подошел ко мне сзади, пока я изучала резюме Марго, которое мило предоставила мне девочка из отдела кадров. - Девушка буквально прогрызла себе дорогу к славе: родители погибли в четырнадцать лет, воспитывалась у тетки. Работала уборщицей, официанткой. С ее-то внешностью, - подметила я. – А пару лет назад ей улыбнулась удача: ее подметил директор этого агентства, и ее карьера пошла в гору. - Я тоже не узнал ничего нового. Куча поклонников, куча парней каждую ночь и влюбленный закомплексованный директор, - пояснил напарник. - Не густо, - фыркнула я. - Марго была сама не своя в последнее время, - молоденький женский голос отвлек нас от раздумий. Его хозяйка была высокая блондинка с короткими волосами и шикарной фигурой. И напора ей не занимать. По ее хищному взгляду было видно, что она любила брать от этой жизни все, что могла. Шла по головам. Ее коротенькое платье с огромным вырезом на груди, через который ее большая грудь готова была вот-вот вывалиться наружу. Девушка не сводила взгляда с Малдера. Она буквально пожирала его глазами. То ли она видела мое злобное лицо и испепеляющий взгляд, которым я ее одаривала, поэтому медлила. То ли ждет удобного случая, чтобы запереться с ним в какой-нибудь темной каморке. - Что вы имеете ввиду? – поинтересовался Малдер. Я слегка тыкнула его локтем в бок, замечая, как любезно он разговаривал с этой «куклой» и строил ей глазки. - Она твердила в последнее время о каком-то мужчине, который был с ней каждую ночь последние пару недель. Она будто витала в облаках, но была жутко измотана, - пожала плечами девушка. - Измотана? – уточнила я. - Да. Знаете, будто всю ночь работала в поле. Исхудала, кожа потемнела, круги под глазами. В общем, с работой не клеилось. - А она описывала этого мужчину? – спросил Малдер. - Нет. Говорила, красивый, сильный, молодой. Все! - У нее такая красивая квартира, новая мебель, шикарный паркет. А вот украшения она носила старые, - я решила перевести разговор в нужную мне сторону. Наша собеседница повела бровью, но по ее взгляду было понятно, что она знает, о чем я говорю. - украшения?- девушка повела бровью, изображая негодование. - Подвеска – амулет. Не сомневаюсь, что она часто его носила. Красивый такой, с красным камнем, на толстой веревке - Не знаю точно, откуда она его взяла, но – да – она носила его часто. Мы еще смеялись, мол, зачем ей такой раритет, - пояснила собеседница. - А странности в ее поведении начались после его появления? – поинтересовалась я. - В общем, да! *** - Любовник? Перебарщивали с ночными играми? Или неразделенная любовь? – я потирала подбородок, перебирая в голове варианты событий. Я знала, что любовные утехи сильно изматывают. Но чтобы девушка валилась с ног! Я смотрела на Малдера. Сейчас он был как никогда молчалив и тих. Никаких косых взглядов, никаких шуточек. – Малдер! – позвала я, устремив взгляд на напарника. - Извини, я задумался о своем. Я не знаю, Скалли. Доктор Норис, местный патологоанатом, ждет нас, - ответил напарник, продолжая смотреть на дорогу.