Reign of the Darkness

      Блум вздрогнула, когда в двери постучали. На пороге показалась Дафна, которая тихо спросила:       – Не помешала?       Девушка мотнула головой – она на деле бесцельно сидела уже порядка десяти минут и задумчиво смотрела в окно. Мысли беспорядочным роем мелькали в голове, и фея пыталась привести их в порядок. А потому ответом на появление сестры было молчание – Блум точно еще находилась в прострации.       Они успели мельком пообщаться с Дафной, и этого девушке хватило, чтобы понять – сестре из этого мира доверять можно. Как ни странно, в речи феи о том, что она из параллельного мира, нимфа Домино поверила с легкостью. Как оказалось – та уже была знакома с трудами одного древнего ученого, что исследовал данный вопрос. Однако информации в его работах было недостаточно. А потому Дафна пообещала поискать еще больше материала по данному вопросу.       – Я нашла кое-что, что может навести нас на подсказку о том, как переправить тебя в твой мир.       На лице золотоволосой девушки мелькнула теплая улыбка. Так умела улыбаться только Дафна.       – Только подсказку? – подхватила ее тон Блум, развернувшись в сторону вошедшей. Нимфа вздохнула и коротко кивнула. Она осторожно положила на небольшой прикроватный столик старый запыленный том, на который девушка бы не обратила и внимания, если бы не одна деталь. На обложке красовался рогатый зверь, напоминающий волка. И этот образ мгновенно пробудил в ее памяти воспоминания о той сущности, что отправила ее в этот мир.       – Откуда… это… – просипела Блум, не решаясь дотронуться до книги.       Дафна удивленно вскинула тонкие брови, наблюдая за реакцией феи, но после лишь пожала плечами и бросила:       – В королевской библиотеке Домино. Папа дал доступ к защищенной секции с особо древними экземплярами книг.       Блум аж передернуло. «Папа», - это слово звучало бы вполне естественно из уст нимфы, если бы не одно «но». Такое почти двухметровое темноглазое «но». Осознавать, что эти слова обращены не к их отцу, а к другому, с позволения сказать, человеку, было больно.       Дафна открыла фолиант и показала начерченную когда-то темно-синими чернилами схему, которая выцвела до бледно-голубого. Все надписи были сделаны на непонятном Блум языке.       – Это – схема, по которой происходит разветвление миров, – проговорила Дафна, указывая на тонкие переплетения между сферами. – Каждый раз, когда кто-то делает достаточно значимый выбор – нить событий словно «расслаивается», образовывая две параллели возможных событий.       – На Земле я слышала о подобной теории, – кивнула Блум. – О параллельных мирах.       Нимфа вновь удивленно уставилась на девушку.       – Земля? Но это же лишенная магии планета. Мне казалось, ты с Домино.       Была лишена магии, пока Винкс не удалось вернуть земных фей. Однако в этом мире не было Винкс. Некому было вернуть магию на Землю. Там она оставалась просто сказкой, ну, или бредом сумасшедшего.       При мысли об оставленных там приемных родителях, что наверняка так и живут в Гардении, на душе стало тоскливо. Блум устало кивнула и постаралась не думать об этом.       – В моем мире меня вырастили приемные родители, так как Домино долгое время было погружено в сон… Давай не будем сейчас об этом?       – Как знаешь.       Дафна рассказала ей о том, как события делятся на более и менее важные, а также что не каждое событие способно создать параллельную ветвь. В общем – Блум поняла ровно треть из ее слов. Когда же нимфа закончила рассказ о том, что ей пока что удалось выяснить, фея проговорила:       – На этой обложке… Изображен зверь…       – Да. Ты уже видела его прежде?       Блум кивнула.       – Когда… – слова давались нелегко, – когда я умерла в своем мире, я попала в некое подобие Чистилища или чего-то вроде.       – И там было существо с горящими красными глазами, ты уже рассказывала, – кивнула Дафна.       – Так вот… это оно, – Блум указала пальцем на обложку. – Что это за сущность?       – Пока не знаю, – честно призналась Дафна, отведя взгляд в сторону. – Мы с Валтором пока не брались за перевод текстов об… об этом, – она кивнула на изображение волка.       Теперь пришла очередь Блум ошарашенно смотреть на сестру. С Валтором? То есть – он тоже принимает участие во всей этой свистопляске?       Заметив негодование во взгляде девушки, нимфа недоуменно покачала головой:       – Ну да… из нас двоих только он достаточно хорошо разбирается в древнем языке Домино. Без его помощи все мои потуги закончились бы ничем.       – А можно ли ему верить? Ну вдруг… он специально переиначит какое-нибудь слово, чтобы… чтобы…       – Почему ты так ему не доверяешь? – спросила Дафна, чуть сведя брови к переносице. – И тогда, когда ты только прибыла… Эм… сюда… Ты очень… бурно на него отреагировала.       – А как иначе? – буркнула Блум, чувствуя, как слова сами слетают с языка. – В моем мире он на пару с Даркаром и Тремя Древними ведьмами стал причиной практически полного уничтожения Домино.       Дафна открыла рот да и осталась так сидеть, карие глаза удивленно смотрели на девушку, что только сейчас осознала, как же дико подобная информация звучит для ее сестры. Скажи Блум кто-нибудь, что Дафна с Орителом пытались захватить Домино… Ее реакция была бы такой же.       – Папа и Древние ведьмы? – протянула нимфа, нервно усмехнувшись. – Даже представить себе такое не могу.       Они просидели какое-то время молча, вслушиваясь в отдаленный шум прибоя и крики чаек. Блум нервно заерзала на месте и вновь подняла взгляд на сестру.       – Скажи, а… Как… как погиб твой отец? Король Орител?       И вновь не менее ошарашенный взгляд. Дафна медленно покачала головой:       – Блум… Мой отец… – она убрала золотистую прядь за ухо и вздохнула. – Мой отец – король Домино, но это не первый муж мамы. Я думала, в твоем мире это известно…       – Погоди… – начав осознавать, что же подразумевает Дафна, проговорила Блум. – Ты хочешь сказать… что… что… Даркар – твой отец? В смысле – кровный?       – Ну да, – пожала та плечами, словно просто констатировала какой-то факт.       Фея вскочила на ноги и стала мерить шагами комнату.       – Ты… – она показала обеими руками на нимфу, на секунду притормозив. – Его дочь? Родная?       – Да, а что…       – Да быть того не может! Как же…       Как же так могло получиться? И, если в этом мире она – его кровная дочь, то и в ее собственном… Ох, мама, сколько же у тебя, на самом деле, скелетов в шкафу? Все то время, что она лицезрела счастливый брак своих родителей… Все это время… Ее сестра была дочерью ее заклятого врага?! И, следуя законам ее мира… еще и незаконнорожденной?       Блум плюхнулась в кресло и запрокинула голову, закрыв лицо руками.       – Я не любитель, но сейчас не отказалась бы от алкоголя.       Она вновь бросила взгляд в сторону обеспокоенной сестры. Это существо – сущий ангел во плоти – не может быть порождением Тьмы. В прямом смысле!       – А ты уверена? Может, это просто легенда, которая была придумана, чтобы…       В воздухе сверкнули золотистым светом лезвия, мгновенно увенчавшие руку нимфы. Блум в ужасе уставилась на изящно изогнутую сталь, действительно напоминающую птичьи когти. Дафна, поиграв пальцами, протянула:       – Будь уверена…       Отлично! А что еще ей этот мир преподнесет? Чьи еще скелеты вытащит из шкафа?!       Блум обреченно завыла под недоуменным взглядом сестры.

***

      Все чаще и чаще до него стали доходить слухи о странных скачках энергии. Поначалу короля Домино это даже не особо заботило – были дела и поважнее. Но вот сейчас…       Если эта девчонка и вправду из другого мира – то ее появление может вызвать нечто подобное. И все бы ничего – легкие колебания материи особого вреда не причинят жителям Домино, но вот изменить баланс сил в ту или иную сторону – вполне себе.       И далеко не все скачки энергии были связаны с появлением Блум, очевидно.       Мужчина стиснул зубы и попытался вчитаться в текст документа. Марион давно спала, обняв первое, что попалось под руку – подушку. И король Домино явно предпочел бы оказаться сейчас на месте этой подушки, а не быть заваленным кипой бумаг и тревожными мыслями.       Отбросив в сторону бумаги, он откинулся на спинку и перевел взгляд на мирно сопящую Марион. Еще до того, как он стал королем Домино, ему приходилось сталкиваться с опасной силой Прародительниц. Однако те были слабы, и группка магов, в числе которых был и его старый знакомый Хаген, смогли надолго отбить у старух желание вылезать снова. Ведьмы пропали, все праздновали победу, но он чувствовал, что что-то здесь не так. Что рано или поздно они объявятся вновь.       Что, если диссонанс космических полей, возможно вызванный этой девчонкой, Блум, позволит Древним ведьмам вновь выйти на арену?       Что тогда?       Мужчина поднялся, поморщившись, когда заныли затекшие мышцы, и подошел к кровати, где спала королева. Поправив сбившееся одеяло, мужчина осторожно дотронулся губами до ее щеки. Щелчком пальцев потушив свет, он развернулся и скрылся в темноте.       Капли, стекавшие с неровных сводов пещер, мерной дробью стучали по каменному полу. Старые разрушенные катакомбы, куда он возвращался всего дважды. Сейчас и тогда, двадцать лет назад, чтобы узнать, выжил ли первый муж королевы. Вернее – убедиться в его смерти.       В тот раз он не был намерен избавиться от короля, ведь прекрасно понимал, что для Марион тот был если не возлюбленным, то хорошим другом, и его потеря стала бы ударом для нее. Просто так сложились обстоятельства… Он мог бы остаться, прикрыть отступление, дать Орителу бежать. Но на кого бы он тогда оставил своего приемного сына? На трех полоумных старух? Или тот сел бы на шею королеве, уже потерявшей любимого человека? В тот момент эгоизм победил глупый благородный порыв, и мужчина даже не хотел представлять, как бы все сложилось, сделай он тогда другой выбор.       Впрочем, наличие девчонки из другого мира доказывало, что такой исход был возможен. Блум. Если бы не осознание того, что она – дочь Марион, он бы вытурил эту девку за пределы Домино. Может, мысль о том, что она – дочь первого мужа королевы, пробуждает в нем такую злость? Делает для него невозможным пойти на уступку королеве, как она когда-то пошла на уступку ему и приняла совершенно чужого для нее человека как собственного сына, хоть Валтор таковым себя и не считал?       Мужчина прошел в разрушенную пещеру, где из-под каменного завала бил подземный источник. За спиной журчали отголоски водопада… Он помнил все так, точно это было вчера… Тогда он впервые узнал о заточенной здесь силе, а после воспользовался ею. Правда вот совладать с ней было делом не из легких. Будучи неслабым магом, он стал практически непобедим и не стеснялся бравировать этим перед альянсом и прочей требухой.       Однако он пришел сюда сегодня вовсе не для того, чтобы предаваться воспоминаниям. Здесь впервые за много лет засекли присутствие странной энергетической активности.       И ответ на вопрос о том, кто же это мог быть, был лишь один.       Из-за спины раздался противный скрипучий голос:       – Скучал по нас?       Прародительницы.       Даркар резко развернулся и зарычал:       – Живы все-таки.       Одна из самых больших ошибок его молодости, как и одна из лучших вещей, что с ним происходила. Встреча с Тремя ведьмами. Тогда он нашел их заточенными и обессиленными, те убедили его, что добудут все, что ему угодно, лишь бы тот помог им выбраться. И он принял это условие.       «Найдите мне источник самой сильной магии во Вселенной».       И они нашли.       Вернее – преобразили найденную ими частицу этого «источника», чтобы ей было легче управлять.       Он обязан этим ведьмам тем, что в его жизни в то тяжелое время появился смысл в лице мальчишки, которого он вырастил как собственного сына. Та вещь, о которой он еще ни разу не пожалел.       – Хочешь заключить с нами очередную сделку?       – Хочу избавиться от вас, - прорычал тот, атакуя заклинанием, что рассыпалось искрами, ударившись о стену.       Он не видел противника – лишь чувствовал их присутствие здесь. И слышал ненавистные голоса. Из-за того, что Валтор является их творением, старухи могут влиять на его тело и разум. И, пусть король Домино и предпринял все возможные меры, способные оградить демона от влияния ведьм, те могли сломить его защиту в любой момент.       Ведьмы залегли на дно много лет назад, и многие считали их давно сгинувшими, после той показательной битвы. Но не он. Он знал, что старухи рано или поздно вернутся. Знал. И оказался в своих знаниях совершенно прав.       – Что вам нужно?! – рявкнул мужчина, чувствуя, как по венам начинает пульсировать неуправляемая магическая мощь.       – Ты и сам это знаешь, - прозвучало разом три голоса, одинаково неприятных и потусторонних.       Видение исчезло, когда мужчина покинул катакомбы и тяжело отдышался. Ожидавшие его у выхода стражники вопросительно переглянулись и спросили, нужна ли помощь. Тот лишь покачал головой. Они точно помочь не смогут.