Глаза смерти

Ормуз, северное побережье, март 2015 года       Вертолет Ферренса летел наперерез мчавшемуся вдоль морского побережья джипу.       - Лохотрон наебнулся, - Энди был по обыкновению краток в оценке обстановки.       - Значит, мы точно не в Кузьминках, - мрачно процедил Лешка.       - Какой вы, маркиз, наблюдательный!       - Не маркиз, а "ваше сиятельство". Маркизом меня могут называть лишь титулованные особы. А ты ни хрена не титулованный. Мужлан, - надменно изрек Лешка.       - Тогда от мужлана в репу схлопочешь, - пообещал Энди. –Не, ты глянь, вот же тварь, и впрямь за нами увязался!       Действительно, попытка сбить Ферренса с толку побегом на трех джипах, провалилась. Ферренс дьявольским чутьем угадал, в какой именно машине находится Алверт. Но Артур и сам знал, что тот угадает. Потому что в окутавшую их жизнь мистику можно было сколько угодно не верить, но игнорировать ее было опасно.       Энди нажал на газ, мотор взревел, джип, подпрыгивая, понесся по прибрежному бездорожью, каждую секунду рискуя налететь на скалы или перевернуться.       - Да не гони ты так, - сквозь зубы сказал Лешка. - Все равно от вертолета не уйдем.       - Нам до Хорозгана дотянуть бы, там подмога будет! - воскликнул Энди.       На тонких губах Лешки появилась скептическая усмешка. Горы Хорозгана были уже совсем рядом, но вертолет гигантской черной птицей с ревом несся левее и чуть выше них, с каждой секундой снижаясь.       - Блять, что он делает-то? - прошипел Энди, изо всех сил вцепившись в руль и лавируя между скалистых выступов.       - К морю прижимает, - прошептал Лешка.       И действительно, вертолет опустился почти к самой земле, рискуя напороться на скалы или валуны и вынуждал Энди брать правее, к берегу моря, причем туда, где прямо в море уходила невысокая скалистая гряда, служившая естественной преградой на их пути. Вертолет не давал эту гряду обогнуть и попросту загонял джип в тупик.       Энди отчаянно матерился, пытаясь найти какой-то выход из этой западни.       - Назад сдавай! - крикнул Лешка, хотя прекрасно понимал, что это уже бесполезно.       Энди резко остановился, дал задний ход, но тут джип налетел на что-то, видимо, на какой-то валун или что-то еще, мотор заглох. Энди матюкнулся, попытался завести мотор, тот глухо заскрежетал, но отказывался заводиться.       Вертолет с оглушительным ревом и грохотом садился рядом.       - Сваливай! - заорал Лешка. - Энди, сваливай отсюда, прошу тебя!       - Блять, никуда без тебя, только вместе!       - Беги! Мне он ничего не сделает, а тебя убьет!       - Ну уж хрен, - угрожающе сказал Энди. –Посмотрим кто кому репу оторвет.       - Беги! - глаза Лешки полыхали черным огнем, готовые прожечь Энди насквозь, но этот черный огонь был бессилен против стальной решимости в глазах Энди.       - Ты сам знаешь, что встречи не избежать, - это произнес словно не Энди, а кто-то другой, кого Лешка не знал.       - Он же убьет тебя! - с отчаянием крикнул Лешка. - Вылезаем!       Он выскочил из джипа через правую дверь, то есть со стороны, противоположной той, где приземлился вертолет, Энди вылез вслед за ним. Они укрылись за джипом.       На лице Лешки больше не было ни отчаяния, ни каких-либо чувств. Точеное бесстрастное лицо. Темные глаза - глаза хладнокровного киллера. Когда дверь вертолета открылась и из нее выскочили два человека в камуфляжной форме, они были сразу уложены двумя точными выстрелами. Оба выстрела сделал Алексей Вершинин.       - Молодец, - крикнул Энди, сжимая пистолет.       Лопасти вертолета поднимали ветер, стоял грохот. Открывшаяся было дверь винтокрылой машины закрылась.       - А Ферренс прячется, паучина, не высовывается, - прокричал Энди.       И тут на джип обрушился шквал огня из орудий вертолета.       - В бензобак метят, бляди, отходим! - заорал Энди, увлекая Лешку в сторону большого валуна.       Вовремя. Раздался взрыв и объятый пламенем джип взлетел на воздух.       - Что, бережет тебя твой Ферренс? - с каким-то адским хохотом вопросил Энди.       - Они нас от джипа отгоняли! Специально к морю прижимают, - выкрикнул Лешка.       Снова засвистели пули. Стреляли из вертолета, но не прямо в них, а чуть в стороны, чтобы отрезать пути к отступлению.       - Энди, в море, в море! - крикнул Лешка. - Отплыви немного и греби вдоль берега!       - Хрен я тебя оставлю!       - В море, я сказал!       - Хрен. Я акул боюсь.       Между тем из вертолета с другой стороны выскочили четверо человек, которые бросились в разные стороны и стали вести огонь в их направлении. Теперь пути к отходу по земле были окончательно отрезаны.       Лешка сделал два выстрела. Ему удалось снять одного. Энди выстрелил четыре раза. Кажется, одного ранил.       - Блядство, патроны кончаются! - прошипел Энди.       - У меня тоже.       - Пипец?       - Он самый. Уплывай!       Вместо ответа Энди впился Лешке в губы. В который уже за этот вечер и ночь раз оба они подумали, что целуются и обнимаются в последний раз. Но, похоже, этот раз и впрямь был последним. Отстреливаться дальше было бессмысленно. Их взяли в клещи. Но Лешка, не отрывая губ от Энди, вдруг вскинул руку и, как будто совсем не целясь, выстрелил. Еще один коммандос из вертолета упал. Энди дернулся от неожиданности и тоже выстрелил, Лешка тут же прикрыл его своим телом, зная, что в него-то стрелять не посмеют. Больше патронов у них не было.       - Все кончено, мистер Алверт, - послышался громкий голос Бенна. - Прошу вас пожаловать в вертолет. Мистер Ферренс ожидает вас. Ваш спутник тоже приглашен.       Но тут со стороны пустыни послышался рёв моторов. Энди и Лешка переглянулись. Они поняли, что Боннар и его люди решили двинуться в сторону вертолетного гула и стрельбы, поняв, что Энди и Алверт попали в переплет.       В проеме двери вертолета появилась еще одна фигура. И это бы уже сам Ферренс.       - В вертолет их обоих, живо! Хватайте их, идиоты! - властно крикнул он.       - Где ваши манеры, граф? - ехидно прокричал Энди.       Алексей молчал, глядя на Ферренса. Было темно, и лица того не было видно, но юноша знал, что Ферренс тоже смотрит на него. Именно на него. Бенн и еще один человек в камуфляжной форме повели парней к вертолету. Те не сопротивлялись. Алексей был бесстрастен, глаза Энди сузились, на губах была недобрая усмешка.        - Быстрей! - крикнул Ферренс, поскольку уже видны были фары стремительно приближавшихся джипов. - Взлетаем!       - Бенн, вы понимаете, кому служите? Вы что, не видите, что он сумасшедший? - вдруг спросил Алексей.       - Понимаю, мистер Алверт, - холодно отвечал телохранитель. - Но единственный способ избежать катастрофы - вернуть вас этому сумасшедшему. Тогда...       - Это ничего не изменит, - отрезал Алверт.       Он был уже у самого вертолета, когда Ферренс схватил его, заключил в объятия и втащил в машину.       - Мой! - воскликнул он. - Мой! Снова мой! Взлетай! - крикнул он пилоту.       Энди запрыгнул в вертолет, но тут же почувствовал на себе стальную хватку Бенна и еще одного телохранителя. Ферренс пока не обращал на него внимания. Он сжимал в объятиях Артура и отчаянно пытался проникнуть в его губы, но те было плотно сжаты, а глаза Артура светились нечеловеческой ненавистью.       Вертолет оторвался от земли, и тут по корпусу зачиркали пули.       - Нас обстреливают! - крикнул пилот.       - Набирай высоту, идиот! - заорал Бенн.       А стрельба раздалась с новой силой, двигатель чихнул, стал работать со скрежетом и глуше.       - Что еще?? - заревел Ферренс, а на лице Артура появилась мстительная улыбка.       - В двигатель попали... Не пойму куда именно! - отчаянно заорал пилот.       - Набирай высоту! - снова заорал Бенн.       - Не могу! Не хватает тяги! В правый двигатель попали!       - В море! Уходи в море! Здесь нас расстреляют!       - Надо садиться! - вопил пилот.       - Хочешь пулю в голову? - зарычал Ферренс.       Артур был бледен как смерть, но сохранял бесстрастие, на лице Энди, которого по-прежнему держали двое, появилась мстительная улыбка.       Ферренс увидел это, лицо его исказилось бешенством.       - Ты умрешь раньше, чем я! - прорычал он, обращаясь к Энди. - Но сначала я...       Он выпустил Артура из объятий и схватился за радиопередатчик, нажав кнопку. Артур пристально следил за ним.       - Борт-225, прием, это Альфа. Приказываю...       Тут Артур как кобра бросился на Ферренса и выбил у него из рук передатчик. Он понял, какой приказ тот хочет отдать. Юноша впился зубами в горло Ферренса. Тот взвыл от боли, но у него все равно вырвалось:       - Я люблю тебя! Люблю! Я всех уничтожу за тебя!       - А я тебя ненавижу! –прорычал Артур.       Теперь они смотрели друг другу в глаза. В глазах Артура действительно полыхала черная ненависть, в глазах Ферренса были боль, отчаяние и страсть. Болезненная, сумасшедшая одержимость.       - Я получу тебя всего, - проговорил он, пожирая Артура глазами. - Всего! Я доберусь до твоей души, до твоего сердца и возьму их. Ты весь будешь моим!       - Где? На дне моря? - саркастически спросил Артур. - Мы же сейчас рухнем!       Вертолет кренило и качало, двигатели работали с перебоями, он летел довольно низко над морем, на некотором удалении от берега, где до него не могли достать пули Боннара и его людей, которые мчались на двух джипах по берегу.       - А ну, отпусти меня, - заревел вдруг Энди. - Он же псих! Он всех угробит!       Тут произошло совершенно неожиданное. Артур внезапно вырвался из объятий Ферренса и головой ударил в подбородок Бенна, державшего Энди. Тот взревел от боли, выпустил пленника, и тому хватило этой секунды, чтобы выхватить нож, спрятанный у него за поясом (Артур даже не подозревал об этом) и ударить им в живот державшего его второго охранника. Затем Энди бросился на Бенна, но тот уже пришел в себя и отвел удар, заломив Энди руку. Тот заорал от боли, но не разжал руку с ножом и локтем умудрился нанести тренированному Бенну удар в чувствительное место, от которого тот согнулся.       - Убей его! - заревел Ферренс, вновь хватая Артура. - Вышвырни из вертолета!       В вертолете началась свалка. Артур никогда не умел драться, да и вообще не отличался физической силой, будучи донельзя изнеженным, но тут он превратился в озверевшее существо, не знающее жалости, пощады и готовое порвать любого, кто встанет у него на пути. Бенн, наконец, выбил нож из руки Энди, но тот все равно набросился на тренированного телохранителя. Они сцепились прямо у открытой двери вертолета, Бенн теснил Энди и уже вот-вот должен был сбросить того в море, когда Артур, нечеловеческим усилием снова вырвался из объятий Ферренса и рванул Энди на себя. Бенн на секунду потерял равновесие, но этого хватило, чтобы Артур сильным ударом в грудь вытолкнул его из вертолета. Бенн с отчаянным криком исчез в зияющем отверстии.       Вертолет летел очень низко над морем. Было непонятно, остался Бенн жив или нет, но это никого не интересовало.       - На него! - заорал Артур.       Энди ринулся на Ферренса, Артур же бросился к валявшейся в углу рации. Он помнил, на какую кнопку Ферренс нажимал и сейчас сделал то же самое.       - Неееет! –раздался нечеловеческий вопль Ферренса. - Не смей!       - Держи его, Энди! - крикнул Артур. - Держи хоть несколько секунд!!       - Борт-225 на связи, - донеслось из рации сквозь помехи.       Артур прикрыл рацию рукой, чтобы в нее не доносились вопли Ферренса.       - Борт-225, это Альфа. Приказываю немедленно идти на посадку в Бендер-Аббасе. Как слышите, прием.       - Альфа, Борт-225, слышу вас. Идти на посадку в Бендер-Аббасе. В точке взлета?       - В точке взлета, - подтвердил Артур, не зная, что имеется в виду, но молясь, чтобы "точкой взлета" был тот самый военный аэродром, с которого взлетел самолет. - И ждать дальнейших указаний.       - Понял Альфа. Возвращаться в точку взлета. Ждать дальнейших указаний.       Артур вышвырнул радиопередатчик в открытую дверь вертолета. Лицо Ферренса, которого удерживал Энди, было искажено яростью.       - Я все равно выполню свой план! Вам меня не остановить! - проревел он.       - Я тебя остановлю! - прорычал Энди, не выпуская Ферренса из стального захвата. - Я тебя, тварь, обратно в ад загоню! Ты его не получишь!       Ферренс с нечеловеческой ненавистью смотрел в лицо своему двойнику, в глазах которого сверкала стальная решимость.       - Я знаю, кто ты, - сквозь зубы бросил он. - А ты знаешь, кто я.       - Ага... Рандеву состоялось, бля, - резюмировал Энди.       Ферренс физически был сильнее Энди, он теснил его к открытой двери вертолета.       - Уничтожу тебя, - рычал он. - Уничтожу!! Ты не отберешь у меня Артура!       Его темные глаза полыхали огнем преисподней, этот огонь отражался в стальных глазах Энди, который смотрел в лицо Ферренса с неумолимой решимостью.       - Ты, тварь, держишь его в лабиринте, - рычал парень. - Я его вырву у тебя! Ты хочешь, чтобы он был таким как ты! Чтобы убивал и дальше! Чтобы он был твоим рабом!       - Это я его раб! - эти слова вырвались из груди Ферренса с каким-то сладострастием. - А он - мой повелитель!       - Черт с рогами твой повелитель!       - Знай свое место, ублюдок! - зарычал Ферренс. - Ты... ты...       - Я - это ты! - выкрикнул Энди. - Тот, кем ты должен был стать! Но не стал! И потому Лешка мой! А не твой! И никогда твоим не будет!       Они выкрикивали все это, нанося друг другу удары, а Лешка смотрел на них в немом оцепенении. Словно невидимая стена отделяла его от Энди и Ферренса, не давая к ним приблизиться. Это была их битва - битва двойников, и никому не дано было в нее вмешаться. Даже ему. Ему - в первую очередь. Но когда Лешка увидел, как Ферренс теснит Энди к открытой двери вертолета и что еще буквально один-два шага и Энди рухнет вниз, в нем всё взорвалось. Все запреты, невидимые стены рухнули под напором отчаяния, страха лишиться того, кого он любил больше всего на свете, и навсегда остаться заточенным в лабиринтах ненависти и смерти.       Лешка с отчаянным воплем ринулся на Ферренса, оттолкнул от него Энди, который ударился головой о какую-то балку и взвыл от боли. Джеймс вцепился в своего возлюбленного, и они балансировали у самой двери вертолета, который отчаянно мотало.       - Лешка, осторожней, бляяя! - донесся отчаянный крик Энди.       А Джеймс видел перед собой только глаза, полные тьмы и смерти - его собственной смерти. Точеное лицо юноши было словно неживым - прекрасным, идеальным, завораживающим своей красотой, но неживым. В черных глазах стояла смерть. И эта смерть звала к себе Джеймса. В его сознании снова слышались отвратительные голоса демонов, вырвавшихся из ада, они предостерегали его, они не хотели, чтобы он оказался в объятиях вот этой вот смерти, внезапно возникшей перед ним в образе его прекрасного возлюбленного. Для Джеймса ими было уготовано нечто другое, более страшное. Но смерть в черных глазах влекла его к себе - влекла властно и неумолимо, и в этой смерти Джеймс непостижимым образом видел свое спасение, спасение от отвратительной преисподней, которая уже ждала его и готовилась поглотить. Вертолет снова резко качнуло, накренило, и Артур полетел в темную бездну, увлекая за собой Джеймса, не отрывавшего от него завороженного взгляда. Из груди Энди вырвался нечеловеческий крик, и он ринулся в бездну вслед за ними.       ***       Падение было стремительным и кратким, но оно вобрало в себя вечность. Лешка увлекал Ферренса в бездну смерти, испытывая болезненное наслаждение, подобное тому, что он испытывал в постели, когда чувствовал свою тайную власть над мужчинами, убежденными в том, что именно они - повелители, и вдруг понимавшими, что на самом деле они - его рабы и только рабы. И во взгляде Ферренса читалось извращенное наслаждение от осознания собственного рабства - в последний раз в жизни! Оба они в смертельных объятьях неслись в бездну, оба не испытывали страха, только безумное наслаждение от этого захватывающего, сводящего с ума полета.       - Не отпущу! - прорычал Ферренс.       Лешка не успел ничего ответить, потому что как будто услышал в темноте крик Энди, и в нем вдруг ярким фонтаном забило желание жить, жить во имя своего парня - единственного, которого он любил!       И тут же последовал удар о воду - оглушающий, мощный, окончательно погружающий всё во тьму, из которой никогда уже не будет выхода.       ***       Тьма, которая заволокла лешкино сознание, сменилась странными видениями: он в темной воде, вокруг кружат хищные рыбы и чудовища, в него вцепился Ферренс, который отчаянно влечет его на дно, не отрывая от него умоляющего взгляда, словно желая, чтобы они погибли вместе, однако какая-то сила тянет Лешку вверх, где свет, где его ждет Энди, и Лешка видит Томпсона, крепко держащего его и не дающего идти ко дну.       Ферренс смотрит на Лешку с яростью и отчаянием, сверху доносится зов Энди, и тот все ближе и ближе, а Ферренс не отпускает Лешку, не отпускает, держит мертвой хваткой, и Лешка с ужасом видит, что вместе с Ферренсом на дно его тянут те, кого он лишил жизни: брат-близнец Джеймса Питер, его отец - Ферренс-старший, отец Энди, Райс, Шнейдер, Мелен, Хэрд... все мертвецы, все его жертвы вцепились в него и тянут, тянут на темное дно, на их бледных лицах написана жажда мести, жажда его гибели. Но зов Энди не дает ему уйти на дно, и Томпсон, верный рыцарь, отчаянно тянет его наверх. А чуть в стороне Лешка видит своего отца, смотрящего на него с отчаянием и мольбой о прощении, и плачущую маму, видящую, как погибает ее сын.       Объятия Ферренса становятся все крепче, груз мертвецов все тяжелее, но зов Энди все ближе и ближе, и Томпсон не дает уйти на дно окончательно...       ***       Лешка вынырнул на поверхность моря словно ракета, широко раскрыв рот, наполняя сдавленные легкие чистым воздухом и пытаясь отдышаться. Его голова кружилась, в глазах двоилось - видимо, от резкой смены давления и кислородного голодания, хотя под водой он пробыл всего... он не знал, сколько он пробыл под водой. Рокот вертолета доносился уже издалека, и Лешка не понимал, где берег.       - Лешкаааа! - донеслось до него, и в лунном свете он разглядел светло-русую голову Энди, отчаянно гребущего к нему.       Но тут, словно демон из пучины, вынырнул Ферренс.       - Ты! - тяжело выдохнул он. - Ты! Артур! Тебе... не уйти... Никогда! Мы... вместе!       И тут сзади на Ферренса буквально навалился Энди.       - Утоплю! – заревел он.       Ферренс испустил дикий крик, и они с Энди сцепились, отчаянно пытаясь утопить друг друга. Лешка стремился подплыть к ним, но поднявшееся на море волнение мешало ему, и он чувствовал, что силы его на исходе. Голова кружилась, но ему казалось, что призрак Томпсона поддерживает его, не дает утонуть и в то же время и не позволяет приблизиться к Ферренсу и Энди, сжимающих друг друга в смертельных тисках. "Это их битва, здесь ты бессилен", - прозвучало в его голове, и Лешка не знал, кто именно произнес эти слова. Но он вопреки всем силам - и земным, и потусторонним - греб туда, где были Энди и Ферренс, он хотел быть вместе с Энди, он хотел, чтобы тот жил, жил, любой ценой и готов был сам отдать за это свою жизнь, в которой было так много боли, грязи и крови... Но как он ни грёб, он не приближался ни на миллиметр к двойникам - темному и светлому - сошедшимися в смертельной схватке. Они танцевали смертельный танец на волнах, то на поверхности показывался Ферренс, то Энди, и всякий раз, когда Энди уходил под воду, Лешка отчаянно кричал, пытаясь этим криком вытащить своего возлюбленного на поверхность. И это как будто у него получалось.       Но вот Ферренс, словно почувствовав прилив сил, навалился на Энди всем телом, тот ушел под воду, и Ферренс не давал ему всплыть. На лице Ферренса появилась торжествующая улыбка. Он с обожанием смотрел на своего Артура, прекрасного Артура, который отчаянно плыл в его сторону. Нет, он плыл вовсе не к Ферренсу, он плыл, чтобы попытаться спасти любимого, но Ферренс воспринял это иначе.       - Да, Артур, плыви ко мне! - воскликнул он. - Всё, больше нет этого проклятого двойника! Есть только я! Я люблю тебя! Ты мой! И ты полюбишь меня!       - Никогда! - вырвалось у Артура. - Никогда! Я убью тебя, Ферренс! Или сам умру!       - Нет, ты полюбишь меня! Больше тебе некого любить! Твоя душа теперь будет принадлежать мне! И даже эти... эти демоны преисподней... - Ферренс говорил как будто через силу. - Даже эти демоны не смогут нас разлучить!       - Ты умрешь! - Артур вложил в эти слова всю силу бушевавшей в нем ненависти.       - Я люблю в тебе все Артур! Всё! Даже твои глаза... Полные смерти...       Это было последнее, что сказал Ферренс. Что-то стремительно стало утягивать его под воду. Он как будто хотел сказать что-то еще, но... исчез под водой.       И больше не было двойников. Ни Джеймса, ни Энди... Только темные волны и призрачная лунная дорожка на них. И над этими волнами разнесся крик, полный горя и отчаяния... Крик Лешки. Артура. Юноши с глазами смерти.       ***       Джеймс отчаянно пытался выбраться на поверхность, но его двойник, затихший было и, казалось, погибший, захлебнувшийся, вдруг ожил и теперь тянул его вниз. Под поверхностью ночного моря было темно, но Джеймсу казалось, что он видит сверкающие сталью глаза, устремленные на него, и это сверкание ослепляло его, лишая сил. Двойник не давал ему всплыть, двойник смотрел на него, не отрываясь, и эта сверкающая, раскаленная сталь прожигала Ферренса насквозь, выжигала его душу и сердце, полные мрака, оставляя на их месте чудовищную пустоту, в которой появлялись чьи-то лица... знакомые и незнакомые... но Джеймс знал, что это за лица. Это были лица всех, кто был убит по его приказу. Их было много, очень много, и Джеймс теперь понимал, каким будет его ад: вечно смотреть в глаза тем, кого он погубил. Это было страшно, это было невыносимо, но отвести взгляд было невозможно... А в ушах с новой силой раздались крики демонов, похожие на отвратительное карканье воронья.       И Джеймс вдруг понял, что единственная возможность спастись от надвигавшегося вековечного ужаса, где никогда не будет прощения, а только мука, не знающая ни начала, ни конца, это ринуться прямо в мир сверкающей стали, что был прямо перед ним, пусть даже в этом мире ему и не будет места, пусть он перестанет существовать, а будет существовать лишь тот, кем он так и не стал. И он сделал отчаянный рывок, готовый войти в этот убийственный для него мир, чтобы сгореть в нем дотла, но наткнулся на невидимую стену.       - Отпусти его, - услышал он голос своего двойника, в котором не было ни злобы, ни ненависти, ни торжества. - Отпусти. И ты войдешь.       Всё внутри Джеймса взорвалось болью... Да, легкие взрывались от отсутствия кислорода... Но это была не та боль, это было другое... Боль, через которую он так часто проводил своего белокурого возлюбленного, чтобы слиться с ним в опьяняющем экстазе. И эта боль была словами:       - Я отпускаю тебя... Артур.       Невидимая стена исчезла.       - Входи, Джеймс, и будешь со мною, - услышал он голос Артура.       И Джеймс шагнул в возникшее перед ним ослепительное сверкание, рассыпавшееся мириадами звезд, где больше не было астероидов, сталкивающихся в смертельном танце. Лишь звездное небо, полное любви, прежде такой недосягаемой...       ***       Лешка кричал. Кричал отчаянно. Его грудь разрывалась от крика и боли. Он остался один. Один. Больше нет Энди... Нет? Он гнал от себя эту мысль, но она хищной птицей кружила в его сознании, била в висок. Он хотел умереть. Рядом по-прежнему был призрак Томпсона. А еще он вдруг увидел свою бабку-герцогиню. Старая леди смотрела на него требовательно и в то же время укоряюще, как будто говорила: "Утопиться - это так безвкусно, так неприлично!"       И Лешка барахтался, и ему почему-то становилось легче, хотя он осознавал, что все эти образы возникают в его мозгу от переутомления. Он не сможет добраться до берега. Да и зачем? Зачем? Все лишилось смысла... У него больше не было никого и ничего.       И тут он решил, что сознание его окончательно помутилось. Метрах в пяти от него (а может в десяти?) из-под воды ракетой вылетел Энди, который принялся судорожно хватать ртом воздух, барахтаться. Глаза парня были широко раскрыты, он хлопал ими, как будто не понимал, что происходит...       -ЭЭЭЭндииии! - заорал Лешка.       Этот крик разрушил темные лабиринты, в которых была заточена его душа, и он чувствовал, что никто и ничто его больше не удерживает, он буквально полетел по волнам к Энди, прижался к нему, и они слились в поцелуе...       - Он отпустил тебя, - прошептал Энди. - Ты знаешь, что он тебя отпустил?       Лешка молча кивнул. Он знал.       - Все, гребем к берегу, - Энди мгновенно обрел деловитость. - Тут и потонуть недолго, да еще акул вокруг как грязи. Давай, греби, маркиз.       - Ваше сиятельство, - поправил его Лешка и, схлопотав подзатыльник, рассмеялся.       - Сейчас быстро на берег. Отдохнем чуток и чешем в Хорозган. Там на катер и в Эмираты, - кратко формулировал задачи Энди. - А там...       Но на берегу они провалялись не чуток. Пару часов как минимум. Нет, они не занимались сексом. Просто лежали на песке, обнявшись, и смотрели на яркие звезды над Ормузским проливом. Они не знали, что их ждет дальше. Но они были вместе. И больше никто в этом мире не мог их разлучить.       А в темноте на морских волнах качалось тело Джеймса Ферренса...