Ирландский виски

Огромное помещение, освещаемое за счёт исключительно больших панорамных окон; из предметов мебели — два больших, довольно комфортабельных на вид кресла. Гарриет сама не понимала, как оказалась здесь и каким образом заставила себя принять более-менее опрятный вид, дабы не шокировать окружающих её людей. Но что-то подсказывало, что здесь явно кто-то будет смотреть не на наличие укладки, нет, в местах, подобных этому, привыкли заглядывать куда глубже внешней оболочки. — Гарриет, рада, наконец, познакомиться, Джон мне о Вас рассказывал, — женщина, казалось, лишь немного старше самой Ватсон, темнокожая, в строгом офисном костюме и с довольно беспристрастным выражением лица даже не пыталась показать какой-либо радости от встречи с предполагаемой пациенткой. — Прошу, присаживайтесь, — она спокойно подошла к своему уже такому излюбленному рабочему месту, указывая девушке на кресло напротив. Однако Ватсон не спешила принимать жеста от незнакомки, предпочитая сохранять вертикальное положение. Медленно приходящее осознание того, что она всё же сделала это, пришла в этот чертов центр психологической поддержки, все больше окутывало её, и если и была та последняя ниточка, единственный шанс к пути назад, в виде непринятия предложения доктора, то она не хотела этим пренебрегать. — Зачем Вы пришли сюда, Гарриет? — вопрос женщины выбил посетительницу из строя, уже накопившийся рой мыслей был безнадежно прерван. Знала бы она сама ответ. — Вы ведь сказали, что брат рассказывал вам обо мне, — еще одна попытка закончить всё это, прекратить начавшийся сеанс, который должен был вывести всех ее демонов наружу, если этот доктор, действительно, так хороша. — Я расскажу Вам немного о том, как проходят мои сеансы, — будто бы пропустив фразу девушки, продолжила доктор. — Обычно ко мне приходят люди, рассказывают о том, что привело их туда, и мы вместе пытаемся найти решение их проблем. Они делают это, потому что осознанно или неосознанно ищут помощи. Но нужна ли она Вам? — Если я стою здесь, то, полагаю, что нужна, — было тяжело говорить это, признавать это для самой себя. Но, что, если не это, могло бы остановить ту черную, беспросветную дыру, в которую девушку все больше и больше затягивало? — Думаю, все же будет удобнее, если Вы присядете, Гарриет, — женщина говорила это совершенно спокойным тоном, хотя Ватсон могла поспорить, что в данный момент глубоко внутри она торжествовала и упивалась своей маленькой победой. Но решила вопреки всему принять предложение, так как отсутствие какой-либо активности в течение стольких дней явно сказывалось на ней. На какое-то время между ними повисла пауза. Гарриет понимала, что должна сказать что-то, начать плакаться, изливать душу и рассказывать о всех проблемах, что когда-либо были у неё, но что-то внутри заставляло её останавливаться на полуслове. Она просто не представляла, что сказать и как продолжить этот странный разговор. В какой-то момент захотелось просто уйти, опустив руки, что она и намеревалась сделать. — Вы можете покинуть это здание в любую минуту, — доктор так же пристально смотрела на девушку, кажется, нисколько не протестуя действиям девушки. — Но решит ли это хоть одну из Ваших проблем? На секунду Ватсон задумалась. Хотелось прийти домой, выпить пару бокалов вина и напрочь стереть из памяти этот визит, однако собственное лицо в зеркале ванной до сих пор стояло перед глазами и страх когда-нибудь потерять рассудок будто током прошёлся по телу. — У меня серьёзные проблемы, — она потупила взгляд, — с алкоголем, — казалось, девушка сейчас буквально переступала через себя. — Но вы ведь… — Вас что-то гложет, что-то, что когда-то сподвигло Вас выпивать, что это было? — вопрос вновь поставил девушку в тупик. Весь сеанс шёл вразрез с её представлениями о психотерапии, когда человеку дают возможность выговориться и медленно выслушивают все жалобы на жизнь. Было видно, что в её случае психотерапевт нарочно действовала таким образом. — Простите, я не понимаю… — она прекрасно осознавала, к чему ведет доктор, но не хотела этого начинать, она избегала этой темы уже столько времени, что сдаваться теперь было бы непростительно. — Вы понимаете, Гарриет, — девушке в какой-то момент показалось, что доктор просто читает её мысли. — Я знаю, как это больно для Вас, но Вы не сможете вечно убегать от этого. — Хорошо, — во рту резко пересохло, а сильное желание выпить ударило в голову. — Несколько месяцев назад… у меня умерла жена. Её звали Клара.