Железнов, с меня хватит!

— Ну, здравствуй, крестник, — голос в телефонной трубке был приторно-елейным, отчего Родиону стало жутко: мало того, что ему позвонил сам Пиг, так он ещё вспомнил о том, что Вдовин был его крестником. А зная Вавилова, известного в кругах, уважаемых и авторитетных, как Пиг — такое прозвище он получил ещё в молодости за свою необъятную фигуру, а с возрастом тот и вовсе стал неотличим от хорошо раскормленного борова — можно было ожидать всего: за внешностью вечно потеющего добродушного толстяка скрывался безжалостный человек, готовый убить любого за лишнюю копейку. Ну хорошо, не за копейку, но за лишние сто баксов, точно. — Здравствуйте, дядя Кирилл, — Родион пытался говорить в блютуз-гарнитуру как можно более спокойным тоном. При этом он вёл машину, стараясь побыстрее покинуть пределы Москвы. — Поведай-ка мне, дружочек, почему я должен искать тебя по всей Первопрестольной? Неужели ты решил от меня спрятаться? Ай-ай-ай, не хорошо! — Нет, ну что вы, дядя Кирилл, я просто по делам забегался — учёба там, все дела, — Родион перестроился в другой ряд и попытался проскочить на мигающий красный. — Ну да, ну да, учёба — это хорошо. Учёба — это полезно. Вот окончишь наконец-то ты универ свой и сможешь правильно досчитать до пятисот тысяч. Ведь так? — голос Пига с каждым словом становился всё суровее и суровее. — До пятисот тысяч, — Родион сглотнул, он понял к чему клонит Вавилов. — Ну да, блядь, пятьсот тысяч баксов, на которые твой брат-дегенерат решил кинуть меня, — от былого спокойствия не осталось и следа — Кирилл Лукьянович визжал не хуже борова перед убоем. — Я тебя, сучонок, спрашиваю, кто будет отвечать за проёбаный герыч на пол-ляма баксов? — Дядя Кирилл, но Герман же не виноват, это вашим парням нужно было лучше прятать наркоту. — Слушай ты, выблядок, если ты думаешь, что раз мы с твоим покойным батей делили последнюю папиросу на зоне, так я тебя и твоего брата не урою, что ли? Да за такие бабки я мать свою собственноручно закопаю, не то, что вас. — Вот теперь Родион узнавал «старого-доброго» Пига. — Послушай, Пиг, я вообще не при делах, я не барыжу наркотой, я — хакер, — не зная, откуда у него взялись силы, но Вдовин решил сопротивляться, тем более он уже подъезжал к 60-летия Октября, дальше — МКАД, а там ещё чуть-чуть и ищи в поле ветру — он уже знал одно тёпленькое местечко для схрона — в пригороде Калуги. — Да мне похуй, как ты достанешь бабки. Иди, бля, и хакни какой-нибудь банк — ты же этим промышляешь? — Блядь, а ты думаешь это так просто по-твоему? — Пидорок, ты мне не груби. Кстати, ты же не думаешь, что сможешь просто отсидеться у своего, прости господи, хахаля в Калуге? — Эти слова поразили Родиона как гром среди ясного неба. — Не трогай его. Он тут вообще ни при чём. — Блядь, грёбаный хакер, чему вас только учат в ваших институтах? Вообще ни хера не смыслишь, как делаются дела. — Пиг вновь весело хрюкнул. — Я дал твоему Вадику шанс уйти с целым очком, и он с радостью сдал тебя со всеми потрохами. Так что я теперь знаю все твои норы, Каракурт. «Блядь! Блядь!!!» — Родион не верил своим ушам, как Пиг мог добраться до Вадика, они же были предельно осторожны. — Если ты его хоть пальцем тронул, я найду тебя и расхерачу твою жирную тушу к такой-то матери! — взревел Каракурт. — Вот теперь узнаю в тебе Дениса. Только, Родька, не бросался бы ты такими словами. Ты, может, Каракурт, там паутину всякую плетёшь, я в этом нихуя не смыслю, зато отлично знаю, что любого паука можно перешибить хоть санным тапком, понял намёк, крестничек? Не слы-ышу-у! — Да, понял. — Умный мальчик, не зря просиживаешь штаны в своей шараге, — ласково произнёс Пиг — он всегда легко переходил от угроз к благодушному тону, сбивая тем самым собеседника с толку. — Где Вадим? Что ты с ним сделал? — требовательно спросил Родион. — В душе не ебу, он так улепётывал, прикрывая свой зад, что, наверное, сейчас добежал до канадской границы, — Вавилов снова хрюкнул от смеха. — Сука, блядь, как я вас всех ненавижу! — Родион был зол на то окружение, среди которого рос он и его брат. Старшему брату Герману повезло меньше — у него не было такого острого ума, как у Родиона, зато он быстро впитал, будто бы с молоком матери, все прелести воровской жизни и стал чуть ли ни правой рукой сначала у отца, а когда его завалили конкуренты, у принявшего его дела Пига. Каракурт развернул машину и поехал обратно. — В общем, харе лясы точить. Чтоб сегодня же был у брата в СИЗО и передал ему, чтоб он помалкивал, а то неровен час языка лишится, а менты подтвердят, что так с самого начала и было. Ты меня услышал? — Услышал, — процедил Вдовин сквозь зубы. — Всегда говорил Лютому, что ты далеко пойдёшь. Ещё не был бы заднеприводным, так цены тебе б не было. Ну ладно, бывай, крестник. — Пиг отключился. Родион был в полном ахуе от разговора, в нём всё клокотало, хотелось взять АК-47 и завалить на хрен всю пиговскую кодлу, но он бы и пару шагов не успел сделать — грохнули бы на подступах. В бессильной злобе Каракурт стал биться головой о руль, позабыв о том, что его Audi вообще-то едет по оживлённой улице. Спохватившись, Родион начал оттормаживать как раз в тот самый момент, как на пешеходном переходе показался какой-то мужчина, который совершенно не смотрел по сторонам. Родион выжал педаль тормоза на полную и максимально вывернул руль. Сработавшая АБС удлинила тормозной путь, и мужчина, задетый по касательной, отлетел в сторону на несколько метров, сильно ударившись головой. В довершении ко всему в «жопу» многострадальной Audi RS3 въехал «Логан». «Твою мать, вот только трупака мне для полного счастья не хватало», — Родион застонал, осознавая, что это полный пиздец — Пиг его теперь точно закопает. А что? Приходи в СИЗО и бери его с распростёртыми руками, а лишняя пара сотен бакинских сделает так, чтоб о Родионе и Германе Вдовиных никто и никогда больше не вспоминал. Парень наконец-то вылез из машины и направился к сбитому им мужчине, ожидая увидеть там кровавое месиво и мозги наружу, однако оказалось, что рыжеволосый пешеход уже очнулся и хватался руками за кровоточащую голову. — Простите, вы так быстро выскочили на пешеходный переход, — Родион был в лёгком шоке, а мужчина и подавно. Он смотрел по сторонам ничего не понимающими серо-зелёными глазами, в которых затаилась какая-то безысходности и боль, только не физическая, а какая-то эмоциональная, что ли. Вдовину даже показалось, что пострадавший сожалел, что выжил. — С вами всё в порядке? — с беспокойством спросил он. — Я сейчас вызову скорую. — Не надо скорой, — медленно произнёс пострадавший. — Я сам виноват. «Какие у него поразительные глаза», — невесть откуда появилась бредовая мысль у незадачливого водителя. Мужчина попытался встать. — Прошу вас, не вставайте, вдруг у вас что-то сломано. — Со мной всё хорошо, — не унимался рыжеволосый. У него была какая-то странная причёска, словно её не доделали до конца. — У него, наверное, шок, — произнёс мужчина в форме охранника. — Я всё видел, — обратился он к водителю. — Ты ни хрена за дорогой не следил, а этот чудик попёр на кой-то. «Ценная информация», — подумал Вдовин, но ничего не ответил. — Я вызвала скорую, — сказала девушка в фартуке с логотипом ближайшего салона красоты. — Я же сказал: к чёрту скорую, — мужчина поднялся на ноги и, покачнувшись, едва не упал вновь. Родион в мгновение оказался рядом и подставил своё плечо. Пострадавший поднял на него взгляд и завис. Парень тоже не мог отвести от него взгляда. Они так и стояли бы, наверное, до вечера, но тут подошёл водитель «Логана» и начал грозить всеми карами небесными, вплоть до Гаагского трибунала, но, по всей видимости, его тирады совершенно не действовали на Родиона, который так и стоял, отчего-то глупо улыбаясь. По ходу, это не пешеход головой ударился, а Вдовин. Наконец, пострадавший полностью пришёл в себя и произнёс: — Молодой человек, автомобиль — это средство повышенной опасности, так что нужно всегда следить за дорогой, особенно в городе. Голос у мужчины был мелодичным, или, как бы сказали профессионалы, у него был лирический тенор. — Я знаю, я такой дурак, — Родион отчего-то почувствовал себя безусым юнцом на первом свидании. Мужчина, кажется, никак не отреагировал. Водитель «Логана» вновь стал привлекать к себе внимание, бесцеремонно вклиниваясь между Родионом и сбитым им человеком. — Сколько ты хочешь за свою колымагу? — когда мужик уже сидел у Родиона в печёнках, он включил «быка». Он достал из своей спортивной сумки, что лежала на заднем сидении, десять тысяч долларов — остатки былой роскоши, а точнее, остатки тех денег, что он смог обналичить после последнего хакнутого банка — и всучил их надоедливому водиле. — Тут десятка зелёных и прошу тебя исчезни, пока я добрый. — Родион зло зыркнул на мужика, тот с жадностью схватил пачку серых франклинов ещё в банковской упаковке и тут же слинял. Подъехала скорая, как мужчина ни упирался, но его погрузили на носилки и затащили во внутрь кареты скорой помощи. Родион поехал за ней следом, абсолютно начхав на то, что он сейчас скрылся с места ДТП.

***

— Ну что ж, Яков Григорьевич, к сожалению, у меня для вас неутешительные новости, — с профессиональным спокойствием произнёс нейрохирург. — При падении я что-то повредил в своей черепушке, — Овсянникова это даже забавляло — сегодня же такой «чудесный» день, что ещё может случиться с ним? — О нет, при падении вы заработали лишь гематому и небольшое сотрясение, а я говорю об этом, — врач Никоноров указал на довольно большое продолговатое тёмное пятно на снимке МРТ. — Это рак? — Яков побледнел. — К сожалению или к счастью, тут я не могу однозначно сказать, но это довольно большая церебральная аневризма. Вы знаете, что это такое? — Догадываюсь, но вы же меня просветите? — бывший историк окончательно сломался, его скромный интеллигентный стиль общения перестал иметь значение, поэтому он просто съязвил. — Это патологическое расширение просвета артерии головного мозга, в вашем конкретном случае, это базилярная артерия — довольно крупный сосуд, но и аневризма не маленькая. Так что это чрезвычайно опасная патология, грозящая вам в случае прорыва быстрым летальным исходом. — И что мне теперь делать? — спросил Овсянников, пребывая в какой-то медитативной отрешённости: всё, что он слышит происходит не с ним, это всего лишь такой сериал на медицинскую тему, он просто смотрит его… Да, всего лишь смотрит… — Ну, для полной диагностики я в первую очередь направлю вас на ангиографию. Контраст позволит нам рассмотреть аневризму и попытаться найти способ её обезвредить. Однако, хочу сразу предупредить: это не всегда возможно. Но я всегда надеюсь на лучшее, чего и вам советую. — Хорошо, я это учту, — Яков встал и не на своих ногах вышел в коридор, даже не попрощавшись с врачом. В коридоре его ждал Родион, который увидев призрака-Овсянникова, поспешил узнать, всё ли с ним в порядке и не нужны ли ему какие-либо лекарства. — Я всего лишь могу умереть в любой момент от кровоизлияния в мозг, — с поистине монашеским смирением ответил приговорённый к смерти. — Это из-за меня? Из-за того, что я на вас наехал? — Вдовин был полностью подавлен этой новостью. — Не волнуйтесь, юноша, это уже было в моей голове и довольно давно, так что, если бы не ваш наезд на меня, я бы так и не узнал об этом и умер в счастливом неведении, — философски произнёс Овсянников и направился к выходу. — Я вас отвезу, куда скажете, — спохватился через пять секунд виновник аварии. — А если я попрошу вас отвести меня на край света, вы это выполните? — с лёгкой улыбкой на губах спросил Яков. — На край света? Да без проблем, — парень улыбнулся в ответ, но он всё ещё не понимал этого странно притягательного человека. — Кстати, меня зовут Родион, если что, — представился Вдовин, когда они уже вышли из клиники. — Очень приятно, Яков, — они пожали друг другу руки, их взгляды встретились, и мужчины вновь выпали из реальности. — Ко мне или к тебе? — неожиданно нарушил молчание Овсянников. Да пошло оно далеко и надолго, он может умереть в любую минуту, некогда миндальничать. От внезапного вопроса Родион опешил, а потом, сглотнув, произнёс: — Как тебе будет удобно. — Тогда ко мне. Я живу в Текстильщиках, в десяти минутах от одноимённой станции метро. — Почему бы и нет, меня это устраивает, — пожал плечами Родион. Он открыл дверь своей машины и, галантно подав руку, помог Якову усесться на переднее пассажирское сидение.