Crossed Badlands Крещеные на выпускном

      Тимофей вместе с остальными бежал к воротам. Селиванов приказал срочно увести Карину, женщинам повелел спрятаться, а всем мужчинам вооружаться и мчаться на стены. Перед лестницами наверх несколько нервных бородачей раздавали оружие. Тимофею сунули в руки двустволку-горизонталку и пачку картечи двенадцатого калибра. До сего дня парень ни разу не держал ружье, оно оказалось тяжелее, чем выглядело. Но молодой человек постарался поудобнее ухватить оружие и помчался на стену. Когда Тимофей поднялся наверх, то увидел на полях под укреплениями несколько машин, окруженных толпой людей. Присмотревшись, парень пришел в ужас. Лица незваных гостей покрывали кресты из язв и нарывов. К паре автомобилей были приделаны палки с привязанными к ним белыми тряпками, на которых кровью были вымазаны узоры в форме таких же крестов, что и на лицах зараженных. Позади армии крещеных догорал внешний частокол, сквозь который они прорвались. На крышу красного пикапа взобралась женщина с длинными каштановыми волосами в бронежилете, черных леггинсах и высоких военных ботинках. Тимофей сразу же узнал в ней Надежду Александровну, мать его друга Дениса. - Эй хуеглоты! Выходите и становитесь раком! Я буду вас ебать! - громко крикнула Леди Сиська, под радостные улюлюканья зараженных. - Демон! Изыди! Духом святым заклинаем, изыди! - закричали в ответ сектанты со стен. Один из бородачей не выдержал и выстрелил из винтовки. Пуля попала в крышу пикапа, выбив сноп искр и проделав дыру. Надежда Александровна взвизгнула, но осталась стоять на месте, уперев руки в бока. - Саси хуй, пидор косой! - она радостно захохотала, - а ну-ка, петушки мои, трахните их во все щели! В следующий миг она спрыгнула с на землю и скрылась за машиной. Толпа крещеных взорвалась радостными воплями и кинулась на стены. Сектанты, выкрикивая молитвы, принялись палить по зараженным. Некоторые твари взрывались кровавыми фонтанами, развороченные пулями, падали. Одни затихали. Другие, беснуясь, продолжали ползти. Но по их головам бежали следующие, растаптывая тела в кашу. Тимофей прицелился, но так и не решился стрелять. В следующую секунду уже в него полетели пули. Что-то просвистело рядом с лицом, обдав жаром. Парень выматерился и пригнулся к самому полу. Рядом с ним рухнул бородач. Сначала Тимофей не понял, что с ним, но затем увидел кровь на досках, которая полилась из шеи и рта сектанта. Молодой человек не на шутку перепугался: руки затряслись, по спине и лбу побежал пот. Мысленно матерясь, Тимофей лихорадочно пытался придумать, что делать. Внезапно снаружи что-то пролетело и шмякнулось в стену. Откуда-то слева послышался вопль, сменившийся бешеным хохотом. Парень заметил, как один бородач, на которого попала красная слизь, схватился за лицо. На его лбу и щеках начал проступать крест из волдырей. Но в следующий миг ему тут же снесли голову из ружья. Кто-то потрогал Тимофея за плечо. Тот дернулся, взвизгнув, но увидел перед собой взволнованного Дениса. - Слушай, собери всех наших! Бежим на дальний конец деревни, там парковка с грузовиками! Свалим отсюда! - он сильно тараторил, то и дело запинаясь. - Бля, я только за! - Тимофей усмехнулся и кое-как поднялся на ноги, но не распрямлялся, стараясь не высовывать за частокол. Пули с грохотом врезались в доски, вышибая щепу, которая больно сыпались на затылок. Над головой что-то свистело и летало. По обе стороны то ли от ярости, то ли от страха кричали сектанты. Снаружи забора истерично вопили крещеные. Хотелось забиться куда-нибудь подальше и не вылезать, но Тимофей взял себя в руки. Он вспомнил, как не побоялся Султана и его подсосов, решив, что и теперь не сдрейфит. Внезапно он увидел перед собой сержанта Ростокина, который укрывался за частоколом, лишь иногда высовываясь и стреляя одиночными из винтовки. - Там это! - Парень коснулся его плеча, и едва не получил прикладом в лицо, - ты чего, епты, ошалел? Николай лишь в недоумении смотрел на него. - Бежать надо, валить! - от волнения Тимофей начал заплетаться, несмотря на все попытки говорить внятно, - все наши бегут! Там на том конце деревне транспорт есть! Погнали туда! Собери остальных, кого увидишь, а я пойду еще по стене пройдусь! Несколько секунд полицейский исступлённо пялился в пол. Но потом кивнул и, пригибаясь, ринулся в сторону лестницы. Матерясь про себя, Тимофей кинулся дальше. Разум подзуживал убираться вслед за сержантом и бежать, но он никого не хотел здесь бросать. Внезапно прямо перед ним на стену вскарабкался крещеный. Худощавый мужчина в драной одежде с ярким крестом из язв громко хохоча кинулся прямо на него. Тимофей заорал, выставил перед собой ружье. Но тварь ударила его ногой в живот. Парень не удержался на ногах и завалился на спину. Оружие выпало из рук, полетело вниз со стены. Сердце буквально замерло, все тело сковал страх. А крещеный, безумно завыв, наставил на молодого человека пистолет. Секунды растянулись, казалось, будто время замедлилось. Все звуки затихли, весь мир начал меркнуть. Перед глазами было лишь черное дуло, нацеленное прямо в голову. Внезапно пространство разорвал оглушительный грохот прямо над головой. Грудь зараженного разлетелась кровавым фонтаном, и он рухнул без чувств. Тимофей сжался от неожиданности, закрыл голову руками, но потом сообразил, что кто-то из сектантов пристрелил бесноватую тварь. Парень постарался прийти в себя. Мысленно он повторял, что секунда промедления может стоить жизни. Открыв глаза, молодой человек увидел лежащий на досках пистолет зараженного. Недолго думая, Тимофей потянулся за оружием, ухватился за него, поднял. Оно оказалось тяжелым, но молодому человеку было плевать. В сознании промелькнула мысль, что на ствол могла попасть кровь твари. Но парень быстро прогнал от себя сомнения, решив попереживать об этом потом. Не желая вошкаться, он кое-как поднялся на ноги. Но тут сзади послышались новые безумные крики. Сразу двое крещеных перелезли через стену. Девушка в офисном костюме накинулась на сектанта, обхватив его руками и ногами. Впилась в шею. Тот закричал от боли, но спустя миг крик сменился диким воплем радости. На Тимофея же кинулся лысеющий мужчина с длинной палкой. Парень попытался его застрелить, но тварь со всей силы врезала его по голове. Все вокруг зашаталось, помутилось. Правое ухо пронзил оглушительный звон. Тимофей не удержался, завалился на бок. Пол буквально исчез из-под ног. Он стремительно полетел вниз. Даже не успев закричать, парень врезался во что-то твердое. Плечо и бедро вспыхнуло адской болью. Вокруг все затрещало и загрохотало. В следующую секунду земля будто снова исчезла, и Тимофей полетел вниз, в темноту.

***

      Валентин, подхваченный толпой, вынужден был бежать вместе с остальными к воротам. Сам он думал вырваться и спрятаться, но улизнуть из окружения пары десятков мужиков парень не сумел. Однако у самых стен, когда дошла его очередь получать оружие, Пупков остановил его: - А тебе, лентяй и свин, не положено! Будешь припасы подносить, пока праведные мужи бьются, да поживее! В очередной раз парень возненавидел мерзкого сектанта за хамство и столь уничижительное отношение. Но в голове тут же возникла мысль, что это реальный шанс спастись. Поэтому он со всех ног побежал в переулок, подальше от обороняющихся, пока Пупков не заметил. Валентин ринулся в сторону кухни, где видел ножи. Молодой человек решил свалить отсюда и хотел раздобыть хоть что-то, что поможет защититься. Может, даже удастся спасти Карину. Раздались крики. Ор сектантов и визжание зараженных слились в единую какофонию. Грянули выстрелы. Хор голосов разбавили вопли боли. Валентин ускорил шаг и вскоре выбежал к неказистому зданию кухни. Утирая пот, он со всех ног влетел во внутрь, шаря глазами по полутемному помещению. По обе стороны стояли шкафы и столы. Под потолком свисали крюки и связки сушеных трав и чеснока. Наконец, парень заметил на одном из столов ножи. Валентин выбрал самый здоровый клинок. Парень уже готов был броситься к выходу, как тут путь ему преградила толстая кухарка. Ее волосы были замотаны в засаленный платок, а поверх мешковатого платья в пол красовался грязный фартук. - Ты что здесь делаешь, паршивец! – завопила она во все горло, – а ну пошел на стены мужикам помогать, еретик окаянный! Мерзкий грешник грязный! Фееедь! – повариха крикнула кому-то в сторону. У нее за спиной возник крепкий парень с кучерявыми волосами и оттопыренными ушами. А женщина уже кинулась на Валентина. - Выметайся и помогай остальным, поскудник мразотный! - она потянулась к его лицу. Валентин отпрянул назад, его охватил страх, который моментально сменился гневом. Неожиданно для себя парень резко вскинул руку и полоснул ножом поварихе по щеке. Та завизжала, отпрянула назад, закрылась ладонями. Сквозь ее пальцы хлынула кровь. Женщина истошно орала, врезалась в стену, потеряла равновесие и нелепо вывалилась в дверь на улицу. Федор воинственно заорал и бросился на Валентина. Он ухватил его одной рукой за запястье, не давая воспользоваться ножом. Второй стиснул горло. Валентин ощутил, как дыханье моментально сперло, в глазах потемнело. Парень мог лишь беззвучно открывать рот, еле-еле хрипя, в тщетных попытках глотнуть воздуха. На миг в разуме возникла паника. Но Валентин быстро сообразил, что делать. Свободной рукой он ухватил Федора за лицо и с силой надавил большим пальцем на глаз, стараясь погрузить в него ноготь. Сектант истошно заорал, ослабил хватку. И в тот же миг Валентин ударил его ножом в живот, вогнав его по самую рукоять. На пальцы и ладонь потекло что-то горячее и липкое. Федор захрапел и обмяк. Попятился назад, навалился на стену кухни и сполз на пол. Валентин видел, как огромное кровавое пятно расползается по его серой мешковатой рубахе. Лицо сектанта кривилось от боли, он пытался зажимать рану руками. По спине Валентина побежал холодный пот. Сердце бешено колотилось. Пространство начало мутнеть и вращаться. Он спешно выбежал на улицу, едва не споткнувшись о катавшуюся по траве повариху с порезанным лицом. Желудок начало скручивать, парень чувствовал, что его вот-вот вытошнит. Он выронил нож и нагнулся, упарившись руками в колени. Но все же молодой человек сумел сдержаться и успокоиться. Тяжелое дыхание начало понемногу выравниваться. "Все же резать людей оказалось далеко не так просто, как я себе представлял" - усмехнувшись, подумал про себя Валентин и утер холодный пот со лба. Со стороны стен доносились яростные крики, стрельба сделалась намного громче. Кое-где виднелись столбы черного дыма. Внезапно раздался сильный грохот, заставивший молодого человека пригнуться и прикрыть голову. Из-за зданий взмыло огненное облако. Очевидно что-то взорвалось, и парень подумал, что скорее всего это были ворота. А, значит, времени почти не осталось. Валентин спешно подобрал с земли окровавленный нож и бросился бежать. Очень скоро он выскочил к избе, у которой собрались сектанты. Парень узнал Нину Жовнер, которая стояла у входа с зажжённым факелом. Несколько женщин в платках и длинных платьях спешили зайти внутрь. Некоторые из них тащили за собой детей. Белокурая девочка-подросток явно не хотела, но мать ухватила ее за шею и силой поволокла за собой. - Сгорим! Но вечно жить будем! - гордо объявила Нина Жовнер, - сохраним чистоту тела и души нашей! И тут Валентин догадался, что она задумала. Безумная бабка решила спалить хату вместе с людьми внутри. Парня охватила ярость от столь безумной и садистской затеи. Жечь заживо людей вместе с детьми, ради чего? Не лучше ли хотя бы попытаться спастись, убежать? Или уж застрелиться, если на то пошло? Но нет, эта карга выбрал самый жестокий способ замучить людей! А те покорно идут на заклание! Валентин испытал такой гнев, какой не чувствовал уже давно. Он буквально помутил разум, заставив забыть о наступающих сзади крещеных. Парень пулей кинулся на Нину Жовнер. - Ах ты пизда старая! - заорал он и со всего маху врезал ей кулаком в лицо. Та ойкнула, пошатнулась. Факел полетел на землю. Женщина закрыла кровоточащий нос руками. А Валентин тут же полоснул ее ножом по животу. Нина Жовнер завопила во все горло. Парень поднял факел и ударил им сектантку по голове. Платок и волосы моментально вспыхнули. С дикими криками женщина убежала прочь. Валентин же бросился к избе, заглянул внутрь. Помещение оказалось небольшим, лишь несколько лавок, стол, да пара шкафов. У дальней стены ютились женщины и дети, их лица искажал ужас. - Валите от сюда! Бегите в лес! В лес! - заорал Валентин, - Бегом! Спасайтесь! Живо! Те наперебой заорали и бросились к выходу. Молодой человек не стал их дожидаться, и сам побежал дальше, к другому концу поселка. Он проскочил пару неказистых дворов пока не выбежал к главной площади с церковью на вершине холма. У ее входа толпился народ. Мужчины, женщины, старики и дети поднимались наверх в попытках пробраться внутрь, но все толкались и мешали друг другу. Среди них парень узнал Полину, девушку из супермаркета. Она сильно похудела и осунулась. Под безумными заплаканными не моргающими глазами багровели темные круги. Полина, словно завороженная, старалась пробиться в храм, не разбирая дороги. А в хвосте очереди Валентин увидел своих приятелей Бориса и Вячеслава. Они испуганно озирались по сторонам и пытались протиснуться, но стоящие впереди их не пускали. "Надо спасти этих дебилов! - подумал про себя Валентин, - быть может, они еще пригодятся!" - Эй вы там! А ну идите сюда! - он подбежал ближе и закричал что есть силы, - валить надо отсюда! - Нет, надо покаяться за грехи, помолиться! Лишь тогда спасемся! - крикнул ему в ответ Борис. - Валя, ты опять в крови! Ты грешник, покайся!  Еще есть шанс! - вторил ему Вячеслав. - Идите вы нахрен со своей ересью, я даже слушать не хочу! - Валентин стоял на своем, - вы хоть понимаете, что сами себя в ловушку загоняете! Вас там крещеные перебьют, и не спасетесь оттуда никак! - Нет только там спасение! Чума зверя не войдет в храм! Дух Святой защитит нас, если мы раскаемся! - наперебой закричали бывшие ученики. - Да перережут вас там! Убьют! А то и похуже чего! А вы что, хотите сдохнуть, так и не потрахавшсь! Ни разу даже телку не полапав! - Валентин решил пойти на хитрость, понимая, что время терять на уговоры нельзя. Внезапно Борис скривился, заметался на месте, но все же бросился вниз с холма к Валентину. Но Вячеслав не последовал за ним. Он продолжил прорываться вверх по лестнице, стараясь протиснуться сквозь спины впереди стоящих. - Ну и хер с тобой, подыхай! - Крикнул ему Валентин, не желая больше стоять здесь, - а ну бегом за мной, - он хлопнул Бориса тыльной стороной ладони по животу. Со стороны ворот вновь прогремел взрыв, над поселком поднялось очередное огненное облако, куда крупнее прошлого. Повалил густой черный дым. Валентин догадался, что дела плохи. Крещеные будут здесь с секунды на секунду. Он со всех ног бросился бежать прочь.

***

      Григорий постарался улизнуть со стены, как только прогремели первые выстрелы. Парень панически боялся получить пулю, поэтому решил сбежать, да побыстрее. Он, пригнувшись, попытался проскользнуть к лестнице, но путь ему преградил Пупков. Тот схватил Григория за шкирку, но молодой человек саданул его между ног. Сектант взвыл и рухнул на колени. Парень сумел вырваться, подскочил к краю стены, сбросил вниз винтовку. Сам же повис на руках и спрыгнул. Подобрав оружие, Григорий кинулся прочь. Он лихорадочно пытался придумать, что делать дальше. Прятаться? Спасать остальных? Просто сбежать? И все же, желание помочь товарищам оказалось сильнее страха. Парень остановился, тяжело дыша и стараясь успокоить нервы. Первым делом нужно было найти корешей из сектантских, они этот поселок знают, как облупленные. Значит смогут дорогу показать. Григорий постарался вспомнить, где последний раз видел знакомых ребят. Вроде как они шли вместе с толпой, но на стене их не было. По любому где-то рядом. Он бегом кинулся осматривать ближайшие хижины, надеясь встретить приятелей-сектантов. Сзади во всю грохотали выстрелы, кричали обороняющиеся, во все горло вопили крещеные. Преодолевая накатывающий ужас, Григорий спешно заглядывал в избы. Где-то было пусто, в других он находил перепуганных сектантов, которые забились в угол и истерично взвизгивали при его появлении. Но товарищей найти не удавалось. Отчаяние нарастало все сильнее и сильнее. От уверенности в затеи не осталось и следа. Григорий понятия не имел, что делать дальше. Парень крутился на месте, нервно приглаживал волосы. Внезапно он услышал со спины знакомый голос. Его окрикнул Вадим. Григорий выдохнул, проматерившись, и бросился к нему. За домом с покосившейся крышей он встретил Сергия, Ливию и Мирославу. Все были страшно перепуганы. Ливия жалась к стене и растерянно вертела головой. Рядом присела Мирослава, закрывая уши. Сергий плотно стискивал губы и кулаки, его всего буквально трясло. Только Вадим, казалось, сохранял подобие спокойствия. - Бля, пацаны, хорошо, что я вас нашел! - голос Григория сильно дрожал, - надо срочно валить отсюда! Сейчас здесь пизда будет! - Согласен! - нервно выпалил Сергий, и вжал голову в плечи после очередного громкого выстрела со стены, - бежим отсюда! - А как же семьи?! Наши родители?! - испуганно провопила Мирослава, стараясь сильнее вжаться в подругу. - Они никуда не пойдут! - Вадим покачал головой, - не хуже меня знаете, они скорее умрут за Селиванова и нас заставят! - Чуваки, давайте валить быстрее! - Григорий на миг оглянулся на стену, где сектанты перестреливались с зараженными, - сейчас эти твари прорвутся, и мы все подохнем! Внезапно что-то просвистело возле его уха и врезалось в стену избы, выбив кучу щепок. - Блядь! - заорал Григорий, пригибаясь и закрывая голову. Он глянул на стены, откуда прилетела пуля, и увидел Пупкова, который припал на одно колено и целился в него из винтовки. - Да ну нахуй! - парень заорал во все горло и скрылся за домом, - валим! Валим! Этот пидор нас ща порешает! Бегом нахуй! Вадим, Сергий, Ливий и Мирослава с воплями бросились за ним, спеша уйти с линии огня. Все пятеро тут же кинулись бежать прочь, в глубь поселка.