Глава 2.
23 июля 2019 г., 12:57
Игорь смотрел на Риту с большой портретной фотографии с черной лентой в правом углу. На этом снимке он улыбался, и ему было еще двадцать семь лет; пройдет целый год, прежде чем Юрий Валентинович Зуев нажмет на курок и разрушит одним единственным выстрелом несколько жизней сразу.
Рита сидела на небольшой скамеечке у могилы человека, которого считала своим мужем. Кольцо, которое несколько лет назад ей передал Егор Анисимов, сверкало сапфировыми огоньками, как новое – символ вечной любви Риты и Игоря.
Девушка закрыла глаза, позволяя теплому ветерку последнего летного дня скользить по ее лицу, вызывая табун мурашек по всему телу. Она часто приходила на кладбище, когда нуждалась в уединении и поддержке. Рите казалось, что за ее спиной здесь всегда стоял Игорь, поддерживая ее, как делал это, когда был жив.
Она очень редко плакала на кладбище, но сегодня позволила медленным ручейкам слез стекать по своему лицу. Завтра начнется новый учебный год – второй в учительской карьере Риты, и она чувствовала какое-то смятение, словно ожидая подвоха.
После педсовета в учительской шепотом обсуждали нового директора. Мнения учителей разделились: кому-то Артем Валерьевич показался прекрасным специалистом, способным вывести школу на новый уровень; остальные же увидели в высоком молодом брюнете высокомерного управленца, который, по их мнению, обязательно развалит весь образовательный процесс нелепыми реформами и кадровыми перестановками.
Рита не примкнула ни к одной из сторон. Она была не тем человеком, который способен судить других по первому впечатлению. Конечно, с Артемом Валерьевичем она успела познакомиться еще в прошлом учебном году. Они даже станцевали на выпускном вечере – так близко к новому директору школы еще не приблизился никто.
Рита скучала по предыдущей руководительнице – Ольга Антоновна когда-то учила Игоря и была отличным директором, но все-таки годы брали свое. На прощание женщина обняла ту, что так и не стала законной женой одного из лучших учеников этой школы, и пожелала ей удачи.
– Я скучаю по тебе, Игорь, – тихо произнесла Рита, вспомнив, как несколько раз говорила это ему, когда он был жив. – Очень-очень.
Смахнув слезы, девушка улыбнулась, чувствуя кристаллики соли на своих губах. У нее оставалось еще немного времени, прежде чем она поедет к Екатерине Олеговне, чтобы забрать Иру домой.
Рита достала из сумочки складное зеркальце. В отражении она видела фальшивые карие глаза и длинные пряди таких же фальшивых темных волос. Она устала прятаться, но и сталкиваться с прошлым девушке тоже не хотелось. Ее мать, появившаяся в Новосибирске этой весной, больше не объявлялась, и Рита уповала только на то, что Инга Алексеевна не предпримет еще одну попытку встретиться с ней.
Чувствуя невыносимую боль, которая не утихла спустя столько лет, девушка взяла фотографию Игоря, спрятанную под тяжелым стеклом фоторамки, в свои руки, а потом прижала к груди. Екатерина Олеговна все чаще и чаще говорила ей о том, что пора отпустить прошлое и начать новую жизнь. Женщина хотела, чтобы Рита обрела счастье, потому что любовь к Игорю, которая все еще цвела ярким цветом в израненном сердце, словно медленно убивала ее. Конечно, Екатерина Олеговна ценила подобную преданность: она прекрасно знала, что Игорь все еще оставался единственным мужчиной в жизни Риты, что она не позволила себе сходить ни на одно свидание, отметая многочисленные предложения без лишних разговоров, но…
Но Игорь бы хотел для нее другой жизни. И Екатерина Олеговна пыталась сделать все возможное, чтобы эта святая, по ее мнению, истина прочно обосновалась в сознании Риты, которая, впрочем, даже не думала об отношениях с кем-либо.
Игорь. Ее единственной любовью был Игорь, и его смерть, хоть и разрушила их жизни, не смогла разрушить сильнейшее из чувств. И это было для Риты самым важным.
***
На следующее утро, сидя во главе пятого «А» класса, Рита чувствовала, что в ее жизни начинается какой-то новый, очень важный этап. Из-за отъезда Максима в прошлом учебном году она уже брала на себя обязанности классного руководителя, но это было временно, словно бета-версия классного руководства. Сейчас же, глядя на тридцать пятиклашек – шумных и неугомонных, Рита поняла, что впереди ее ждет сложное, но интересное время. На сцене, неловко переминаясь с ноги на ногу, несколько забавных и ужасно милых первоклассников читали стихи, посвященные празднику первого сентября – привычная для большинства учителей картина. – Маргарита Юрьевна, – шепотом позвала ее одна из учениц, – скоро конец? – Аня, мероприятие только началось, – мягко улыбнулась женщина. – Сидите спокойно. Насупившись, пятиклассница что-то горячо зашептала своему соседу – такому же невысокому, как и она сама, блондину. – Добрый день, уважаемые ученики, родители, коллеги и наши многоуважаемые гости! – Громкий голос Артема Валерьевича мощной волной разнесся по актовому залу. – Поздравляю всех нас с началом нового учебного года! Раздались громкие аплодисменты. Все с интересом разглядывали нового директора школы, который казался родителям глотком свежего воздуха по сравнению с уже практически пожилой Ольгой Антоновной. – Нас всех ждет большая, очень важная и, несомненно, интересная работа, – продолжал мужчина. – Этот год для меня – это тоже урок, причем, не только в профессиональном плане. Сегодня я – не только директор школы, но еще и папа первоклассника. Эти две новые для себя роли, точнее, важные должности, я стараюсь крепко держать в своих руках, чтобы не разочаровать тех людей, которые надеются на меня. Давайте, будем учиться новому вместе. Делать открытия, стремиться к совершенству и достигать высоких результатов. – Артем Валерьевич улыбнулся, бросив взгляд в ту сторону, где сидели первоклассники. – С праздником! Мимолетным движением руки поправив шелковый черный галстук, директор спустился по ступенькам вниз и занял свое место в зале. Рядом с ним сидела Дарина Евгеньевна, и Рита почему-то подумала, что она состоит с Артемом Валерьевичем не только в профессиональных отношениях. Новая учительница, хоть им и удалось поговорить всего ничего, нравилась Рите. Дарина показалась ей серьезной и целеустремленной, а ее робость напомнила Одинцовой ее саму в прошлом году. В школе не хватало молодых учителей, и Рита надеялась, что с приходом Артема Валерьевича эта ситуация изменится к лучшему. Наконец, ведущие произнесли последние поздравительные речи, крошка-первоклассница на плече двухметрового Паши из 11Б дала первый в этом году звонок, и теперь все могли разойтись по нужным кабинетам, чтобы провести классные часы. Рассадив свой пятый «А» за нужные парты, Рита еще раз напомнила им свое имя, номер телефона и правила поведения в школе. Она видела, что ребята смотрят на нее горящими, заинтересованными глазами, и знала, что понравилась им. – А вы будете нас учить? – спросил пухлый парнишка, сидящий в конце третьего ряда. – Да, но только через два года, – ответила она. – Пока вам рано знакомиться с таким предметом, как физика. Пятиклашки протянули синхронное, полное досады «ооооо», заставив Риту рассмеяться. Волнение, которое весь вчерашний день отравляло положительные эмоции, начало отступать. «Все получится», – подумала про себя Рита, не переставая улыбаться. Ее стол был завален цветами и разноцветными коробками с конфетами, за огромным окном светило яркое солнце, а пятый «А», кажется, искренне радовался началу нового учебного года.***
– Поздравляю, кроха! – Артем протянул Дарине огромный букет алых роз в прозрачной упаковке. – Желаю плодотворного учебного года! – Ого, как официально, – ответила она, прижимая цветы к груди. – Ты сказал очень хорошие слова на празднике. – Это была импровизация, – махнул рукой Артем. – Я не хотел говорить про Димку, но потом понял, что будет лучше, если общественность узнает об этом от меня. – Сплетен не избежать. – Дарина поставила букет в вазу, стоящую на столе. – Все только и будут говорить, что к Диме здесь относятся по-особенному. – Мне плевать. Кивнув в ответ, девушка подошла к Артему и положила руку на его крепкое плечо. Она видела что, несмотря на свои слова, он действительно переживает за то, что Диму будут воспринимать только как директорского сына. – Я даже не помню, как зовут ту учительницу, что будет учить моего сына, – добавил Артем спустя пару минут. – И, вообще, если что-то пойдет не так, я переведу его в другую школу. – Если ты хочешь, я могу присматривать за Димой, – предложила Дарина. – Правда, тогда все будут думать, что нас что-то связывает с тобой. Артем как-то горько усмехнулся. Он уже знал, что добрая половина его нового коллектива воспринимает миловидную Дарину Евгеньевну, как его любовницу. Все-таки иногда разговоры в школьных коридорах – это довольно компрометирующая картина. – Это не так далеко от истины, кроха. – Артем намотал длинную каштановую прядь ее волос на свой указательный палец. – Готовься к тому, что когда ты будешь заходить в учительскую, там тут же смолкнут все разговоры. – Я уже проходила через такое, – тихо произнесла Дарина. – В одиннадцатом классе. – Я помню, – отозвался Артем. – Дарина, ты – очень дорогой для меня человек, и ты знаешь, что я сделаю ради тебя все, что угодно. – Он сделал паузу, и его зеленые глаза стали на два тона темнее. – Даже убью. Она вздрогнула, когда мужчина наклонился, словно желая коснуться своими губами ее губ. Покачав головой, Дарина сделала три крошечных шага назад. – Не… надо. – Ее голос сорвался. – Все станет ужасно сложным. Снова. Артем поднял ладони вверх, словно капитулируя. Он мысленно проклинал себя за то, что снова едва не поддался искушению. В прошлый раз, когда Дарина не смогла сказать ему «нет», все действительно зашло в настоящий тупик, отголоски которого они вдвоем ощущали до сих пор. – Я, пожалуй, пойду домой. – Дарина вымученно улыбнулась. – Нужно приготовиться к завтрашним урокам. – Да-да, конечно, – рассеянно отозвался Артем, так же старательно делая вид, что все в порядке, и это не он едва не поцеловал ее несколько минут назад. – Передавай привет родителям. – Передам. Они стояли друг напротив друга в кабинете литературы, окутанные неловкостью и чувством вины. Дарина, чтобы не встречаться с Артемом взглядом, стянула резинку со своих длинных волос, позволив им рассыпаться каштановым водопадом по спине и плечам. Он тяжело вздохнул, когда вспомнил, как пропускал шелковистые пряди сквозь собственные пальцы, одновременно с этим выпуская в потолок своей спальни горький сигаретный дым. – Мне нужно закрыть кабинет, Артем, – напомнила ему Дарина, взяв со стола свою сумку и цветы. – Конечно. – Он развернулся и, взявшись за дверную ручку, бросил через плечо: – До завтра, кро… Дарина Евгеньевна. Связка с ключами едва не выпала из ее рук. – До свидания, Артем Валерьевич, – полушепотом ответила Дарина, наблюдая за тем, как он уходит из ее кабинета.***
– А она ничего, красотка! Антон Макаров смотрел вслед уходящей учительнице русского языка и литературы, которую их одиннадцатому «В» представили сегодня после праздника. Молодая, красивая и застенчивая Дарина Евгеньевна привлекла внимание парней и начала вызывать раздражение у девочек. – А по мне, она совершенно обычная, – протянул Андрей Димитров, сверкнув голубыми глазами. – Разве может быть кто-то красивее, чем Лейла? Девушка, на лице которой расцвела улыбка после этих слов, положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Они сидели за территорией школы, у входа в небольшой парк и отмечали начало учебного года. Все вокруг кружилось из-за выпитого пива и трех сигарет, которые Лейла выкурила под горящим взглядом голубых глаз Андрея. – Поедешь ко мне? – шепнул он ей на ухо, обжигая кожу горячим дыханием. – Родители все еще не вернулись из отпуска. Лейла медленно кивнула. Ее старший брат уехал в командировку сегодняшним утром, а это значило, что она получила глоток бесценной свободы и еще более бесценную ночь с Андреем. Они встречались всего ничего – с середины этого лета, но Лейла чувствовала, что с каждым днем, с каждым поцелуем Димитрова, ее все больше и больше затягивает в этот омут. Андрею хватило всего лишь полтора месяца, чтобы превратить одноклассницу в совершенно другого человека. Он наслаждался результатом своей работы: пьяная, развязная Лейла нравилась ему куда больше, нежели та отличница Алиева, которую он позвал на прогулку в июле. – Я люблю тебя, – пробормотала девушка, когда почувствовала медленный поцелуй на своей шее. Андрей, хмыкнув что-то одобрительное, прихватил нежную кожу губами, одной рукой сжав грудь Лейлы. Они все еще находились в компании своих одноклассников, но Димитрову было плевать на это, а его девушка уже толком ничего не соображала. Попроси Андрей сейчас ее встать перед ним на колени, Лейла бы только кивнула и, сверкнув огромными карими глазами, сделала бы все, чего он хотел. Ощущение власти, которую он имел над ней, пьянило парня и будоражило его кровь. Он прекрасно знал, что если брат Лейлы заметит перемены в своей младшей сестренке, над которой так трясся, у него появятся огромные проблемы. Но пока Дамир только и делал, что разъезжал от одной командировки к другой, а в остальное время пропадал на суточных дежурствах. – Мы уходим, – объявил Андрей, любуясь багровым засосом на коже Лейлы. – Увидимся завтра. Не дожидаясь ответа, он встал, потянув девушку за собой. Чтобы удержать равновесие, Лейла уперлась ладонями в широкую грудь Андрея, а потом заглянула в его глаза, которые так любила. На одно мгновение ей показалось, что в манящей синеве она увидела равнодушие.
