Сладкое признание

Самое прекрасное место для уединения, по мнению Хван Чеён, — это крыша. Возможно, это может показаться странным, но она действительно приходит сюда каждый раз, когда чувствует себя не очень хорошо. Здесь ей комфортно, здесь она остаётся сама с собой и может слиться со своими чувствами и мыслями воедино. Здесь она может уединиться и это замечательно. Чеён всегда старалась оставаться сильным человеком, как бы больно ни было, сколько бы трудностей она не встретила. Она всегда окуналась в это дерьмо с головой, ранилась, спотыкалась, убивалась, но по итогу выходила оттуда с улыбкой на лице и не смела жаловаться. Пока её родители пили и устраивали скандалы, она тихо сидела в комнате, не смея даже пискнуть о том, как ей это всё надоело. И даже когда она была совсем малышкой — она никогда не сдавалась. И даже тупики были для неё очередным ребусом судьбы, который она с лёгкостью отгадывала. Хван Чеён всегда верила в то, что если и придёт боль, то придёт и счастье — и она верит до сих пор. Она всегда старается полюбить себя, часто меняется, пробует что-то новое и не может прийти к результату. Однако, не останавливается и идёт дальше — такова её жизнь, такова её цель. Она хочет вырасти сильным человеком и идти дальше, невзирая на боль. Даже стоя на коленях перед смертью, она лишь улыбнётся ей, вспомнив свой тяжёлый путь и отдастся в руки тёмной королеве мёртвых душ. После того, как она показала это место Юнги, то он тоже полюбил его. Они часто зависают здесь с кучей одеял, подушек и еды и смотрят фильмы. Но сейчас они приходят сюда реже из-за зимних морозов и холода. Весной всё изменится. Чеён всегда мечтала о счастливой жизни со своими родителями, о прогулках с ними и совместных ужинах, когда бы они болтали обо всём на свете. Она всегда мечтала о младшей сестре, поэтому часто приходит к Юнги проводить время с его младшей сестрой — Юнджи. Она рассказывает девочке сказки, они вместе играют в куклы, а когда смотрят мультики, то Чеён любит заплетать младшей косы. Девушке просто некуда выплеснуть всю заботу, которая скопилась внутри её сердца за все годы. Стоя практически на краю крыши, она закрывает глаза и чувствует, как ветер аккуратно развивает её тёмные волосы. Однако, это умиротворение продолжается недолго, ведь в следующий миг её телефон завибрировал и ей пришло сообщение от друга. Прочитав содержание, состоящее лишь из одного слова, она немедля позвонила другу, потому что, зная Юнги, слово «пиздец» хоть и может порой означать банальную вещь, которая немного подбесила его, но иногда что-то может случиться и это что-то не всегда хорошее. — Юнги? Что-то случилось? — тихим и спокойным голосом спрашивает Чеён, доставая из кармана пачку сигарет. Почему-то она вспомнила о ней только сейчас. Намджун запрещает ей курить, потому что переживает за здоровье девушки и та его слушает, однако иногда приходится скрывать такие случаи, когда сигарета так и просится быть зажженной и замкнутой меж пухлых губ Чеён. И в такие случаи тяжело отказать этой вещице, полной табака и расслабления, так как тяжесть на душе тоже хочет выйти на второй план и затуманиться в дыме сигарет. — Пиздец, — протянул Мин шёпотом. — А поконкретнее? — она достала из пачки одну сигарету и зажигалку, а затем засунула её в рот, собираясь поджечь. — Заберёшь со мной Юнджи из школы? — Юнги был в миге от истерического смеха. Подруга ничего не понимала. — Ну-у, — она задумалась, быстро вынула изо рта сигарету, ведь не хотелось встречать Юнджи с радостной улыбкой и запахом сигарет, поэтому подумала: «Ладно, как-нибудь потом». — Хорошо. — Э-э, давай тогда через десять минут у перекрёстка? Около продуктового. — Хорошо, — глубоко выдохнув, сказала девушка, находясь в шаге от смерти — до конца крыши, до обрыва было лишь полметра. Надо оставаться сильной.

***

Чеён стоит на перекрёстке несколько минут и уже собирается звонить другу, чтобы поинтересоваться, куда он пропал, но в следующий момент видит его вдалеке, по другую сторону дороги, по которой непрекращаемо ездили машины, и из-за которых Юнги пропадал из виду на пару мгновений, а затем опять появлялся. Издалека было плохо видно выражение его лица — то ли он улыбался, то ли хмурился — но оставалось всего немного до того, как подруга наконец сама спросит его о том, что же всё-таки произошло. С приближением Мина Чеён становилось легче. Она не любила оставаться одна, поэтому постоянно цеплялась за него и за Намджуна как за последний в мире кислород. Как будто без них не было смысла идти дальше. — Ну? Так что случилось-то? — с неподдельной улыбкой на лице спрашивает девушка, которую распирает от любопытства. Юнги делает глубокий вдох. — Я сейчас разговаривал с Чимином. То есть… Я был в курилке, а он пришёл туда и… — он немного путался в словах, запинался, но всё равно пытался донести всю суть до Чеён, которая всё равно ничего не понимала. — И? — Он попросил меня рассказать ему что-то весёлое, что-то интересное. Что-нибудь из моей жизни, что мне запомнилось. — Ого, ты не запинаешься. Давно научился? — усмехнулась подруга. Юнги улыбнулся. — Так и что ты рассказал? — О том, как на тебя в бассейне прыгнул тот жирный мужик, — продолжил улыбаться Мин. — Ты серьезно?! — подруга подняла от удивления брови, беззвучно посмеявшись. — Из кучи историй ты выбрал именно эту?! — Я паниковал! — Это не оправдание! — Ну, я ещё рассказал про чат рулетку, про игры в Гарри Поттера и ночёвку у Джуна. — А что ответил на это всё сам Чимин? Юнги замолчал. Сердце немного кольнуло, когда он вспомнил его улыбку, в которой таилась то ли лёгкая зависть, то ли грусть, ведь слушать о том, чего у него, Чимина, никогда не было и, возможно, никогда не будет, действительно больно. Чимин словно птица в клетке, которая наблюдает за тем, как остальные вольно и свободно размахивают крыльями, разрезая ими воздух. И каждый раз, когда он сам хочет выпрямить свои крылья, взмахнуть ими, то просто бьётся о решётку клетки, ломая кости, лишаясь перьев. И всю жизнь он также проведёт в заточении, пока кто-то не откроет ему дверь и не выпустит на волю, пока этот кто-то не заберёт его от злых хозяев и не укроет от вечных кошмаров такой жизни, что приносит только боль. Пока кто-то не подарит ему глоток свободы, которая насытит его душу настолько, что тот станет счастлив. По-настоящему счастлив. Нас часто вгоняют в рамки, не дают реализовываться, заниматься тем, что нравится нам, что приносит счастье и удовольствие, дарит улыбку и занимает пустоту внутри. Нам часто делают больно из-за собственной прихоти, некоторые просто не понимают наши страсти, не понимают, как это дело может приносить нам радость и удовольствие. Некоторые сравнивают с собой и делают выводы, что это просто не нужно в жизни и не принесёт хорошей зарплаты. А кто-то просто смеётся и плюётся желчью, ломая человека, который потом сминает свои мечты и выбрасывает далеко, сосредоточиваясь на том, что якобы важно. Но никто не думает о чувствах человека. Никто не думает о том, что какое-то банальное занятие приносит человеку счастье, наполняет его жизнь радостными моментами и прогоняет ту пустоту, что раздирает душу человека. Кому-то нравится коллекционировать марки, кто-то любит писать стихи, кому-то нравится читать комиксы, а кто-то носит одежду лишь красного цвета. Кто-то ходит на работу и заполняет бумаги, делая вид, что ему это нравится, а на самом деле у него дома находится целая коллекция различных растений и коллекционирование приносит ему удовольствие. Какая-то бабушка, которая постоянно ворчит и многих раздражает, возможно потеряла недавно родного человека и в память о нем готовит каждый день яблочную шарлотку. Кто-то коллекционирует носки, а кто-то собирает букеты из сухих листьев каждую осень. Какое-то дело может кому-то показаться странным. Кто-то может сказать, что это глупо, что это не нужно человеку, что нужно быть серьёзнее и концентрироваться на важных вещах. Кто-то просто посмеётся и назовёт такого человека психом или ненормальным. Но давайте подумаем и примем одну лишь истину: когда человек чем-то увлекается и это делает его чуточку счастливее, то разве это не прекрасно? Юнги часто думал об этом. Он всегда думал: Чимин всегда так радостно выглядит, улыбается, хорошо ко всем относится, но, может быть, он вовсе не счастлив? Возможно, он любит делать что-то иное, а не ходить на фотосессии, заниматься игрой на фортепиано и жить, вогнанным в рамки. Возможно, он мечтает улететь в другую страну и развести кроликов, может, он любит кактусы и хочет приобрести целую коллекцию этих растений. Может быть, ему просто нравится наблюдать за звёздами по ночам, но он не может, потому что шторы по ночам закрыты и он не может взглянуть на небо, которое хочет ему улыбнуться. Почему люди должны страдать и умирать изнутри, показывая на публику лишь улыбку и радость? Почему они не могут просто закричать от раздирающей внутри боли, попросить помощи у случайного прохожего или не общаться ни с кем, пока его чувства не придут в норму? Почему человек, который обладает чувствами, эмоциями, который может плакать и ломаться от неполноценности внутри, должен закрывать на это глаза и улыбаться, скрывая за этим всем апатию и боль? Юнги всегда ненавидел это общество, которое думает лишь о себе. Которому плевать на чувства остальных, на их состояние и эмоции. Он помнит, как сам был в такой ситуации. Когда младшая сестра попала в больницу с подозрением на воспаление лёгких, и Юнги целую неделю ни с кем не общался, не спал и не ел, то люди лишь подкалывали его и считали, что он делает из себя жертву. Он помнит, когда Чеён была на грани суицида, после очередной ссоры с родителями, которые сказали ей, что лучше бы её не было и что она никому в этом мире не нужна, люди якобы не замечали шрамы и повязки на её запястьях, не видели то, как она практически падала в обморок после уроков физкультуры и бегала в туалет каждый раз, когда видела еду. Всем было всё равно. Никто даже не поинтересовался, всё ли нормально, нужна ли ей помощь или поддержка. Люди лишь думали, что она сумасшедшая и ей пора в психушку. Никакого сочувствия. Ничего. Никто порой не видит, как ломаются люди, как они разваливаются на кусочки, по которым человека потом не собрать заново. Никто не думает, что от слов: «Не грусти» человек, погрязший в депрессии, не вылечится. От слова: «Поешь» анорексики тоже не вылечатся. От слов: «Напиши» писатель, который уже несколько месяцев не может найти вдохновение и собрать мысли в голове, не напишет новую книгу. А художник, которому просто сказали нарисовать что-то, не нарисует, если всё это время его никто не поддерживал и не дарил яркие эмоции вкупе с вдохновением. Порой одного слова мало, чтобы заставить человека жить и двигаться дальше. Нужно быть рядом, постараться понять человека, ведь ему может быть очень тяжело. А порой одного слова достаточно, чтобы окончательно разбить и сломать человека, который в следующую же минуту может пойти на крышу или броситься под поезд. Ведь не слова: «Я тебя люблю» показывают любовь к человеку, а поступки. Обычные слова не сравнятся с тем временем, когда вы были рядом, поддерживали и слушали человека, переживающего тяжелый период. Нужно не говорить, а чувствовать. Нужно действовать, а не выбрасывать обычные слова. — Он улыбался. Он ломался.

***

— Ты сейчас домой? — невзначай спрашивает Юнги у Чеён, одной рукой держа за руку младшую сестру, а в другой её маленький розовый рюкзак. — А что? — Думал, может пойдёшь к нам, поиграешь с Юнджи, — ответил Юнги. — Ну, если ты, конечно, хочешь. — Я не против, — улыбнулась подруга. Когда ребята пришли домой, то Юнджи первым же делом попросила включить ей мультики. Юнги всегда казалось, что она родную семью продаст ради новых серий ЛедиБаг или Гравити Фоллз. Но он её прекрасно понимал, ведь сам очень любил смотреть мультики, а особенно про супергероев. Поэтому в его комнате хранится много комиксов Marvel и DC, а стены увешаны плакатами с Халком, Железным человеком и Бэтменом. — Когда придёт мама? — спросила младшая. — Скоро. Может через час. — А час это много? Семилетняя Юнджи ещё не очень хорошо разбиралась во времени, путалась в стрелках: не понимала, когда половина часа, а когда пятнадцать минут, поэтому говорить ей было бесполезно — только если попытаться вбить ей в голову всю информацию, без которой в нашем современном мире не проживешь. — Это шестьдесят минут. — А это много? — В одной минуте шестьдесят секунд, а в шестидесяти минутах три тысячи шестьсот секунд, — уставши бормотал Юнги. — Ну так а это много? Юнги повернулся лицом к подруге, которая мило улыбалась, глядя на эту картину, и проговорил губами: «я заебался». — Смотри, — дело в руки взяла Чеён. — Когда вот эта стрелка, — она показала пальцем на настенные часы, — которая сейчас на четырех, будет на пяти, то значит, что мама скоро придет. — А-а, теперь поняла, — девочка с интересом стала смотреть на часы, которые она и так видит каждый день. — Юнги мне говорил, что час — это когда маленькая стрелка двигается на другую цифру. А когда большая… — Большая стрелка двигается быстрее. Когда проходит минута, то она сдвигается на одну черточку, вот, видишь? — Чеён подошла ближе к часам и указала на маленькие черточки, находящиеся в промежутке между двумя толстыми черточками. — А как понять, когда прошло пять минут? — нахмурив бровки, спросила Юнджи. — Ну смотри, когда маленькая стрелка сдвинулась на одно число, то значит, что прошел час, так? — Так. — А когда большая стрелка сдвинулась на одно число, то значит, что прошло пять минут. — А почему… — Мин Юнджи, большая стрелка двигается быстрее маленькой, поэтому там проходит пять минут при сдвиге на одно число, а там час, мы же сто раз обсуждали это — с раздражением пробурчал Юнги. — Эй, не злись на неё, — прошептала ему Чеён. — Мы же тоже когда-то не понимали этого. И она когда-то поймёт. — Надеюсь, что поймёт. — Надеюсь. — Ну, эй, вы там, не шепчитесь, а лучше расскажите мне про космос, — надув губы и нахмурив брови, пробормотала младшенькая. — Оу, это к Юнги, — Чеён устроилась на кровати поудобнее, готовая слушать рассказ друга, который достаточно хорошо разбирался в этой сфере. — Я же тебе уже рассказывал, — пробурчал Юнги. — И что? Я хочу ещё! Мин закатил глаза и попытался привести свои мысли в порядок, что были заняты одним лишь именем в последние несколько дней. Ну или несколько лет. Его младшая сестра села рядом к Чеён, которая стала расплетать длинные косы девочки и расчесывать тёмные и густые волосы. — С чего начать? — С планет! С планет! Какая самая большая? — возбужденно и громко стала говорить девочка, чуть ли не подпрыгивая. — Юпитер. Самая большая планета в Солнечной системе. Его масса равна 2/3 массы всех планет, эту планету относят к газовым гигантам. Юпитер не имеет твёрдой поверхности и состоит преимущественно из газа. То есть, походить по планете ты не сможешь ещё как минимум потому, что температура там порядка 20-25 тысяч градусов. — Это много? — Юнджи, если тебе при температуре в 30 градусов жарко, то представь, как тебе будет жарко при температуре в 20 тысяч градусов. Ты просто сгоришь, — улыбнулся старший брат. — А ещё на Юпитере дуют ураганные ветры, тебя там к чертям сдует. Ну и в атмосфере планеты всегда идут грозы и бушуют сильные штормы, а ещё молнии там в тысячи раз мощнее земных. В общем, на этой планете не выжить. — А что ещё там есть? — Ну, например на Юпитере наблюдаются мощные полярные сияние, самые интенсивные во всей Солнечной системе. — Ла-адно, а как насчет Ма… Мас… — Марса? — Да! — Ну, например, Марс называют Красной планетой, потому что планета кирпичного цвета. День на Марсе длится почти столько же, сколько и на Земле — 24 часа и 37 минут. На планете много воды, но она вся в замёрзшем состоянии — это всё из-за низкого атмосферного давления. Средняя температура на Марсе — минус 50 градусов. Кстати, на Марсе есть смена времён года. Так вот, насчет температур, летом воздух может прогреться до 30 градусов, а зимой мороз может достигать минут 140 градусов. Вот так вот. — А марсиане существуют? — Да кто знает. Я думаю, что нет. Как никак, по планете катается планетоход «Кьюриосити», который делает снимки, поэтому навряд ли там есть марсиане. — Тогда скучно. А на других планетах есть жизнь? — Неизвестно. Но судя по погодным условиям, я думаю, что нет. Но это только Солнечная система. Есть же еще много других планет в других галактиках, так что… — Стоп, стоп, стоп, я всё забываю спросить, что за Солнечная система? — Ну я же тебе рассказывал, — уставше пробормотал Юнги. Однако он был бы рад рассказать сестре ещё разок про то, как всё устроено, ведь девочка как-никак должна развиваться и познавать мир. — Ты сказал мне лишь то, что в неё входит восемь планет и назвал их и всё. — Ладно, Солнечная система — это система небесных тел, которые связаны друг с другом силой тяготения. В неё входят планеты, карликовые планеты и малые тела, которые обращаются вокруг Солнца. А также естественные спутники, межпланетная пыль, частицы солнечного ветра и свободные атомы водорода. — Ах, как же сложно! — простонала девочка. — Не так уж это и сложно. — А что за карликовые планеты? — Это планеты, которые тоже обращаются вокруг Солнца, однако у них слишком маленькая масса для того, чтобы освободить окрестности орбиты от других тел. В Солнечной системе есть пять карликовых планет: Плутон, Церера, Хаумеа, Макемаке и Эрида. — Слишком много информации, у меня аж голова разболелась. Лучше расскажи мне про звёзды. — Боюсь, голова не пройдет. — Тогда про созвездия. Какие вообще есть? — Их много. Например, Большая и Малая медведица, созвездие Дракона, Мухи, Ящерицы, созвездие Цефей и Кассиопея. Также есть зодиакальные созвездия, через которые проходит линия годичного движения Солнца. Их всего 13 — Овен, Телец, Близнецы, — Юнги начал загибать пальцы, — Рак, Лев, Дева, Весы, Скорпион, Стрелец, Козерог, Водолей и Рыбы. Тринадцатое созвездие — Змееносец — к зодиакальным не причисляют. — А почему? — Ну, это по древней традиции, я уж не знаю. — Всё, хватит этой вашей науки на сегодня, я хочу смотреть мультики, там не нужно так сильно напрягать мозги, — сказала девочка, встала с кровати и побежала к себе в комнату. — Это была астрономия и астрология! — выкрикнул ей вслед Юнги. Из комнаты девочки послышался цок. — Я думал язык отвалится, — усмехнулся Юнги. — Мне кажется или ты за всю свою жизнь столько умной информации не произнёс? Нет, серьёзно. — А ты во мне сомневалась? Я и не на такое способен. — А на что ты ещё способен? Я знаю, что ты профессионально страдаешь по Пак Чимину. В следующую секунду в подругу прилетела подушка. — А ты что, не согласен со мной? Юнги сделал глубокий вдох.

sleeping at last — north

— Это всё так странно, — он уставился куда-то в стену, игнорируя вопрос подруги. Задумался. — Ты сейчас про что? — Про Чимина. — Я и не сомневалась. — Просто, помнишь всё то время, когда это всё было лишь моей фантазией? А сейчас он прибегает ко мне и просит рассказать ему интересную историю. Мне жаль его. — Почему же? Он живет в богатой семье, он просто купается в деньгах и славе. — Не все богатые люди счастливы. Чимин один из них. Подруга замолчала. «— Мне просто иногда так хочется повеселиться. А мои родители считают, что веселье — это синоним слову «деградация». То что лучше жить тихо, слушая классическую музыку, читая классику и смотря классику. — Но веселье делает нас счастливыми. — Да. Именно когда нам по-настоящему весело, мы чувствуем себя счастливо. Но вот парадокс! Я не чувствую себя счастливым. То есть, я буквально никогда не чувствовал себя счастливым.» Я никогда не чувствовал себя счастливым — проносится в голове Юнги знакомый дрожащий голос. — Думаешь? — Знаю. «— Тебя когда-нибудь спрашивали, чего хочешь ты? — Нет. — Ну так скажи им. — Не всё так просто. — А чего ты хочешь? — Счастья.» — Пиздец странно. — Но знаешь, я уверена, что ты сможешь вытащить его из этого дерьма. Ты же всегда говорил, что хочешь сделать Чимина счастливым. Нет, не просто счастливым, а самым счастливым. Я уверена, что ты сможешь. — Прям уверена? — Да на все сто процентов. Да на двести! Юнги улыбнулся, а затем подвинулся к подруге, повалил её на кровать и стал обнимать. В уши ударил сладкий запах её цветочных духов, а внутри стало так тепло. Он порой задумывался о том, почему же он не влюбился в Чеён? Чеён, которая всегда рядом, всегда поддерживает его дурацкие идеи и предлагает свои, которой можно доверять и которая не предаст. Почему он влюбился в Пак Чимина, который заперт в клетке, которому даже не дают спокойно вдохнуть капельку свободы, который погряз в скомканных мечтах и развалившихся на кусочки желаниях. Который смотрит на жизнь с улыбкой, а та лишь ранит его душу ещё сильнее. У которого забрали ключ от счастья. Пак Чимин, который сломался. Пак Чимин, который никогда не был счастливым. А будет ли когда-то? — Спасибо тебе. — За что? У нас минутка откровений? Я даже не помню, когда в последний раз слышала от тебя такие ванильные речи, брось, Юнги, меня сейчас стошнит. — За всё. — Как сладко. — За то, что всегда рядом и всегда слушаешь меня. — Кажется, у меня сахарный диабет. — За то, что поддерживаешь и принимаешь меня. — Придурок, спустись с облаков сахарной ваты и слезь с единорога, я молю, — Чеён закатила глаза, а в следующую секунду в её лоб прилетел щелбан. — Идиотка. — Пошёл в жопу. Над ними повисла лёгкая тишина, которую сопровождали лишь звуки из телевизора в комнате Юнджи и её смех. Хотелось бы лежать так, в обнимку, всегда. Всю оставшуюся жизнь. — Обещаешь, что сделаешь Чимина счастливым? — Обещаю. Порой сломанные вещи не всегда можно привести в порядок. Иногда им даже ремонт не помогает, ведь разбитую вазу не соберёшь обратно, сгоревший дом не соберёшь из оставшихся от него углей, а помятый и порванный в клочья листок уже вряд ли можно как-то склеить. Но Юнги пообещал. А обещания нужно выполнять.