Конец Света?А любовь все равно никто не отменял!

- Юнги,ты спишь? - Чимин пробрался под одеяло и ткнулся лбом ему в плечо. - А какая разница, ты ж все равно разбудишь, - ворчливо отозвался тот, но тут же подвинулся и цепко обнял парня в ответ. - Я был у Джин - хена. - Ну, и как он? - Тоскует...- Чимин вздохнул. - Этот его носорог разнесет все, а что не разнесет - затопчет и даже не заметит, чего он там переживает? - Ты тоже переживаешь, разве нет? - О Джуне? С чего бы? У него меч, Антидот и компания таких же бешеных фанатов ножей, как он. - Я про Агнесс и Хосок - хена, Юнги. - Тааак, а вот об этом не надо! - всю сонливость Мага как ветром сдуло. Он выкрутился из обьятий Чимина, встал к окну, отдернул штору и устроился на подоконнике. Его темный силуэт подсвечивала полная луна. "Красивый какой Кот...мой ".- подумалось Чимину, (вообще, ему всегда так думалось), хотя поговорить надо было о другом. - Ты не сможешь вечно обижаться или сбегать. И тем более, метать пульсары в самых близких людей. - Да не собираюсь я метать пульсары, Господи! - Юнги устало положил подбородок на согнутые колени, - просто это все не по-людски. Он же мой друг...я спрашивал его, потому что видел, что - то не так. Но я и подумать не мог, что настолько! Черт, а он ни в какую не кололся. Но как, как скажи ты мне, я могу это принять? И дело не в том, что он младше моей матери, а в самой этой ситуации, он что, теперь будет мне отчимом? - Это все, что тебя волнует? Как ты теперь будешь называть Хосока? - Какими глазами мы будем смотреть друг на друга! Я этого не понимаю! - Вот, что я тебе скажу, Кот, - Чимин встал с постели и подошел к Магу, - все меняется, как вода в реке. Всегда. И на многое ты не можешь повлиять, это просто происходит и все. Но эти люди по - прежнему будут твоей семьей. Дай вам всем шанс. - Как будто они предоставили мне выбор! - Юнги с досадой ткнул кулаком в подоконник. - А чего ты хотел? Чтобы они, взявшись за руки, пришли к тебе за благословением? Вообще-то, им сначала между собой нужно было договориться! Но наш Некромантище им этого не дал и они просто сбежали! -Ну - да, ну - да, я во всем виноват! - Есть немного, но я рад, что ты это понял! - Чимин мягко потянул Юнги за рукав и вернул в постель. - Я злой... - Ты всегда злой, Кот, но там ты замерзнешь. Ночи становятся холодными. Чимин укрыл и одеялом, и собой вяло сопротивляющегося Мага: - Давай, я тебя согрею, а? Принц вечно был горячим, как печка. И Юнги обожал это живое тепло, все его раздражающие мысли сразу исчезали, как только он чувствовал драгоценную тяжесть этого тела на себе. - Тут Джин - хен дал мне одну книгу...- промурчал Чимин в ухо Мага, - И это было тааак познавательно! Так интересно, что это срочно... нужно...проверить... Юнги повело до судорог от шепота Принца, поэтому смысл слов дошел до него не сразу. Лишь когда табун мурашек схлынул с его тела он, очнувшись, спросил: - Сокджин дал тебе что? Какую книгу? - Я не буду тебе ее показывать, мне стыдно...- маленькие пальцы опустились до талии, зацепили край штанов Юнги и мягко потянули вниз, - Не сопротивляйся! - А снимать с меня штаны не стыдно? - поразился Маг, но приподнял свой зад, чтобы помочь Чимину себя раздеть. В ответ на вопрос тот только бесстыже хихикнул. Но книга...книга оказалось просто волшебной. А ее автор, должно быть, стоял призраком в углу спальни, утирал слезы и бесшумно аплодировал такому безупречному исполнению своих теорий на практике. А все началось с того, что Чимин как - то однажды шепотом намекнул Сокджину, что Юнги слишком уж его бережет от всяческого разврата. А ему, Чимину, очень хочется узнать, что ж это такое, но он боится, что Маг настроился беречь его до самой смерти. На это Целитель понимающе кивнул, сходил к себе за одной невзрачной книгой и отдал ее Принцу. Принц любил учиться и, преодолев некоторый шок, вызубрил том от корки до корки в кратчайшие сроки... ... Джину не спалось. Когда он перечитывал письма Намджуна, то обычно успокаивался. Он словно слышал этот грубоватый, тепло вибрирующий голос и представлял своего Мага рядом. Но сегодня это не помогало ни успокоиться, ни уснуть. Что-то было не так. С Джуном. Ему не хотелось верить всяким предчувствиям, но эта странная тоска, обложившая холодом нутро не давала ему уснуть. А потом он услышал протяжный, громкий стон со стороны спальни Некроманта. Это был Юнги. И когда через секунду Джин стоял возле своей двери с тяжеленным канделябром в руке, готовый отбивать друга от врагов или зомби, то понял, что кричал - то действительно Юнги, но... Не от боли или злости. Таких интонаций в голосе Мага он еще никогда не слышал. И, вообще-то, никогда не хотел бы услышать снова. И тут он вспомнил свой разговор с Чимином. И понял, что надо бежать. Хапнув халат, он запел гимн врачевателей, которые исполняют все Целители, получая свои законные знаки отличия, пулей пролетел по коридору и ссыпался по лестнице прямиком в подвалы. - Святые Стихии, надеюсь они там живы. Но проверять точно не пойду! - поежился он. Здесь, в приятном инфернальном свете пентаграмм, на холодном лежаке, он почувствовал себя в безопасности. Успокоившись, он прижал к себе Мальти и заснул, надеясь утром не вспомнить то, что он слышал... ...Юнги быстро сдался под напором Чимина и запоздало осознал, что какая - то мистическая книга превратила его малыша в искушенного (теоретически), любовника! И он бы совсем потерял контроль, но все же понимал; чего бы там не начитался Принц, ему надо быть предельно осторожным. Он впился взглядом в лицо Чимина и отслеживал малейшие изменения - но этот мелкий паршивец сумел себя подготовить не только морально. И у Некроманта на это даже мыслей приличных не осталось, не то что слов... И все же, и все же... Стоило Принцу отвести взгляд и закусить губу, Юнги остановился. - Нет! - крепкие ноги тут же обвили спину Мага и придавили к себе с неожиданной силой, - Не останавливайся, не смей! И смотрит, смотрит на Юнги бесконечно, двигаясь навстречу. И Юнги кроет от этого взгляда, до краев наполненного похотью, от этого капризного голоса, просяще-требовательного, который жаром пробирает всего Юнги, доставая до внутренностей и костного мозга. В его голове взрываются звезды. И только немыслимая выдержка останавливает его, чтобы не вытрахать из Принца всю его душу сейчас же, немедленно, жестко вбивая это желанное до спазмов тело в матрац. Долго - долго, потому что... Потому что Чимин. Потому, что Юнги у него первый и потому что Юнги готов убить сейчас, лишь бы он, Маг, остался у Чимина единственным. Потому, что видеть ТАКОГО Чимина нельзя больше никому. Такого откровенного до пошлости и все равно, такого чистого во всем этом, так и не растерявшего этой наивности. Этот нетерпеливый распахнутый взгляд, этот рот, который хочется целовать бесконечно, эта шея и это тело... Святые Стихии, это тело, за которое видно, передрались все Ангелы с Бесами, чтобы создать нечто совершенное, такое блядское и невинное одновременно. И эти две силы наделили каждый дюйм этого создания и чистотой, и грехом до предела. До предела. До края...Они улетели туда вместе. Принц, капризно выстонав - "Кооот!", - выгнулся под Магом и еще сильнее прижал его к себе. И даже тут Юнги не мог позволить себе ослабить контроль, но ему хватило этого едва слышного голоса, чтобы кончить вместе с ним. Зато Некромант позволил себе проораться. Ну, чтобы хоть как - то высказаться. Юнги - то ни к чему такому не готовился, хоть и ждал этого так же сильно. Но тут Чимин оказался смелее их обоих. Сокджин проснулся всего через пару часов, на рассвете. В узких окнах под потолком небо было чуть розовым, но лед в груди не давал покоя. Он никуда не пропал. Как и эти дурацкие воспоминания о том, что его заставило тут заночевать. - Ну, раз уж я проснулся... - сказал Джин сам себе и потянувшись, встал. Обошел пентаграммы и вспомнил, что надо проверить почту, потому что Некроманту сейчас, скорее всего не до того. - Вот и помогай людям после этого, - шепотом ругал он сам себя, на цыпочках поднимаясь в берлогу Юнги, - А они мне слух травмируют и потом еще про свои обязанности забывают, вот что это такое? На этот раз, к счастью, в Замке было совершенно тихо. Сокджин успел точно в срок: Едва он открыл окно, ему на ладонь, безо всяких предупреждений в виде бумажного шелеста, бахнулось что - то довольно увесистое, гораздо тяжелее конверта. Это была светящаяся стазисом полусфера. Целитель от неожиданности едва не выпустил ее из рук, но поймал в последний момент и кинул на столешницу секретера. Присмотревшись, выдернул из - под свертка послание и развернул. Всмотрелся в торопливые, кривые строчки, написанные явно не за столом. А потом, закусил едва не до крови собственный кулак, чтобы не закричать. На столе секретера, в приятном желтом свете стазиса, висели Джуновы пальцы. Воины - народ суровый, они не стали их бинтовать, и сейчас эти два обрубка, с отбеленными Антидотом сухожилиями и костями подробно показывали, из чего состоит человеческая рука. Отдышавшись, Джин едва не опрокинул стол в поисках подходящей бумаги и пера, быстро написал ответ и выкинул письмо в окно. А потом упал в кресло и спрятал лицо в ладонях... - Чокнуться мне с тобой, Чимини! - простонал Юнги, едва не плача. Его крупно, во весь его рост трясло от пережитого. С его мелким всегда было так. Все на полную катушку, он, как маленькая грозовая молния, бил точно в цель по всем чувствительным точкам Мага. Он принес в его жизнь любовь, звенящий смех, тепло своего тела и охерительный секс, в который окунулся радостно и совершенно бесстрашно. "Мать-твою, твою-мать, Юнги, это случилось!!!" - хором орали тараканы в его голове. Кажется, у них даже был оркестр, салюты из пушек и какие - то пошлые лозунги. А потом.... Принц дико напугал Мага тем, что вырубился сразу после оргазма. Но, как оказалось, это был не обморок, а сон, и когда старший стал трясти его, леденея от страха, тот, открыв один глаз, сказал: - Кот, это было тааак круууто, что у меня нет сил... - и снова откинулся на подушки, улыбаясь припухшими губами. Матово сияя раскинутым обнаженным телом в этом чертовом лунном свете. - Ну, ахиреть вообще! Получил свое и спать? - Юнги поймал себя на мысли, что чуть не добавил : "а поговорить?", но вовремя заткнулся. Зато спящий Принц дал Юнги возможность аккуратно проверить того на предмет повреждений. И в ту ночь и без того высокое мнение Мина о себе взлетело до небес. Его малыш был совершенно невредим. И они идеально подходили друг другу. Сна не было ни в одном глазу и Некромант просидел над своим спящим сокровищем до рассвета, улыбаясь, как кретин, во весь рот. Он расправлял его спутанные волосы и складки на одеяле. Он выдыхал в чистый лоб Принца какие - то немыслимые слова любви и клятвы. Он гладил эти маленькие ладони не в силах остановиться и все-таки уснуть наконец. Нет. Маг чувствовал себя раздавленным, и едва выжившим этой ночью. И счастливым до слез, которые то и дело наполняли глаза. А Принцу было пофигу, он беззаветно дрых, как человек, добившийся своего. Рассвет пришел вовремя, иначе Некромант бы точно застудил себе десны, потому как он никогда еще так долго и широко не улыбался. С первыми лучами солнца Юнги вспомнил про почту и пошел наверх, еле заставив себя отойти от этого несносного мелкого. Но, как оказалось, почту уже получили до него: - Это чего такое, блять? Куски Намджуна?! - Юнги присмотрелся к стазису и внезапно почувствовал тошноту. Это было слишком. Он всю ночь наблюдал за самым прекрасным, что осталось на этом свете, а тут такое! - Что мне делать, Юнги? Что мне делать, Господи? - Сокджин поломанным маятником раскачивался в кресле. - Тащить его сюда! Странно, что он сам не догадался. - Нам нужно сегодня открыть портал для Агнесс и Хосока, амулетов не хватит. Он ждет меня, а мне хоть пешком к нему теперь! - Обижаешь, Джини, я всегда перестраховываюсь насчет такого! - и Маг тряхнул целой гроздью мигающих камней, добытых из тайного ящика под секретером. - Я так на это надеялся! Какой же ты молодец! - благодарно сверкнул глазами Сокджин и почти улыбнулся. Маги дождались ответа на письмо Целителя о том, где точно находится отряд патрулей и вышли во двор: - У тебя будет где - то, - Юнги на миг задумался, подбросив в ладони камни, - минуты три, успеешь? - Обещаю справиться раньше! На поляне, где расположились Боевые Маги, стояла тишина. Уже почти рассвело, но все спали крепким сном, потому что ночью Намджун задал всем жару. Несколько раз, в бреду, он пытался отправиться к Джину, его шатающееся тело в первый раз едва успел поймать Джинки. Потом парни сменяли друг друга, охраняя больного, но Джун оказался таким буйным пациентом, что не спал никто. Его лихорадило так, что Маги извели на него все запасы жаропонижающих настоек, но организму Джуна было на них похер, его тело едва не плавилось, а кожа раз за разом покрываясь липким потом. Его сердце билось отбойным молотом, словно пытаясь выломать ребра изнутри, а разум тонул в бреду. Все смогли заснуть только под утро, когда жар стал спадать и Боевой Маг хоть немного осознал себя в пространстве, и перестал пытаться сначала уйти, а потом уползти " К Джини". Из - за этого рана на ноге снова раскрылась. - Вот ведь чокнутый! Я так понимаю, ты хочешь убиться раньше, чем твой Джини тебя спасет? - ругался Минхо, снова зашивая ногу Намджуна. Рана выглядела не очень, ее края воспалились за ночь и нога заметно опухла. - Он так сильно боится его расстроить, что предпочитает сдохнуть раньше, - зевнул Джинки. Он протирал лицо больного куском мокрой ткани, но липкий пот снова проступал на коже. И все же Джун нашел в себе силы извиниться перед парнями, наблюдая, как его пальцы отправляются в Замок. А буквально через две четверти часа на поляне сгустился воздух, предупреждая о портале. Из открывшейся воронки, на стоянку вышел широкоплечий парень с огромными, злыми глазами. Он посмотрел на спящих: - Где Джуни? - негромко спросил он у лежащего ближе всех к нему. - Вот...- Кибом, сонно щурясь, показал на укрытое попоной тело. - Джун только - только уснул. Сокджин, кусая губы, подошел к Магу. Пару секунд посмотрел на спящего, а потом неожиданно легко поднял его на руки, развернулся и скрылся в воронке портала. Перед тем, как туда уйти, он уверил Магов, что через два дня Намджун к ним вернется. - До свидания, - махнул рукой в пустоту проснувшийся Минхо. - Нет, ну вы видели, а? - оглядел всех Ким, - Не зря Намджун ТАК расстроился. И бредил не от ран, а от нервов! Вот это любовь! - А ты говорил! - Джинки усмехнулся и пошел собирать вещи Намджуна, раз поспать так и не удалось. Все были уверены, что тот появится не смотря ни на что, так быстро, как только сможет. Сокджин сгрузил тело Мага на кровать и полчаса не отходил от больного. - Воу - воу, Джини, ну я же уже очнулся! - Намджун перехватил руку Целителя, который приводил того в чувство пощечинами. И, видимо, вошел во вкус. - Ой? А я и не заметил! - клацнул зубами Джин. И это совершенно с ним не вязалось, Джун вообще, впервые видел Целителя злым. - Ты перетащил меня через портал? Я так и не понял, вырубило меня под утро или я уснул. - Намджун, ты сделаешь мне большое одолжение, если замолчишь на ближайший час. У меня много работы, - Целитель не смотрел в глаза Мага. Он осторожно взял в руки покалеченную кисть и начал разматывать повязку. С его раной на бедре Джин уже разобрался, залечив ее в первую очередь. Потом он выровнял температуру его тела, убрав жар и воспаление. А потом у него сдали нервы. Совсем. Несколько бессонных ночей он еще мог перенести, но утренняя почта добила его. А у Джуна все нутро свело от нехорошего предчувствия: - Ким Сокджин, посмотри на меня, - попросил он, - пожалуйста! Целитель упрямо закусил губу и замотал головой. - Сначала я закончу. - Сначала мы поговорим, Джини! - Боевой Маг забрал руку и сел в кровати. - Черт тебя возьми, Намджун! - Маг бессильно выдохнул и посмотрел на него, - Как можно было так подставиться? Ты же мог выйти против пятерых и всех развалить! - Испугался? - грустно улыбнулся воин и попытался обнять парня. Но тот не дался и сел в кресло рядом с кроватью. - Нет, что ты, я обрадовался! Я же увидел целых два твоих пальца после месяца разлуки! И пусть они были откушены от тебя, все равно, сюрприз удался! Я же просил тебя, Джуни! - Целитель уже не сдерживался, роняя злые, отчаянные слезы. Они, как колкие льдинки, сыпались из его темных глаз, не оставляя мокрых дорожек. - Джини, я воин, а с воинами такое бывает, ты знаешь это лучше других. Мы сейчас в самом пекле и всем нам там достается. Я не дурак и никогда не подставлялся в бою, но ты всегда знал кто я, им я и останусь! - Ким с сожалением покачал головой, - Я не верю, что ты это не понимаешь, - пожалуйста, скажи мне, что ты это не всерьез! - Я понимаю! Головой понимаю... Но я не могу...Иногда я думаю, это все слишком для меня...я не могу... - Чего ты не можешь? Вынести все это? - и без того бледное лицо Намжуна побелело еще сильнее, - а знаешь что? К черту тогда все это! Не надо меня исцелять, нахер вообще надо было тратить на меня амулеты и выдирать из того ада? Зачем? Чтобы сделать мне в сто раз больнее? - Маг, пошатываясь, стоял посреди Сокджиновой спальни и улыбался какой - то дикой безумной улыбкой, с этими его несносными ямочками, он был в грязной рубахе, заляпанной кровью, измученный болью, жаром и предчувствием, что именно этот разговор у них в итоге и произойдет. - Намджун, вернись в постель, - холодно сказал Джин, - Я должен осмотреть твои раны. - Черт тебя возьми, Ким Сокджин, клянусь тебе, если ты сейчас не перестанешь говорить со мной таким ледяным тоном, я сяду на лошадь и вернусь туда, откуда ты меня взял!!!

***

- Ким Джонхен, друг, открывай! Это твои соседи! Эти солнечно - сказочные два дня для Агнесс и Хосока пролетели, как минуты. Сегодня вечером Джин откроет портал и они вернутся в Замок. Надо будет продолжать сражаться за живых людей, создавать Антидот и самое главное - обьясниться с Юнги. Но перед отъездом им нужно было сделать очень важное дело. Улыбчивый и легкий, как солнечный луч, парень выскочил на порог высокого, деревянного крыльца своего дома. Весь его двор, как и двор Хоши, тонул в зелени и благоухал цветами. Только Джонгу нравились все оттенки алых цветов, они, как флаги, колыхались на ветру; плетущиеся розы обвивали аллею к дому, создавая густую тень. Они уже отцветали и посыпали тропинку алыми, как капли крови, лепестками. Бордовые лилии, растущие между могучими тисовыми стволами, кусты японской камелии тоже начинали цвести ярко - розовым цветом. - О, вы решили навестить меня? Прекрасно, я очень рад вам! - Травник приветливо распахнул дверь из светлого дуба. А внутреннее убранство дома было куда строже, чем у Хосока, Джонхен предпочитал минимум вещей и полумрак. Огромные окна гостиной закрывали черные, до синевы, тяжелые шторы. - Мы по делу, Джонхен, - сказала Агнесс, принимая у хозяина дома чашку с чаем. Тот метнул взгляд на Хосока и присел на низкий, шоколадного цвета диванчик, напротив гостей. - Ты не чувствовал в последнее время ничего странного? - начал Хоши. - Чувствовал. Но думал, что это усталость...видимо, вы заметили что - то другое? - Маг оказался прозорливым. Вместо ответа, Агнесс показала ему небольшую шкатулку, которую они принести с собой и открыла ее. - А я надеялся, что там пирожные, - усмехнулся Джонг. - Это лучше пирожных, поверь, - Агнесс выставила на низкий кофейный стол около десяти склянок темного стекла, исписанный лист бумаги и простенький на вид, изумрудный кулон. - К тебе привязался демон черной собаки, Хен, - внес ясность Хосок. Джонхен сжался на своем месте и огромными глазами уставился на гостей, водя взглядом от Ведьмы к Травнику. - А я и думаю, почему я вдруг разлюбил солнце? - Не переживай ты так, - Агнесс подсела к парню и погладила его по плечу, - Однажды я уже я избавила одного ребенка от этой напасти. И у тебя получится. На листке написано, как и когда принимать эликсир. Поначалу будет не очень легко, но ты справишься. - Как при экзорцизме? - Травник тревожно посмотрел на нее. - Примерно. Но как бы трудно ни было, не прекращай лечение. Хоши навестит тебя через пару дней. Поверь, я бы не оставила тебя до твоего выздоровления, но сам знаешь, какие сейчас времена. Наш Замок служит теперь форпостом в битве за людей, мы должны быть там. - Нет - нет, что Вы, Госпожа Агнесс, я справлюсь! - уверил Ведьму Джонхен и взял в руки листок. - И еще, Джонг. Ты должен показать Агнесс свою тату. - Откуда вы...неужели это могло повлиять? - Татуировка - это как дверь к твоей чистой душе. Для нечисти. Неудачное для тебя сочетание, - Хосок цокнул языком. Собака, черной кляксой устроилась на левом предплечье парня. Она была яркой, четкой и выглядела так, словно вот - вот оживет. Это было модно, а Джонг любил все красивое. И мастер тату постарался на славу, да так, что даже сам потом испугался, насколько реальной и зловещей выглядела эта черная псина. Агнесс нанесла защитные знаки вокруг рисунка и пожелала парню удачи. - Он справится, я уверена, - сказала Ведьма по дороге домой. - Но я все же навещу его через пару дней. - Да, помоги ему. Это будет как похмелье, но раз в десять тяжелее. Портал открылся в назначенный час, только встречал их у Замка не Джин, а сам Некромант. Он стоял возле портала и смотрел себе под ноги, раскачиваясь с носков на пятки. - Здравствуй, сын, - сказала Агнесс дрогнувшим голосом. Вся ее убежденность в том, что она имеет право на счастье, вдруг испарилась. Но тут Хосок вышел вперед, закрывая ее собой. Мин молчал. - Юнги, прости меня, что все так вышло, но я бы все равно не стал тебя предупреждать, если бы у меня был шанс вернуться в прошлое. Некромант поднял на него свой колючий взгляд, игнорируя мать, мотнул головой в сторону сада и отправился туда. Все так же молча. - Все будет хорошо, я обещаю, - тихо сказал Травник, на миг обернувшись к своей Ведьме и пошел за Магом. Они остановились за садом, в высокой траве, доходившей Магам до колен. Эти цветущие луга тянулись до самого леса. Юнги резко, без предупреждения развернулся, и схватив Хосока за ворот рубахи, замахнулся ему кулаком в лицо: - Сволочь, - выплюнули тонкие губы, но удар Травнику так и не прилетел, кулак, подрагивая, завис в дюйме от его гладкой скулы: Чон знал, что Юнги не будет с ним разговаривать и был к этому готов. Он принял это и сейчас стоял, подставляясь под удар, в какой - то степени понимая его. - Ты же был моим другом...как ты мог мне не сказать, черт тебя возьми! Я же, блять, спрашивал! Спрашивал тебя! - Некромант с раздражением понял, что не может ударить это лицо, но все еще не убирал ни кулак, ни руку с его одежды. - Я позволю тебе меня ударить один раз. Я наверное, это заслужил, но потом ты прекратишь беситься и мы поговорим, - Хосок все так же спокойно стоял и смотрел в глаза Юнги. Некромант понял, что момент упущен, отпихнул от себя Чона и стал ходить кругами, не в силах оставаться на месте. - Ты должен был мне сказать! Должен был, будь ты проклят, Чон Хосок! - Зачем? Я до последней секунды не был уверен, что...(Травник вовремя остановился и не упомянул имя), мне ответят взаимностью. И какой смысл мне было исповедоваться тебе? Ты бы меня поддержал? - Ты с ума сошел? - на миг остановился Юнги и снова зашагал в высоком разнотравье, вытаптывая тропинку и распугивая стрекоз. - И что мне тогда оставалось? - Держаться подальше от Агнесс, вот что! - Я и так сколько мог, это делал. Но я просто человек, хоть и Маг, и это сильнее меня во много раз. Я люблю ее. Люблю уже несколько лет и это серьезно. Юнги только закатил глаза и продолжил было кружить по поляне, но тут его остановил Травник. Чон Хосок уже давно не был тем испуганным мальчишкой, который дрожал перед своим первым зомби на кладбище. С тех пор прошли годы, все они получили дипломы, стали Магами и заслужили себе имя. Чон вырос во всех смыслах, оставаясь при этом преданным их маленькой компании, как и прежде. Некроманта сейчас уверенно держал за плечи мужчина. Он понимающе и так по - взрослому смотрел на Юнги своими темными глазами, что тому вдруг стало не по себе. Хоши так сильно изменился, а он этого даже не заметил. Агнесс проводила взглядом мужчин и стараясь успокоить выпрыгивающее из груди сердце, вошла в Замок. Ее очень расстроила холодная встреча, но сейчас она переживала за отношения Юнги и Хосока, даже подумав на миг, что не пойди она на поводу у своих чувств, этим двоим бы нечего было выяснять. А ей - не оправдываться перед сыном. Ведьма не заметила, как оказалась на кухне. И немного пришла в себя, когда на нее, светловолосым ураганом налетел Чимин: - Госпожа Агнесс, ну наконец - то! - Принц подскочил к ней, раскинув руки. Ведьма крепко обняла его в ответ и положила голову ему на плечо. Она действительно соскучилась и по Принцу, и по остальным. - Я справлялся без Вас, но одному на кухне так скучно! - Я знала, что ты все сумеешь. Как мой сын, он очень злился на...нас? - Ну...это же Юнги. Сначала с ним говорил Сокджин, и они напились до чертиков, а потом они спасали раненых, а потом я попытался....эээ, смягчить...но ему нужно время, - Чимин покраснел до корней волос и отошел от Агнесс, чтобы она не заметила его пылающие щеки. - Я тут готовил без Вас, Сокджин и Юнги, и Мальти это ели! - перевел он тему разговора и показал на кастрюли на печке. - Ууу, какой запах, ты умница, Моти. Я уверена, что это очень вкусно! - Агнесс понюхала аппетитное даже на вид, рагу. Чимин содержал ее кухню в сияющей чистоте и порядке. - А утром Сокджин ходил через портал за Намджуном. По - моему, в этом Замке никогда не бывает тихо? - Это же Замок Некроманта, тут не может быть тихо. А что с ним? - Юнги не пустил меня туда, но сказал, что Джуну оторвало два пальца. - О, Господи! Час от часу не легче! - Агнесс даже на миг забыла про Юнги и Хоши, - - Знаешь что? Иди к этим двум в сад, присмотри за ними, ты же умеешь успокаивать моего сына, как никто, а я поднимусь наверх, узнаю, как там Намджун, ладно? - Ох, я только сейчас понял, что они наедине! Я побежал! - Чимин ветром сквазанул из кухни и из Замка, да так, что дрогнули кухонные занавески. Ведьма поднялась наверх, на минуту зашла в свою комнату и заметила листы бумаги возле туалетного столика. Письмо Короля все так же валялось на полу. "Надо же, ведь там, в саду я мысленно, на миг, согласилась с Его Величеством!" Прошло всего лишь два дня. Но за это время Агнесс совершенно точно поняла, кто ей нужен. Сейчас, эта комната, как и весь Замок, больше не казались ей такими уютными, как раньше. - Джини, дорогой, это я, можно к вам? - Агнесс тихо постучала в двери спальни. Целитель тут же открыл ей: - Как же Вы вовремя! Намджун спал, а на лежащей поверх одеяла руке, в перламутровом свечении проходил процесс сращивания. С костями Целитель уже справился, оставалось самое сложное - соединить сухожилия, нервы и множество сосудов так, чтобы эта рука могла двигаться, как раньше. И тут Джин уже немного выбился из сил, потому что на момент встречи с Джуном он был уставший, они поссорились, и эта буйная оглобля решила свалить в закат, добивать нежить на лошади, и без пальцев. Тогда Целитель совсем психанул и загнал мозги воина в такой глубокий гипнотический сон, что Намджун начал пускать слюни на подушку, а сил у Джина почти не осталось. Целитель без слов обнял Ведьму, ища у нее утешения. - Джини, ты едва на ногах стоишь! Иди отдохни, я закончу! - Агнесс всмотрелась в осунувшееся лицо Мага, на котором, казалось, остались одни глаза, с черными, как бездны, радужками. - Нет, я останусь. Я...я наговорил ему лишнего, дурак. Он был ранен, ему было больно, а я... - А ты так испугался за него, что даже разозлился? - Агнесс подняла руки к своим волосам, чтобы стянуть светлые кудри в узел. - Я повел себя, как истеричка! Накинулся с претензиями, а он же... -Ты повел себя, как любящий человек. А теперь убирайся с глаз моих на кухню. Юнги и Хоши сейчас выясняют отношения, Моти пошел к ним. Джин неохотно послушался Агнесс, но, взявшись за дверную ручку, спросил: - А Вы - то с Хосоком как провели время? Все хорошо? - Это были два дня абсолютного счастья. Спасибо, что дал нам с Хоши такую возможность.

***

- Ваше Величество, что вы делаете? Маг Ли Темин уже довольно долго наблюдал, как Король Ли Минхо едва не вываливаясь из окна своего кабинета, встречал почту. Вообще - то, это не входило в обязанности Его Величества, но после возвращения из Замка Некроманта, Монарх встречал так каждый свой рассвет. Письма приходили, но все не те. - Жду почту, что же еще? - Король в этот миг так сильно высунулся наружу, что, если бы Темин не подскочил и не дернул монарший подол на себя, тот бы точно вывалился наружу и красиво летел до земли три этажа. И Король, и Маг были в полном обмундировании - каждый день они объезжали по одной дальней провинции, там где уже прошли отряды патрулей, и следили за выполнением Монарших указов. - Простите за грубость, Ваше Величество, - Маг склонил голову. Минхо на это лишь досадливо махнул рукой. Он был благодарен Магу за многое, а теперь еще и за очередное спасение жизни. Прямо традиция уже какая - то! Скоро должен был наступить перелом в борьбе за потерянные земли. Месяц напряженной, слаженной работы Магов, воинов и всех, кто мог помочь, стал приносить результаты. Почти все села были под контролем, Антидот работал, а мутанты истреблялись. Да, были и потери, но сейчас, когда люди имели защиту и знания, трагедий было куда меньше. Главное сейчас было не останавливаться и продолжать биться не смотря ни на что. Король и Маг покачивались в седлах, направляясь в очередную деревню. За месяц каждодневных выездов они хорошо узнали друг друга и как - то незаметно подружились. Во всяком случае, Темин вечером мог позволить себе зайти в кабинет Короля, нахально отодвинуть стопку его бумаг в сторону и поставить на стол бутылку темного эльфийского. И в тот день, когда Маг не дал Минхо выпорхнуть из окна, они так же проводили немногословный вечер в обществе друг друга и бутылки вина. - И все - таки, спасибо за утро! - Минхо, отсалютовал Темину бокалом, - Ты всегда появляешься вовремя. - Я рад, что успел. Но... - Говори. - Она не ответит Вам. Не стоит на это надеяться.