Плата за молчание

«there are those who have seen and those soon to beware what your smoke is concealing…»

      Генма мимолётно касается взглядом своих часов, прежде чем избавиться от сигареты и войти в помещение первым. Сегодня время его пребывания здесь ограничено, и за этим необходимо тщательно следить – проверять расположение стрелок на циферблате, запечатлевать их в памяти, а затем, по истечению нескольких мгновений, всё в той же последовательности повторить. Выполнение этих действий – важное правило для тех, кто желает сюда прийти, однако о нём мало кто знает, ведь оставлять своих клиентов в неведении для хозяина заведения – главная цель.       Токийский игральный дом – бездонная мгла, широко распахивающая перед людьми свой зёв в надежде вобрать в себя как можно больше выгоды, и Ширануи помнит об этом, как и Митараши, они оба постоянные посетители. Они также не забывают, что все казино построены по подобию лабиринта, где центр – место, в котором можно оставить всё.       Где центр – место, из которого победителем почти невозможно выбраться.       Пока Майто, оказавшийся здесь не по собственной воле вместе с ними, говорит что-то в адрес Анко, переминающей шаги до зоны обмена денег на чипы, молодой мужчина решает остановиться и внимательно осмотреться. Он бывает в этом заведении довольно часто и знает каждый сантиметр выбеленного потолка, каждый сантиметр покрытого красными коврами пола. Знает работающих здесь людей. Возможно, именно осведомлённость мешает Генме представить то, что испытывает его товарищ, пришедший сюда впервые. Любопытство? Нет. Слабый интерес? Вполне может быть.       Да и в конце концов, для него всё это совершенно не важно.       Они расходятся, стоит женщине вернуться и предложить выпить. Гай решает идти с ней, в то время как Генма предпочитает остаться трезвым. Он лениво обводит взглядом первый стол, но отчего-то за него не садится, вместо этого направляется к игровым автоматам и смотрит в светящееся табло. На нём то и дело мелькают цифры, экран постоянно меняет свой цвет, и молодой мужчина, отслеживая это, сосредотачивается, не замечая сидящих рядом с ним людей.       Процесс всегда пленил его больше, чем результат. Разместиться в одном из кресел, расслабиться, наблюдать за посетителями и спокойно совершать свои ходы. Ширануи не думает о том, что ждет его дальше, и деньги не то, ради чего он позволяет себе в этом месте быть. Он, как и многие находящиеся здесь, просто наслаждается, однако сегодня не только это привлекает его внимание. Искоса он следит за той, что отходит от бара и садится за первый стол, – всё, как он и планировал, – достает свои чипы, ехидно хмыкая прибывшим людям в лица.       И смотреть на то, как складываются обстоятельства, Генме очень нравится.       За всю жизнь он почти никогда не испытывал что-то сродни ненависти или злобы, обиды – тихой, всепоглощающей. Безразличие? Да. Слабый интерес? Вполне может быть. Он был равнодушен ко многим вещам, отчасти меланхоличен, спокоен и крайне сдержан, с людьми сходился свободно, стоило лишь захотеть, однако особой симпатии к ним не питал, как и не испытывал к ним отвращения. Они либо нравились, либо нет, Митараши же он с самого первого дня их знакомства не переносил, но об этом вряд ли кто-то догадывался.       Молодой мужчина просто не любил её, без всяких на то причин, и один инцидент подвёл его к мысли о том, что от неё можно легко избавиться.       Несколько лет назад, когда их ещё можно было назвать товарищами, – они оба находились на службе в одной воинской части – начальство собрало их и огласило приказ, который было необходимо немедленно привести в исполнение. Основная цель – избавиться от Яманака Иноичи, владеющего слишком большим объёмом секретной информации, и замести за собой все следы. Никто не захотел бы с таким возиться, Генма знал об этом, и в тот день его предположения сбылись – все ответили отказом.       Все, кроме Митараши Анко.       Подобное не ввело Ширануи в замешательство, даже наоборот – он и сам сделал шаг вперед, если бы только она его не опередила. Им двоим всегда было всё равно, кого убивать – своих или чужих, – ведь приказ есть приказ, и кто-то должен его выполнить.       Им двоим всегда было всё равно, кого именно придётся лишать жизни.       После содеянного, женщина на некоторое время затаилась в своем подполье, и Генма долго её не видел, зато часто встречался с дочерью ныне покойного сослуживца в совершенно разных местах. Штаб, казино, ресторан, находящийся недалеко от дома, магазин или станция метро. Кто-то сводил их снова и снова, пока им не довелось окончательно сблизиться. Он знал её ещё девчонкой, единственной и любимой папиной дочкой, что вечно ходила за Иноичи хвостиком, заботилась, не чаяла в нём своей души. Но после смерти отца от привычной её весёлости и бодрости ничего не осталось, Яманака почти всегда была слишком подавлена и расстроена, говорила редко и лишь о том, что хочет отомстить.       Ширануи было, в общем-то, всё равно, и для него совсем ничего не стоило исполнить её прихоть.       Сегодня в игральном доме они вдвоём. Молодой мужчина всё ещё сидит возле одиночных автоматов, но больше не отслеживает цифры на светящемся табло, вместо этого наблюдает за отражением на экране, наблюдает, как Яманака Ино – крупье токийского казино – незаметно подсыпает порошок в приторно-сладкий напиток Митараши. Эта смесь растворится в алкоголе очень быстро, а потом, стоит лишь сделать один глоток, и с лица женщины пропадёт всё ехидство. Ширануи тихо хмыкает и, в который раз обведя взглядом циферблат своих часов, медленно поднимается с места.       Он не переживает: его перемещение никто не заметит, ведь каждый находящийся здесь занят своей игрой. Он не боится быть застигнутым врасплох, ведь каждый находящийся здесь занят мыслями о том, как выиграть.       Ино помогает женщине выйти из-за стола и добраться до дамской комнаты, пока Генма готовится к совершению преступления – надевает перчатки и, ожидая, лениво перебирает пальцы. На её красивом лице чётко выражено беспокойство, которое вскоре сойдёт на нет. Ширануи знает, как всё обернётся, но сейчас им обоим на то, что «дальше», без разницы.       Он показывается из слепой зоны, стоит Митараши, растирающей свои виски, появиться, и подталкивает её к тесной кабинке, запирая дверь изнутри. Молодая женщина даже не сопротивляется, напротив, жмётся к его груди. Так маленький ребёнок, чувствующий себя плохо, старается быть ближе к матери. Генма проводит тыльной стороной ладони по её щекам, ощущая жар, который исходит от неё, даже сквозь перчатки, пока галстук одного сотрудников казино ползёт вокруг её шеи щекотно и изучающее.       – Ты действительно этого хочешь? – она приподнимает подбородок и внимательно смотрит, стараясь выровнять своё дыхание. Тёмные глаза смеются. Их обладательнице всё равно на смерть, может быть, только немного грустно из-за того, что она выйдет совершенно бесцельной.       – Нет, просто сегодня мне стало скучно, – молодой мужчина ведёт плечом, несильно хмурится и, когда женщину пробивает очередной спазм, затягивает на её шее узел, наблюдая, как она, широко распахнув веки, задыхается.       Он опускает Анко на пол, когда её сердце останавливается, и выбрасывает использованные перчатки, в это же мгновение их смывая. Его вечер на этом этапе ещё не заканчивается. Бесшумно выйдя из помещения, Ширануи возвращается к автоматам и сосредотачивается, полностью наслаждаясь своей игрой, и отвлекается лишь тогда, когда приезжает экипаж, вызванный тем, кто обнаружил бездыханное тело, лежащее на слегка потёртом кафеле. Поднявшись и осмотревшись, молодой мужчина едва заметно улыбается, замечая среди полицейских своего товарища – Намиаши Райдо.       Намиаши Райдо, который, если понадобится, обязательно предоставит для него весомое алиби, в этом Генма даже не сомневается. Пока же он с легкостью может пустить пыль в глаза окружающим сам.