Royal Blood

⠀⠀⠀⠀⠀⠀Палатка, на скорую руку сооружённая на окраине опустевшего из-за битвы поселения, наполнена душным запахом крови и земли. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Феликс уже еле перебирает ногами, направляясь к своей койке. К ночи бои стихают, но это лишь передышка. Обе армии активно восполняют запасы, пересчитывают потери, по возможности уносят с поля тела. На плече саднит открытая рана, ещё несколько мелких царапин по телу – сегодня Ли легко отделался. Мышцы не ноют, а воют стаей голодных волков. Он почти проваливается в сон, когда рядом раздаются шаги. – Не вставай, – тихо говорит Чанбин и опускается рядом на сырую землю. – Король Хван вернулся? – В ответ кивок. – Скоро совет? – Ещё один. После долгого сражения они оба на пределе своих сил. Прогонять старшего в его палатку не хочется, но ему тоже нужен отдых. От уговоров никакого толку: Чанбин и не думает уходить. Под его глазами глубокие тени, но на губах ещё держится на тонких ниточках улыбка. Их взаимное ворчание длится ещё несколько минут, а потом оба сдаются. – Надо обработать, – напоминает Со и не спеша тянется за лекарствами в сумке под койкой. На протесты нет сил и времени, поэтому тот не встречает никакого сопротивления, когда стягивает рукав чужой рубашки, чтобы увидеть получше оставленные лезвием следы. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Прикрыв веки, Ли всё равно ядовито шипит, пока мазь жжёт открытую рану. Подушечки пальцев касаются его кожи, стараясь не доставлять лишней боли. Младший хочет насладиться минутами спокойствия и тишины, но та с непривычки давит. Скрежет стали в голове отказывается замолкать – ломаная симфония или их похоронный марш. Закончив обрабатывать царапины, Чанбин убирает бутыли с лекарствами. Его профиль слишком близко, и Феликс забывается всего на миг. Глаза предательски колет. – Дело – дрянь, правда? – Он натыкается взглядом на старшего, но тот не смотрит в ответ. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Для них события разворачиваются не лучшим образом. Армия врага теснит их к крепости, и стоит захватчику взять дворец, то война будет безоговорочно проиграна. К тому же, есть сценарии и похуже. Наследники каждый день подкрадываются к старухе с косой непозволительно близко, и однажды смерть не станет терпеть подобной дерзости. Она знает их в лицо и шагает попятам теми же тропами. – Послушаем, что скажет Хван. Сегодня мы выстояли, – Со, как всегда, оптимистичен. Неясно, откуда он черпает этот энтузиазм и как не срывается вслед за младшим в тёмный омут. Они разные, но связаны как человек и его тень, как день и ночь. В объятьях тонких рёбер что-то жадно скребётся когтями. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Военный совет проходит в напряжённой обстановке и в оживлённых спорах. Его Величество сообщает о смене стратегии. Это вынужденная мера, и каждый из наследников осознаёт их перспективы. Феликс изучает раскиданные по столу карты. При численном перевесе соперника они справляются неплохо, однако хватит ли этого «неплохо», чтобы выжить? Одной судьбе известно. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Принц вспоминает лестницу, залитую кровью – как меч с отвратительным хрустом опустился на шею его отца. Хохот стражников в темнице и их собственные клинки, через пару секунду вспоровшие хозяевам горло. Он сжимает кулаки и обещает себе дать ещё один шанс выйти из этой войны победителем, а не глупым, пугливым мальчишкой. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Когда Феликс идёт к палатке, Со следует за ним, и никто из них не считает нужным говорить об этом. Теперь их разногласия, недопонимания не имеют никакого смысла. Чанбин успевает научиться у него упрямству. Койка в палатке слишком узкая и хлипкая, но выдерживает их двоих, сколько бы Ли не ворочался и не спорил только ради приличия. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Поднявшись над горизонтом, солнце вновь зовёт их в бой. Холодный воздух морозит лицо и колет щёки. Феликсу не нравится это утреннее затишье. Будто издеваясь, природа напоминает им о главном: даже без вас мир продолжит своё существование – и чего стоят их души, которые умрут за пару новых линий на карте; чуть левее, чуть правее. Даже через лупу толком не разглядеть разницы. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Ли глубоко вдыхает. Его лёгкие сдавливает от нервов, но тот держит крепко в руках оружие и оглядывает свои доспехи. Против воли взгляд вечно находит Чанбина и подолгу задерживается на серьёзном лице, на чуть отросших тёмных волосах и широких плечах. Старший убирает свой только заточенный меч в ножны и поворачивается к нему. Тёплая улыбка сияет в унисон утренним лучам. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Феликсу хочется что-то мрачно буркнуть в ответ. Быстро забросив эту идею, он отворачивается. Человек и его тень. День и ночь. Для баланса нужны оба, и сейчас младший не хочет тянуть чашу весов в свою сторону. Он держится ближе к Со, чтобы хаос битвы не разделил их. Ему необходимо ощущать его рядом, даже с закрытыми глазами.

Крики командиров раздаются друг за другом как партии в хоре.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀Заглушив каждую лишнюю эмоцию и мысль, Ли бросается в бой. Мир сжимается в маленькую точку на острие его меча, а остальное лишь треск, вопли и топот. Серый конь под ним тяжело дышит, пуская клубы пара. Феликс не может позволить себе отвлечься хоть на мгновение, не оглядывается и всё равно знает, где находится Чанбин.

Эта связь вплетается в вены золотыми нитями и тянет в нужном направлении.

Ли уклоняется от удара и быстрым движением заходит за спины. Раздаётся громкий хрип, и рыцарь вражеской армии падает вниз. Годы, потраченные на тренировки, дают о себе знать. Отбив очередную атаку, он по инерции делает шаг назад – в спину бьёт меч, но не достаточно сильно, чтобы пройти сквозь металл и кольчугу. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Прежде чем младший успевает обернуться, нападавший уже валится к его ногам. Алый ручей стекает по лезвию. Со кидает мимолётный взгляд на Феликса, желая убедиться, что всё в порядке. Они сражаются плечом к плечу, отражая каждую попытку врагов попасть в цель. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Боковое зрение улавливает временами высокий силуэт Короля Хвана. Как и подобает бесстрашному правителю, тот выступает в первых рядах своей армии. Ли вызывается на передовую из гордости ещё в начале войны и не может теперь сдавать позиции. Однажды на его могиле напишут: «Его погубило тщеславие». И будут правы без всяких сомнений.

Но сегодня фортуна на их стороне.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀К полудню чужие войска удаётся оттеснить из опустевшей деревни. Согласно новым указаниям Его Величества, что они услышали на вчерашнем совете, гнать их требуется к северу, и важнее всего найти лидера этой шайки. В отличие от Хвана тот по большей части скрывается за спинами своих воинов и не показывается в гуще сражения. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Феликс и так прекрасно помнит его лицо: достаточно тех воспоминаний. Он узнает его даже по походке, которой он так вальяжно расхаживал по ковровой дорожке из крови его отца. Не он один когда-нибудь падёт жертвой своего тщеславия.

Ли подбирает надпись и к чужому могильному камню.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀Сражение медленно, но верно смещается на более открытую местность. Редкие деревья одновременно прикрывают спину и прячут из виду врагов, поэтому младший концентрируется сильнее на шорохах и взмахах оружия. Вчерашняя рана на плече раскрывается, однако его больше беспокоит приобретение новых. Бесконечная борьба начинает выматывать. Удары льются ливнем с разных сторон, и приходится быстрее лавировать между бледными лезвиями. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Конь вдруг встаёт на дыбы – в его правый бок вонзается клинок. Феликс ловко выскальзывает из седла, тут же откатываясь по земле, чтобы не угодить под копыта. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Осмелившийся напасть рыцарь падает замертво уже через пару секунд. Животное мечется от боли, но сейчас Ли ничем не сможет ему помочь. Чанбин сразу оказывается рядом и хватает младшего за локоть. – Всё в порядке. – Феликс без промедления кидает вырванный из раны зверя нож в несущегося к ним рыцаря, попадает в переносицу, и враг с криком хватается за шлем, вываливаясь из седла. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Они осматриваются в поисках новой угрозы и замечают, что воинов с чужим гербом на доспехах становится всё меньше. Ухватив крепче рукоять меча, младший кидается с яростным рвением на остатки вражеской армии. Блеск металла изредка слепит глаза, но его движения просчитаны наперёд и точны. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Минуты сливаются в очередной поток усиленных взмахов лезвия и брызг алой крови, а за ними – часы. Со неизменно следует по пятам, спешившись с лошади и не уступая в стремлении вырвать заветную победу, хоть и немеющими пальцами. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Ли пригибается, быстро юркнув под руку врага и вонзает лезвие точно в уязвимое место. В попытках отбиться тот бьёт по шлему, но чуть промахивается. Слева уже наступает новый соперник. От изнеможения реакция подводит, и Феликс чувствует, как по ноге расходится рваный порез. Игнорируя боль, он отбивает вторую атаку, и ещё одну. Удар летит под колено – рыцарь оступается и теряет свой шлем.

Вдоль его шеи тянется красная линия.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀Внезапно всё вокруг затихает. Горящие глаза Ли цепляют каждого стоящего на ногах воина и видят только знамёна Хванов. Сам Король, стараясь перевести дыхание, оглядывает свою армию и оценивает масштабы катастрофы. Усталая, поношенная улыбка настырно лезет на лицо, и Феликс оборачивается к Чанбину. Тот держится за бок и сквозь пальцы сочится рекой кровь. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀В один миг младший принц подбегает к нему и хватает за руки, не давая упасть. Рядом уже лежит бездыханное тело нападавшего и окрашенный алым почти на половину меч. Со наваливается всем весом, осторожно оседая на землю. – Ваше Величество! – Из далека слышится крик неизвестного рыцаря, он несётся на всех парах к Хвану с совершенно перепуганным видом. – Ещё идут! У них подкрепление! Хёнджин стеклянным взглядом следит за Чанбином. Пусть эта схватка закончилась в их пользу, из-за значительных потерь им не выстоять перед новой волной вражеских отрядов. – Вам нужно отступать, – Со произносит то, о чём Король думает, но не решается сказать вслух. Сняв шлемы с них обоих, Ли распарывает судорожно крепления его доспехов, чтобы лучше осмотреть рану. Его дрожащие руки уже измазаны в крови. – Нет! – Даже сквозь панику голос Феликса звучит твёрдо. Весь страх тут же обращается в злость как по щелчку пальцев. Защитный механизм, обычно работающий исправно, теперь скрипит и ломается. Уставившись исподлобья на раненого Чанбина, он то ли приказывает, то ли умоляет. – Сколько? – Глухо спрашивает Король у пришедшего с вестью воина. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Им предстоит принять невыносимое трудное решение, это часть королевского долга перед людьми, давшими клятву верности короне. И долг этот требует отбросить всё живое и человечное в своей душе, а полагаться только на расчёты и рациональность. Хван слушает ответ, а видит только цепляющихся друг за друга наследников – невольно представляет на их месте кого-то другого, никто из них не застрахован от этой участи. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Если попытаться увезти Со при такой стремительной кровопотере, они не довезут его далеко, а враг уже дышит им в затылок. – Уходите, – хрипло отзывается Чанбин, морщась от боли. – Прошу, заберите его с собой. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Поддавшись слабости, Хёнджин только отворачивается. Феликс Ли имеет право сделать выбор самостоятельно. К тому же, ничто не способно утащить его отсюда силой. – Хватит строить из себя героя! – Младший срывается на крик. Ему хочется рвать этот мир в клочья, пока тот не исчезнет. Он осознаёт безвыходность ситуации, но продолжает бороться. – Я отвезу тебя к той ведьме, которая спасла принцессу. – Феликс, – нежно зовёт Со. Когда он приподнимает чужой подборок пальцами, и на руку падают мелкие слёзы. У Феликса во взгляде конец света и ветер сносит всё на своём пути, завывая от отчаяния. Это ломает старшего тоже, но он смотрит неотрывно и ровным тоном продолжает: – Рана откроется больше, если начать двигаться. Стоит мне встать, и счёт пойдёт на секунды. Этого будет недостаточно. Ким Джису была отравлена, но она была живой. – Мне плевать! Тогда я останусь. – Ты откажешь мне в последней просьбе? – Чанбин слабо тянет уголок губ, и это злит Ли только больше. Это запрещённый приём. Это чистой воды предательство: использовать его любовь как аргумент. – Прекрати! – Окрашенный кровью ворот Со мнётся сильнее от вцепившийся в него ладоней. Глаза застилает от слёз. Собственные эмоции разрывают тело младшего изнутри, заставляя тонкую кожу идти трещинами и разломами. – Ты хоть понимаешь, о чём просишь?! Ни на шаг не сдвинусь. Не ждите меня, уходите! ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Веки Чанбина прикрываются, но только на пару секунд. Выдохнув, он молча наблюдает как солёные ручьи омывают лицо напротив; как умирают они оба, но один только сердцем. Вопреки всему Со давит из себя светлую улыбку – невесомую, будто снежинка на руке. – Из тебя выйдет прекрасный король. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Феликс широко распахивает глаза и мокрые ресницы порхают над его покрасневшими щеками. Он мотает головой, всё ещё отказываясь принимать неизбежное. – Нет! – Его лоб утыкается в чужое плечо, и Ли цепляется сильнее. Только голос звучит совсем слабо, без прежнего рвения. – Мы должны были сбежать. Куда угодно… Вместе. И ты обещал остаться! – Прости меня, – раздаётся шёпот прямо над его ухом. – Ты вернёшься домой один. Словно в бреду младший повторяется сотни раз «нет» и плачет на груди Чанбина. Тело ломается на части вместе с ноющей от горя душой. За рёбрами зияет дыра. Она навечно теперь станет его частью. – Пожалуйста, – снова зовёт его Со, напоминая о последней просьбе. Феликс шмыгает носом и всё ещё держится за ткань его одежды, хоть и отстранившись. Отправиться вслед за старшим он всегда успеет.

Но есть ещё одно дело.

– Ваше Величество! Уже на горизонте! – Воины кричат ближе и ждут приказа своего Короля. Хёнджин взбирается обратно на коня, вернув себе собранный и беспристрастный вид. Помедлив, он бросает взгляд на раненого. – Я вернусь за тобой, – произносит Ли напоследок, но совсем тихо. Чанбину не нужны объяснения, он читает смысл фразы между её строк: «И если ты будешь в другом мире, я всё равно вернусь за тобой». ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Замёрзшие губы Феликса бережно касаются его лба. Младший садится в седло чужой лошади и срывается в путь, не позволив себе обернуться назад. Он испаряется среди лесной чащи как призрачная тень – её теперь ничто не пригвоздит к земле, никто не остановит. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Принц несётся через лес. Костяшки пальцев, намертво вцепившихся в поводья, всё ещё испачканы кровью любимого. Перед глазами Феликса тёмная пелена и тот движется вперёд по инерции, почти не следя за дорогой. Решено уходить к уже безлюдному поселению на северо-западе – там немногочисленной армии Хвана будет проще отстаивать позиции. На узких улочках деревни войскам врага придётся делиться, а не наступать всей своей громадной тушей.

Ли не интересует исход этой битвы.

Он уже проиграл.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀Когда враг настигает их на подходе к домам, его оружие принимается бездумно вспарывать воздух и плоть. Будто прорубая путь к свободе – той самой, о которой говорил ему Со, – Феликс отражает удары и с криком бросается в пылающие пламя борьбы. Им стоило уйти, отказаться от короны и от мести. У них был шанс. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Лезвие обрывает чью-то жизнь. Оба войска смешиваются, бурной рекой прорываясь вглубь деревни. Ли не уходит далеко и встречает незваных гостей ещё у порога лесной чащи – без вежливых формальностей, без приглашения к столу. Каждый получает в подарок от добродушного хозяина только возможность отправиться на тот свет. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Принц быстро сворачивает влево, пока его соперник безуспешно целится ему в голову. Под обувью отвратительно хрустит чужая кость, но тот не обращает внимания. Изо всех сил Феликс бьёт со спины, и враг отлетает вперёд, ударяясь тяжёлым шлемом в дерево. Уловив слухом шорохи с другой стороны, Ли готовится к новой атаке.

Вдруг замирает.

– Стой! – Знакомый юноша поднимает руки. На нём ни доспехов, ни гербов. Уверенный, что собственный разум его подводит, Феликс пристальнее вглядывается вспотевшее от боя лицо. – Хан Джисон? Почему ты... – Он сводит на секунду брови, прокручивая в голове давние события. Последний раз он видел рыцаря за день до свержения отца или за два, а теперь тот появляется здесь спустя столько времени. Хан собирается сделать шаг вперёд, но его тут же останавливают. Острие меча нацелено точно ему в горло. – Где ты был всё это время? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Не самое радушное приветствие. Впрочем, Джисон выглядит удивлённым лишь первые секунды: потом вспоминает, с кем имеет дело. Несмотря на их с Чанбином близкую дружбу, Ли никогда его не жаловал и вряд ли будет бросаться в объятья с сияющей улыбкой. – Здесь не самое лучшее место, чтобы это обсуждать, – примирительным тоном начинает рыцарь, однако взгляд Феликса остаётся ледяным и тяжёлым, как надвигающаяся на них лавина. – Зато время очень подходящее, – чеканит он с прежней непреклонностью. Его оружие держит «старого друга» под прицелом, не давая шевельнуться. – Я знаю, как этим крысам удалось пробраться в наш дом. Для этого нужен предатель. – От внимания принца не ускользает тень, что мелькает на чужом лице. – И только не пытайся мне наплести, что ты здесь по счастливому стечению обстоятельств? Почему тогда не пришёл раньше? – Всё не так, как кажется, я могу объяснить. – Хан заранее понимает, что Ли неинтересны его объяснения. В сухом остатке он прав и именно Джисон был тем, кто привёл волков к их порогу. Детали принц не будет слушать, и только одному человеку можно доверить эту запутанную историю. – Где Чанбин? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Феликс колко ухмыляется, застав этим рыцаря врасплох. Эта ухмылка впивается острыми углами в плоть и режет ещё глубже. – Неправильный вопрос. Совершенно не способствует твоему выживанию. – О чём ты? – Слова звучат глухо и будто издалека. Когда злые глаза снова хватают Хана за горло, тот неожиданно видит в них скорбь, что пробивается сквозь эту броню ударами и криками. – Не притворяйся дураком. Ты всё понял. – Он же не... – Осознание приходит медленно, встречая огромное сопротивление и сотню преград на пути. Мысли в страхе разбегаются, кто куда. Ли только больше мрачнеет. Бледный свет пасмурного дня затачивает его напряжённые скулы, а в зрачках мечутся молнии, не находя себе выхода. – Твои театральные этюды меня не трогают. – Феликс приближается и лезвие его меча вместе с ним. Джисон уже никого из них не боится. Самое страшное случилось. – Лучше расскажи, кому и за что ты нас продал. Сколько лет Чанбин считал тебя другом? Пятнадцать? Больше? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Тяжело вздохнув, рыцарь прикрывает веки. У него уходит ещё несколько секунд, чтобы собраться с силами. В голосе ещё слышится дрожь, когда тот произносит: – Я не успел. Я не хотел, чтобы всё так получилось, – слабое оправдание. Хан и сам знает, что виноват, и никогда не сможет искупить этой вины. Не перед младшим наследником, не перед умершим другом. Этот груз камнем давит его грудную клетку, сжимая рёбра как бумажный макет.

Терпение принца неумолимо сходит на нет.

– Как будто меня это волнует. Если не собираешься говорить, тогда... – Он поддаётся вперёд, и Джисон даже не думает защищаться. Ему хватает чести, чтобы принять это наказание. Острие касается его кожи, но тут же порывом ветра отлетает на пару метров в сторону. Феликс смотрит на свою раскрытую ладонь и не показывает своего удивления; только язвит: – Что и требовалось доказать.

Стеклянный взгляд Хана плавно скользит влево.

– Минхо... – срывается с его губ, стоит ему наткнуться на возвышающуюся тёмную фигуру. Принц оборачивается, уже предвкушая эту встречу. Натянув поводья, колдун удерживает своего серого коня на месте. Его чёрные глаза теряются под тенью накинутого на голову капюшона, а мантия струится с плеч, доставая чуть ли не до самой земли. – Да неужели? Вы знакомы? – Феликс и не пытается прятать насмешку. С вызовом поглядывая на мага, он ждёт его действий. Даже когда на стороне врага нечеловеческая сила, ничто не заставит принца струсить или хотя бы перестать хамить. Если уж суждено умереть, зачем лишать себя подобной радости? – Какой сюрприз. – Здравствуй, Феликс Ли. – Спокойный тон колдуна никак не вписывается в обстановку. Выгнув одну бровь, младший наследник оценивающе изучает его пустое выражение. Что-то в этих надменных чертах кажется ему до боли знакомым. – Для тебя «Ваше Величество» и никак иначе, – успевает бросить принц. Его прерывает звонкий возглас Хана. – Это правда?! Чанбин погиб? Говори! – Рыцарь стремительно рвётся вперёд, вскидывая к всаднику голову. Впервые лицо колдуна меняется. Незримыми оттенками на него ложатся эмоции одна за другой: растерянность, испуг и наконец понимание.

Уставившись на мгновение куда-то мимо них, Минхо молчит.

– О, избавьте меня от этого зрелища. – Последние минуты своей жизни Феликсу не хочется провести в многозначительных и непонятных переглядах, достаточно с него лжи. Его голос выдёргивает мага из задумчивости, будто возвращая в реальность из другого мира. – Ты явно не собираешься играть честно, так что хотя бы не тяни время. – Он разводит руками, напоминая, что абсолютно безоружен. Желание вернуть меч почти нестерпимо, однако толку в этом будет мало.

Колдуну и щелчка пальцев хватит, чтобы снова лишить его всего.

– Нет! – Джисон вдруг кидается к нему, прикрывая собой. Жест этот бесполезен в любом случае, но вводит принца в ступор. – Мне правда жаль, – ещё слышит Феликс, когда ряды деревьев перед его глазами наклоняются, размываются и тонут в мутной воде. Падая без сил, он успевает почувствовать, как руки Хана ловят его тело в паре сантиметров от земли. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Затем солнечный свет угасает, как затоптанный костёр. Голову наполняет тяжесть и сырость леса вокруг. Картинки мелькают перед ним ярким калейдоскопом, зовут за собой, и принц слишком слаб, чтобы не поддаться этому соблазну. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Голоса смешиваются, но он всё равно их узнаёт. Те звучат всё дальше и дальше, снова бросая его одного в темноте. Боль сочится из каждой мышцы, когда Феликс открывает опухшие глаза. Под ладонями скрипит холодный снег, в память острыми осколками врезаются кусочки воспоминаний. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀Внезапно опомнившись, он поднимается на локтях, чтобы оглядеться, несмотря на все протесты своего организма – вокруг пусто. Только вдалеке ещё гремит бой, а эхо разносит по округе его крики.