Flowers

— Усок передает всем привет! — говорит Чонмо вместо приветствия, проходя мимо гостиной, где все его соседи по квартире вместе смотрят фильм. Вонджин обнимает Хёнджуна за плечи, а младший кладет голову ему на грудь, руки Хёнбина лежат поверх ног Минхи, которые лежат у него на коленях. Они говорят ему, чтобы он отослал их приветствия, но Чонмо игриво качает головой и входит в свою спальню. Он единственный, кто не делит спальню. Вот почему он оторвался от телефона через несколько минут после того, как переоделся и лёг на кровать, когда услышал, что дверь открывается. Минхи заглядывает в комнату снаружи, и по выражению лица своего младшего друга Чонмо видит, что тот встревожен, поэтому он садится и похлопывает по кровати, молчаливо приглашая его сесть рядом. Минхи закрывает за собой дверь и садится рядом с ним, потянувшись за одной из милых плюшевых игрушек, которыми соседи по квартире дразнят Чонмо, потому что он одержим ими. И ставит её на колени, его пальцы играются с мягким мехом. — Усок в порядке? Он молчит с пятницы… — Чонмо вздыхает, протягивая руку, чтобы почесать шею, прежде чем решить, что он может рассказать Минхи о том, что произошло, и спасти Усока от душевной боли. Поэтому он рассказывает о том, что, по словам Усока, произошло. — Ого, бедный Усок. — Минхи выглядит таким ошеломлённым и честно за мгновение до того, как чуть не разрыдался сам при мысли о том, что его друг прошёл через всё это. — Разве Джинхёк сказал тебе, куда он идет? Я уверен, что Усок не спрашивал, и поэтому ты не сказал ему. — Чонмо видит любопытство в глазах Минхи, поэтому он знает, что нет смысла скрывать это от него. Он кивает, прежде чем дать ему ответ, который заставляет глаза Минхи затуманиться от беспокойства и вздыхает с облегчением. Усок не спрашивал, так что они оба могут только представить, зная, что это только навредит ему. — Он пошёл к Бёнчану.

***

Воскресное утро наступает быстрее, чем хотел Усок. Он просыпается около десяти утра, как обычно, а там лежит на кровати, возможно, двадцать минут, пытаясь набраться смелости, чтобы выйти из своей спальни. Он слышит, как Джинхёк готовит на кухне, знает, что он идет на встречу с Джину, так как он обещал погулять с ним в прошлый понедельник. Это то, о чём Усок знает только потому, что сам Джину сказал ему после нытья о том, что Джинхёк был слишком занят, а другой парень тоже не знал причину, как и Усок. Усок проверяет свое отражение в зеркале, прежде чем выйти из комнаты, с облегчением он не находит никаких следов своего плача или отсутствия отдыха, он выглядит нормально. Он не выглядит так, будто пытается собрать воедино осколки своего разбитого сердца. Джинхёк оглядывается через плечо, когда он слышит мягкие шаги Усока на кухню. — Доброе утро, — он здоровается с ним, со слабой улыбкой на тонких губах, которые сразу же заставляет сердце Усока биться. — Я почти закончил, так что накрывай на стол, хорошо? — не доверяя его голосу, Усок кивает и делает так, как он попросил. Усок чувствует беспокойство по поводу того, как нормально проходит их завтрак. Первые пару минут Джинхёк сосредоточенно ест и пользуется телефоном, но после того, как он кладет его на стол, он начинает беседу с ним. Джинхёк говорит ему, что он собирается гулять с Джину и как Мингю хотел присоединиться к ним, но он обещал Джину, что они будут вдвоём, и это ещё больше расстроило Мингю, поэтому теперь он тоже очень любит Джинхёка, милая улыбка появляется на его лице, когда он это говорит. Усок даже не успевает понять, что Джинхёк закончил со своей едой и встаёт, чтобы вымыть посуду. Через несколько мгновений после того, как он помахал ему на прощание и вышел из квартиры, сказав, чтобы он не ждал его, парни хотят прогуляться, и он не может сказать «нет». Он не знает, должен ли он быть благодарен или нет за то, каким непринуждённым был Джинхёк. Он просто знает, что сожалеет о том, что отпустил его, не попытавшись объяснить, что произошло, его сердце всё ещё болело.

***

Усок не может оставаться один в своей квартире, поэтому он звонит Чонмо, младший рад отвезти его в то место в Пусане, о котором он упоминал накануне, и даже позволил Минхи с поехать с ними после того, как другой парень услышал их разговор, находясь в той же комнате, что и Чонмо. Чонмо посылает ему быстрое сообщение после окончания их звонка, сообщая ему, что он поговорил с Минхи, поэтому ему не нужно беспокоиться об этом, и они могут тусоваться, не говоря об этом, если это то, чего хочет Усок. Усок со спокойствием на сердце благодарит его и подтверждает, что он не хочет говорить ни о чём, что связанно с недавней ночью Они проводят весь день вместе в Пусане, в полной мере используя летнюю жару, чтобы посетить пляж, разделяя большую чашку расколотого льда, когда они прогуливаются по оживленным улицам. Минхи не скрывает своих увядающих гиацинтов, а Усок ни разу не удосужился вытащить свой телефон, пользуясь Чонмо, чтобы сделать нужные фотографии. К тому времени, когда Чонмо отвозит его в квартиру, уже темно. В какой-то момент Минхи уснул на заднем сиденье, а плейлист Чонмо только усложнил борьбу со сном. Усок дарит Чонмо небольшую и искреннюю улыбку, когда младший тянется к его руке и пожимает её, прежде чем Усок желает ему спокойной ночи, поблагодарив его за отличный день и выходит из машины. И так же, как прошлой ночью, он ложится спать, в то время как Джинхёк ещё где-то за пределами их квартиры. Но в отличие от прошлой ночи, он может заснуть вскоре после того, как ложится на кровать. И всё же последнее, что он помнит перед тем, как заснуть, — это белые камелии на бедрах Джинхёка, ослепительно белые и такие красивые. Он хотел бы дотронуться пальцами до его метки на коже.

***

Усок знает, что он не должен удивляться, когда он выходит из своей квартиры в понедельник утром, и Сынён не ждёт его. У них одинаковое расписание по понедельникам, вторникам и пятницам, поэтому Сынён обычно ждёт его, и они вместе идут на занятия. Он дышит немного легче, когда замечает полиэтиленовый пакет на полу рядом с его дверью. Усок поднимает его и находит внутри яблоко и небольшую коробку апельсинового сока, маленькое сообщение, нацарапанное на нем черной ручкой. Улыбка легко формируется на его губах. 'Увидимся на занятиях ;)'

***

Если кто-то из их друзей или одноклассников замечает внезапное расстояние между ним и Сынёном, они, к счастью, не комментируют это. Они всё ещё сидят вместе и даже шепчутся друг с другом во время занятий, но есть что-то другое, чего они не могут скрыть. Донхён поднимает бровь в течение первых нескольких минут после присоединения к ним в кафетерии, но делает правильный выбор промолчать после того, как он смотрит на гвоздику Сынёна. Это так же просто, как соединить точки, заполнить пробелы. Он находит Джину и Чонмо в библиотеке, и так как его занятие всё ещё отменено, (профессор очень сильно простудился в прошлый четверг, и пока не было никого, кто мог бы его заменить), он остается с ними, пока Чонмо помогает Джину с материалом, с которым у младшего были проблемы. Усок использует шанс догнать свой собственный материал, который он ослабил. Чего он не ожидает, так это того, что к ним присоединится Джинхёк, который, конечно же, подходит к их столу, когда видит Джину. Он, как по истине общительный человек, не одинок. Гукхон и Бёнчан следовали за ним по пятам. Рука Чонмо находит его бедро под столом, когда Бёнчан садится рядом с Джинхёком прямо напротив Усока, сжимая его в тот момент, когда Джинхёк щипает ямочку на щеке Бёнчана после того, как младший задаёт, казалось бы, глупый вопрос. — Ты в порядке? — спрашивает Гукхон, который сидел рядом с Бёнчаном, его большие глаза сосредоточены на лице Усока. Он открывает рот, но ничего не говорит. Усок видит краем глаза, что Джинхёк смотрит на него так же, как другие парни за его столом, но взгляд Джинхёка, конечно, тяжелее, чем у кого-либо ещё. — Усок боится, что он подхватил простуду от своего профессора, это действительно заразно от того, что он услышал! — Чонмо лжёт с улыбкой на его красивом лице, прежде чем он протягивает руку, чтобы нежно погладить волосы Усока. — Я сказал ему, чтобы он пошёл к медсестре, но он отказывается слушать. — Усок, я могу сопроводить тебя. — предлагает Джину, его блестящие глаза сияют с чистой заботой, мысль о том, что Усок заболел, ему явно не нравится. Усоку удается дать Джину нежную улыбку, его восхищение никогда не перестает заставлять его улыбаться. — Не волнуйся, Джину, я уверен, что если отдохну, то почувствую себя лучше. — Он может видеть, что Джину хочет возразить, но он вместо этого, он поворачивается к Джинхёку и просит его, чтобы тот лучше заботился о Усоке, заставляя Гукхона рассмеяться. — Малыш Джину, они что твои родители? — дразняще спрашивает Гукхон, наклоняясь вперед, чтобы иметь возможность смотреть на Джину с противоположной стороны стола. Лицо Усока быстро вспыхивает, но он остается тихим, глаза сосредоточены на реакции Джинхёка. Джинхёк закатывает глаза на слова Гукхона, выглядя насколько безразличным к поддразниванию, что Усок мысленно проклинает себя за то, что надеялся на другую реакцию, чтобы Джинхёк сказал своему другу заткнуться, такой реакцией, которая заставляет Гукхона хотеть дразнить его ещё больше. — Он не нуждается во мне, чтобы я заботился о нём, но я буду следить, не волнуйся, Джину. Усок хотел бы сказать, что ему действительно нужно, чтобы он позаботился о нём.

***

Донхён и Хангёль приглашают его присоединиться к ним на обед после того, как их занятия закончились, и Усок принимает приглашение, идея остаться наедине с Джинхёком в их квартире всё ещё заставляет его грудь сжиматься. Он каким-то образом заканчивает тем, что платит за их еду после того, как Донхён смотрит на него своими щенячьими глазами, он знает, что Усок слаб, и Хангёль делает несколько слишком громких комментариев о том, как он изо всех сил пытался свести концы с концами после того, как он потерял свою работу на полставки в том книжном магазине рядом с кампусом, который должен был быть закрыт. Солнце уже садится, когда он открывает дверь своей квартиры и закрывает её за собой. Обувь Джинхёка размещена на соответствующем месте. Он слышит телевизор и даже распознает фоновую музыку одной из последних видеоигр, которую купил Джинхёк. Усок делает пару глубоких вдохов и входит. Он застывает на месте, когда видит что-то настолько неуместное на их кофейном столике. Большой букет цветов, розовый и белый — главные цвета букета. Усок замечает даже издалека, что некоторые из цветов уже увядают от слишком долгого хранения без воды. — Что это такое? — спрашивает Усок, не в силах скрыть дрожь в голосе. Его сердце бьется со скоростью мили в минуту, страх ползет по венам и в сердце, делая его тяжелее с каждым ударом. Джинхёк ставит игру на паузу и смотрит на него, проследив за взглядом Усока к букету, как будто ему действительно нужно было убедиться, что Усок спрашивал именно об этом. Он недоверчиво смотрит на него, как будто Усок симулирует своё невежество. — Ты ждёшь каких-нибудь цветов от кого-нибудь, кроме Сынёна? Я не принимал тебя за такого человека, Усок. — говорит Джинхёк с ухмылкой на губах и поворачивается лицом к телевизору, продолжая свою игру. Усок игнорирует боль в груди и достает свой телефон, чтобы проверить его непрочитанные сообщения, вздыхая с облегчением, когда он находит причину для букета. — Это был Чонмо, подарок «выздоравливай скорее». — Усок берет букет и несёт его на кухню, ища что-нибудь, что может сойти под вазу, чтобы заполнить её водой, чтобы красивые цветы не завяли. Это не первый раз, когда его друг послал ему цветы, в последний раз это было после того, как Усок провалил тест, к которому он много готовился, этот жест согревал его сердце. Однажды Джину упомянул, он тоже получил цветы от него, когда занял первое место среди своих однокурсников. — Твой парень не против, что ты получаешь цветы от других мальчиков? — кричит Джинхёк, прежде чем Усок успевает открыть дверь своей спальни. Усок поворачивается лицом к Джинхёку, но взгляд старшего остается на экране телевизора, его пальцы двигаются по контроллеру, когда он пытается победить босса, с которым он борется. У Усока есть свой «босс» для борьбы. Игнорируя голос в своей голове, который велит ему, чтобы он отправлялся в свою спальню, он возвращается в гостиную и садится рядом с Джинхёком, оставляя больше пространства, которое обычно бывает между ними. — Сынён не мой парень, Джинхёк. — начинает Усок спокойным и серьёзным голосом, гордясь собой за то, что не заикается, даже когда его сердце бьется так быстро в груди. Джинхёк усмехается, морщины появляются на его лице, когда его персонажа пихают обратно в место, где он будет бороться за то, чтобы выиграть в этой игре. — Тебе не нужно скрывать это от меня, Усок, я буквально видел, как вы двое целовались, две ночи назад. — Усок не может скрыть свою гримасу, но Джинхёк даже не смотрит на него. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце, он снова открывает рот. — Мы были пьяны, он поцеловал меня, и я не должен был целовать его в ответ, мы уже выяснили это между собой. — Джинхёк наклоняет голову, и проклятие срывается с его губ, его планка здоровья быстро падает. Усок останавливает себя от того, чтобы схватить пульт и выключить проклятый телевизор. — Почему ты тогда поцеловал его? — лицо Усока нагревается от того, что он вынужден был дать Джинхёку его неловкое рассуждение, чувствуя себя ещё более неловко, чтобы сказать ему это, чем когда он сказал Сынёну. Он сдерживает вздох и посылает быстро молится про себя. — Мое тело просто отреагировало, окей? У меня давно этого не было… — Джинхёк роняет свой контроллер, экран телевизора становится чёрным, прежде чем слово «ИГРА ОКОНЧЕНА» медленно исчезает в нём, в таком же ярко-красном цвете, что и у Усока на шее. Джинхёк медленно поворачивается к нему лицом, его глаза смотрят вниз так, что младший чувствует себя таким маленьким. Он наклоняется ближе, рука падает рядом с бедром Усока, загоняя его в клетку. — Так позволь мне сказать это прямо, твой лучший друг поцеловал тебя, а ты просто ответил на поцелуй, потому что давно не трахался? — грубое слово выкатывается с языка Джинхёка, его голос такой низкий, что Усок не может остановить дрожь, которая бежит по его спине. Не доверяя себе, чтобы дать лучшее объяснение, Усок кивает головой. Что-то мелькает в глазах Джинхёка, но Усок не может попытаться расшифровать это из-за того, как быстро оно уходит. Он напрягается, когда правая рука Джинхёка движется к его затылку, а другая обхватывает его за талию и притягивает ближе. Это всё предупреждение, которое он получает, прежде чем тонкие, но мягкие губы прижимаются к его губам. Глаза Усока расширяются, он клянётся, что его сердце перестало биться, он не может сформировать мысли. Глаза Джинхёка остаются открытыми, на них нет никаких эмоций, когда он двигает своими губами, сначала медленно и почти нежно, но затем он целует его с большей страстью, наклоняет голову в сторону, чтобы их носы не соприкасались, и закрывает свои глаза. Он знает, что должен оттолкнуть его, попросить остановиться, не делать с ним что-то столь жестокое, но он не делает этого. Усок закрывает глаза и целует его в ответ, его дрожащие руки находят широкие плечи Джинхёка, в которые он впивается пальцами, прежде чем переместить их, чтобы вцепиться в его тёмные волосы и притянуть ещё ближе. Джинхёк засасывает нижнюю губу Усока в рот, стон вырывается из горла Усока, который Джинхёк быстро ловит ртом. Усок открывает рот и Джинхёк следует за ним. Их языки плавно скользят вместе, а затем двигаются в более поспешных, агрессивных движениях. Усок дёргает Джинхёка за пуговицы, и старший стонет у его рта, это побуждает Усока целовать его ещё глубже, желая услышать больше. Он постепенно притягиваются ближе, пока Усок не оказывается верхом на бёдрах Джинхёка. Руки Джинхёка оказались на бёдрах Усока, его пальцы пробирались под его рубашку, а кожа соприкасалась, и Усок чувствовал себя так, словно прикосновения Джинхёка были чистым огнём. Усок чувствует, как будто он получает кайф от поцелуя с Джинхёком, его разум становится туманнее с каждым движением его мягких губ, с каждым рисунком его пальцев, которые поглаживали кожу. Он мечтал об этом так много раз, мечтал оказаться в объятиях Джинхёка, поцеловать его и потеряться в его прикосновениях, но его мечты не могли сравниться с реальностью. Руки Джинхёка спускаются к его заднице, обхватывая его щёки, прежде чем сжать его плоть, его джинсы были достаточно тугими, поэтому Джинхёк отлично способен чувствовать его. Усок стонет ему в рот и толкается в его руки, его кровь ревёт в ушах. В конце концов они отрываются, чтобы дышать. Усок, тяжело дышит, его руки исследуют всё, что они могут на теле Джинхёка, плечи, спину, грудь, в то время как Джинхёк обводит губами линию подбородка Усока, целуя его до воротника рубашки, протягивая одну руку, чтобы потянуть на себя его розовую рубашку, оголяя ключицы Усока. Усок скатывает свои бёдра с дрожащим вздохом, когда Джинхёк кусает и всасывает его кожу в рот, позже, образуется синяк, который не исчезнет в течение нескольких дней, но это не волнует Усока, он не может думать ни о чём, кроме того, как заставляет его чувствовать Джинхёк, как он никогда не хочет, чтобы он останавливался. То есть до тех пор, пока губы Джинхёка не переместятся к левой стороне его шеи, целуя цветную кожу, которая принадлежит метке глоксинии. Цветок Усока расцвел для него. Цветок, который принёс так много боли Усоку, так много слёз и мрачных мыслей. Цветок, который кричал о своих скрытых чувствах к Джинхёку в течение многих лет, но старший остается глухим к ним. — Ты действительно «одинок», да? — это то, что шепчет Джинхёк своей цветочной метке, разрушая чары, которые он наложил на Усока, как будто обливая его ледяной водой. Усок откидывается назад, всё ещё задыхаясь, его джинсы стали еще теснее, чем несколько минут назад. Джинхёк смотрит на него так, Усок не может до конца понять, но он что-то читает в них, что-то страшное, что заставляет его живот скрутиться. Как будто Джинхёк осуждал его за то, что он так легко откликнулся на его прикосновения, без единой жалобы растворился в нём. — Ты не должен целоваться с друзьями, когда так сильно влюблен в кого-то, Усок. — руки Джинхёка соскальзывают с его тела, и Усок чувствует себя холодно, что не имеет смысла, когда они находятся в паре недель от июля. — Хотя бы сходи в клуб или ещё куда-нибудь, с твоим милым личиком кто-нибудь попытается залезть тебе в штаны. Усок открывает рот, как будто хочет что-то сказать, но ничего не говорит, даже не издаёт ни звука. Большие руки Джинхёка обхватили его бёдра и очень нежно сдвинули его с колен, его рука потянулась, чтобы взъерошить и без того растрепанные волосы Усока, беспорядок, который сделали его собственные пальцы. — Извини, я не должен был этого делать, я не ожидал, что ты на самом деле ответишь, это был глупый способ доказать свою точку зрения. Джинхёк извиняется, его волосы в беспорядке из-за пальцев Усока, его губы распухли из-за их поцелуев, его дыхание всё ещё неровное, как у Усока. Его рубашка в какой-то момент задралась, и Усок мельком видит камелии на его бедре, всё ещё белые и совершенные, без единого признака увядания. Усок наблюдает, как Джинхёк поворачивается и уходит в свою спальню, дверь закрывается за ним. Усок сидит там, чувствуя онемение, его губы всё ещё покалывают от поцелуев Джинхёка, кожа, которую он целовал и касался горит, особенно на левой стороне шеи, ожог медленно, но верно становится жалом, жалом настолько сильным, что он громко скулит, прежде чем сжать свои распухшие губы в линию в попытке не издавать больше шума. Он бросается в ванную, слезы уже катятся по его щёкам, его сердце болезненно бьется о грудную клетку. Усок видит свое отражение в зеркале, висящем над раковиной, его правая рука движется к левой стороне шеи, где оно всё ещё жжёт. Его красная глоксиния всё ещё там, такая же ярко-красная, как и в первый день её цветения. Усок чувствует облегчение и ненавидит себя за это.