Часть 1/2. Averse

      Гарри было грустно отдавать Снейпу белый дневник, который когда-то принадлежал Эйлин, ведь это последнее, что осталось у него от умершей подруги. Поэтому он решил подкинуть парню свой, чёрный дневник. Почему подкинуть? Потому что просто подойти и отдать его было бы как-то странно, учитывая напряжённые отношения между ними.       Вырывая исписанные страницы из дневника, Гарри обдумывал, как именно его подбросить, чтобы Снейп нашёл его, как можно скорее, и вспомнил, что вскоре все ученики разъедутся на каникулы, а из слизеринцев останется только Снейп.       «Вот проблема и решилась сама собой», — с облегчением подумал Гарри.       Со стороны двери в комнаты профессора раздался стук. Мужчина положил дневники на свою постель и прикрыл их снятой с себя мантией.       — Кто?       — Дядя, это я, — послышалось с другой стороны.       Гарри махнул рукой, и дверь открылась. В комнату вошёл Джеймс одетый в уличную зимнюю мантию.       — Тебя не было на завтраке, поэтому я пришёл сказать «пока» лично.       — Завтрак? — недоуменно спросил мужчина, а потом тихо добавил: — Я опять всю ночь глаз не сомкнул.       — Но теперь-то у тебя будет целых две недели на сон, — весело заметил Джеймс. — Или ты опять застрянешь в Аврорате? Ты хотя бы на Рождество заглянешь к нам? Мы же всё-таки одна семья, — печально закончил парень, скрещивая руки на груди и отводя глаза в сторону.       Гарри подошёл и по-отечески обнял своего племянника. Из-за работы преподавателем и аврором у него оставалось очень мало времени на семью. Его родной брат Фримонт уже начинал обижаться на него, мол, Гарри и вовсе перестал навещать их, даже по праздникам.       — Я заскочу на праздничную индейку, — пообещал Гарри.       Джеймс просиял:       — Тогда до Рождества, дядя, — сказал он, почти выходя из комнаты.       — До Рождества, — улыбнулся Гарри.       Как только дверь за его племянником закрылась, он тут же достал из-под мантии чёрный дневник и поспешил в слизеринскую гостиную. Времени у него было мало. Гарри точно знал, что Снейп вместе со всеми пойдёт провожать своих одногруппников. Значит, грубо говоря, времени не так уж много, чтобы подбросить дневник и остаться незамеченным.       — Хитрый змей, — сказал он портрету и тот, хоть и с большим неудовольствием, но всё же впустил его внутрь.       Теперь осталось найти место, куда положить дневник, чтобы это не выглядело подозрительно. Мысль о том, чтобы подбросить его в личные вещи парня, он отбросил сразу. Значит, оставить нужно в гостиной. Но где? На диване? Столе? Книжной полке?       Гарри опёрся рукой о столик возле камина и чуть не свалился на пол из-за того, что у того была сломана ножка.       «Надо чем-то подпереть, — мелькнула мысль. — О!»       Он достал дневник и положил его под сломанную ножку.       «Парень будет проводить тут очень много времени. Глядишь, через пару дней заметит его».       Гарри покинул факультетскую гостиную, так и оставшись никем незамеченным. Ну, кроме портрета, конечно же, но это неважно. Теперь ему предстояла прогулка по Хогсмиду с целью закупки подарков для родных и друзей.

***

      Спустя один час и десяток магазинов Гарри осмотрел содержимое своих пакетов.       «Так, Джеймсу — новый снитч, маме — очки для скорочтения, отцу — набор шахмат, Рону и Гермионе — портключ на тёплые острова на три дня… Осталось купить Хагриду сову и директору хрустальную вазочку для сладостей», — подумал Гарри прежде, чем увидел знакомую тёмную фигуру у книжного магазина. Присмотревшись получше, он удостоверился, что это Снейп.       Юноша смотрел прямо в витрину, а в какой-то момент даже приложил свою ладонь к стеклу, а после этого, с грустными глазами, опустив голову, он ушёл прочь не оглядываясь. Гарри стало любопытно, что могло так заинтересовать, а потом расстроить юного мага. Подойдя к магазину, мужчина с удивлением понял, что это была обычная книга по ненавистному Гарри Зельеварению. Потом его взгляд упал на цену, та была немного завышена, но ведь на носу новогодние праздники. Постояв ещё несколько минут, он вошёл внутрь.       Пожилой продавец сразу поприветствовал его и улыбнулся:       — Ищите что-то конкретное? Подарок?       — Можете показать мне книгу с витрины?       Улыбка продавца стала ещё шире.       — У вас прекрасный вкус! — лепетал он, доставая книгу и протягивая её Гарри. — «Паувен Смокин «Зельеварение для продвинутых»! Ограниченное издание, большая редкость!       Гарри одолевали смешанные чувства, а перед глазами стоял грустный взгляд Снейпа.       — Беру, — решился он. — Заверните, пожалуйста, в подарочную бумагу.       Рождество светлый праздник и каждый заслуживает подарок. К тому же, учитывая, что из-за Гарри мальчик должен остаться на каникулах в школе, вместо того чтобы праздновать дома с отцом. Да и Снейп всё равно не догадается, от кого этот подарок.       — Как подписать праздничную открытку? — учтиво поинтересовался продавец с пером в руках.       — Подписывать не нужно, — сказал Гарри, положив на прилавок нужную сумму и убирая коробку в один из пакетов. — Счастливого Рождества.       — И вам того же! — улыбнулся мужчина.

***

      Как только Гарри переступил порог собственной комнаты и положил пакеты на пол, к нему вплотную подлетел белый дневник и раскрылся. На листе, словно из воздуха, появлялась надпись, сделанная каллиграфическим почерком:

      «Собственность Принца-полукровки»

      Надо же, а он нашёл его гораздо быстрее, чем я думал, — ухмыльнулся Гарри, снимая с себя мантию, и оставаясь только в брюках и в белой рубашке. Он взял висящий в воздухе дневник и уселся в кресло у камина.       — Инсендио! — Поттер направил на дрова свою палочку и в камине тут же вспыхнуло пламя.       Следом за подписью в дневнике потихоньку начали вырисовываться следующие предложения:

«Что бы сказала мама, если бы увидела меня сейчас? Я стал лучшим студентом Хогвартса, несмотря на то, что учусь только на пятом курсе. Она бы гордилась мной или же была бы разочарована тем, каким я стал?.. Порой меня с головой накрывает апатия, и в этот момент мне особенно не хватает её присутствия и успокаивающих тёплых объятий. Я точно знаю, что Поттер как-то связан с ней, но не хочу верить, что у них были какие-то чувства друг к другу. Это было бы просто ужасно!»

      Гарри округлил глаза. Он немного смягчился, когда прочитал о том, что парень скучает по умершей матери.       «А мальчишка не глуп. Надо быть с ним поосторожней. Хотя, с другой стороны, это доказывает, что он не слышал мой вчерашний разговор с профессором Биннсом.»       Часы пробили шесть, а это означало, что ужин должен был вот-вот начаться. Гарри закрыл и убрал свой дневник, а потом стал быстро собираться. Ему не хотелось пропустить ещё и этот приём пищи, так же, как и завтрак утром. А ещё ему безумно хотелось выспаться, всё-таки бессонная ночь давала о себе знать.

***

      К Рождеству Большой зал, как всегда, украшало множество огромных елей, украшенных красивыми игрушками, хрустальными шарами и присыпанных волшебным снегом. К каминам были прибиты крупные красные носки для подарков, а стены разрисованы праздничными фресками. С заколдованного потолка неспешно падали снежинки, кружась в весёлых хороводах.       Вместо привычных длинных столов, за которыми обычно сидели студенты четырёх факультетов, теперь в центре зала стоял один круглый. За ним уже расселись преподаватели и оставшиеся на каникулы ученики. Оставалось всего два пустых места: одно рядом с профессором Слизнортом, а второе — с Хагридом. Недолго думая, Гарри подсел к своему старому бородатому другу. Несмотря на то, что стол был полностью заставлен едой, никто к ней не притрагивался, хоть Гарри и уловил голодные взгляды студентов. Он решил, что они ждали, когда все соберутся, поэтому, чтобы ожидание не было таким напряжённым стал болтать с Хагридом и остальными присутствующими о предстоящих праздниках.       Прошло около пятнадцати минут и в Большой зал вошёл Снейп.       «Надо же, он всё-таки решил удостоить нас своим визитом», — ехидно подумал мужчина.       — Ах, Северус, ты успел как раз к началу ужина, — улыбнулся ему Дамблдор, завидев парня. — Пожалуйста, присаживайся на свободное место.       Он, быстро кивнув, сел куда велели, и, только после этого, все приступили к трапезе. За столом царила дружная и непринуждённая атмосфера, все разговаривали, рассказывали забавные истории из жизни, но вдруг праздничную идиллию нарушил один простой вопрос, прозвучавший из уст профессора Слизнорта:       — Скажи, Северус, а почему же ты решил остаться на каникулах в школе? Насколько я помню, ты всегда возвращался домой.       Гарри напрягся, но не подавал виду, продолжая разговор с Хагридом о выведении соплохвостов.       — Мне назначили месяц отработок. Причём это было при вас. Неужели вы забыли? — обыденным тоном сказал Снейп, а лицо Слизнорта покрылось красными пятнами смущения.       Гарри предчувствовал надвигающуюся беду.       — Гарри, — возмущённо обратился к нему Слизнорт. — Неужели ты оставил Северуса отрабатывать наказание на праздники?!       Разговоры за столом тут же смолкли. Повисла неловкая тишина.       — Да, — невозмутимо произнёс преподаватель ЗОТИ, со стуком поставив свой стакан на стол.       — Но почему? — не унимался зельевар.       Гарри сердито посмотрел на сжавшегося на стуле Снейпа. Не говорить же всем, что в Аврорат поступила информация о том, что Малфои могут быть Пожирателями? А ведь Снейп как раз должен был провести каникулы у них, чего Гарри никак не мог позволить.       — Потому что, профессор Слизнорт, ученикам не хватает дисциплины, — сказал он первое, что пришло в голову. — Если был назначен месяц отработок, значит, мистер Снейп будет посещать месяц отработок, не пропуская ни единого дня.       — Гарри, — тепло обратился к нему Дамблдор. — Может, тебе стоит быть чуточку помягче?       — Нет, — жёстко отрезал профессор ЗОТИ. — Нерадивые студенты должны нести наказания за свои проступки, чтобы впредь не нарушать правила школы.       «Мерлин! Что я вообще несу? Это учитывая, сколько школьных правил я и сам нарушил в прошлом».       — Следите лучше за своим племянником! — вдруг вскипел Снейп, вскакивая со своего места и опираясь сжатыми кулаками с побелевшими костяшками о праздничный стол.       Сказать, что Гарри был удивлён такой резкой сменой поведения, это ничего не сказать. Такая явная агрессия, да ещё и при свидетелях.       — Минус пятнадцать очков Слизерину за неуважение к преподавателям, — убийственно спокойно произнёс Поттер. — До сих пор считаете, что мне стоит быть помягче? — с ехидной ухмылкой обратился он к преподавательскому составу.       Профессора смущённо уткнулись в свои тарелки, не зная, что на это ответить.       — Таких как вы, — снова обратился Гарри к Снейпу, — нужно учить манерам и уважению к старшим.       Хоть Гарри и нарушал школьные правила, но он никогда не перечил преподавателям, какими бы они ни были.       — Вы совершенно правы, сэр, — сквозь зубы процедил юноша, быстро покидая стол и направляясь к выходу из Большого зала.       Неловкая пауза затянулась. Было только слышно, как постукивают приборы о фарфоровые тарелки.       — Пожалуй, мне тоже уже пора, — спокойно произнёс Гарри через некоторое время, отодвигая от себя тарелку. Он быстро попрощался со всеми и удалился в свой кабинет, где ему ещё нужно было написать письмо в Аврорат.       Он даже не успел переступить порог кабинета, как к нему подлетел белый дневник и открылся на уровне лица. Гарри быстро захлопнул его и спрятал себе под мантию, оглядываясь по сторонам. Он не желал, чтобы кто-либо знал о дневниках. Войдя в комнату, мужчина разжёг камин и факелы, висящие на стенах, а также пару свечей на своём столе. Потом спокойно открыл дневник на нужной странице и принялся читать.       

«Я его ненавижу! Просто презираю! Надменный лицемерный тиран! Почему он всё время ко мне цепляется?! Почему я должен быть «дисциплинированным», а его тупой родственник — нет!? Что вообще могло произойти у него с моей мамой, что я заслужил такое отношение с его стороны? Скорее всего она не приняла его чувств и теперь он отыгрывается на мне. Поверить не могу, что у меня мелькала мысль, что он хороший человек!»

      Гарри усмехнулся. «Надо же, как мальчишка хорошо скрывает свои эмоции. Зато я теперь точно знаю, что они с Джеймсом никогда не станут друзьями. И он что, действительно считал меня «хорошим человеком», даже несмотря на то, как я к нему относился?»       Послышался тихий стук в дверь. Гарри быстро спрятал дневник в выдвижной ящик стола и бросил взгляд на часы, которые показывали пять минут восьмого.       — Войдите, — устало сказал он, не понимая, кого вообще могло принести к нему в такой час.       Дверь немного приоткрылась и в появившуюся щель чёрной тенью проскользнул юноша.       — О, мистер Снейп, вы всё-таки решили удостоить меня своим присутствием, — съязвил Поттер, как только увидел, кто перед ним. — Минус пять очков за опоздание.       На самом деле, он был сильно удивлён его приходом, особенно после того, что случилось буквально полчаса назад, а ещё учитывая записи в дневнике.       Снейп стиснул зубы, метнул на профессора злобный взгляд, но промолчал.       — Пикси голодные, — сказал профессор скучающе, так и не дождавшись реакции оппонента. — Накормите их ягодами из корзины и проследите, чтобы они все были сыты, — сказал мужчина, поднимаясь со своего стула. — Я буду в чулане. Как закончите — сообщите.       Гарри было очень тяжело находиться с этим мальчишкой в одной комнате. Ему казалось, что своим поведением он предавал Эйлин. Может быть, ему стоило сменить свой подход? Или же воспоминания об умершей подруге затмевали его разум, не давая в полной мере увидеть, каким человеком на самом деле являлся Северус Снейп?       Все эти мысли вились в его мозгу, причиняя головную боль. Слишком много мыслей, которые совершенно ни к чему. Мысли, от которых ему нужно было избавиться.       На глаза как раз кстати попался Омут Памяти, и Гарри вытащил его из-под завалов других артефактов и книг, а потом поместил на подходящий столик у самой дальней стены. Достав свою палочку, он сконцентрировался на самых ярких воспоминаниях о своей подруге и стал раз за разом опускать светящиеся нити воспоминаний в ровную гладь Омута Памяти. Как только последнее воспоминание покинуло его голову, Гарри облегчённо вздохнул, чувствуя небывалую легкость во всём теле. Со стороны кабинета послышался сильный грохот, и он сразу же пошёл проверять, что могло случиться за то время, пока его не было.       Увиденное заставило его замереть. Посреди его кабинета находился мужчина в протершихся спортивных штанах и заляпанной старыми и новыми пятнами когда-то белой, растянутой майке, с бутылкой пива в одной руке и с широким кожаным ремнём в другой, покачиваясь из стороны в сторону. Гарри с трудом узнал в нём Тобиаса Снейпа.       — Мелкий ублюдок! Поганый щенок! — прорычал Тобиас, отпивая из бутылки какое-то пойло и замахиваясь ремнём на парализованного от страха мальчика.       Такие слова поразили Поттера. Заметив открытые дверцы старого шкафа, он сразу понял, что это всего лишь простой боггарт… Но ведь это означало, что самым большим страхом для мальчика являлся родной отец.       — Не надо, — прошептал юноша, вжимая голову в плечи.       Гарри не медлил ни секунды.       — Редикулус!       На глазах у перепуганного парня его разъярённый отец упал на четвереньки. Руки и ноги мужчины стали превращаться в копытца, нос в розовый пятачок и вскоре перед парнем стоял большой хряк болотного цвета с фиолетовым клочком волос на макушке. Поросёнок, противно взвизгнув, быстро спрятался обратно в шкаф, закрывая за собой дверь.       — Я думал, что вы самый способный студент школы, — начал Гарри, — а вы даже не в состоянии победить боггарта, которого мы изучали на третьем курсе… — но он тут же осёкся, увидев состояние юноши.       Лицо Северуса было белым, как снег за окном, и его било крупной дрожью. Кажется, он не понимал, где находится. В его глазах застыли слёзы, готовые вот-вот выплеснуться наружу.       Профессор подошёл ближе и присел на корточки рядом с перепуганным юношей. Парень, почувствовавший, что что-то приближается, дернулся в сторону, но увидел перед собой лишь взволнованное лицо преподавателя. А Гарри действительно волновался, ведь простой боггарт смог довести пятикурсника до такого состояния. Казалось, что мальчик вообще не понимает, где находится и кто сейчас перед ним, потому что Северус наклонился ближе, руками цепляясь за его плечи и прижался ближе. Гарри чувствовал, как колотило несчастного парня и, чтобы успокоить его, профессор тоже притянул его к себе. Гарри, внезапно осознал, что этот мальчик никогда не станет новым Тёмным Лордом и все те годы, что он «изучал» его, были напрасны.       — Это просто боггарт, твоего отца здесь нет и никогда не будет, ты в безопасности, — он осторожно начал поглаживать рукой длинные волосы юноши. — Успокоился? — осторожно спросил профессор, отстраняясь от Северуса.       Тёмные глаза блестели от слёз, а на щеках играл ярко-красный румянец, что показалось Гарри очень милым.       — Да, — сипло произнёс парень, пытаясь скрыть своё смущение. — С-спасибо за помощь.       — Я не могу вспомнить тебя на том уроке, когда мы проходили боггарта, — спокойно произнёс Поттер, внимательно осматривая юношу перед собой.       — Всё просто, сэр. Я тогда неделю лежал в Больничном крыле после стычки… — парень умолк, так и не закончив предложение.       — Всё понятно, — печально ответил мужчина, понимая полный масштаб своего бездействия в отношении постоянных стычек Снейпа и Мародёров. — Пойдём, твоя отработка закончена. Я провожу тебя до гостиной.       — Я и сам могу…       — Я провожу, — настоял преподаватель, поднимаясь с пола и поднимая за собой своего ученика, — чтобы убедиться, что с тобой точно всё в порядке.       Всю дорогу они шли молча, Гарри специально замедлил шаг, чтобы идти в ногу со своим учеником, и постоянно посматривал на него, проверяя его состояние. Так они и дошли до нужной картины в подземельях. Парень пару раз порывался что-то сказать, но не знал, что именно, поэтому просто открывал и закрывал свой рот. Заметив это, Гарри решил немного повеселиться. Он сделал пару шагов ближе к юноше, а тот в свою очередь попятился назад, пока не уткнулся в стену. Мужчина упёр свою руку о стену справа от головы Северуса. Они смотрели друг другу в глаза, и парень явно нервничал, что было видно по его глазам, мечущимся из стороны в сторону. Гарри почувствовал странное чувство умиления к этому созданию. Он наклонил голову набок, словно кот, и придвинулся ещё ближе.       Парень зажмурил глаза, а на губах Гарри появилась торжествующая улыбка.       — Хитрый змей, — азартно сказал он в лицо Северуса, отступая назад, после чего, больше не сказав ни слова, быстрым шагом покинул подземелья.       Шалость удалась.