Идеальный

«Shots, shots, shots, I’m drinkin’… It’s better when I’m drinkin’»       Звучавшая в баре песня отлично передавала состояние Чонгука. Он до сих пор пытался отойти от эксцесса, произошедшего два дня назад. Жалел он только об одном – что не вмазал Мунбину посильнее. Осталось только мучиться догадками: о чём они тогда, чёрт возьми, говорили? И что произошло после инцидента?       Парень вздыхает. Решает, что шотов на сегодня явно хватит, когда его голова едет кругом, и он кое-как сползает со стула.       – Что, больше ничего не хотите? – милая барменша кокетливо подмигивает парню, стараясь обратить на себя внимание.       – Нет, спасибо, – довольно резко ответил парень.       – Уверены? – не унималась девушка, усердно протирая стакан.       Чонгук ничего не отвечает, просто молча бросает несколько монет в стакан для чаевых и разворачивается.       – Хорошего вечера, – уже не так бодро тараторит девушка и убегает к другому посетителю.       Ладно, сейчас нужно решить вопрос с билетом в Гонконг. Деньги-то вроде есть, но вот шикануть особенно не удастся. Снова ему придётся остановиться в каком-нибудь захудалом мотеле. Но ничего, сейчас для него особенно важна эта поездка. Необходимо узнать хоть что-нибудь о произошедшем в клубе. Ему важно это узнать, даже если потом придётся ещё долгое время сводить концы с концами.       Уже дома он находит нужный сайт и покупает билеты, находит подходящий мотель. Цены, конечно, кусаются. Придётся взять немного из заначки.

***

      Гонконг встретил Чона дождём. Но это было даже приятно, разве что сигарета быстро промокла, и пришлось её выкинуть. Парень ловит такси и направляется по нужному адресу. По приезде он быстро побросает вещи в шкаф в номере и направится куда-нибудь перекусить. Уж больно отвратная еда была в самолёте – он очень голоден.       Покопавшись в телефоне по дороге в мотель, он находит вполне сносное кафе. Смотря на серый пейзаж и размытые огни города за окном, он погружается в мысли о завтрашнем дне. Завтра он пойдёт на концерт Мина. Он долго не решался, но всё-таки купил билет. Между «рейдами» в личную территорию Юнги он всё же посещал его концерты. Без этого он не мог.       После каждой (пусть даже несколько «дистанционной») встречи с Юнги оставалось странное «послевкусие»: это до невозможности мучительное чувство, как будто он близок, но в то же время далёк от своего кумира. Что бы произошло, появись у Чонгука возможность поговорить с ним лично? Да даже просто сказать: «Здравствуй», – и пожать руку? Его, должно быть, тут же пробило бы на слёзы. Или он упал бы в обморок. Да уж, ничего хорошего бы точно не произошло.       Расплатившись с таксистом, Чон вышел из машины и, протерев моментально намокший от дождевых капель экран телефона, посмотрел на время. Гонконгские пробки творят чудеса: уже совсем вечер. Быстро оформив документы и получив ключ от номера, он бросает свои вещи в шкаф (ещё более небрежно, чем планировал) и спешит в кафе. Дождь не собирался стихать, наоборот, только усилился. О зонтике Чон как-то даже не подумал, вот вообще не подумал. Ровно как и о том, чтобы хотя бы загуглить прогноз погоды в городе, куда он летел. Продуманность – это не про него. Он склонен к спонтанным решениям.       Наконец он подошёл к нужной двери. Кафе встретило его теплом и уютной атмосферой. Выбрав укромное место, он дождался официантку и сразу продиктовал заказ – он уже прочитал меню на официальном сайте. Милая девушка, принявшая заказ, пожелала ему хорошего вечера и помчалась на кухню. Парень расслабился в кресле и посмотрел в окно. Всё-таки приятно сидеть в тепле, когда на улице творится такой хаос.       Вот и принесли заказ. Поблагодарив официантку, Чонгук принялся за еду. Его взгляд зацепил экран телевизора, где ведущий со смешной «зализанной» причёской вещал новости. К счастью, с китайским Чон кое-как дружил, но только кое-как. Посочувствовав гонконгцам, которых ждёт ещё как минимум неделя проливных дождей, Чон достал телефон и ещё раз проверил время и место завтрашнего мероприятия. Затем он вернулся к смешному ведущему и новостям. Тот же торжественно объявил новость, от которой Чонгук, мягко говоря, выпал в осадок. Да, он не всегда понимал, что именно говорил мужчина, но тут он понял каждое слово. Нет, не понял, додумал, но вполне синонимично. Ещё раз достал телефон, стал шариться на новостных сайтах.       – Так, – вздох, всё же нужно сначала успокоиться, а затем приступать к анализу.       Ещё пара минут дыхательной терапии, не давшей результата, и Чон дрожащими руками пытается закончить трапезу. Тихо зовёт официантку, расплачивается по счёту, не забывая про скромные чаевые, и направляется в мотель. Нужно ещё раз всё проверить и наконец-то начать думать, а не паниковать.       Уже в номере залезает в ноутбук. Вай-фай в мотеле работает через раз, поэтому Чонгук успевает несколько раз выругаться, прежде чем находит нужный сайт.       – Когда они успели решить? – уже совсем ничего не понимает.       Закидывает руки за голову, потягивается и тяжело вздыхает.       – Так, спокойно, – ещё одна попытка успокоить самого себя.       Делает пару глотков воды.       – Ты же понимаешь, что это твой шанс? – наконец-то нормальные мысли в голову лезут. – Всё же очень маленький, но шанс.       Шанс действительно очень мал. Какова вероятность, что именно ему повезёт?

***

      – Нам нужны новые лица, – с порога заявил Намджун. – Вас тут двое? Отлично.       – А? – переспросил даже не расслышавший оппонента Хосок, отчаянно пытаясь открыть пакет со снеками.       – Новые лица нужны, говорю, – повторил Намджун.       – Ты о чём? – поинтересовался сидящий на диване и допивающий очередную чашку кофе Юнги.       Намджун налил в одноразовый стаканчик воды из кулера и плюхнулся рядом с Мином.       – Я тут подумал, что было бы неплохо устроить прослушивание. Новые лица – это очень даже неплохо.       – Ты хоть помнишь, сколько со всем этим мороки? – пробубнил Хосок, при этом неудачно открыв упаковку, в результате чего все снеки посыпались на пол. – Плохой это знак, братан.       – А что, сейчас наши артисты очень востребованы, поэтому народ бы к нам пошёл, – с энтузиазмом вмешался в разговор Юнги.       – И я о чём, – обрадовался поддержке Ким.       – Прослушивание так прослушивание, – Чон стряхнул с рабочего стола крошки. – Нужно только решить, где и когда.       – Думаю, мы могли бы попробовать выйти за пределы Кореи, – Юнги подался вперед. – Скажем, пройтись по некоторым странам Азии.       – Звучит неплохо, – охотно согласился Намджун.

***

      В зале было ужасно душно, а голова кружилась от переполнявших мыслей и эмоций. Прослушивание в Сеуле начнется буквально через две недели – впервые в жизни нелюбящий состояние ожидания Чон посчитал это слишком маленьким сроком. Безусловно, это его шанс исполнить свою мечту, заниматься любимым делом, но всё-таки неожиданно ударившая по голове новость заставила его усомниться во всём. Он как будто, сам того не зная, ждал всю жизнь такой возможности, но она пришла настолько внезапно, что аж дыхание спёрло. Теперь все его навыки, которые он оттачивал в течение последних лет, казались ему такими ничтожными, что хотелось провалиться под землю от одной мысли о том, что он мечтал заниматься танцами профессионально. Какой, к чёрту, профессионал? Он обычный парень, ему ничего в жизни никогда не светило, а тут… Что он о себе возомнил, решив пойти на это чёртово прослушивание?       Наконец, заиграл знакомый бит, и Чонгук вернулся в реальность. Концерт начался. Какая-то девушка, стоявшая слева от Чона, завизжала ему прямо в ухо, но парень не обратил на это никакого внимания. Всё его внимание было там, на сцене, рядом с Юнги. Для него всё происходило в замедленной съёмке: все движения, все жесты, только музыка отдавалась в голове в своём привычном ритме. Миллион эмоций внутри, миллион мурашек на теле, но только одна мысль в голове: как он, блять, бесподобен. Интересно, найдёт ли Чонгук в нём когда-нибудь недостатки? Да, скорее всего, они есть, но для Чона они наверняка окажутся такими микроскопическими, практически несуществующими. Или же, наоборот, покажутся чем-то милым, приятно удивившим или забавным.       Эмоции настолько захватили Чонгука, что он, кажется, периодически забывал дышать. Что-то тёплое и приятное как будто разливалось внутри. Парень стоял в толпе и, одновременно с тем, словно находился вне её, где-то в своём собственном мире, где есть только он и Юнги, который обещает ему, что всегда будет рядом, как бы трудно не пришлось. Воздуха катастрофически не хватало, а ноги оказались слишком ослабевшими, чтобы сделать хоть шаг, в то время как толпа вокруг прыгала от счастья.       Исполнив последнюю песню, Юнги попрощался с фанатами и закончил концерт. Для Чонгука он пролетел как будто за секунду. На автомате он кое-как покинул зал и вызвал такси. В машине как назло заиграл один из новых треков, спродюсированных Юнги. Как будто сама судьба говорит Чонгуку, что ему не суждено выкинуть Мина из своей головы. Уже в номере мотеля Чон бросается на кровать, громко вздыхая, и улыбается. Пролежав так, наверное, с полчаса, он всё-таки вспоминает о том, что он человек, у которого есть банальные потребности, поэтому лениво потягивается и решает, что определённо он очень голоден.       Продублировав вчерашний маршрут, он с улыбкой заходит в кафе и садится на вчерашнее место. Добавляет к заказу бутылочку пива и залезает в телефон. Если бы у него был личный дневник, он бы определенно раскрасил сегодняшнюю страничку самыми яркими цветами. На фоне последних событий он даже подзабыл о ситуации с Мунбином. Всё же самое главное, что сейчас с Юнги всё хорошо, что он сегодня улыбался. Но откладывать в дальний ящик эту ситуацию Чон не планировал, он собирался навестить Мина в его любимом ресторане в Гонконге завтра. Откуда он знал? Если кто спросит, он обязательно ответит, что просто Юнги ходит в этот ресторан всегда, когда бывает в Гонконге, и ему, конечно же, поверят, ведь, чёрт возьми, Мин всегда ходит в этот ресторан, когда бывает в Гонконге. Но есть ещё кое-что. Завтра у парня должна состояться встреча с менеджером в час дня именно в этом месте. Но Чонгук ни за что не признается, что знал об этом.       И да, он, наконец-то, твёрдо решил, что пойдёт на прослушивание. Пойдёт и обязательно его пройдёт.

***

      Чонгук заказал столик ровно на час, но пришёл всё равно заранее. Предварительно заскочив в супермаркет около мотеля и купив зонтик, он теперь стоял около дверей ресторана с сухой сигаретой в руке. Делает последнюю затяжку и видит Юнги, старательно поправлявшего чёрную маску на лице. Вот он заходит вслед за ним, администратор просит его немного подождать и сначала отправляется проводить за столик Мина. Чонгук мнётся и топчется на месте, нервно поглядывая на часы и гадая, куда его посадят.       – Пройдемте за мной, пожалуйста, – вытаскивает его из собственных мыслей администратор.       Пока она проводит его за стол, он разглядывает зал, ища Юнги. Видит небольшой закуток, в котором, скорее всего, и находится объект его поиска. Но администратор уводит его дальше.       – Извините, я могу сесть в той стороне? – осторожно интересуется парень. – Мне кажется, тут небольшой сквозняк, а я легко простываю.       – Да, конечно, – улыбается девушка и, развернувшись, провожает его к нужному столику и вручает меню, бегло изучив которое, Чонгук заказывает у подошедшей официантки какой-то салат и стакан сока.       Пока заказ готовят, у него появляется возможность наконец-то сделать то, ради чего он сюда пришёл. Он тихо подходит к перегородке, за которой сидит Юнги, делает вид, что ему пришло оповещение и достает телефон, старательно в нём копается, на деле просто перебирая вкладки в браузере, и пытается услышать хоть что-то, надеясь, что ситуация с Мунбином и стала причиной встречи менеджера и Юнги.       – Молодой человек, Вам помочь? – его окликнула официантка, в тот же момент за перегородкой раздались звуки шагов.       – А? Извините, я просто искал туалет и решил, что он здесь, – развернувшись к официантке, максимально спокойно проговорил Чон и улыбнулся.       – Я Вам помогу, одну секунду, – девушка сделала пару шагов к стоявшему рядом столику, чтобы забрать посуду после ушедших гостей.       В этот момент сердце Чонгука ушло в пятки, ведь шаги раздавались уже прямо за спиной. Это был Юнги, который попутно что-то говорил менеджеру и, не заметив стоявшего парня, слегка задел его плечом.       – Я прошу прощения.       – Ничего страшного, – успевает отвернуться Чонгук, делая вид, что ищет что-то в кармане брюк. Не нужно ему, чтобы Мин видел его лицо. Ни к чему это сейчас.       Когда Юнги скрывается из виду, Чонгук наконец приходит в себя. Трёт задетое плечо с каким то трепетом, ещё немного, и улыбнётся, когда замечает что-то лежащее на полу. Телефон. Телефон Юнги, который, видимо, не услышал звука падения из-за коврового покрытия. Ещё секунда и официантка повернётся к нему и с улыбкой попросит пройти за ней, но буквально за эту секунду, не до конца понимая, что и зачем он делает, он подбирает телефон и кладёт в карман. Со спокойной улыбкой идёт за девушкой к уборной. Когда он возвращается к столику, заказ уже принесён. Он наскоро проглатывает салат, толком не понимая, с чем он, допивает сок и, не дожидаясь ухода Юнги, как он это всегда делал, быстро расплачивается, даже не смотря на нехеровую сумму довольно маленького заказа, и покидает ресторан. Ловит такси, прося водителя ехать побыстрее. Заходит в номер.       – Так, так, блять, что делать-то? – нервно ходит по комнате, поправляя волосы в десятый раз.       Он смотрит на лежащий на прикроватном столике телефон и буквально за секунду соображает, что делать дальше. Быстро достает сим-карту и зачем-то выкидывает в окно. Берёт в руку телефон, долго рассматривает его, не решаясь включить. Всё-таки никогда раньше он не подбирался к объекту обожания так близко. Считай, самая личная вещь, из которой можно столько узнать. Но до этого ничего его не останавливало, почему сейчас что-то должно? Он должен знать о той ситуации, а потом он обязательно выключит и уберёт этот телефон куда подальше. Только о том разговоре, ничего больше…       Взломать пароль не составило большого труда. А дальше осталось только покопаться в личных переписках. Наконец находит недавний чат с Мунбином. Он честно прочитает только его.       В чате, начатом в день той встречи, Чонгук находит только просьбы Юнги оставить его в покое. Он ничего больше не видит, нащупывает пачку сигарет в кармане и выходит на балкон, предварительно, как и обещал, выключив и убрав в сумку телефон. Хоть и не лично Юнги, но он пообещал ему не заходить дальше. Сигареты впервые оказались слишком тяжёлыми, от сделанной затяжки Чонгук закашлял. Смотря в серое небо он думал только об одном: пока что он может дышать спокойно.