Меч и яблоня

      Азирафель обнаружил Кровлю на холме в центре Сада, прямо в Запретной Зоне, и этот самый Кровля безучастно вертел в руке надкусанный золотой Плод, не сводя с него глаз. Он выглядел каким-то... Смущённым. — Ну и какого чёрта ты здесь прохлаждаешься? — Азирафель хорошо постарался, сбивая с толку сторожевых святых ублюдков, и сейчас чувствовал себя (мягко говоря) помято и устало.       То, что Кровля так бездарно потратил всё время, что его собрат по несчастью царственно даровал ему в качестве форы, говорило о том, что рыжий чувствовал себя просто заоблачно уверенным в своих силах. Вот же сука! — М, жду удобного момента. Не могу же я тиранить тупых и бессознательных зверей — это не спортивно, — Кровля повернул надкусанный Плод боком и вытянул руку, разглядывая, как через красный, сочащийся нектаром укус, по его пальцам стекает бесценная сладость. — Выглядит стильно, а? "Сказочный долбоёб," — Азирафель даже смотреть без слёз на него не мог. — "Определённо — абсолютно двинутый." — Вот ты убогий, забыл что ли, что здесь есть люди? И целая толпа божьих идиотов с мечами наперевес — чуди на здоровье! — возмущение демона достигла своего пика — ублюдок его вообще ни во что не ставит?! Ну чтож, тогда он покажет ему, что не одна его голова под Небесами наделена работающим мозгом! Хотя, о работоспособности мозга Кровли Азирафель был очень невысокого мнения.       На его вкус мозг Кровли уже был изъеден червями и фонтанировал тем, что тому заменяло мысли, лишь в моменты, когда эти черви пытались прогрызть его черепушку. — Мммм, я жду удобного момента, — Кровля окончательно стушевался и выбросил надкусанное Яблоко прочь. Азирафель бессознательно проследил его полёт взглядом: оно пролетело сквозь широко расставленные прутья решётки и покатилось по омерзительно красивой зелёной траве, ударившись о ствол совершенно обычной яблони, плодоносящей по соседству.       Это было подозрительно. Но разве мог Азирафель упустить такой шанс? — Ну стой дальше, а я пошёл, — блондин прошёл сквозь решётку, не затрудняясь, даже не пытаясь протиснуться боком. Вот он, божественно продуманный способ защиты в стиле безмозглых ангелов. Право, божественный свет застлил их зрение достаточно, чтобы они считали это действенной мерой безопасности.       Кровля проводил своего коллегу взглядом, постаравшись, чтобы его взгляд буравил чужую спину достаточно настойчиво, чтобы подонок ощущал его физически. Губы его растянулись в широкой ухмылке, щёки затопило румянцем. — Вот же лошара, — новый золотистый Плод упал ему прямо в руку, и он, откусив максимально стильный кусок с боку, бросил его туда же, куда уже запустил первый.       Дерево было усеяно благодатными Яблоками: их полупрозрачная кожица восхитительно прекрасно просвечивалась солнечными лучами, причудливо преломляющимися в красноватой мякоти. Кровле было некуда спешить: он уже был в Эдемском саду, и за пределами Запретной Зоны было уже с дюжину Плодов Познания. И Азирафель не сможет ничего с этим поделать. Он сам подтвердил это, явившись пред его взором всего час спустя, его лицо горело, как адское зарево, кончики пальцев неспокойно подрагивали, а глаза беспорядочно бегали, пока он не наткнулся взглядом на ухмыльнувшегося куда развязнее Кровлю.       Теперь его глаза были полны жаждой крови. — Бесстыжий рыжий ублюдок! — он совершенно определённо был в ярости, по крайней мере эта ярость оттеняла другое чувство, то, которое на самом деле им овладело. — А ты не так прост: с виду такой мягкий и улыбчивый, внутри — демоническая душа, но я даже не ожидал от тебя такой распущенности! — голос Кровли звенел от издевательского смеха, золотые змеиные глаза увлажнились и прищурились. — Отсюда туда-обратно не больше пятнадцати минут, а ты гляди — задержался подольше. Неужели тебя заводят такие вещи?       Азирафель покраснел ещё сильнее — теперь он едва ли не дымился от смущения. Он понятия не имел, что значит "заводит", но небезосновательно подозревал, что Кровля буквально поймал его на чём-то омерзительном. — Заткни свою пасть, аспид! Ты мог бы и сказать мне! — А что я должен был тебе сказать? Ты сам всё видел: нынче люди явно не настроены внимать твоему гнусному гению. Только вот почему ты не вернулся сразу или хотя бы не ушёл пакостить в другое место, а? — Я ждал, что они закончат! — голос блондина сорвался на отчаянную ноту и затих — он явно был близок к обмороку от пережитого позора, а Кровля точно не хотел закрывать эту тему: чувство такта он ещё не придумал. — О, дорогой, это совершенно напрасно: они капитально "слиплись" и точно не планируют останавливаться, даже кролики бы уже затихли или даже издохли бы от натуги, если бы им пришлось так тяжело работать! — Развратное ты убожество, — Азирафель тяжко выдохнул и щёлкнул пальцами — в его руку упал Плод, и он, сквозь зубы послав Змия, утешился его сладостью. Ему следовало заесть стресс. — Да брось. Я тоже ждал, не так долго, как ты, конечно, но даже нашептал Адаму пару забавных штук... — Завались, ради дьявола.

***

      Ночи в Эдеме были тёплыми в любое время года: тёплыми, ясными и безоблачными, всем своим великолепием являясь воплощением того, чего Кровля был лишён. Он смотрел в небо: райские поэмы были написаны им и его братьями в бескрайних небесах, спроектированы идеально и безукоризненно, чтобы куплеты с сменяли друг друга с течением времени. Это была его идея — чтобы небо пело, и каждая божья тварь, обращающая взгляд наверх, могла зачитать музыку, что играют ангелы.       Для него теперешнего старые песни были костью в глотке. — Душная попса ваша возвышенная классика, — Змий закинул ногу на ногу. Даже лежать на этой земле, в корнях Запретного Древа, было запредельно лучше, чем оставаться в Аду. — Я подарю миру музыку круче вашей.       Они уже сидели здесь чуть больше недели: первый запал пропал, стоило демонам столкнуться с беспощадной реальностью: человекам они были неинтересны. Человекам и без них было хорошо. Азирафель, единожды вкусив, моментально увлёкся и методично общипывал Сад, намереваясь испробовать всего и побольше. "Извращенец," — думал Кровля. Плоды на Древе Познания заканчивались, ибо он не мог решить, как будет более стильно: если укус справа или слева?       До чего занимательная вещь эти плоды: даже пролежав на Земле несколько дней, они сияли первозданной свежестью, и их не мог коснуться тлен. Они покрывались утренней росой, отбрасывали божественный свет, имели невообразимый вкус. И это не мешало им быть первосортной гадостью. Кровля был почти уверен, что уже отравился ими: живот был полон и натужно болел, его немигающие змеиные глаза безостановочно истекали слезами, а руки были липкими и сладкими от красноватого сока. И всё же он продолжал смотреть на Небеса, мечтая, как втопчет их в грязь. — Ты плачешь? — голос был женским, и прозвучал в ночной тишине оглушающе громко.       Кровле стало намного лучше. Он любил, когда всё идёт по плану.       Ева определённо была красавицей, хоть и намного уступала Лилит. Кровля помнил выражение её лица, когда она вкусила Познание: её захлестнула огненная злоба. Она наверняка уже тогда понимала, чем это для неё кончится. Теперь Лилит была с ними, и была из тех, кому бы он никогда не пожелал попасться на глаза.       Он уже видел, что Ева попробовала их с Азирафелем новую "штуку": они обнаружили эти плоды достаточно быстро, крупные, яркие, спелые настолько, что уже перестали быть сладкими. Зато мысли от них покрываются жарким, липким туманом. Эту идею демон оставил своему прожорливому коллеге, собираясь взрастить нечто грандиозное.       На Древе остались лишь два Яблока. — Мне жаль тебя и Адама. Вы даже не представляете, как жестоко над вами смеются.