Люблю тебя в три тысячи раз сильнее

На третьи сутки он объявился в Башне. Старк уже ввёл режим тревоги, поднял на уши всех, кого можно было, и кого нельзя было тоже. Питер ввалился в холл, и через несколько минут его уже встретили обеспокоенные лица Тони и Пеппер,женщина держала на руках малышку Морган, а Тони ринулся к Паркеру, крепко сжимая его в объятиях. Грязная одежда пропиталась едким запахом никотина, кулаки всё так же были разбиты. Питер был отправлен переодеваться и умываться и весь следующий час Тони несвойственно для себя провёл рядом с диваном, обрабатывая маленькие ранки на руках Пита антисептиком. Миллиардер извёлся от ожидания за эти несколько суток, когда Паркер не появлялся в Башне, он чувствовал, что терял контроль ситуации, что жутко раздражало, но сделать нельзя было ничего. С момента возвращения ребёнок не проронил ни единого слова, и это начало заметно напрягать. Тони ожидал, что буйный подросток сорвётся с катушек и всё разгромит, но сейчас он лежит на диване, не говорит ничего и не реагирует на обращения. Тони понимал, что нужно время. От таких резких и неожиданных перемен мгновенно не восстанавливаются. Решив отправить его спать и предварительно приказав Пятнице заблокировать все окна, чтобы у Питера не было шансов для побега, Тони спустился на кухню с твёрдым намерением налить себе виски. Тони хотел быть примерным отцом и мужем, насколько это вообще было возможно с его-то образом жизни и статусом. Он хотел избежать ошибок, которые совершал его отец. Образ истощённого Питера представал перед его глазами слишком часто. И не только Питера. Пожалуй, самым большим страхом Железного человека являются страдания близких ему людей.

***

Обожжённые слезами карие глаза были уставлены в потолок. Питер утерял последнюю мотивацию их закрыть. Тело охватывал озноб, хотя в комнате было тепло. Он пошёл в ванную, чтобы умыться, когда постепенно начал приходить в себя и осознавать всю ситуацию. Безразличие ко всему отступало, давая выход отчаянию. Страх одиночества. Вязкий, тягучий, грязный, заставляющий почувствовать себя никому не нужным. Тебя никто не спасёт. Справишься и сам. Питер Паркер понимал, что он один. Желудок скрутило где-то в районе грудной клетки и к горлу подкатил ком. В груди начало сильно жечь, а невидимые склизкие путы страха обвивались вокруг тела, грозясь сомкнуться на шее. Липкие и холодные щупальца ползли по коже. Перед глазами все поплыло и пошло чёрными кругами. Подросток пошатнулся и ухватился за край раковины, потеряв равновесие. Тесно. Душно. Слишком мало места в этой маленькой комнате. Не хватает воздуха, легкие прожигают огнём. Паника как маятник раскачивается из стороны в сторону, набирая обороты. Невыносимый голод по чувствам поднял свою лохматую голову и скалился, словно зверь. Воспоминания битв как кинолента прокручивались снова и снова: Стервятник, Танос, полет в космос и дважды пережитая смерть. Кислорода катастрофически не хватает, гул бешено бьющегося сердца оглушительным звоном отдаётся в голове и будто отражается эхом по всей черепной коробке. В дверь комнаты нещадно колошматил мистер Старк. Пятница сообщила о том, что Питеру стало плохо, и он сразу ринулся к ребёнку из мастерской. Дверь из комнаты вскоре была взломана посредством искина, а ванная к счастью, не была заперта. В углу, на голом кафеле сидел Питер. Он обхватил руками колени и покачивался взад-вперёд, смотря в пустоту широко распахнутыми испуганными глазами. Тони сел на колени перед парнем. — Хей, ребёнок. Ты меня слышишь? Посмотри на меня. Питер судорожно ловил ртом воздух, боясь задохнуться. Дыхание было хриплым, резким и чересчур тяжёлым. Чтобы сделать один вдох или выдох, нужно было прилагать неимоверные усилия. — Смотри на меня. Постарайся подстроиться, хорошо? Так, вдох, раз, два, три, четыре, пять, выдох. Давай, ещё раз. Постепенно, шаг за шагом Паркер восстановил темп дыхания. Перед глазами продолжали маячить чёрные всполохи, но они уже не были такими резкими. Парень начал приходить в себя, на этот раз окончательно. — Мистер Старк, мне так жаль, извините, вы не должны были... — Тише, паучок. Что ты видел? — Бетонные стены, они как будто снова обрушились на меня, как тогда, как будто они снова не дают мне выбраться и мои легкие заполняются пылью и Мэй... На этих словах Паркер умолкает и роняет на колени голову, издавая тихие всхлипы. Тони подходит ближе и обнимает его, успокаивающе гладя по спине. Да, мужчина не был силён в оказании поддержки, это больше по части Пеппер, но именно это ему показалось правильным. Питер, как испуганный маленький мальчик, прижался к наставнику, мелко дрожа. Когда тот заснул, Старк поднял на руки своего воспитанника и отнёс обратно в комнату, где положил того на кровать. «Береги себя, малыш» — прошептал Тони, прежде чем покинуть спальню.