Неотвратимо

Ты однажды сказал, что останешься мне братом, даже если я возненавижу тебя. Ты улыбался, наверняка предчувствуя, уже тогда предугадывая, как всё сложится. А я знал: ничто не в силах заставить меня повернуться против тебя. Ничто. Никогда. Ты однажды сказал, что останешься мне братом. А после убил их. Убил их всех, не потрудившись мне объяснить. Ты ушёл, перечеркнув всё, за что я цеплялся. За почти заслуженную гордость отца, что я выгрызал усердными тренировками, не проходящей болью в мышцах, за нежность матери, безусловную, тёплую, согревающую, за твоё внимание, которое ты, братец, всегда отмерял сосредоточенно, скрупулёзно. Будто большего я не достоин. Ты ушёл, даже не представляя, что сотворил. Разрушил всю жизнь, что была до. Разрушил меня. Я хочу, правда. Хочу понять тебя. Хочу посмотреть на тебя и не выказать слабости. Не стоять безвольно, пока чакра внутри затухает лишь от того, что ты — напротив, ты ко мне слишком близко. Хочу хоть раз взглянуть в твои глаза и увидеть ответ. Не фальшивые отмазки, не тонны лжи, которой будешь кормить меня. Если, конечно, снизойдёшь до ответа. Ты всегда был себе на уме. Я хочу так сильно, что это желание сводит с ума. Хочу прикоснуться к тебе и не испытывать противной мелкой дрожи. Хочу держать кунай у твоей глотки, зная, что ещё секунда — и я впрямь могу всё закончить. Наверное, это чертовски упоительно — пустить по клеткам пьянящее ощущение власти над тобой. Я бы отдал всё, чтобы убедиться в этом. Отдал бы всё за один-единственный миг. Отдал бы жизнь. Больше нечего. Ты всё отнял. Забрал улыбку и смех, забрал надежду и веру, забрал семью. Забрал себя у меня. И за это я никогда тебя не прощу. Знаешь, Итачи, теперь я такой же. Твой маленький братик — предатель. Иронично, не правда ли? Я ушёл из Конохи, чтобы воплотить мечту, и это то, чего ты меня не сможешь лишить, пока я дышу. Я ушёл в поисках силы, чтобы когда-нибудь сравняться, допрыгнуть, дорасти и просто взглянуть тебе в глаза. Ты сделал меня таким же. И это отличный повод для холодного презрения, идеальная причина для горячей ярости. Для кого-то другого, быть может. Не для меня. Потому что всё, чего я когда-либо хотел, — стать таким, как ты. Ты однажды сказал, что останешься мне братом, даже если я возненавижу тебя. Ты улыбался. А я знал: буду любить тебя всему вопреки. Знаешь, Итачи, я оказался прав, за что себя ненавижу. А ведь должен — тебя.