Глаза смерти

      Эль-Касаба, август 2014 года       Принц Ахмад был уверен, что на совещании, которое собрал его отец, эмир Джабер, речь пойдет и об Артуре. Конечно, наложники принца всегда считались его личным делом. Эмира волновало лишь, чтобы все было тихо и чтобы сексуальные пристрастия Ахмада не бросали тень на репутацию королевской семьи. В последние месяцы с этим вообще всё было в порядке, гарем жил в полной изоляции. Ахмад делал всё, чтобы сохранить в тайне прибытие Артура в Ормуз, но скрыть внезапный дальний поход подводной лодки со спецназом на борту было нельзя. Высший совет безопасности и обороны эмирата, в который входили члены королевской семьи, высокопоставленные чиновники и военные, потребовал объяснений. И эти объяснения вызвали возмущение. Еще бы! За каким-то мальчишкой была послана боевая подводная лодка, которая ради этого обогнула половину земного шара! Да еще был привлечен спецназ! К тому же, новый наложник был похищен у закулисного воротилы мировой политики, крупного делового партнера Ормуза, тем более в такой важнейшей сфере как поставка вооружений! Эмир был крайне обеспокоен, остальные члены королевской семьи не скрывали ярости. Особенно негодовал кузен Ахмада принц Рашид, который в борьбе за трон использовал любую возможность, чтобы пошатнуть позиции своего главного конкурента Ахмада.       На совещании Рашид начал открытую атаку на Ахмада.       - Брат, все мы знаем о твоих пристрастиях и относимся к ним весьма снисходительно, хотя это великий грех в глазах Аллаха. Но на этот раз ты перешел все границы и пустился в настоящую авантюру! Приказал нашей подводной лодке войти в Средиземное море и вторгнуться в территориальные воды Испании. Ты приказал нашему спецназу высадиться на испанский берег. Ты похитил британского подданного на испанской территории! Это могло быть расценено как акт агрессии! Из-за своего неуемного желания заполучить смазливого мальчишку ты мог спровоцировать военно-политический конфликт между Ормузом и Испанией, а ведь Испания - член НАТО. А если бы еще вмешалась Великобритания...       - Рашид, не теряй благоразумия, - Ахмад старался принять беспечный вид. - Ни Испания, ни Великобритания, ни НАТО не пойдут конфликт из-за какого-то мальчика.       - Дело не в мальчике! Дело в подводной лодке, нарушении границы и операции ормузского спецназа на испанской территории! Ты повел себя безответственно! - заявил Рашид. – Да просто безумно!       Эмир молчал, остальные участники совещания осуждающе качали головами.       - К тому же, это была прямая атака на Ферренса! –с упоением вещал Рашид. - Ахмад, ты подумал о контрактах, которые заключены при его участии? У нас же с ним миллиардные контракты! Он обеспечивает поставку нам торпед, запчастей для истребителей и много чего еще! Что теперь будет с этими контрактами?       - Ничего не будет, - холодно отвечал Ахмад. - Ферренс не меньше нас заинтересован в этих контрактах. И в заключении новых. Вся эта история никоим образом не касается бизнеса и не затрагивает безопасность нашего государства.       - Как сказать, - эмир болезненно поморщился. - Ферренс слишком влиятелен. Да, он не пойдет с нами на открытый конфликт, это не в его интересах, но он может действовать против нас через иранцев или саудовцев, сам оставаясь в тени.       - Действовать против нас Ферренсу совершенно невыгодно, - заявил Ахмад с уверенным видом, хотя на самом деле не был ни в чем уверен. - К тому же, он понятия не имеет, где находится его... бывший любовник. Скорее всего, он полагает, что тот утонул. Так что причин для беспокойства нет. При условии, что эта тайна не выйдет за стены дворца. Надеюсь, члены совета будут держать все в строжайшем секрете.       При этих словах принца лица членов совета скривились. Сын эмира едва не спровоцировал конфликт со странами НАТО из-за какого-то смазливого извращенца, а теперь нагло приказывает всем помалкивать!       - Ферренса непросто сбить с толку! - заявил Рашид. - Он будет искать мальчишку...       - И не найдет, - отрезал Ахмад. - Если только ты, брат, не сообщишь ему об этом. Ведь, насколько я знаю, ты поддерживаешь контакты с Ферренсом, разве не так?       - Конечно, - огрызнулся Рашид. - Мне приходится это делать после того, как ты сам напрочь испортил отношения с Ферренсом, потому что пытался отбить у него любовника!       - Говорят, Ферренс совершенно одержим этим мальчишкой, как, впрочем, и ты, Ахмад, - с досадой произнес эмир. –Да, мой сын, ты поступил крайне безответственно! Впрочем, я не собираюсь требовать от тебя, чтобы ты вернул этого мальчишку Ферренсу. Если тот действительно не знает, что сталось с его любовником, то будет лучше все сохранить в тайне. И я желаю, чтобы все члены королевской семьи хранили молчание. Особенно это касается тебя, Рашид, - в голосе эмира прозвучала нескрываемая угроза.       Глаза Рашида сверкнули ненавистью.       - Но учти, мой сын, - продолжал эмир, снова обращаясь к Ахмаду, - если эта ситуация нанесет ущерб интересам королевства, то никакой поддержки от меня не жди.       Ахмад почтительно склонил голову. Ему было хорошо известно, что когда отец говорит таким тоном, то с ним лучше не спорить.       - Еще я приказываю ввести во дворце особое положение. Информация об этом... Алверте не должна просочиться за стены Эль-Касабы. К тем, кто не держит язык за зубами, принимать самые жесткие меры. Тех, кто за пределами дворца узнает о том, что Алверт находится у нас, тоже не щадить. Ужесточить пограничный контроль. Въезд иностранцам разрешать лишь при наличии серьезных оснований. Контакты с иностранными посольствами свести к минимуму, - отдавал распоряжения эмир.       - Мой повелитель! - воскликнул Рашид, изображая едва ли не отчаяние. - Но нам нужны контакты с иностранцами, которым мы продаем нефть, которые инвестируют в нашу экономику! Иначе мы превратимся в подобие Северной Кореи! И все из-за чего? Из-за того, что моему брату приглянулся какой-то смазливый юнец?       Глаза эмира гневно сверкнули. Он не терпел, когда его распоряжения вот так открыто оспаривали. Рашид допустил промах.       - Дорогой племянник, - тихим и зловещим голосом проговорил эмир. –Тебе доверено командование военно-воздушными силами эмирата. Я уверен, что ты и впредь будешь сосредотачивать свое внимание именно на этой сфере. И да поможет тебе Аллах!       После этого эмир сделал знак рукой, показывая, что совещание окончено. Все удалились, в том числе Рашид - побледневший и обозленный.       - Останься, Ахмад, - тихо сказал эмир.       Когда они остались одни, эмир не изображал из себя несгибаемого правителя. Он откинулся на подушки, его лицо вмиг посерело, и выглядел он слабым и немощным.       - Ахмад, - в глубоко запавших глазах эмира была безмерная усталость. - Ты знаешь, что я многое тебе позволял и позволяю...       - Отец, я всегда это ценил и ценю! Клянусь хлебом, я привез этого мальчика в Ормуз лишь потому, что безмерно люблю его и не мыслю без него своей жизни...       - Я не об этом! - с досадой махнул рукой эмир. - Меня интересует не этот мальчишка и не твой гарем наложников, хотя все они - отродья шайтана, которых следовало бы забить камнями или утопить в проливе. Меня беспокоит то, что происходит в королевстве. Твоя вражда с Рашидом.       - Аллах свидетель, я не стремился к этой вражде! Это Рашид, одержимый властолюбием...       - Прекрати. Я стар, болен и скоро умру. Мне не хочется предстать перед Аллахом, оставив после себя королевство, раздираемое враждой. Рашид командует авиацией, ты командуешь флотом. Каждый из вас собрал вокруг себя сторонников. Оба вы мечтаете о высшей власти в королевстве, и готовитесь к нападению друг на друга!       - Отец, что ты говоришь!       - Кого ты хочешь обмануть? –с горечью спросил эмир. - И ты, и Рашид готовы перерезать всех, кто стоит на вашем пути к трону. И лично перерезать горло друг другу. Да, Ахмад, я отлично это понимаю. В свое время я сам устранил двух своих старших братьев... в том числе и отца Рашида. Кстати, поэтому он так ненавидит нас с тобой.       - В чем же проблема, отец? - спокойно произнес Ахмад. - Что нам мешает устранить Рашида, если он представляет для нас опасность?       - Ты сам знаешь, какой мощный у него клан, - угрюмо произнес эмир. - Даже попытка сместить его с поста командующего ВВС приведет к попытке переворота. Что уж говорить об устранении! Да, я хочу передать свой трон именно тебе, и все для этого делаю. Но я не хочу, чтобы в Ормузе лилась кровь, я хочу умереть правителем мирной, процветающей страны, да будет на то воля Аллаха!       - Но таково и мое желание, отец! - воскликнул Ахмад.       - Твое желание - занять мой трон, - мрачно отрезал эмир. - И еще покувыркаться в постели с мальчишкой, которого тебе подсунул сам шайтан. У меня есть предчувствие, что этот твой любовник навлечет на наше королевство большую беду. Кстати, у тебя есть еще один любимый мальчишка. Какой-то русский, которому ты добыл американский паспорт. Мало того, что этот мальчишка установил тесные связи с контрабандистами, так он еще начал вмешиваться в государственные и даже военные дела! Это неслыханно!       - Отец, он ни во что не вмешивается. Да, через него мне поступают просьбы от чиновников... Достаточно конфиденциальные. Но это позволяет мне лучше контролировать ситуацию в правительстве и армии. Или ты хочешь, чтобы с этими просьбами обращались к Рашиду? Чтобы именно он все держал под своим контролем?       - Мне не нравится, что в наши дела влез сопляк, инородец, извращенец! Пусть он подставляет тебе свою задницу, но ты не должен подпускать его к нашим делам!       - Отец, я понимаю, что это выглядит странно... Но оказалось, что это очень эффективный путь узнать реальное положение дел. То, что от нас обычно скрывают министры и прочие... И это поможет нам нейтрализовать Рашида. Потому что именно он для нас главная угроза, а вовсе не два двадцатилетних юноши.       - Тут я с тобой согласен, - задумчиво произнес эмир. - Но ставлю условие: твоя вражда с Рашидом не должна переходить красной черты. Эмират не должен быть ввергнут в пучину братоубийственной войны. Если я увижу, что ситуация становится опасной, то, клянусь небом, я скормлю обоих твоих красавцев акулам. Все, ты предупрежден. Ступай.       ***       Эль-Касаба, август 2014 года       Артур сидел один в своих покоях, поскольку Энди отправился в другую часть дворца, где располагался гарем, чтобы исполнять роль любимого наложника принца: заниматься на тренажерах, бултыхаться в бассейне, возлежать в шезлонге в окружении других красавцев, отпускать снисходительные реплики. Даже трахаться. Ничто не должно было меняться в распорядке жизни дворца, дабы не вызывать подозрений.       Мысль о том, что Энди сейчас разделывает какого-нибудь гаремного красавчика, не вызывала у Артура ревности. Энди принадлежал ему, а его секс с другим парнем, тем более, если это был секс по необходимости, оставлял Артура равнодушным. Ну, почти равнодушным. Как неприятная, но необходимая медицинская процедура.       Артур просматривал заголовки новостей на экране лэптопа. "Загадочное исчезновение юного любовника миллиардера". "Возлюбленный британского аристократа, возможно, утонул во время морского купания". "Любовник графа Лэнтона бесследно исчез с роскошной виллы на Майорке". "Тело юного светского льва ищут на дне Средиземного моря". "Ферренс безутешен". И так далее. Больше всего Артуру хотелось, чтобы Ферренс считал его погибшим. Чтобы навсегда оставил его в покое. Отпустил. Артур так часто просил, умолял его об этом... Все было бесполезно. Артуру казалось, что одержимость Ферренса и тот чудовищный ад, в который превратилась их жизнь - это возмездие за то, что произошло в Афинах. Даже лицо Ферренса было тем же, что и у его брата. Иногда, когда Артур смотрел на Джеймса, ему становилось жутко. Ему казалось, что он видит Питера Ферренса... Что тот вселился в тело Джеймса и теперь мстит за свою смерть. В которой Артур был в общем-то неповинен. Артуру важно было получить от Ферренса нечто вроде отпущения. Подобно тому, как священник отпускает грехи на исповеди. Но Джеймс все крепче и крепче привязывал юношу к себе кровавыми узами смерти. Все глубже уводил его свои темные и мрачные лабиринты.       Даже сбежав от Ферренса, Артур чувствовал себя пленником. И это был не столько плен Ахмада, сколько все тот же плен Ферренса, пусть и в других декорациях. Даже если Ахмад согласился бы отпустить Артура (в чем тот сильно сомневался), то куда он пошел бы? Ферренс рыскал повсюду. Артур очень надеялся, что тот поверит в его гибель, но… Но он чувствовал, что Ферренс не поверил. Артура регулярно посещали сны-видения, в которых Ферренс пытался подобраться к нему, но верный страж Томпсон не позволял ему этого делать. Томпсон, Томпсон, верный рыцарь. Даже уйдя туда, откуда нет возврата, он продолжал служить своему принцу, оберегать его… Томпсон! Артур чувствовал его присутствие почти физически. Его преданный влюбленный взгляд. Его готовность пожертвовать собой ради Артура. Но всё это была мистика, а реальность состояла в том, что пока что следовало оставаться с Ахмадом. Если Артур покинет золотую клетку Аль-Касабы, то слишком велик риск засветиться, наткнуться на Ферренса и его агентов. Следовало запастись терпением и ждать. Ждать сколько потребуется, пока что-то не изменится – окончательно и бесповоротно.       На плечи ему легли чьи-то руки. Артур даже не обернулся. Странным образом он научился узнавать людей по их прикосновениям, пусть внешне совершенно одинаковым. И сейчас к нему прикасался не Энди. За его спиной стоял Ахмад. ***       Артур повернулся к принцу, взглянув в его темно-ореховые глаза, в которых плясали огоньки желания. Юноша улыбнулся, не пытаясь изобразить бурную радость. Просто улыбнулся – естественно, приветливо, как улыбаются доброму другу. Ахмад обнял его и поцеловал в нежные розовые губы.       - Мне так не хватало тебя, - вот и все, что он мог сказать.       Ответом ему была безмолвная улыбка. Очаровательная улыбка, но Ахмаду вдруг стало больно при мысли о том, что Артур дарил эту улыбку слишком многим. А принцу хотелось, чтобы этой улыбкой одаривали его. И только его!       - Вижу, ты читал новости о себе? – подавив вздох, спросил Ахмад. – Пока что все идет согласно нашему плану.       - Да, пока что, - кисло сказал Артур. – Но ты же сам понимаешь…       - Я понимаю. И стараюсь предусмотреть все. Насколько это в моих силах.       - Ты о чем? – пронзительный взгляд Артура проникал в самую глубину взора Ахмада.       – А, догадываюсь. Совещание королевской семьи… Они знают о моем присутствии здесь, так ведь? И… они взбешены твоим поступком.       - От тебя ничего невозможно утаить, мой ангел северных льдов, - развел руками Ахмад. – Но тебя всё это не должно беспокоить. Здесь ты в полной безопасности.       - Здесь – да, - холодно произнес Артур. – Но, Ахмад…       - Знаю, знаю, - Ахмад ласково зажал ладонью рот Артура. – Поверь, я стараюсь думать обо всем. Даже о том, что случится с тобой, если вдруг меня не станет. Ты ведь знаешь, что я живу в центре политических и прочих интриг. Здесь, во дворце, идет постоянная борьба, и я не могу дать гарантий, что однажды не стану ее жертвой.       - Яд, кинжал, веревка? - бесстрастно осведомился Артур.       - Или, например, пуля. Я верю, что этого со мной не случится, но если все-таки... Смотри, вот в стене кнопка. Она совершенно незаметна для тех, кто о ней не знает. А о ней не знает никто кроме меня, Энди и Саида. Даже Салман, начальник службы безопасности, не знает. Эта кнопка открывает потайную дверь, за ней лестница, которая ведет на крышу дворца. Там есть небольшая вертолетная площадка, на которой круглые сутки дежурит вертолет. Он доставит тебя на маленький аэродром близ Абу-Даби, где будет ждать самолет, на котором ты полетишь куда пожелаешь. Смотри, - Ахмад открыл потайной шкаф в стене. - Вот документы на имя гражданина США Мэтью Артура Мэттиса. А это номер счета банка в Лихтенштейне, на котором лежат 50 миллионов долларов. На всякий случай заучи номер счета наизусть и код доступа к нему.       - Ахмад! – Артур отстранился от принца. – Ты… ты сошел с ума! 50 миллионов долларов мне… за что? Это безумие!       - Это лишь меры предосторожности, - мягко сказал Ахмад. – Я хочу быть уверен, что даже если со мной что-то случится, ты не пострадаешь и будешь хорошо обеспечен.       - Да, мне нужны документы, но в деньгах я не нуждаюсь! У меня есть счета, о которых никто не знает. Даже Ферренс.       - И отлично! Если деньги с этого счета тебе не пригодятся, то это только к лучшему. Я и надеюсь, что они не пригодятся, что мы всегда будем вместе!       Артур молчал.       - Пойми, любимый, - принц старался говорить как можно убедительнее, - мне хочется предусмотреть решительно все. Ты слишком дорог мне!       Это было правдой. Ахмад до сих пор не мог поверить в то, что Артур, наконец, с ним. Принцу казалось, что он видит прекрасный сон, и боялся проснуться. Он крепко прижал к себе юношу, который пребывал в странном оцепенении. Даже через тонкий шелк рубашки принц ощущал жар тела Артура, который воспламенял его.       Ахмад не помнил, как они оказались в спальне, не помнил, как разделись. Он ласкал трепетное тело Артура, жадно пил его сладкие губы, утопал в завораживающих черных глазах... Да, Артур принадлежал ему, принц входил в его нежное, податливое тело, наслаждаясь его красотой, упругостью и гибкостью, но... он ощущал себя ныряльщиком, ловцом жемчуга, пытающимся достичь дна, на котором лежит прекрасная жемчужина, и он отчаянно тянулся к этой жемчужине, но никак не мог до нее дотянуться, словно какая-то непреодолимая сила препятствовала ему, выталкивала на поверхность. Это продолжалось раз за разом, с того самого момента, когда Ахмад, вернувшись из долгого путешествия в свой дворец увидел Артура, мирно спящего на груди Энди. И это лишь разжигало Ахмада, он отчаянно нырял раз за разом в сапфировые волны наслаждения, погружаясь все глубже и глубже и мечтая всё-таки достать прекраснейшую жемчужину, такую желанную, такую близкую и такую недоступную.       Принц упивался юным любовником, горячая волна наслаждения накрывала его с головой, но даже в этот ослепительный миг черные глаза, неотрывно смотревшие на него, были полны загадочного мрака, на розовых губах, которые так сладко было целовать, играла странная улыбка. Власть и торжество, вот что это было! Ахмад осознал (в который уже раз!), что вовсе не Артур принадлежит ему, а он, могущественный сын эмира, принадлежит лежащему под ним юноше, принадлежит весь, без остатка. И только одному Артуру было известно, как он воспользуется этой властью, восстать против которой у Ахмада не было ни сил, ни желания...       Да, Ахмад знал, что Артур любит не его. Что сердце белокурого ангела северных льдов, как его часто называл принц, принадлежит русскому парню Энди. Странное дело, но Ахмад не испытывал к Энди ни ревности, ни ненависти. Он воспринимал Энди как продолжение Артура, как нечто естественное и неизбежное, как естественны и неизбежны в этом мире рассветы и закаты. И принц знал, что Энди – тот самый ныряльщик, который сумел достать недосягаемую для других прекрасную жемчужину. А ему, Ахмаду, позволено лишь любоваться этой жемчужиной, наслаждаться ее переливающейся красотой, даже трогать ее. Но никогда эта жемчужина не будет принадлежать ему. Это угнетало Ахмада, приводило его в отчаяние, которое он скрывал ото всех, особенно от Артура и Энди. Порой ему хотелось покончить со всем этим! Он не знал как. Но он знал другое: лучше так, чем вообще ничего. Лучше любоваться прекрасной жемчужиной и бережно держать ее в ладонях, чем остаться ни с чем.       А Артур смотрел в ореховые глаза принца и думал о том, как легко тот оказался в его власти. Нет, в сексе Ахмад был хорош, очень хорош! Но для Артура это был лишь отличный секс, ничего похожего на вхождение в иные миры как с Энди или прохождение через болезненно-сладострастные лабиринты боли как с Ферренсом.       Ахмада по темпераменту можно было сравнить с тигром, хотя время от времени он становился удивительно нежным, ласковым и боялся причинить Артуру малейшую боль. А юноша хотел боли! Он соскучился по боли - изысканной, утонченной, невыносимой, сводящей с ума, погружающей сначала в пучину мучения, а потом наполняющей существо невероятным наслаждением и мощным потоком силы, выносящей на недосягаемую высоту, где непостижимым образом не любовник владеет им, а он - любовником. Ахмад был силен, крепок, секс с ним был упоителен, но он не знал тайны боли... И Артуру стало интересно, сможет ли он ввести принца в этот тайный, пугающий и опьяняющий мир. Мир, который знал Энди. Мир, в котором был заточен Ферренс. Нет, к черту Ферренса! Энди, Энди, где ты? ***       А Энди в это самое время был в той самой отдаленной беседке садов Эль-Касабы, где состоялась его первая тайная встреча с Саидом. Сейчас у него тоже была встреча и тоже с Саидом, и эта встреча весьма напоминала первую. Потому что Саид всегда хотел одного и того же и хотел, чтобы это делал именно Энди и никто другой. Хотя казалось бы, какая разница? Черная латексная подстилка, особый лубрикант и огромный дилдак… Энди заметил, что дилдаки, которые приволакивал с собой Саид, становились все больше и больше. И даже у Энди, повидавшего, казалось бы, все, порой глаза лезли на лоб. Он просто не понимал, как приспособление подобных размеров могло войти… Но ведь входило! Входило, доводя Саида до исступления! Саид рычал, извивался, стонал, его глаза были полны восторга и страсти. Казалось, он готов был сожрать Энди.       - Ты, ты, ты! – повторял он.       Энди заметил, что Саид редко выкрикивает «Да!» «Вот так!», «Fuck!», «Глубже!», как обычно выкрикивают другие. Саид выкрикивал «Ты!», пожирая Энди глазами. При этом он не требовал обычного секса. Ему нужно было только это. И чтобы это делал Энди. Странный секс заводил и Энди тоже, но ему было скорее смешно. В конце концов, Энди стал философски относиться к этой ситуации, вспомнив мудрость, гласившую, что каждый сходит с ума по-своему. Саид сходил с ума вот таким образом. Ну, в конце концов, никому вреда от этого не было. Разве что самому Саиду, но Энди всегда старался действовать максимально осторожно в этом экстремальном виде секса. Ему просто было интересно, сколько вообще Саид мог принять? Или в него влезут все горы Хорозгана? И почему ему нужен был для этого именно Энди?       Когда он спросил об этом Саида, то получил странный ответ:       - Я просто хочу, чтобы это делал именно ты. В тебе есть другой. Очень темный и очень страшный. Так сказал мой дядя, а он маг. Только не говори никому, в Ормузе за магию и колдовство сажают на кол. Мой дядя живет на севере, в Хорозгане. Я однажды обратился к нему… Он сказал, что мое предназначение в том, чтобы защищать тебя от твоего двойника. Темного двойника.       Энди вздрогнул.       - И ты вот этим защищаешь меня? – угрюмо спросил он.       - Вожу его за нос. Я ведь не случайно согласился сбывать ему ложь о том, что здесь происходит. Понял, о ком я говорю? И сейчас я тоже вожу его за нос. Это ведь не твое желание вводить в меня эти штуки. Это его желание. Он полон темных желаний, и их надо отвести от тех, на кого они направлены…       - Так ты просто мучаешься? – растерянно спросил Энди.       - Почему? Мне нравится! Очень нравится! Мне это нужно! Я предназначен для этого! Предназначен, чтобы тебя защищать! – восклицал Саид.       Энди тогда решил не продолжать этот странный разговор. Он и так знал о двойнике. Теперь еще и маги, да вдобавок фистинг как мистическая защита от двойника…       «Ебануться!» – сделал вывод Энди. Лешке он, впрочем, рассказал о странном признании Саида. Тот промолчал. Больше они к этой теме не возвращались.       Но сейчас Саид, получив желаемое, вдруг сказал.       - Твоего друга, Мэттиса, ищут.       Мэтью Артур Мэттис – под этим именем теперь жил Лешка в Эль-Касабе. Впрочем, и это имя было известно лишь немногим сотрудникам охраны и слугам.       - Кто? – вздрогнул Саид.       - Один русский. Он враг Ферренса.       - Откуда ты знаешь?       - Знаю. И мой дядя – маг – это подтвердил. Говорит, русскому действительно нужно поговорить с Мэттисом.       «Да что за ебучая магическая херня!» - подумал Энди.       - Вот номер телефона, - бумажка словно из воздуха возникла в руке Саида.       - Стоп. Но тебе же не дядя-маг этот номер дал! – с подозрением сказал Энди.       - Неет, - хитро улыбнулся Саид. – Моему брату, когда он в Дубае товар забирал, один верный человек передал. Ему можно верить.       Кажется, Энди понимал, о каком русском идет речь. Он встречался с этим русским. Однажды вечером на Патриарших.