Доброе утро, Хогвартс!

На Рождественские каникулы гриффиндорцы уехали в гости к родителям Рона. Но Лилит не скучала! У неё была надежда и Кузьма! Домовой получил строжайшее указание не покидать пределы комнаты. Поэтому настроение его было плакательно-умоляющим — Ну, хоть Пивза позови! Медовухи дерябнем, вспомним революционное прошлое!  — Нечего мне здесь устраивать кабак! Потом будет дружок твой орать на весь Хогвартс: «Ой мороз, мороз» и конечно никто ни о чём не догадается? После каникул, начались уроки по трансгрессии. Аспид, которой в январе исполнилось семнадцать, могла записаться на курс. Эти уроки напомнили ей весёлый фильм про волшебников: вижу цель, верю в себя, не вижу препятствий; там таким образом сквозь стену проходить учились. При трансгрессии было три «Н»: нацеленность, настойчивость, неспешность. На первом уроке не обошлось без травм. Сьюзен Боунз «расщепило». Теперь Лилит даже не расстраивалась, что с первого раза у неё ничего не вышло. Но «расщеп» заинтересовал её с точки зрения целительства, интересно, как справляются с подобными повреждениями? «Нет, всё же Рон Уизли — редкий тупица!», — думала Лилит. Гермиона! Умница и красавица Гермиона, сохнет по нему, а он крутит амуры с какой-то вульгарной девицей — Лавандой Браун! Она зовёт его, как шавку — Бон-Бон… Даже обидно за подругу! Предметы всё более усложнялись, и свободного времени почти не оставалось ни на что. Голова шла кругом от информации, поэтому когда Гермиона спросила у Лилит: — Эль, а ты ничего не слышала о крестражах? — Лилит ответила, чуть не забыв, что может нарушит государственную тайну. — Да это разработки моего прадеда, на основе опыта предыдущих цивилизаций, он разработал систему бессмертия. Бессмертный — это не фамилия, а качество. Он прятал части души в игле, иглу в яйце, яйцо в утке, утку в зайце, зайца прятал в сундук и цепями приковывал его к дубу. Таких дубов было тридцать три разбросанных по всему тридевятому, но подлинных было только три. Если находился герой, не ладящий с прадедом, тот делал вид, что умер, и, пережив своего оппонента, просто возвращался назад… — Что-то я ничего не поняла… Какая утка в зайце? — засомневалась гриффиндорка. — Да ладно, ты спросила я ответила… Пойдем, уже опаздываем. Но я точно знаю, что переводов на эту тему нигде нет. А если что-то и просочилось, то с неточностями и помарками. Сегодня у Слизнорта проходили Противоядия, и Гарри, благодаря своей книжке с подсказками, опять превзошёл всех. В кои-то веки реакция Гермионы и Драко на одно и то же событие совпала! Оба были в бешенстве! И если Малфоя Лилит тихонько поймала за руку после урока, то Грейнджер утешать было некому! Надежды Гарри поймать Драко на «горячем» никуда не делись и он следил за ним по своей карте, когда заметил одну странность. То, что Лилит и Кузьма на ней не отображались, он уже привык, но то, что недруг тоже научился обходить этот артефакт, его совсем не радовало. Гермиона плакала в Больничном крыле. Подумать только, в день рождения её разлюбезного Уизли, сперва попытались приворожить, а потом и вовсе отравить! Шекспир отдыхает! Только вот главный персонаж больше походил на героя песни «Рыжий, рыжий конопатый»! — Добби, какими судьбами? — Кузьма хлопал глазастого эльфа по спине так самозабвенно, что тот даже заикал. — А это, что за старичок, видом как сморчок? На Нафаню Кощеева похож! Ну, здрав буди, Чудо-юдо! — Кикимер не водится с чужими… Кикимер из благородной семьи… — наглость сморчка поразила Кузьму! — Да кто ж тебя бабским именем-то озаглавил, горемыка? — сузив глаза, попытался снова найти подход Кузьма. Кикимер только злобно зыркнул в ответ. — Гарри Поттер велел Добби и Кикимеру следить за молодым хозяином, — похвастался эльф своим заданием — Да уж, хозяин у тебя… — скривился Кузьма, как после лимона. На что Кикимер полез в рукопашную, но весовые категории были неравны. — Ты зачем обижаешь гостя! — возмутилась вошедшая хозяйка. — Да мы уже уходим, — спохватился Добби, подхватывая отбитого Кикимера на худосочное плечико. «Зачем это Поттеру такая агентура? Они ж друг друга не переваривают?», — подумалось Лилит. Подозрения из воздуха не берутся, а посвящать её в тайну никто не спешил. — Говорю вам, Дамблдор, она считает себя исчадием Тьмы! — взволнованно говорил Снегг. — Впервые контроль над сознанием не был полным и я увидел… — Довольно, Северус, я уже давно в курсе, меня предупредила Сивилла ещё три года назад. Она не должна оказаться в руках Волан-де-морта! Получи он её, его могущество выйдет за рамки этой реальности! Поэтому, если тебя не затруднит, когда будешь выполнять то, о чём мы с тобой договаривались, ну, ты помнишь… Позаботься, чтобы она ушла вместе со мной. — Но профессор Дамблдор… Гарри-крестраж, девочку с вами, это как-то… — от слова «Пророчество» Снегга уже ощутимо тошнило. — Не мямлите Северус, отчаянные обстоятельства требуют иногда страшных мер… Она оружие. Её необходимо выбить из рук Тёмного Лорда. Вы уж организуйте, Северус… Даблдор думал: «Я не нашёл Светлой Лилии, даже упоминания о ней. Но уж Тёмную-то забрать с собой смогу! Целое измерение по Пророчеству станет моим!».