Глаза смерти

Лондон, ноябрь 2013 года Принц Ахмад! Джеймс яростно смял записку. В тот вечер они ужинали в «Гавроше», в том самом ресторане, где Джеймс напрасно ожидал Артура в самом начале их знакомства. Ферренс был усталым и раздраженным после тяжелого дня. Он упорно добивался снижения цен на алюминий, чтобы нанести ущерб Крейгу, а для этого ему приходилось применять закулисные рычаги давления на влиятельных политиков и алюминиевых магнатов, включая откровенный шантаж. Это вызывало раздражение и в Вестминстере, и на Даунинг-стрит, и в Сити, в деловых офисах Франкфурта, Нью-Йорка и Гонконга. Ферренс находился в постоянном нервном напряжении и не мог дождаться, когда уже, наконец, ему удастся вырваться из офиса. Суп из черных трюфелей в «Гавроше» был великолепен, как и ягненок в сливочном соусе. Но, главное, рядом был Артур. Он улыбался, и – черт! – Джеймс понимал: весь этот адов день стоил того, чтобы просто увидеть белоснежную улыбку его мальчика. Артур с юмором рассказывал о приеме, на котором встретил старую стерву – герцогиню Трамбулл. Он не стал скрывать, что герцогиня проклинала Ферренса чуть ли не последними словами и одновременно, ничтоже сумняшеся, просила Артура похлопотать за нее. Ферренс рассмеялся, и раздражение стало понемногу спадать. - Скажи этой старой ведьме, что я не собираюсь делать ей никаких поблажек. Все, что я у нее отнял, принадлежало мне по праву заимодавца, и точка. Но я больше не буду ее трогать, если только она ничего не предпримет против меня или тебя. Мы квиты. Артур улыбнулся, и Ферренс понял, что именно на такой ответ мальчик рассчитывал. Артур отлично умел на него воздействовать даже своим кажущимся простодушием. Джеймс видел игру Артура, но ему нравилась эта игра. Хотя никому другому Джеймс не позволил бы собой манипулировать. А потом, когда они сели в автомобиль, Артур молча протянул Джеймсу записку. Тот прочитал, и его охватило бешенство. - Где ты ее взял? Герцогиня? Артур промолчал, превратившись в мраморное изваяние. - Кажется, я слишком рано пообещал больше ее не трогать. Беру свои слова назад, - проскрежетал Ферренс. – Старая сводня! Мне знаком этот почерк. - Джеймс, - шелковистая, теплая ладонь Артура мягко легла на его ладонь, - оставь герцогиню в покое. Меня не интересует этот ормузский принц. Я не собираюсь с ним встречаться. Записку я тебе показал просто потому, что не хочу ничего от тебя скрывать. Джеймс обнял мальчика и прижался щекой к его щеке, пахнувшей свежей мятой. - Артур, я не подпущу его к тебе. Никогда. И я ничего не забыл. Он поплатится за все. Да, сейчас контракт с поставкой торпед связывает мне руки, но я умею ждать. Если надо будет, то я отправлю на дно морское весь этот его чертов Ормуз. - Жестоко, но мне нравится, - зубы Артура блеснули в темноте. - Я, конечно, и не собирался ехать ни в какой Франкфурт. А ты? Неужели ты поедешь? - Да, поеду, - спокойно подтвердил Ферренс. - Джеймс! У тебя же сейчас война с этим мерзавцем, Крейгом! Это опасно! - И что? Ты хочешь сказать, что по милости Крейга мы с тобой должны сидеть взаперти и дрожать от страха? Нет, этого не будет. У нас надежная охрана. - Даже надежная охрана может не защитить от киллера. Ты это хорошо знаешь. - Это правда. Тем более, что самый прекрасный киллер на свете сидит сейчас рядом со мной. Но собственный страх страшнее любого киллера. Как только ты даешь страху овладеть тобой, ты мертвец. Артур с горечью взглянул на Ферренса. - Ты прав, - проговорил он так тихо, что Ферренс с трудом различал слова. – Ты даже не представляешь себе, как ты прав. - И потому, - продолжал тот, - я не отменю свою поездку. - Джеймс, - проговорил Артур. – Я не поеду во Франкфурт. Мне хочется в Рим. - В Рим? – удивленно переспросил Ферренс. - Да. Здесь, в Лондоне, который день идет дождь. Серое небо. Меня замучили в университете расспросами о случившемся. Когда я вынужден идти на какой-нибудь прием, там меня терзают все теми же расспросами. Я как будто снова и снова переживаю то, что случилось. Я устал. Мне надо отдохнуть, иначе я просто… просто свихнусь. - Но твоя учеба? - Один экзамен я уже сдал досрочно. Остальные думаю сдать так же. Я уже самостоятельно прошел один курс из следующего триместра. Думаю, удастся договориться сдать экзамен уже в январе. - Смотри, - с усмешкой проговорил Джеймс, - не перегружай слишком свою хорошенькую головку. Дай ей отдыхать. - Вот именно! Я об этом и говорю! – с готовностью подхватил Артур. - Я хочу в Рим денька на три… Может быть, на неделю… Там сейчас хорошо. Тепло, но не жарко. Самое время побродить по городу. Мне очень хочется снова увидеть пинии. Они мне всегда нравились. Древние, мудрые... - Но ты не любишь толпы, а в Риме – толпы туристов. - Как будто здесь, в Лондоне, нет этих толп. - Хорошо. Поговори с Томпсоном, пусть он все организует. У меня есть в Риме маленькая вилла, на Старой Аппиевой дороге. Тебе лучше остановиться там. - У тебя есть вилла на Аппиевой дороге? – глаза Артура широко раскрылись, в них мелькнул детский восторг. – Господи, мне всегда так нравилась Аппиева дорога! Я так много читал о ней, я даже был там пару раз… Quo vadis? - Ну, я-то направляюсь во Франкфурт, - усмехнулся Джеймс. – Да, на Старой Аппиевой дороге у меня вилла - очень живописная и уютная. Думаю, тебе понравится. К тому же, там все в порядке с безопасностью. Но, Артур, ты должен мне обещать… - Что? - Если Ахмад вдруг попытается встретиться с тобой… - О чем ты говоришь! К тому же, Ахмад рассчитывает, что я поеду во Франкфурт. - Нет, это ты о чем говоришь? – с горечью усмехнулся Джеймс. – Малыш, ты оказался в мире, где все просвечивается. Поверь, не успеет твой самолет взлететь из Лондона, как Ахмад будет знать, куда ты направляешься. И не только он один. - Действительно, когда покупаешь билет, это же отображается в базах данных… - Никаких билетов, никаких регулярных рейсов, - отрезал Ферренс. – Тебя будут сопровождать телохранители. Полетишь на моем «Фальконе». *** Франкфурт-на-Майне, ноябрь 2013 года Молтон прилетел во Франкфурт на несколько часов раньше Ферренса. Начавшаяся война с Крейгом и особенно покушение в Канкале требовали принять усиленные меры безопасности, поэтому Молтон хотел лично убедиться, что к прибытию его босса все будет полностью готово и любые неожиданности исключены. Раздражало Молтона то, что значительную часть людей пришлось отвлечь на охрану Алверта, которому в эту трудную и опасную пору взбрело в голову отправиться в Рим (а Джеймс, конечно же, ни в чем не мог отказать своему любовнику). Да еще Алверту выделили персональный «Фалькон»! Нет, Молтон был не против того, чтобы Алверт летел бизнес-джетом: в персональном самолете его было охранять куда проще, чем если бы он летел обычным рейсом. Но Джеймс мог бы взять «Фалькон» себе для полета во Франкфурт, а Алверту было бы достаточно и «Гольфстрима». Но Джеймс отдавал все лучшее своему драгоценному любовнику, которому, по правде говоря, давно следовало свернуть шею. Между тем на сей раз у Молтона, начинавшего новый раунд игры против Алверта, были очень серьезные козыри. Точнее, один, но поистине убийственный козырь. И с ним-то он и дожидался Ферренса в его франкфуртской квартире, расположенной неподалеку от делового района Bankenviertel. Это была маленькая квартира (маленькая по меркам его сиятельства графа Лэнтона, разумеется). В ней была только одна спальня, а также рабочий кабинет, столовая, гостиная и большая комната для переговоров. Ну, и разумеется, служебные помещения: кухня, комнаты для охраны и прочее. Джеймс обычно останавливался здесь, когда приезжал по делам во Франкфурт. Эта квартира была также удобным местом для конфиденциальных переговоров, а таких переговоров Ферренсу приходилось проводить немало. Молтон ожидал, что прямо с борта самолета Ферренс отправится в деловой центр на встречи, однако пара встреч в последний момент отменилась (не без интриг Крейга), поэтому в графике Джеймса образовалось «окно» и он прибыл в свою квартиру. Ферренс был мрачен и озабочен. Его красивое лицо было усталым и осунувшимся, под глазами залегли глубокие тени. Да уж, война с Крейгом и ненасытный любовничек в постели – все это не проходит бесследно, подумал Молтон. - Что удалось накопать по планам Крейга? – с порога осведомился Ферренс. - Ничего хорошего. Следующий удар он нанесет по твоей химической цепочке. - Знает, куда метить, - невозмутимо заметил Ферренс. - Вот именно. Объектом атаки будет GLA. - GLA? – Джеймс скептически поднял бровь. – Если так, то Крейг безумец. GLA превращен в неприступную крепость. Крейг никогда не сможет добиться выпуска дополнительной эмиссии акций. - Тем не менее. Он хочет разрушить твою химическую цепочку и взять ее под контроль. А этого ему не добиться, пока GLA находится в твоих руках. - Это я понимаю. Думаю, он подаст сразу несколько исков. Это грозит нам большой нервотрепкой, Грег. Но я к этому готов. Армия наших юристов во всеоружии. - Он может зайти и с другой стороны. У него есть данные о твоих делах с Ираном. - Знаю. Но я уже задействовал рычаги в Вашингтоне. Поползновения со стороны американцев удалось более или менее приостановить. Пришлось кое-чем серьезно поступиться, но теперь эта линия нашей обороны должна выдержать атаку. - Ты уверен? - Уверен, - Джеймс налил себе и Грегу виски и уселся в кресло. - Хорошо, если так. Крейг изобретателен. Никто ведь не ожидал, что он начнет с банального покушения, - Молтон осторожно вел разговор к теме Алверта. - Да, - помрачнел Джеймс, - и за это Крейг заплатит. Я не прощу ему Артура. - Алверт ведь сейчас в Риме. - Да. Надеюсь, ты сделал все, чтобы он находился там в полной безопасности. - Об этом можешь не беспокоиться. К тому же, похоже, твоего юного красавца охраняет не только моя служба, - заметил Молтон как бы невзначай. - Опять Антисеть? - насторожился Джеймс. - Похоже, - равнодушно пожал Молтон плечами. – Если бы не Антисеть и ее противодействие, мы намного раньше узнали бы о том, кто такой Алверт на самом деле. - Что? - вздрогнул Джеймс. - Ты хочешь сказать... - Мы закончили проверку данных пассажиров, вылетевших в тот день из Хитроу. И вычислили Алверта. Джеймс не шелохнулся. Молтон чувствовал, что тот вроде бы и хочет узнать, наконец, настоящее имя Алверта, и одновременно боится услышать правду. - Вот, взгляни, - Молтон протянул ему папку с документами. Джеймс взял папку, но не стал ее открывать. Вместо этого он сделал большой глоток виски. – Мы сумели добыть фотографии всех пассажиров, - как будто не замечая странного поведения босса, продолжал Молтон. - С самыми большими трудностями мы столкнулись, пытаясь получить сведения о пассажире, вылетевшем в тот день из Лондона в Москву. Алексей Вершинин, 21 год. Гражданин России. Паспорт выдан российским посольством в Лондоне три года назад. Имеет вид на жительство в Великобритании. Но! В британских базах данных сведения об этом человеке были закрыты. На наши запросы следовал отказ. Представь себе, аналогичная ситуация была и с российскими базами данных, к которым мы с трудом, но получили доступ. Не правда ли, интересно? - Да, - ответил Джеймс с непроницаемым лицом. Он, наконец, нехотя раскрыл папку и, плотно сжав губы, стал читать. - Информация об этом Вершинине засекречена, - продолжал Молтон монотонным голосом. - Однако мы получили его фотографию. Взгляни. И Молтон протянул Джеймсу фотографию. С нее смотрел Артур Алверт. Джеймс хранил молчание, долго рассматривая фотографию Алверта, как будто видел его впервые в жизни. - Итак, - продолжал Молтон, - теперь ясно, на каком языке лопочет спросонья прелестный мистер Алверт. На русском. - Артур русский, - тихо прошептал Джеймс. - Все указывает на это. - Значит, он тогда летал в Москву! - Точнее сказать, он улетел из Лондона в Москву. По документам на имя Алексея Вершинина. Поэтому мы так долго не могли напасть на его след. Джеймс болезненно поморщился. Он взглянул на Молтона, как будто хотел о чем-то спросить, но промолчал. Молтон вопросительно смотрел на босса, но, так и не дождавшись от него ни слова, продолжал. - Разумеется, мы сделали все, чтобы разузнать всю подноготную этого Алексея Вершинина. Для этого пришлось задействовать наши ресурсы в Лондоне, Москве, Париже, Афинах. Лезть в архивы. Многое нашлось в наших собственных архивах. Оказывается, у нас хранилась информация на семейку Вершининых, просто мы долгое время не могли связать ее с очаровательным мистером Алвертом. - И что? - голос Джеймса звучал холодно и равнодушно. "Ему наплевать на все! - с досадой подумал Молтон. - Даже если я скажу, что мальчишка - инопланетный монстр, он и это пропустит мимо ушей. Лишь бы его драгоценный красавчик по-прежнему раздвигал перед ним ноги в постели". - История довольно интересная, - произнес он. - Отца твоего Алексея-Артура звали Александр Вершинин. Он был кадровым сотрудником российской разведки, и его карьера складывалась блестяще. Он работал в российских посольствах в ряде стран Европы под дипломатическим прикрытием. Вершинин-старший был вовлечен в Антисеть еще на раннем этапе своей карьеры. Когда именно - установить не удалось. Сам понимаешь, Антисеть не ведет кадровых досье на своих участников, - усмехнулся Грег. - Сначала Александр Вершинин отправился в Лондон в скромной должности третьего секретаря российского посольства. Там он сумел завести обширные связи не только в дипломатических, но и в политических, а также в светских кругах. Говорят, он был весьма обаятельным джентльменом с прекрасными манерами. Кстати, он был принят в доме герцога Трамбулла и неоднократно там бывал. И приводил туда же жену и ребенка, которые жили вместе с ним в Лондоне. Неудивительно, он же представлял Антисеть. В тот же период были зафиксированы контакты Вершинина-старшего с некоторыми представителями британской разведки МИ-6 и контрразведки МИ-5. По нашим данным, эти люди тоже входят в Антисеть. Сын Вершинина Алексей учился здесь, в Лондоне, в школе святого Георгия. Элитное заведение с хорошей подготовкой. Есть данные, что отец уделял большое внимание образованию сына. Помимо учебы в английской школе он заставлял его пройти и весь курс российской школы, и много чего еще. Отсюда отличная базовая подготовка, которую впоследствии продемонстрировал новоиспеченный мистер Алверт. Кстати, думаю, именно отец научил сына азам разведывательной деятельности. И это меня очень беспокоит, - Молтон многозначительно взглянул на Ферренса. - Дальше, - безучастно произнес тот. - Затем семья Вершининых возвратилась в Москву. Александр работал в центральном аппарате разведки. После этого последовала длительная командировка в Париж. Там Вершинин занимался тем же, чем и в Лондоне: разведывательной деятельностью под дипломатическим прикрытием. И, естественно, сверхсекретными операциями Антисети. Его сын учился в Париже в британском колледже. Из Парижа Вершинин-старший регулярно наведывался в Лондон. Здесь он продолжал контактировать с герцогом Трамбуллом и другими людьми Антисети. Затем Вершинина перевели в Афины. Там он работал с 2005 по 2007 год. Заметь, Джеймс, это было то самое время, когда Афины оказались в центре интересов нашей Сети. Именно через Афины осуществлялась связь с нашими ближневосточными партнерами. И это же совпало с тем временем, когда Сеть возглавил твой брат, Питер. Как ты знаешь, Питер тогда затеял дело с поставками химического и биологического оружия на Ближний Восток. Можно утверждать, что Вершинин получил приказ Антисети устранить Питера. И он это сделал. - Использовав своего сына, - тихо произнес Джеймс. - Именно. Знаешь, когда я увидел фотографию Вершинина-старшего, я вспомнил его. Помнишь, я рассказывал, что какой-то восточноевропейский вице-консул отвлек меня разговором в тот момент, когда к твоему брату на приеме у американцев подошел мальчишка с бокалом шампанского? Так вот, этим вице-консулом был Вершинин. - Он превратил своего сына в убийцу, - чуть слышно прошептал Джеймс. - Вершинина вскоре после убийства твоего брата перевели обратно в Париж. Видимо, чтобы замести следы. Но в Париже он всего полгода. Его внезапно отозвали в Москву. И не просто отозвали, но со скандалом выгнали из разведки. - Вот как? - кажется, впервые Джеймс проявил интерес к рассказу Молтона. - Выгнали? Почему? Он же... - тут на лице Джеймса появилась улыбка - горькая и презрительная одновременно, - он же так блестяще устранил моего брата. - Как ни странно, но именно за это его и уволили, - холодно произнес Молтон. - Джеймс, мы нашли архив Хардинга. Моего предшественника на посту главы службы безопасности, который по поручению твоего отца рассследовал убийство Питера. Лицо Джеймса снова стало безучастным. - Твой отец приказал уничтожить все документы по этому делу, но Хардинг не выполнил его приказ. Почему - непонятно. Насколько я его помню, он был педантом, который считал, что все следует сохранять. Одним словом, документы по этому делу хранились у него дома в тайнике. Вдова Хардинга передала их нашей службе буквально на днях. По ее словам, такова была воля ее покойного мужа. Представь себе, что на след Вершинина помог выйти Сергей Алтухин. Тот самый продажный чинуша из России. Он каким-то образом получил доступ к внутренним документам российской разведки. Черт его знает, как ему это удалось, но факт остается фактом. Так вот, руководство российской разведки узнало, что ее сотрудник в Афинах безо всякой санкции участвовал в ликвидации твоего брата. Более того, привлек к этому делу своего несовершеннолетнего сына, отведя ему основную роль в убийстве! Видишь ли, русские действительно весьма щепетильно относятся к такому вопросу, как политические убийства за рубежом. Официально их разведке вообще запрещено заниматься подобными вещами. А тут - участие в политическом убийстве, да еще несанкционированное, да еще привлечение к этому несовершеннолетнего! Если бы такое вскрылось, начался бы грандиозный международный скандал, в Москве полетели бы головы, и все такое прочее. Руководство российской разведки было в ярости, и даже высокопоставленные покровители Вершинина-старшего из Антисети не смогли прикрыть его от гнева начальства. Тем более что и в Антисети, по некоторым данным, были весьма недовольны тем, что Вершинин вовлек в это дело своего сына. Но, с другой стороны, он ведь сделал то, чему были очень рады не только в Москве, но и в Лондоне, и в Вашингтоне, да и в других столицах. Крейг был прав, когда сказал, что к устранению твоего брата имели отношение сразу несколько разведок. Самую опасную и грязную работу сделали русские, американцы из ЦРУ обеспечили прикрытие, уничтожив видеозаписи с приема в афинском посольстве, а джентльмены из МИ-6 были в курсе происходящего через людей из Антисети, но не сделали ничего, чтобы предотвратить покушение на британского подданного. Одним словом, чтобы замести следы, Вершинина уволили из разведки. Он остался без прикрытия. Благодаря сведениям от Алтухина, твой отец направил в Москву группу Райса. И она нанесла удар возмездия за смерть твоего брата. - Довольно, - нервно прервал его Джеймс. - Я знаю, что сделала эта группа. - Вот как? - удивленно поднял брови Молтон. - Они сами тебе рассказали? - Нет. - Тогда кто? - Артур. - Вот как! Значит он... - Грег, он рассказал мне, что случилось, когда их настигла группа Райса. Избавь меня от того, чтобы снова выслушивать описание этих кошмарных подробностей! - Твой Артур, он же Алексей, оказывается, весьма с тобой откровенен, - мрачно заметил Молтон. - В таком случае, может быть, он рассказал тебе еще кое-что? То, что произошло после того, как его вывезли в Лондон и превратили в Артура Алверта? Джеймс устремил на Молтона бесстрастный взгляд, в котором было нечто пугающее. Молтону на миг показалось, что на него смотрит не Ферренс, а Алверт. - О чем ты хочешь спросить меня, Грег? - спокойно произнес Ферренс. - Знаю ли я, что Артур убил моего отца? Да. Я это знаю. Он сам мне это рассказал. Молтон потерял дар речи. - Он мне еще кое-что сообщил: Алтухина убил именно он. - И ты... ты это знаешь и с ним спишь??? - выпучив глаза, пролепетал Молтон. - Именно, - невозмутимо произнес Ферренс. - Джеймс... – после долгой паузы проговорил Молтон. - Я знал, что ты псих. Что ты помешался на этом мальчишке. Но... но я не подозревал, что до такой степени. Ферренс равнодушно пожал плечами, думая о чем-то своем. - Ты спишь с убийцей своего отца! С убийцей брата! С человеком, который... - ...который может в любой момент убить и меня. - Джеймс! - Молтон буквально взревел. - Я не позволю этому продолжаться! Это уже перешло все границы! Это не просто безумие, это какое-то извращение, надругательство надо всем, это хуже кровосмешения... - Грег, мы все здесь убийцы, - прервал его Ферренс. - Не забывай об этом. - Да, но... - Никаких но. Грег, предупреждаю тебя, если ты осмелишься хотя бы пальцем тронуть Артура, я лично убью тебя. И то, что пережил Артур тогда, в загородном доме под Москвой, покажется тебе милой сказкой, - Ферренс в упор смотрел на Молтона, и тот понимал, что Джеймс не шутит. В его глазах стояла смерть. Та же смерть, которую Молтон видел в глазах Алверта. - Хорошо, - сник Грег. - Но ответь мне: почему? Почему ты это делаешь? - Потому что я не могу без него жить. - Хороший ответ! - Потому что мы друг для друга и наказание и благословение. Тебе этого не понять. - Да где уж мне! - угрюмо усмехнулся Молтон. - Мы обречены быть вместе, - глухим голосом продолжал Джеймс. - И любой, кто попытается этому помешать, будет устранен. Он поднял глаза на Молтона, в них была жестокая решимость. - Сын Алтухина... - проговорил Джеймс. - Они были вместе в Москве. Артур и этот... Энди, - последнее имя Ферренс произнес с болью и ненавистью. - Да, они были вместе, я уверен! Ты говорил, что Алтухин вылетел в Москву из четвертого терминала Хитроу именно в то время, когда там находился Артур. Теперь мы знаем, что Артур тоже летел в Москву. Значит, они летели вместе, в одном самолете! Его кулаки сжались. - Джеймс, - проговорил Молтон. - Я тебе больше скажу, когда мы узнали, что настоящая фамилия Алверта - Вершинин, мы проследили его обратный маршрут из Москвы в Лондон. Так вот, сначала он прилетел сюда, во Франкфурт, рейсом "Аэрофлота". И среди пассажиров на борту снова был все тот же Алтухин-младший. Джеймс взглянул на Молтона налитыми кровью глазами. - Он любит его, - прохрипел Джеймс, - вот все-таки кого он любит! Он обхватил голову руками и закрыл глаза. "Ему плевать, что его любовник убил его брата и отца. Зато новость о том, что его драгоценный киллер спал с Алтухиным для него просто катастрофа", - подумал Молтон. - Ну, пока тебе беспокоиться не о чем, - с улыбкой пожал он плечами. - Здесь, во Франкфурте, пути двух красавчиков разошлись. Алтухин полетел в Ормуз. Судя по всему, в гарем к столь любимому тобой принцу Ахмаду. Что еще Алтухину делать на этом славном острове? Нефть что ли добывать или скакать на верблюдах? - К Ахмаду! - Ферренс буквально прошипел, а не произнес ненавистное имя. - Да, но ведь это же к лучшему, согласись! - Ахмад летит сюда, во Франкфурт! Я хочу знать список всех, кто его сопровождает! Есть ли среди них Алтухин! Добудь список! - Черт, Джеймс, как же меня это задолбало! Война с Крейгом в разгаре, а мои люди должны выяснять, кого там трахает в жопу Ахмад в своем самолете! - Выполнять! - отрезал Джеймс. - И еще. Алтухин должен быть убит. Ты понял? Лучше всего если он просто бесследно исчезнет, и никто не будет знать, что с ним случилось. В крайнем случае - несчастный случай. Лучше всего, если это произойдет прямо в Ормузе, в этом чертовом гареме. Это будет прекрасно: Артур сочтет, что во всем виноват Ахмад. - Джеймс, ты же знаешь, что у нас нет агентуры в Ормузе. Тем более во дворце Ахмада. А уж тем более в его мужском гареме! - Ты что, не знаешь, что люди Ахмада собирают для него наложников по всему миру? Найди человека, который... - Что ты несешь? Я должен искать пидора... о, прости, Джеймс, гея, который согласится стать шлюхой в гареме этого Ахмада, да еще прикончить там Алтухина! Даже последний идиот поймет, что после этого его прикончат там же, в этом гребаном гареме! Кто на это согласится? Где я должен найти красавца, да еще при этом гея, да еще убийцу, да еще и самоубийцу или конченого идиота! Где? Можешь подсказать? - Это твои проблемы. Пусть и не в Ормузе, но Алтухин должен умереть. Теперь я знаю, что это он стоит между мной и Артуром. Это он не дает Артуру полюбить меня и только меня! Он для меня опаснее Ахмада! Он должен умереть. - Хорошо, он умрет, - спокойно произнес Молтон. *** Эберт был смотрителем франкфуртской квартиры Ферренсов уже лет тридцать. Тихий, неприметный человек следил за порядком в квартире, в которую владельцы наезжали нерегулярно, лишь тогда, когда деловые интересы приводили их во Франкфурт. Эберт знал в квартире каждую трещину, каждую щель. Он знал даже то, что не знала служба безопасности, тщательно проверявшая квартиру на наличие "жучков" и скрытых камер перед каждым приездом Ферренса. И он хорошо знал, когда и где их поставить, чтобы их не нашли. Эберт тихо сидел в углу комнаты для прислуги. Когда Ферренс и Молтон закончили беседу, он удовлетворенно улыбнулся и выключил миниатюрное записывающее устройство, которое охрана так и не нашла.