Глаза смерти

Порт-Джабер, ноябрь 2014 года       Принц Рашид смотрел на своего двоюродного брата полным враждебности взглядом. Разговор происходил в кабинете Ахмада в штабе военно-морских сил.       - Ахмад, это неслыханно: отвлекать такие силы для охраны своего любовника! - без обиняков заявил Рашид.       - О чем ты, брат?       - О вертолетах, разумеется! Ты и так отвлек четверть военного флота на охрану дворца: задействованы сторожевые катера, фрегат, подводная лодка, морской спецназ! Но тебе этого мало, ты взял еще и вертолеты военно-воздушных сил, которыми я командую!       - По штатному расписанию вооруженных сил Ормуза я имею право использовать десять боевых вертолетов ВВС по своему усмотрению, - парировал Ахмад.       - Знаю. Но ради чего? Точнее, ради кого? Ради какого-то мальчишки-иностранца, которого ты трахаешь в задницу!       - Не твое дело! - взревел Ахмад.       - Нет, мое! Ты можешь трахать кого угодно и как угодно, но не можешь превращать королевскую семью во всеобщее посмешище!       - Я принц, я сын эмира, я выше досужих пересудов!       - Дело не в чьих-то пересудах! - зашипел Рашид. - В армии зреет недовольство. Ты вообще читаешь донесения военной контрразведки? Знаешь, о чем говорят офицеры? Что их заставляют охранять мерзкого извращенца, который заслуживает лишь того, чтобы его забили камнями за мужеложство!       Ахмад читал. То же самое ему сообщал Энди, становившийся все более информированным о делах в ормузском правительстве и армии.       - Я заткну им рты! – отрезал Ахмад.       - Берегись, брат, как бы тебя не опередили!       - Ах, вот оно что... –усмехнулся Ахмад. - Тебе ведь надо устранить троих принцев, чтобы стать наследником престола. Решил начать с меня, не так ли?       - Я пришел предупредить тебя, идиота, об опасности! - зло огрызнулся Рашид.       - Пришел, чтобы сбить меня с толку! Ты обвиняешь меня в мужеложстве, а сам пересматриваешь фото и видео с моим мальчиком! Думал, я ничего не знаю?       Лицо Рашида окаменело.       - Послушай, Ахмад. Я всегда был с тобой откровенен. Буду откровенен и сейчас. Никакого переворота я не замышляю. Можешь мне верить, можешь не верить...       - Не верю.       - Дело твое. А вот твоего мальчишку я и впрямь не прочь заполучить.       - Что? - у Ахмада перехватило дыхание. - Что?.. Что ты сейчас сказал?       - Да. Хочу трахнуть этого твоего блондинчика. Никогда не испытывал склонности к юношам, но этот меня зацепил. Уж больно красив, - нагло заявил Рашид, насмешливо глядя на Ахмада. - И я его заполучу, можешь даже не сомневаться.       У Ахмада потемнело в глазах, ярость сдавила ему горло. Зарычав, он бросился на Рашида и врезал ему под ребра. Тот взвыл и ударил Ахмада кулаком в лицо. Два принца сцепились и покатились по полу, опрокидывая стулья, столы и все, что было в комнате.       На этот грохот в комнату ворвались офицеры, высокородных кузенов с трудом растащили. По лицам офицеров было ясно, что они ошарашены. Еще бы, не каждый день увидишь драку двух принцев, один из которых командует флотом, а другой - авиацией!       - Не посмеешь, - надменно заявил Ахмад Рашиду, поднимаясь с пола и оправляя мундир. - Ты не посмеешь. Иначе тебе конец.       - Не угрожай, - ухмыльнулся Рашид. – Ты ведь знаешь, к чему это приведет!       - Мне все равно, - отрезал Ахмад. - Артур мой и останется моим. Запомни это. *** Эль-Ормуз, Старый город, ноябрь 2014 года       В тот день Лешка и Энди отправились в Эль-Ормуз, столицу эмирата. Прошло уже четыре месяца пребывания Лешки в Ормузе, и это пребывание тяготило его все сильнее. Он ежедневно читал новости из самых разных источников, прямо или косвенно сообщавших о том, что делает Ферренс. Новостей, в которых Ферренс упоминался напрямую, было совсем немного. Они иссякли еще сентябре, когда сообщалось, что Джеймс Ферренс, граф Лэнтон, глава Фонда стратегических инициатив, по слухам, пребывает в глубокой депрессии из-за гибели своего возлюбленного Артура Алверта. Лешка и надеялся, и боялся увидеть новость о том, что Ферренс свел счеты с жизнью. Надеялся, потому что это избавило бы его от смертельной опасности. Боялся, потому что не желал Ферренсу смерти. Лешке было даже жаль Джеймса, блуждавшего по лабиринту своих страстей и не желающего искать выход. Лешка все отдал бы за то, чтобы Джеймс перестал удерживать его в этом темном лабиринте, где Артур Алверт не мог дать Джеймсу Ферренсу ничего кроме ненависти. Если бы Лешка обрел свободу от своего прошлого, это освободило бы и Джеймса. Но тот не хотел это понять. Он упрямо удерживал своего Артура даже сейчас, несмотря на все расстояния, которые их разделяли.       Несколько раз Лешка и Энди уже покидали Эль-Касабу, под усиленной охраной, разумеется. Они купались в сапфировых водах Персидского залива, совершили пару морских прогулок на роскошной яхте принца, дважды съездили в горы Хорозгана, где устроили небольшой пикник. У этих вылазок была и тайная цель: Энди показывал Лешке возможный путь побега с Ормуза, «если тут начнётся жопа, а она начнётся».       Ахмад неохотно отпускал Лешку из дворца. Но он понимал, что его возлюбленный не может все время находиться в заточении. Поэтому, когда Лешка заявил, что хочет посмотреть столицу Ормуза, принц не возражал. Правда, эту поездку готовили несколько дней. Принц опасался не столько того, что Лешку похитит Ферренс (все говорило о том, что тот пока не смог напасть на след исчезнувшего любовника), сколько какой-нибудь акции Рашида. Шпионы Ахмада в окружении кузена доносили, что тот по-прежнему ежедневно просматривает фото- и видео с Артуром Алвертом. Тех, кто делал видео и фото, давно вычислили. Они уже стали кормом для акул. Но появлялись новые фото и видео. Утечка продолжалась. Во дворце по-прежнему таилось предательство.       Поэтому поездку Лешки и Энди в столицу готовили так, словно туда должен быть прибыть сам президент США. Наверное, только снайперов на крышах не было (а может быть, и они были, как знать). Парней усадили в бронированный джип, а за ними следовал целый кортеж навороченных джипов с вооруженной до зубов охраной.       Лешка был одет в белые брюки и рубашку, из украшений на нем было только сапфировое кольцо и сапфировые серьги. Энди в этот день был усыпан бриллиантами: руки были унизаны бриллиантовыми кольцами, в ушах сверкали бриллиантовые серьги, на загорелой шее красовалось бриллиантовое колье. Выглядел он эффектно, но, на вкус утонченного сэра Артура, вульгарно. Впрочем, сэр Артур помалкивал, отлично понимая, что ничего кроме лаконичного русского «отъебись» от мистера Тейлора не услышит.       Поскольку им предстояло осмотреть старый город, где располагался древний королевский дворец, речь зашла об эмире и его семье. Лешка знал, что формально наследником престола считался младший брат эмира принц Хасан.       - Трона этому Хасану не видать как своих ушей, - хмыкнул Энди, отлично разбиравшийся в хитросплетениях ормузской политики.       - Почему?       - Да потому что он чмо. Все тут знают, что им вертит старшая жена. И итальянцы. PNT - слышал про такую компанию? Они тут парой месторождений занимаются, хотят захапать еще больше, когда Хасан станет эмиром. Только "Бритиш петролеум" этого никогда не допустит. Им эти итальяшки как кость в горле.       - Яд, веревка, кинжал? - поинтересовался Лешка.       - Автоавария, кораблекрушение, авиакатастрофа, - небрежно махнул Энди холеной рукой, сверкнувшей бриллиантовыми огнями. –Хасан – дуб, но вроде ему вдолбили не рыпаться. И вроде как он уже готов отказаться от прав на престол. Ну а его баба, понятно, бесится, итальяшки бегают как ошпаренные. Ясное дело.       - Но ведь у эмира есть еще один младший брат, - заметил Лешка.       - А, принц Сулейман! - презрительно фыркнул Энди. – Да говорят, он уже отказался от прав на престол.       - Вот так легко?       - А что? Он уже двадцать лет живет себе в Париже, бухает напропалую, трахает какую-то фотомодель, денег у него куры не клюют. Нахрен ему этот Ормуз сдался? Короче, тут есть два реальных наследника - Ахмад и Рашид. Ахмад пока сильнее, но Рашид на все пойдет, чтобы его убрать, - помрачнел Энди. - Тем более, нынешний эмир в свое время прикончил папашу Рашида, чтобы самому занять трон. Против нынешнего эмира у Рашида кишка тонка, а вот на Ахмада он вполне может попереть. Тут в любой момент может резня начаться. Поэтому нам отходной путь и нужен, через север.       - Я тебе говорил про вертолет на крыше.       - Да, но не факт, что это сработает. Тут никому верить нельзя. А мы с тобой - живые доказательства, что Ахмад - мужеложник, недостойный быть эмиром. Если Ахмаду придет конец, нас прилюдно забьют камнями. И других парней из гарема тоже.       Оставшаяся часть дороги до столицы прошла в угрюмом молчании. Энди крепко сжимал тонкую руку Лешки, и тому становилось спокойнее.       Эль-Ормуз оказался примерно таким, каким Лешка его себе и представлял. Пригороды были застроены виллами, скрытыми высокими каменными стенами, дальше начались многоэтажные жилые районы - без каких-либо признаков нищеты, но безликие и незапоминающиеся. Ближе к центру в вышину рвались сверкающие небоскребы - символы финансового благополучия эмирата, а в центре был живописный старый город с узенькими улочками и многочисленными лавчонками. Автомашины остановились, и парни, надев широкополые шляпы и темные очки, побрели по этим улочкам, окруженные толпой телохранителей. Был ноябрь, но солнце палило нещадно, и Лешка, хотя и был в широкополой шляпе, а также намазан кучей кремов, все равно опасался за свою чувствительную кожу. Энди же, наплевав на жалобные вопли слуг, беззаботно подставлял жестоким солнечным лучам загорелую физиономию. Он даже не надел солнечные очки, хотя от белых камней вокруг глаза просто слепило.       Сердцем старого города был древний королевский дворец, точнее крепость с высокими стенами. Энди сказал, что внутри собираются устроить нечто вроде национального музея. Однако пока что старый дворец пустовал. Правда, там до сих пор сохранились жилые комнаты эмира и нескольких принцев, готовые принять их в любой момент, однако никто из королевской семьи давно не посещал этот дворец, предпочитая жить в Эль-Касабе. Здесь же изредка проводились официальные церемонии.       Да, в облике древнего дворца эмиров, бесспорно, было суровое очарование, он притягивал своей простотой и величественностью. Однако стояла такая жара, что Лешка чувствовал: еще немного и ему станет дурно. И что тогда? Охрана будет вынуждена тащить его на руках? Еще не хватало! Энди, судя по его виду, тоже был не прочь покинуть раскаленные добела камни на площади перед дворцом.       Они отошли в тень одного из домов, что полукольцом опоясывали древнюю площадь, и посовещались. Можно было отправиться в деловую часть города - царство небоскребов, автобанов и развязок. Там было полно торговых центров, набитых эксклюзивными шмотками, парфюмом, драгоценностями самых крутых европейских брендов... Но парни давно пресытились всем этим, их гардеробы были набиты супердорогим тряпьем, принц уже преподнес им кучу украшений: колец, перстней, браслетов, цепочек, кулонов, бриллиантов и сапфиров…       - Там, на верхних этажах небоскребов есть рестораны, - сказал Энди. - Еда хорошая и виды потрясающие. Весь Ормуз как на ладони, да еще и Залив... Охренеть! Хорошо виден Иран, а если нет дымки, то и Аравию можно разглядеть! Пойдем?       Но тут в разговор вмешался старший охраны (Саид почему-то не отправился вместе с ними): араб средних лет в форме военно-морского офицера.       - Его высочество распорядился заказать для вас обед в традиционном ресторане, здесь, в старом городе, - сказал он на хорошем английском. - Этот ресторан посещают самые знатные люди Ормуза, и его высочеству будет приятно, если вы пообедаете там...       Лешке не хотелось идти в какой-то традиционный ресторан. С куда большим удовольствием он посмотрел бы на Ормуз с высоты стоэтажного небоскреба... По лицу Энди было видно, что и тот не в восторге. Он уже был в этом ресторане, в компании недоброй памяти Армана. Но отказаться - означало обидеть Ахмада.       Ресторан располагался на одной из узких улочек старого города. В прохладном помещении царил полумрак, горели бронзовые светильники. На стенах были затейливые рисунки изразцов, мозаики, полы были устланы толстыми пушистыми коврами, мягкие диваны усыпаны подушками. Словом, тут было все, что могло потрафить самому изнеженному и утонченному вкусу. Арабскому, разумеется.       Лешка и Энди развалились на диване, еду им принесли очень быстро, что было неудивительно, раз принц заранее распорядился приготовить здесь обед. Хозяин ресторана - пожилой толстый тип с жуликоватыми глазами - лично прислуживал им.       Рука Энди то и дело оказывалась на коленке Лешки. Его насмешливые светло-серые глаза как будто подзадоривали Лешку. Тот вздохнул. Ему тоже хотелось прямо здесь, прямо сейчас! Хозяин ресторана и охрана делали вид, что ничего не замечают.       В ресторане они не вели разговоры на опасные политические темыи общались только по-английски. Энди вдруг заговорил о том, что хотел бы получить высшее образование, связанное с транспортной логистикой.       - Если к лету все это кончится, поступлю куда-нибудь, - мечтательно сказал он.       Что именно должно было закончиться к лету, было непонятно. Ферренс исчезнет? Лешка вспомнил свой разговор с Вадимом Александровичем… Нет, он не хотел об этом думать! Настроение упало. Лешка был бы рад, если бы на столе оказался кувшин вина или бутылка с чем-нибудь покрепче. Но, увы, они находились в "традиционном" арабском заведении. На алкоголь здесь рассчитывать не приходилось.       Однако хозяин ресторана как будто прочитал его мысли.       - Для наших дорогих гостей у нас есть особое угощение, - хитрые глазки блеснули. - Мы подаем его далеко не всем, но оно того стоит. Пусть наши гости отведают.       Он махнул рукой, официанты принесли чаши с темно-красной жидкостью.       - Что это? - подозрительно спросил Лешка.       - А, это иллала, - ответил Энди. – Местное пойло. Не алкоголь, но по шарам дает конкретно. Ну так, некоторое время будешь словно под кайфом.       - Может, не стоит пробовать? - с сомнением спросил Лешка.       - Ты что! - воскликнул Энди. - Обязательно попробуй! Это дорогущая вещь и производят ее только в Ормузе. В каком-то ауле или кишлаке, хрен знает, как это у них называется. Даже во дворце ее подают лишь изредка. А я в гареме вообще всего лишь два раза пробовал. Так что пей, это знак особого уважения. Не выпьешь - оскорбишь не только хозяина, но и принца, это ведь он сюда эту хрень прислал, не иначе.       - Иллала? - повторил Лешка, глядя в рубиновый мрак стоявшей перед ним чаши.       Он осторожно пригубил. Нет, алкоголя в чаше действительно не было. Скорее, это напоминало терпкий, прохладный морс. И было странно: чем больше Лешка пил эту жидкость, тем сильнее ему хотелось осушить чашу до дна. Рубиновое зелье как будто само вливалось в рот. Через несколько мгновений юноша начал испытывать странные ощущения: тело стало казаться невесомым, плохие мысли ушли, мир стал светлым и беззаботным, как будто подсвеченным мириадами разноцветных огоньков.       Он не мог понять, подействовал ли также напиток на Энди. Кажется, тот вел себя как обычно. Лешка старался никак не проявлять своего странного состояния. Но чувствовал все более сильное головокружение. Черт, проклятое зелье. Как его там... Иллала… Гребаная наркота! Он поднялся с дивана, решив сходить в туалет, чтобы прочистить желудок. Надо было привести себя в чувство, потому что он не знал, каким будет дальнейшее действие этой дряни.       Краем глаза Лешка заметил, что старший охраны и еще двое телохранителей двинулись за ним. Они что, собирались его до кабинки провожать? Может, он и блевать должен под их бдительным присмотром?       За дверью с табличкой WC оказался узкий полутемный коридор. Странно, что в элитном ресторане может быть такой коридор, освещенный тусклыми лампочками... Хорошо еще, что у них в традиционных ресторанах не принято срать на заднем дворе.       И тут Лешке в шею уперлось холодное дуло пистолета, и он услышал голос старшего охранника:       - Молчать и шагать вперед!       На мгновение он замер. Что все это значит? Господи, что еще? Его подтолкнули, и он шагнул, точнее, почти полетел вперед, потому что тело казалось невесомым. А от выпитого зелья у него вообще пропала способность сопротивляться. Куда его ведут? Зачем? Они прошли по коридору около двадцати шагов, а затем один из охранников толкнул низенькую боковую дверь. За ней была лестница, уводившая вниз, во мрак.       Алексей остановился, несмотря на упиравшееся ему в голову дуло пистолета.       - А ну вперед! - прорычал старший охраны.       Алексей уперся и немедленно получил сильный удар по почкам, взвизгнув от боли.       - С тобой шутить не будут! Надо будет, прямо здесь прикончим, грязный педик!       Застонав, Алексей стал спускаться по лестнице. Они оказались в подземном зале, где их ожидали какие-то люди с фонариками. В разные стороны из зала расходились коридоры. Ахмад как-то упоминал о разветвленных катакомбах под старым городом.       Охранники, которые приволокли сюда Алексея, обменялись с поджидавшими их людьми несколькими словами по-арабски. Затем Алексея повели по одному из темных коридоров. Они долго петляли по запутанным катакомбам.       Действие наркотика постепенно проходило, Алексей снова обрел способность соображать. А с этой способностью вернулся и страх. Куда его ведут? Сердце стучало, руки похолодели. Однако разум боролся со страхом. Разум подсказывал, что предатели из охраны могли убить его в самой Эль-Касабе. Но его зачем-то заманили в гребаный ресторан, опоили наркотой, а затем уволокли в катакомбы. Слишком много сложностей, чтобы просто грохнуть "грязного педика". Да и Энди, судя по всему, не тронули («Господи, только бы с ним было все в порядке!», - взмолился Алексей).       Нет, явно было задумано что-то другое. Но ничего хорошего Алексея в любом случае не ожидало. Это могли быть враги Ахмада. Это мог быть… Ферренс. При этой мысли Алексей похолодел. («Только не это! – подумал он. – Господи, только не он!»)       Все стало ясным в тот момент, когда Алексея заставили подняться по лестнице, и он оказался в небольшом полукруглом зале.       Перед ним стоял принц Рашид. ***       С тех пор, как Рашид увидел Артура Алверта на фотографиях, а затем получил видеокадры с его изображением, этот юноша неизменно казался ему настоящим ангелом, явившимся из северных краев. Красавец был бел как снег и холоден как лед. Но теперь, когда Артур стоял перед ним, Рашид видел не ангела, а демона.       Черные глаза полыхали ненавистью, с прелестных розовых губ слетело змеиное шипение. Рашид даже не понял, на каком языке. Это звучало примерно так:       - Blyadyebutchaya, ugandoshusuku!       У Рашида перехватило дыхание от восторга: такую гармонию совершенной красоты и чистой ненависти он видел впервые. Да, рай и ад встретились в этом белокуром создании и пьянили, подобно строжайше запрещенному вину!       - Mmmudila! - красавец просто сочился ядом, и это завораживало!       Эти странные слова походили на магические заклинания. Но Рашид был образованным человеком, обучавшимся в британской королевской академии ВВС. Наконец, он был не просто командующим ВВС, но лично участвовал в боевых вылетах в Йемене и Ираке, и суеверия были ему, мягко говоря, не свойственны.       Но в таинственных словах, да и в самом облике белокурого северного демона было нечто магическое, завораживающее. Теперь Рашид понимал Ферренса, теперь он понимал Ахмада. Теперь Рашид и сам угодил в ту же западню. Прекрасная черноглазая кобра загипнотизировала его и плюнула в глаза смертоносным ядом. Принц был ослеплен, а жгучий яд растекался по его жилам и отравлял сознание... Никогда ему больше не быть таким, как прежде. И не жить ему без этого прекрасного северного наваждения.       Рашид с трудом собрал волю в кулак. Он не конченый псих как Ферренс и не слабовольный истерик вроде Ахмада. Пусть он ослеплен и отравлен, но он сумеет вывести яд из своей крови! Он просто трахнет этого блондинчика. А затем прикончит. И на этом всё. Ахмад, конечно, взбесится, но, в конце концов, столкновение между ними неизбежно. И живых должен остаться только один из них. Тот, кто станет эмиром.       - Знаешь, зачем тебя сюда привели? –спросил Рашид по-английски.       Мальчишка вскинул белокурую голову и смерил принца ледяным взглядом.       - Кажется, тебя не учили, как следует вести себя с особами королевской крови.       Молчание. Уничтожающий взгляд.       - Шлюха! –Рашид хотел плюнуть ему в лицо, но что-то удержало его.       - Uyoboсk, - наглец вновь процедил что-то непонятное.       И это презрение Рашида просто взбесило. Он схватил юнца за волосы, тот взвизгнул, вцепился принцу в руки холеными ногтями и попытался вырваться.       - Держите его, да покрепче, - крикнул принц телохранителям.       Юнец неожиданно прекратил сопротивляться. Только его глаза теперь казались Рашиду полными космического мрака, грозившего поглотить его без остатка, уничтожить... Рашид вдруг понял, что видит в этих глазах свою смерть. Как будто огромные каменные глыбы неслись прямо на него из глубины мрака, и невозможно было уклониться от их смертельного, чудовищного удара. Может быть, у юнца есть гипнотические способности? Почему он сводит с ума мужчин? Почему Рашид, всегда уверенный в себе, теперь дрожал и от страха, и от болезненного возбуждения?       - Знаешь, где ты находишься? - спросил Рашид, не столько, чтобы услышать ответ, сколько для того, чтобы самому прийти в чувство.       Юнец молчал, неотрывно глядя на Рашида.       - Это старый дворец. Здесь столетиями жили эмиры Ормуза, но теперь они оставили свое древнее родовое гнездо, - сказал принц, заставив себя ухмыльнуться. - Дворец пуст. И никому не придет в голову искать тебя здесь. Ты в моей власти, понял?       - Сколько внимания к моей скромной персоне, - процедил белокурый демон.       - Это ненадолго, не волнуйся.       Мрак в глазах белокурого демона сгустился. Все-таки у этого отродья шайтана были гипнотические способности!       - Что ты хочешь со мной сделать? - спросил демон с царственной надменностью.       - Сначала позабавлюсь с тобой. Потом убью.       - Убьешь? –безразлично повторил юный демон. - И зачем?       - Пока ты жив, раздор в королевской семье не прекратится. Я положу этому конец.       - Вот как? - идеальная бровь изогнулась, розовые губы презрительно скривились. - Так это я всему виной? А я думал, что это твоя похоть.       - Замолчи! - в ярости заревел Рашид и отвесил наглецу пощечину.       Тот дернулся, но ничего не ответил.       - Да, я оттрахаю тебя, а затем отдам псам, чтобы они разорвали тебя на куски!       Впервые в черных глазах как будто мелькнул страх, и это доставило Рашиду несказанное удовольствие!       - Боишься? - произнес он не столько вопросительно, сколько утвердительно.       - Да, я боюсь глупцов с бараньими мозгами. Как у тебя.       Кровь бросилась Рашиду в голову, он отвесил наглецу несколько оплеух.       - Грязный шакал! Не смей бросать в лицо оскорбления принцу Ормуза!       - В вашем Ормузе принцев больше, чем собак нерезаных, - процедил белокурый демон. – И почти все - такие же идиоты, как ты. Смотри сам, Рашид...       - Ты должен обращаться ко мне "ваше высочество"!       - Обращусь, когда поумнеешь. И если поумнеешь. Так вот, неужели в твою баранью голову не пришла мысль, что тебе невыгодно убивать меня?       - Что, пытаешься меня обмануть, змея? Думаешь, я поддамся на твои уговоры?       - Я тебя не уговариваю. Объясняю лишь то, что не пришло в твою тупую башку. Ты похитил меня. Что ж, молодец. Ты ведь знаешь, что Ахмад от меня без ума. Знаешь, что ради меня он на все пойдет. Знаешь ведь, так?       - Знаю, - хрипло выговорил Рашид, ощутив спазм в груди.       А это глаза демона пронизывали его ледяными лучами, струившимися из мрака.       - Тебе не приходило в голову, что ради меня Ахмад откажется даже от трона? - спросил Алверт издевательским тоном.       На несколько мгновений Рашид потерял дар речи.       - Не приходи-ило, - вкрадчиво протянул демон. –Потому что ты глуп. Поставь Ахмада перед выбором: ты вернешь ему меня при условии, что тот подпишет документ об отказе от прав на трон. Если он не согласится, то ты бросишь меня на растерзание псам. Но Ахмад согласится. Ради меня. И даже ты, Рашид, с твоими бараньими мозгами это понимаешь. Если же ты убьешь меня, то тебя ждет кровавое столкновение с Ахмадом. И неизвестно, кто выйдет победителем. Возможно, что именно тебя бросят псам, Рашид.       Рашид заледенел, бездонный мрак затягивал его. Он знал, что демон прав. Да, да, это белокурое отродье шайтана стало главным козырем Рашида в смертельной игре. Прекрасный демон хорошо знал свою власть над Ахмадом и был прав: тот предпочтет отказаться от трона, лишь бы снова обрести свое сокровище. ***       Алексей ни в чем не был уверен. Он просто убеждал себя (и Рашида) в том, что Ахмад пойдет ради него на все, даже откажется от прав на престол. Но действительно ли это было так? Алексей не знал. И потому нагло блефовал, тянул время в надежде на то, что Ахмад разыщет его и придет на помощь. Или Энди что-то предпримет.       Больше надеяться было не на кого. Алексей видел в глазах Рашида страх, который тот тщетно пытался спрятать. И вот именно этот страх пугал Алексея больше всего. Он предпочел бы иметь дело с хладнокровным мерзавцем, чем с трусом, который сам боится того, что натворил, и с перепугу может решиться на что угодно.       - Ты меня не обманешь, отродье шайтана, - заорал Рашид, брызгая слюной. – Ахмад, может быть, и подпишет отказ от прав на престол, но потом не станет признавать свою подпись! Он лжив и вероломен! И ты, демон, будешь его к этому подталкивать! Ты ведь хочешь стоять за его троном и дергать за ниточки! Да-да, именно это я читаю в твоих глазах! Ты жаждешь власти! Хочешь сделать Ахмада эмиром, чтобы самому стать тайным правителем! Но я не допущу! Ормузом не будет править неверный, да еще и извращенец!       - Ты глуп, Рашид, - пожал Алексей плечами. - Думаешь, я прибыл сюда, чтобы захватить власть? Может быть, ты каждого наложника Ахмада в этом подозреваешь?       - Наложники Ахмада –просто грязные подстилки. Но ты, ты - не такой. Недаром Ахмад гонялся за тобой больше года! Ты умный, коварный, ты - сын шайтана, ты умеешь подчинять себе мужчин и любишь это делать!       - Вижу, ты тоже мечтаешь подчиниться мне, - ледяным тоном заметил Алексей. Страх исчез. Осталась обреченность. И тоска. В конце концов, его уже столько раз насиловали... Какая разница! Алексей не сопротивлялся охранникам, которые втащили его в комнату с затейливыми узорами на стенах и швырнули на огромную мягкую кровать с алым шелковым покрывалом. Сверху навалился Рашид, тяжело дышавший. Изего рта шел противный сладковатый запах.       - Давай, шлюшка, - прошипел он. - Давай! Я много слышал о твоих постельных способностях. Сейчас ты покажешь, на что способен.       Но слова Рашида доносились как будто издалека и не вызывали в Алексее ни протеста, ни возбуждения, ничего. Холодное, бесчувственное, мраморное изваяние, вот что сейчас лежало под Рашидом. Нет, тело юноши было теплым, даже горячим, но принц странным образом просто физически ощущал холод, исходящий от красавца. И этот холод в сочетании с безупречной красотой завораживал и возбуждал. Рашиду хотелось разогреть, завести красавца, чтобы тот стонал, извивался, бился под ним! Рашид впился в розовые губы - пусть тонкие, но нежные, чувственные, мягкие, сладкие, вцепился в его белоснежные предплечья, сдавливая хрупкое тело. Красавец не сопротивлялся, но и не отвечал на поцелуи, а Рашиду безумно хотелось, чтобы он ответил! Хотя бы укусом, хотя бы ругательством, все равно чем и как, лишь бы ответил!       Вместе со страстью в принце закипала ярость. Он отвесил юнцу несколько оплеух - не очень сильных, потому что было жаль его нежную, белую кожу. Тот лишь скривился от боли, но даже не посмотрел на принца, словно тот ничего не значил.       И тут принц полностью потерял контроль над собой. Он сорвал с красавца одежду, теперь тот был полностью обнажен. Да, его тело было достойно быть вылепленным одним из величайших скульпторов Запада! Идеальные формы, изящество линий, белоснежная гладкая кожа, пугающая бездна в черных глазах... Этим великолепием хотелось обладать. Обладать или уничтожить. Рашид зарычал, схватил юношу за упругие, до умопомрачения упругие ляжки, закинул ноги на плечи и попытался втиснуться в него.       Проклятье, никогда до этого он не имел дела с мужчинами в постели! И теперь чувствовал себя человеком, который держит в руках раковину с драгоценной жемчужиной, но никак не может вскрыть эту раковину. Принц бестолково тыкался в соблазнительную ложбинку между идеальных полушарий и даже чувствовал близость горячего, манящего прохода, но у него никак не получалось войти. А ведь в этом отверстии уже побывало столько мужчин, получивших невероятное наслаждение! Чем Рашид хуже? Проклятье, чем?? Он бесился от своей неумелости, а в черных глазах юнца заплясали дьявольские огоньки, губы презрительно скривились. Рашид заревел от ярости, обхватил небольшой, аккуратный член юнца и стал с остервенением выкручивать. Юнец дернулся и испустил душераздирающий крик. Точеное лицо исказилось мукой, но и сейчас оно было прекрасным. Может быть даже еще прекрасней.       Это странное существо, явившееся из другого мира, билось от боли в руках Рашида, но по-прежнему не принадлежало ему! Принц снова схватил его за белокурые, вьющиеся волосы и, уже не обращая внимания на его визг, впился в розовые губы. И снова красавец не сопротивлялся, но не сделал ни малейшего движения сам. А Рашиду так хотелось, чтобы его ласкали белые, нежные руки юноши, чтобы к нему прикасались тонкие пальцы с миндалевидными ногтями, чтобы красавец умолял Рашида овладеть им...       Но ничего этого не было. Только холодное безразличие. Это было хуже всего. Лучше ненависть, чем это безразличие! Рашид больше не мог выносить этого взгляда, заставил юношу перевернуться и встать на четвереньки. Тот повиновался. Рашид залюбовался идеальными ягодицами и чуть не пустил слюну, увидев вожделенное розовое отверстие. Да, этот красавец был так доступен и в то же время не принадлежал ему! Даже его задница как будто демонстрировала Рашиду презрение.       Принц уже не ревел, не рычал, я лишь стонал от бессильной злобы. Он принялся входить в красавца, потом вспомнил, что надо надеть презерватив и, отпустив проклятье, принялся натягивать эту шайтанову резинку. И снова полез внутрь. Юноша дернулся, испустил крик боли, и Рашид от этого крика едва не сошел с ума. Этот крик его заводил, как будто приглашал войти глубже в трепетное тело, и Рашид, наконец, сумел сделать это, и принялся двигаться в горячей, сводящей с ума тесноте, наслаждаясь прекрасным телом: точеными плечами, отлично прорисованной спиной, белокурыми кудрями.       Мысль о том, что это совершенное тело принадлежит ему, сводила с ума... Наконец-то! Наконец-то! И вдруг... вдруг пришло осознание, что на самом деле ничто ему не принадлежит. Да, он овладел великолепным, божественным телом, но сам его обладатель непостижимо ускользал! Словно скрылся во мраке безграничной вселенной, среди звезд, планет и комет, в смертельно опасной зоне мечущихся каменных глыб. Рашид не понимал, в чем дело. Его снова охватывало отчаяние, оно заставляло его вбиваться все глубже и глубже, а красавец молчал. Ни одного движения, говорившего о том, что ему больно. Или приятно. Он позволял Рашиду наслаждаться своим телом, именно позволял. Так жалкому рабу позволяют войти в великолепные покои повелителя, но раб-то знает, что ничто в роскошных покоях ему не принадлежит и никогда не будет принадлежать. И Рашид вдруг понял, что превратился в раба. Попал в ту же ловушку, в которую до него попадали десятки, а может быть и сотни мужчин, овладевавших этим прекрасным телом. Ферренс, Ахмад, теперь он... и один аллах знает, сколько еще людей стали рабами этого прекрасного и безжалостного существа.       - Скольких? - прохрипел Рашид. - Скольких ты заманил в свою ловушку?       Ответом было молчание. Рашида как будто затягивало в глубину космоса, он чувствовал приближение оргазма. Все на миг взорвалось звездами, это был умопомрачительный миг, подобного которому принц не переживал ни разу в жизни, а потом все стало стремительно угасать... Рашид отчаянно пытался вернуть это ослепительно прекрасное мгновение, но тщетно. Его, жалкого раба выставляли из великолепных покоев прекрасного повелителя в безвоздушное космическое пространство, где в мертвой тишине кружились в пугающем танце каменные глыбы астероидов. И Рашид был обречен погибнуть в их хаосе, превратиться в межзвездную пыль равнодушной вселенной. Ужас охватил его, ужас перед небытием, и он понял, что сможет выжить только рядом с этим холодным красавцем. Только он сможет дать Рашиду жизнь - подлинную, настоящую, которой принц никогда не знал. Только он сможет спасти Рашида от танцующих астероидов. Но для этого Рашид нужна была душа юноши. Обладание его выхоленным телом ничего не значило. Тело было лишь приманкой.       Теперь Рашид понимал, что Ферренс, Ахмад, еще невесть сколько мужчин оказались пленниками бесконечной космической бездны, заточенными в скоплении астероидов, сталкивающихся и разлетающихся в смертельно опасном танце... И они метались среди этого скопления, из которого было невозможно вырваться, если только его надменный властелин не обратит на них благосклонный взор и смертельный холод равнодушия в его глазах не сменится на теплоту или даже жаркое желание...       Стиснув зубы, Рашид рухнул на постель, рядом с белокурым демоном. Черные глаза смотрели на него, и в них таилась бездна, не ведавшая любви и жалости...       Алексей видел жалкий, просящий и в то же время хищный взгляд Рашида.       - Ты все-таки будешь моим! - прошептал принц. - Будешь!       Шепот Рашида становился все тише, как будто он уходил дальше и дальше. Возможно, сказалось нервное напряжение вкупе с действием наркотической дряни, которой опоили Алексея, но глаза его стали слипаться и он просто отключился.       Разбудил его непонятный шум. Уже стемнело. Был то ли поздний вечер, то ли уже ночь. Из соседнего помещения доносились встревоженные голоса. Дверь распахнулась, и в спальню ворвался человек в военной форме. Лежавший рядом с Алексеем голый Рашид живо натянул на себя покрывало и гневно крикнул что-то по-арабски. Офицер взволнованно залопотал, по-бабьи всплескивая руками и цокая языком. Рашид изменился в лице, став мрачным и озабоченным. Он задал офицеру пару вопросов, на которые тот отвечал с подвываниями и закатыванием глаз. Казалось, сейчас он начнет заламывать руки и разразится рыданиями. Это выглядело глупо и комично, так что Алексей не смог сдержать улыбки.       - Одевайся, - бросил ему Рашид, и сам принялся торопливо натягивать одежду.       Алексей с удовольствием повиновался, по-прежнему не говоря ни слова и стараясь сохранить равнодушное выражение лица, хотя сердце учащенно забилось.       В спальню вбежали еще двое офицеров. Они наперебой что-то затараторили и запричитали. Рашид прервал их стенания визгливым воплем, схватил со стола светильник и в бешенстве запустил им в стену, выкрикнув нечто, похожее на ругательство. Затем он опустился на кровать и зло взглянул на Алексея.       - Шайтан! - проскрежетал он. - Хитрый шайтан. Как он смог так быстро узнать?       При этих словах, сказанных по-английски, последние сомнения Алексея рассеялись. Ахмад знал, где он. И, похоже, пришел за ним.