Crossed Badlands Крещеные на выпускном

      - Валь! Подожди! - со спины послышался знакомый голос. Валентин обернулся и увидел бегущего к нему Дениса. "И какого дьявола ему от меня надо!?" - молодого человека взбесило, что его так нагло и бесцеремонно отвлекли от столь важной рефлексии. - Слушай, у меня к тебе дело, - тот, немного запыхавшись, остановился перед ним, и как-то взволнованно стал озираться. Валентин ничего не ответил, а лишь вопросительно вздернул бровь. - Скажи, - Денис понизил голос, - ты действительно убил того чела на заправке? - Конечно нет! - парень рассмеялся, поразившись наивности собеседника. - А даже если б это было правдой, ты думаешь, я бы все так просто рассказал? И только не надо морализаторств! Я уже всем все пояснил! - Да тише! - тот зашипел, еще раз нервно осмотревшись. - Я не морали читать тебе хочу! Я хочу... - он замялся, затем придвинулся ближе и заговорил совсем тихо, - ты мог бы убить Селиванова? - Чего? - Валентин нервно усмехнулся, ожидая услышать все что угодно, но не это, - ты с дуба рухнул? - А что? Нам надо Карину спасти! И если для этого надо будет грохнуть Селиванова... - Да ты ебанулся? - Валентин резко перебил его, - хочешь, чтоб меня завтра так же на костре сожгли? Вот уж спасибо, я как-то не заинтересован! - Но что же делать! - Денис тоже повысил голос, на лбу проступили морщины от негодования, - просто ждать и смотреть, как Каринку сожгут! Так что ли? - Успокойся. Если я тебе скажу, что убийство Селиванова ничего не изменит, тебе станет легче? - Это еще почему? - Ну вот подумай сам. - Валентин закусил нижнюю губу и уставился собеседнику в глаза, - допустим, завалим мы его. А что дальше? На его место сразу встанет другой, какой-нить Пупков полоумный, или другой местный додик поехавший. Понимаешь, они тут все такие. Убийство Селиванова вообще ни на что не повлияет. - Тогда что же нам делать?! - гнев на лице Дениса сменился отчаянием, - может сбежать? Отобьём Карину и свалим? - Ты прикалываешься? Их больше, они вооружены. Сам-то прикидываешь наши шансы, которые примерно ноль? - Валентин на мгновение задумался. - Хотя, знаешь, вот если б на нас напали крещеные, и все сектанты отвлеклись бы на оборону, вот тогда у нас был бы шанс улизнуть по-тихому. Других идей у меня нет, сорян. Не дожидаясь ответа, молодой человек пошел дальше, желая побыстрее отвязаться от назойливого Дениса. Тот же остался стоять посреди улицы, обдумывая услышанное. Слова о нападении крещеных на поселение взбудоражили его разум. Внезапно Денис понял, что придумал план спасения Карины. Собрав в кулаки всю свою решительность, он двинулся вперед. Нужно было срочно найти Тимофея или Григория. Без них ничего не получится. Денис решил, что все его ночные вылазки прошли не зря, теперь то он точно станет героем, который всех спасет.

***

      Юлия вела под руку Марию к женскому бараку. Едва девушка пожаловалась на боль в ноге, как подруга без всяких вопросов повела ее к жилищу, где можно будет полежать и отдохнуть. А та была не против. Новости о возможной казни Карины настолько вывели ее из колеи, что даже говорить сил не было. Пускай Марию и раздражали постоянные пошлости и похоть рыжей, но смерти она ей не желала. И чем тут можно помочь идей совершенно не было. Достать пистолет из тайника в бараке и под угрозами заставить выпустить Карину? Такой план был слишком наивным. Скорее тогда есть риск разделить участь рыжей. Оставалась надежда, что учительница с полицейским что-то придумают. Внезапно прямо перед ними на дорогу выскочила девочка в платке и длинном платье. Увидев Юлию, она расплылась в широкой улыбке и радостно запищала. - Она здесь! - восторженно заголосила девушка, подпрыгивая на месте, - сюда, быстрее! Спустя мгновение из-за угла выбежали еще несколько ребят. Все они с восторгом уставились на Юлию, и тут же кинулись к ней, протягивая руки. - Она блаженная! Она святая!  - наперебой заголосили дети сектантов. Подростки обступили Юлию со всех сторон. Марии пришлось потесниться, чтобы ее не пихали. Некоторые из сектантов падали на колени перед блондинкой, другие просто тянулись к ней, стараясь прикоснуться. - Я папе сказала, что ты святая, а он меня по губам отлупил, сказал, что это ересь! - пожаловалась одна из девушек с темными волосами. - Так пускай девочка не говорит, что она святая! Пусть это будет тайна! - Юлия добродушно улыбнулась. - Какая она мудрая! Какая праведная! - вновь заголосили сектанты. Мария усмехнулась, подумав про себя, что пускай и мысль Юлии была простой, но далеко не очевидной, и, пожалуй, самой верной. Тем временем к группе сектантов подтягивалось все больше и больше народу. В одной из подошедших Мария узнала Ливию. - О, великая святая! - она заулыбалась, зашла сзади и обняла Юлию, - какая красивая! - ее руки будто бы невзначай скользнули прямо на грудь блондинки. Та лишь добродушно захихикала, закрыв глаза. А Мария, видя это, тут же подскочила к Ливии, ковыляя, опираясь на трость. Ухватила ее за руку и с силой отдернула. - Ты что творишь! - злобно прошипела Мария, - тебе Карины мало? Хочешь Юлю подставить? - Ладно, извини… - виновато прогундосила сектантка и опустила глаза. - Что у вас тут? - со спины раздался знакомый голос. Мария обернулась и увидела подошедших Тимофея и Григория. Оба были непривычно мрачными, а недельная небритость добавляла их виду особого уныния, будто эти двое пили не просыхая и сейчас страдали от похмелья. - О, привет! - Григорий вяло помахал сектантке, - тебя ж вроде Ливия зовут? - Ага! - она ухмыльнулась, обнажая зубы. - А где остальные? - Да тут, ща, где они там. - Ливия обернулась и помахала кому-то в переулке. Спустя мгновение к ним подошли Вадим и Сергий. Когда ребята пожали друг другу руки, Тимофей осторожно осмотрелся, проверяя, чтобы поблизости не было никого из старших, и предложил отойти в сторону. Юлия же осталась в окружении сектантских детей, которые не переставали перед ней благоговеть. - Ну чего там, сильно вам досталось за ту тему? - Тимофей сочувственно глянул на ребят. - Да не впервой, все норм, - мрачно усмехнулся Вадим. - Всыпал нам, конечно, этот пендюк старый как следует, ну да пофигу. Оно того стоило. - Сергий говорил более уверенно. Больше никто ничего не ответил. Несколько секунд висела гнетущая тишина. - Слушайте, вы ж в курсе, что у нас случилось? - после неловкой паузы слово взял Григорий, - помните ж Карину, ну ту, рыжую девочку? Ее, походу, реально убить собираются. - Кончено, слышали. Это жесть, парни. Тут реально все плохо. - Вадим покачал головой. - Жаль это говорить, но вашей подруге действительно не помочь, - Сергий уставился в пол и тяжело вздохнул. - Да чо рил ничего не сделать?! - вспылил Тимофей, непроизвольно сжимая кулаки. - Как так-то? Неужели этому пидорасу старому никак не объяснить, что Каринка не виновата и не могла ничего такого сделать? - Послушайте, я вам сейчас кое-что расскажу, - в разговор вмешалась Ливия, осмотревшись по сторонам, и жестом призвала всех придвинуться к себе, - Карину же поймали с Милой, причем в школе, и сделал это Эдик Черенков, по сути, левая рука Романа Петровича? Так вот, этот Черенков тот еще извращенец. Вечно лезет к девочкам. До этого он к Насте прицепился, все ее преследовал. Она попыталась жаловаться, но Селиванов ничего не сделал. Отправил ее к Нине Жовнер на обследование, а та сказала, что не девственница она, блудница. Так Настю отвели к дому родителей и камнями забили. - Девушка нервно сглотнула и поправила волосы, - а потом, я слышала, этот любодей за Милу взялся. Ну ту самую, с которой Карину застукали. По любому это Черенков подстроил, - она помолчала на мгновение и мрачно подытожила. - Раз это его дела, то Селиванов точно никак вам не поможет, будет за своего до последнего. - Охуеть... И неужели ничего нельзя сделать? - Мария чувствовала, как ее голос дрожит, к горлу подкатывал комок, она стала сдерживаться изо всех сил, чтобы не разрыдаться. - Ну может хотя б нам как-то можно будет с Кариной повидаться? Может там удастся поговорить с ней хоть? А там уж придумаем чего, может, высвободить ее удастся? - с надеждой в голосе произнес Григорий. - Исключено, - Вадим цыкнул и покачал головой, - наверняка ее держат в подвале под охраной. Сомневаюсь, что можно хоть что-то сделать. Скорее только сами подставитесь. - Он помолчал несколько секунд, нервно теребя подол рубашки, - неприятно мне это говорить, но лучше позаботьтесь теперь о себе. Селиванов и его окружение будут всячески стараться и вас тоже на костер отправить, если кто не покорится. - Ну пиздец, охуеть теперь. - Тимофей с досады сплюнул наземь. Теперь ребята просто стояли молча. Каждый боялся смотреть друг другу в глаза. Тишину нарушало лишь бормотание других сектантов, которые продолжали восхвалять Юлию, как святую. Внезапно Тимофей увидел, как к ним чуть ли не бегом спешит Денис. - Бля, пацаны! - когда он поравнялся с остальными, то остановился и уперся руками в колени, стараясь отдышаться, - еле нашел вас! Короче, есть разговор, срочный! - Ну ок. - Тимофей глянул на сектантов, - ща, пять сек! Затем он вместе Григорием и Денисом отошел в сторону. Тот осмотрел приятелей, выдохнул, после чего шепотом затараторил: - Короче, у меня есть идея, как спасти Карину, но действовать надо сейчас, иначе ничего не получится! Нужна ваша помощь, чтоб все это повернуть! - Лады, давай выкладывай, чего там! - Григорий уверенно хлопнул его по плечу. - Ты ток не нервничай. Не спеши, - Тимофей старался говорить успокаивающим тоном, хотя сам сильно нервничал от такой новости. - Сможете устроить что-нибудь, чтоб отвлечь сектантов? - Денис по очереди глянул на товарищей, - ну то есть прям реально что-нибудь жесткое! Главное, чтоб Селиванов прибежал! И прислужники его ближайшие! - Да не вопрос, сделаем! - Тимофей усмехнулся и пожал плечами, - а ты-то чего делать будешь? - Нет времени объяснять, это надо делать сейчас прям! Просто доверьтесь мне! - Ну лады! Ща устроим все! - Погнали! - Григорий хитро улыбнулся предвкушая, как будет угорать с перекошенной рожи главаря сектантов. После той порки он твердо решил еще хоть раз выбесить этого старикана. Даже если его снова будут ждать побои — это все равно того стоит. Главное, чтобы сейчас было весело. Молодые люди направились из подворотен к главной площади возле церкви. - Ну чего? Может, какую селяночку за жопу полапаем? - с усмешкой спросил Григорий. - Да не, ты чего? Нам ж за такое яйца отрежут потом! - Тимофей покрутил пальцем у виска, - давай все ж чтоб нам тоже потом не сильно влетело? - Ну как скажешь! Тогда просто будем орать матом и пиздиться? - Годится! Ну что, приступаем? - А то! - Григорий театрально прокашлялся и закричал, что есть силы. - Нахууууй! Хуй, нахуй, похуй, хуюшки, хуя! - Ты чего бля делаешь, нахуй ты материшься, гандон! - Тимофей, не в силах сдержать смех, толкнул его в грудь. - Да похуй мне блядь, мамку ебал! - тот отбежал в бок и отвесил товарищу пинка. Сектанты заохали и заахали. Послышались вопли возмущения, кто-то начал молиться, другие требовали позвать Селиванова. Женщины закрывали уши и глаза детям, стараясь увести их в сторону. Мужики с перекошенными от гнева лицами бежали на парней со всех сторон. Но Григория ничуть не пугала грядущая взбучка. Главное удалось поджечь задницы этим мракобесам. А в это время Денис бежал со всех ног к дому главы сектантов. Со спины он слышал вопли и крики, доносящиеся с площади у церкви. Про себя молодой человек надеялся, что план сработает. Парень не стал посвящать во все подробности своих приятелей. Наверняка те начали бы его отговаривать, поскольку это чистой воды безумие. Только другого варианта для спасения Карины не существовало. Вот впереди показался высокий забор, за которым виднелась крыша дома Селиванова. Денис осмотрелся. Вокруг ни души. Значит, все чисто и можно действовать. Он аккуратно подошел к штакетнику, ухватился за края и подтянулся. Ему открылся вид на уже знакомое крыльцо и сарай у дома. При свете дня все выглядело ухоженным и аккуратным. Но главное, что на участке никого не было. Парень уперся ногами в забор и кое-как сумел вскарабкаться наверх. Едва он спустился на землю, как сразу же кинулся в дом. Внутри помещения оказались неожиданно чистыми и опрятными. В коридоре аккуратно стояла обувь, в открытом шкафу висели тулупы и телогрейки. Денис прошел в комнату, где, к удивлению, обнаружил работающий компьютер. Под потолком была люстра. У широкой кровати стоял магнитофон. Молодой человек аж присвистнул от неожиданного контраста. Пока все сектанты живут в средневековых бараках без удобств, дед этот ни в чем себе не отказывает. Только Денис понимал, что глазеть по сторонам не было времени. Хозяин в любой момент мог вернуться. Нужно было искать то, зачем пришел. Парень заметался по комнате, и, к своему счастью, быстро заметил спутниковый телефон, который лежал на тумбе, подключенный к кабелю зарядки. Молодой человек тут же схватил телефон и дрожащими пальцами принялся набирать префикс и знакомый девятизначный номер. Теперь только один человек мог спасти его из лап этой ужасной секты. Не только его, но и Карину, и всех остальных. Как всегда, настоящая помощь может пройти только от самого родного, самого близкого человека. И только благодаря этому вмешательству он сможет стать героем, спасти остальных от сектантов. Главное, чтобы на звонок ответили. Каждая секунда ожидания тянулась невероятно долго. Сердце бешено колотилось, пот градом лил по лбу и спине. - Кто это? – наконец из трубки прозвучал металлический голос. - Мама? – осторожно произнес Денис, – мам, это ты? - Оооо сыночка-корзиночка! Не ожидала! Хочешь полизать мамочкину писечку? Хлебнуть мамочкиной мочи? – госпожа крещеных радостно заверещала. - Мам, послушай! Мне срочно нужна помощь! - Так мамочка поможет! Мамочка тебя трахнет! Мамочка выебет тебя как следует! - Леди Сиська тяжело дышала в трубку, то и дело громко сглатывая. - Только скажи, где ты? Мамочка тут же примчится! - Мы у каких-то сектантов! Община вроде Серп называется! У них тут Селиванов главный! - Денис лихорадочно стал вспоминать ориентиры и приметы, по которым можно найти село, - оно по шоссе за Красновкой, там километров пятнадцать... - Да заткнись, хряк ебаный, питух пидорас! Я знаю где это! Поучать еще меня будешь, пидор перетраханный! Я тебе оглоблю в жопу суну, чтоб изо рта вышла, тогда научишься с матерью разговаривать! - Мама прошу! - парень что есть силы старался абстрагироваться от всех ужасных вещей, которые слышал, - тут полно сектантов! Они вооружены! Просто так... - Ебала я в рот, в пизду и в жопу твоих сектантов! Я всех перетрахаю! Лизать заставлю! Жди меня, я и тебя клитор сосать заставлю, узнаешь тогда, как мать не слушать! - в трубке послышался дикий смех, который сменился какими-то чавкающими звуками. Денис больше не мог это слушать. Он отключил звонок и положил телефон на место. По щекам непроизвольно потекли слезы. Все же смириться с тем, во что превратилась его мать, парень не мог. Сердце натурально начало болеть. Но Денис утер рукавом лицо и поспешил прочь из дома Селиванова. Молодой человек не хотел, чтобы кто-то его здесь застал. Он постарался отринуть все печальные гнетущие мысли о матери, надеясь, что та его услышала и действительно придет сюда. Тогда все произойдет, как говорил Валентин, и у них под шумок будет шанс сбежать.

***

      Наступил день казни. С самого утра весь народ согнали на площадь перед церковью, где уже соорудили два костра в виде шестов обложенными дровами. Сектанты смиренно стояли, не произнося ни звука. Валентин с призрением глядел в их лица, считая, что те ведут себя словно скот без эмоций и осознания. А среди своих товарищей молодой человек ощущал страх и отчаяние. Сабрина, еле сдерживая плач, жалась к Елене Жанаевне, которая аж посерела от ужаса и гнева. Вечером парень сумел подслушать, как та во дворе ругалась с полицейским, умоляла его хоть что-то сделать. Но сержант лишь отвечал отказом и пытался успокоить учительницу. Под конец математичка влепила ему затрещину и ушла. Сейчас сам Николай выглядел мрачнее тучи. Он стоял с поникшей головой и нервно теребил пальцы. Юлия крепко прижимала к себе Марию, а та практически повисла на ней. Казалось, что обе вот-вот заплачут. Валентин даже не мог понять, кто из них кого пытался успокоить, хотя, скорее всего, девушки старались помочь друг другу одновременно. К его удивлению, даже на лицах Алисы и Анастасии не было привычного ехидства и надменности. Видимо боялись, что запросто могут оказаться на месте Карины. Тимофея с Григорием вчера нехило выпороли за их выходки, но, тем не менее, и тот и другой выглядели относительно бодро. Но даже они не источали того задора, игривости и беззаботности. Очень странно себя вел Денис. Стоял вдалеке от остальных, постоянно озирался, его взгляд бегал. Валентин понял, что парень явно нервничает, как будто боится опоздать куда-то. Только разве ему нужно спешить? Что за такие неотложные дела у него появились? Хотя, по большому счету, Валентину не было до него особого дела. Его куда сильнее бесили бывшие подсосы. Борис с Вячеславом старались во всем копировать сектантов, явно не переживая по поводу казни Карины. Молодой человек сжал кулаки, решив, что теперь те двое искренне считали, что рыжая заслуживает наказания за так называемые грехи. Наконец, явился Селиванов в сопровождении нескольких вооруженных бородачей, среди которых Валентин сразу узнал Пупкова. Шедшие сзади сектанты вели под руки пухлую девушку с большими губами и внушительной грудью. Очевидно, это была Мила. Рядом с ней молодой человек заметил Карину, только без очков. Они обе выглядели ужасно: бледные, грязные, заплаканные, с ссадинами и синяками на лице. Милу, судя по всему, окончательно сломали. Она двигалась вяло, словно пьяная. Безжизненные глаза тупо смотрели в землю. Карина же наоборот принялась яростно осматриваться по сторонам, будто чего-то искала. - Послушайте, мы ни в чем не виноваты! Мы ничего не сделали! - заорала она во весь голос, - нас заставил Черенков это делать! Он нам угрожал! Принудил, зарезать обещал! - А ну быстро замолкни, нечестивка! Ты уже все наделала, что могла сделать! - гаркнул на нее Селиванов, сжав кулаки. По толпе собравшихся сектантов прокатился недовольный ропот. - Грешница! Богохульница! Блудница проклятая! Содомлянка! - слышались приглушенные возгласы. - Да отпустите вы их! - вдруг не выдержала Елена Жанаевна и закричала, что есть силы, - отпустите Карину с ее подругой! Они же не виновны ни в чем! - учительница сделала шаг вперед. - Так, а ну успокой ее! - Селиванов показал на нее пальцем. К математичке тут же подбежал Пупков и со всей силы ударил кулаком в живот. Женщина охнула и рухнула на колени. - Еще слово скажешь, и сама на костер пойдешь? Поняла меня? - он грозно навис над ней, уперев руки в бока. Елена Жанаевна ничего ему не ответила, лишь кашляла и пыталась ловить ртом воздух. К ней было попыталась кинулась Сабрина, но, глядя в грозное лицо Пупкова, девушка все же не решилась подходить. А тем временем Селиванов обратился к Карине: - Что ты все оправдываешься и изворачиваешься?! Ты закон нарушила, общину осквернила! - Да я же... - Молчи и не оправдывайся! Ты нарушила одну из главных заповедей, смертный грех свершила! Это как в вашем мире безбожном за убийство тебя накажут в любом случае! Как ты не оправдывайся, как не ухищряйся - ты убийца и точка, нет тут оправдания. Нарушила закон, значит приговор получишь. Так и тут! - главарь сектантов погладил себя по бороде. — Вот в древности праведники языки себе откусывали, лишь бы не блудить! Голову под меч женщины подставляли, лишь бы поруганию не подвергнуться! Вот как ты должна была вести себя, а сейчас ты лопочешь, что тебе что-то там угрожали! Никого не волнует, ты нарушила, ты согрешила, так что держи ответ теперь! - Селиванов посмотрел на стоящих рядом с рыжей сектантов, - заткните ей рот, больше не хочу эту болтовню пустую слушать. Один из бородачей подошел к плачущей Карине и туго завязал ей рот платком. Теперь девушка могла лишь приглушенно мычать. А Селиванов приказал: - Первой Милу отправим на очищение, - он подошел к рыжей и глянул ей в глаза. - А ты смотри, на что свою сверстницу обрекла! Ты же ее подставила блудом своим! Может, хоть покаяться успеешь, прежде чем сама очистишься! Пухлогрудую девушку поволокли к кострам. Та не сопротивлялась, даже не проронила ни звука. Девушка безучастно смотрела в землю и вяло волочила ноги, пока ее вели к месту расправы. Милу привязали к столбу, подкинули еще веток и поленьев. На центр площади вышел Селиванов и громко, нараспев обратился к сектантам: - Да снизойдет и воплотится пречистый свет! Во тьме и мерзости живем, но жаждем сошествия силы всех сил! - Слава невидимому творцу всего видимого! Великому Духу Святому! – хором отозвались ему жители поселка. Валентин сжал кулаки от гнева при виде с каким почтением и восторгом его бывшие подсосы Борис с Вячеславом смотрят на лидера сектантов. - Отречемся от греха! Очистимся любовью к ближнему и к Господу! Докажем любовь свою постом, смирением, послушанию и кротостью!  Сектанты с благоговением принялись бить низкие поклоны, вздымая руки к верху, когда выпрямлялись. Они походили на первобытных людей, которые молились огню. От этой сюрреалистичной хтонической сцены Валентину делалось не по себе. И хуже всего было то, что его знакомые тоже участвовали в этой вакханалии. - Да защитит Дух Святой нашу общину! Да ниспошлёт он благодать свою на нас, грешных рабов! Да поможет он нам не в пасть в блуд, а остаться в чистоте! Закончив кланяться, сектанты замерли. Селиванов же дождался, пока все успокоятся, а затем с напыщенной важностью произнес: - Братья и сестры! Я много лет проповедовал вам слово Божие, я предостерегал всех от блуда и грязи, что надо покаяться, заплакать о грехах своих и обратиться к Духу Святому! И вот свершилась кара Божия, которая поразила весь мир, окромя нашей общины! И пока мы блюдем заповеди, проводим время в молитве, посте и послушании, Дух Святой защитит и сохранит нас! На несколько мгновений лидер сектантов замолчал, а затем продолжил, нахмурив брови: - Пришлая еретичка решила принести нам Содом, грех ужасный блуда и нечистоты! Посмела совратить сестру нашу и вместе с ней придаваться любодеяниям! Именно за такие поганые блудные грехи Великий Дух Святой наслал на человечество чуму зверя! Устал он терпеть разврат и беззаконие! И повелел, что если так люди не одумаются и не покаются в грехах, то изничтожит всех и всюду! - она отдышался, а затем продолжил, вскинув кулак. - Братья и сестра! Вы агнцы божьи, избранные, кто выбрал жизнь в праведности и чистоте! Если сейчас мы не очистим нашу общину от скверны, кара божья падет и на нас! Да придадим мы нечестивцев огню, избавим общину нашу от греха и позора! Спаси нас, Господи, восславим Духа Святого! - Святой дух спаси! Дух святой помилуй! – вновь начали монотонно бормотать сектанты и кланяться до самой земли, вздымая руки. Один из бородачей подошел к привязанной Миле, в руках он держал зажжённый факел. Мужчина принялся подпаливать поленья по кругу. Огонь быстро охватил дрова и хворост. Костер запылал. В небо повалил густой столб дыма. Сквозь треск пламени раздался истошный вопль девушки. Валентин видел, как огонь охватывает мешковатое платье Милы. Затем перекидывается на волосы. Юная сектанта дергалась и извивалась, безуспешно пытаясь вырваться. Но ничего не получалось. Ее кожа начала плавиться, вздуваться пузырями, чернеть. Изо рта потекла густая пена. Вскоре огонь поглотил ее целиком. Молодой человек видел, как Карина билась в ужасной истерике. Даже несмотря на кляп можно было разобрать ее мычание. Рыжая пыталась высвободиться, сбежать, однако бородачи крепко держали ее под руки. Елена Жанаевна рыдала, закрыв лицо руками. Сабрине вовсе сделалось дурно, она села на корточки, закрыв голову руками. Мария, видимо позабыв про свои принципы, уткнулась лицом в грудь Юлии, лишь бы не смотреть на происходящее. А та, что есть силы прижимала ее к себе за затылок, а сама крепко зажмурилась. Тимофей с Григорием и Александром отворачивались и прятали глаза. Им явно тоже было ужасно наблюдать за казнью. Даже Алиса закрыла глаза и зарыдала. Но все стенания товарищей заглушал вой сектантов и треск горящих бревен огромного костра. Валентин же беспристрастно смотрел на уже замолкнувшую Милу, чей черный силуэт виднелся сквозь вздымающееся пламя. Он никак не мог понять, жаль ему девушку или нет. Разумом парень понимал, что должен испытывать отвращение, однако тело само собой сохраняло спокойствие. Но при мысли, что эти сектанты загубили и обрекли на страшную сметь его красивую ровесницу совершенно ни за что, Валентина охватывал гнев. Он искренне жаждал расправиться с ненавистными ему бородачами, особенно с Пупковым и Селивановым. Однако молодой человек осознавал, что никто его пожеланий не услышит, и уж тем более не исполнит. Все это не более чем наивные фантазии жалкого беспомощного человека, которые, как всегда, ничем не закончатся. Спустя полчаса огонь стал угасать. Огромные раскаленные угли все еще дымились, но уже можно было рассмотреть почерневший скелет Милы, приросший к обуглившемуся столбу. Селиванов приказал подвести к другому костру Карину. Сектанты вновь завыли и стали бить поклоны. Но тут внезапно у Романа Петровича зашипела рация. - Говори! - он нервно буркнул, нажимая на кнопку приема, - что? Ты что там головой ударился? Кто? Какие? Его голос с раздраженного сменился на обеспокоенный. Однако вместо ответа откуда-то издалека послышалось грохотание, напоминающее выстрелы. Что-то с силой бахнуло. Из-за забора показался черный дым, столбом устремившийся в небо. Лицо Селиванова побледнело, а руки затряслись. Едва услышав шум, сектанты попадали на землю. Кто-то закрывался руками, кто-то начал истерично молиться, третьи вовсе зарыдали. Валентин осмотрелся по сторонам. Его товарищи тоже взволнованно переглядывались между собой. Однако молодой человек заметил, что только Денис как-то странно улыбался.