Моя жизнь — музыка, а музыка — в первую очередь ты

      Я понял, что Салли уснул. Мне же только на руку, давно хотел кое-что узнать. Я потянулся к уху Сала, осторожно убирая незаплетённые сегодня волосы за ухо, чтобы дотянуться до наушника. В этот момент Эшли повернулась к нам, чтобы рассказать что-то «очень увлекательное». Девушка долго на меня смотрела, что даже Мэйпл повернулась, чтобы узнать всё ли в порядке, пока шатенка не спросила:       — Ты что делаешь?       — Хочу узнать, что он слушает, — как можно тише, но чтобы Кэмпбелл услышала, сказал я. — Он как раз уснул.       — Зачем? — уже задала свой вопрос Мэйпл.       — Ну интересно же!       — Дай мне второй наушник, — попросила Эш, которая тоже загорелась интересом. Я лишь отрицательно покачал головой и всё же взял этот чёртов наушник, в котором играла наша песня. Мне стало так приятно. Я думал, что я просто быстро послушаю и брошу наушник, будто тот вывалился, но появилось желание узнать остальные песни из его плейлиста. Сал держал телефон в руках, но меня всё равно это не останавливало. Аккуратно, чтобы его не разбудить, я начал раздвигать пальцы рук, придерживая при этом телефон, потому что, если он упадёт, то это будет фиаско. За всем этим внимательно наблюдали Эшли и Мэйпл. Девушки смотрели Фишеру в глаза при каждом моём движении. Вот последний палец и… я взял телефон. Включив гаджет, я начал просматривать плейлист, который оказался достаточно большим. Если моя внимательность меня не подводила, то у Салли были все наши песни. Остальные же были других исполнителей. Многих песен я не знал, но которые я узнавал по названию были в основном грустными, спокойными. Лишь парочка из них хоть как-то могла поднять настроение. Но не мне же решать, что слушать Салу, верно? Я аккуратно положил телефон обратно в руки голубовласого, который так и не проснулся. Видимо, подъём в семь утра летом для недавнего школьника — то ещё проклятие.       Дорога для всех была безумно скучной. Мэйпл и Эш без всякого веселья играли в слова, Тодд что-то читал, а Нил вместе с ним, Трэвис сидел в телефоне, я рисовал, а Сал спал. По-моему, Фишеру было круче всего. Прошёл лишь час, а я изрисовал полностью уже страниц пять скетчбука. Нужно было как-то себя занять.       — Эш, правда или действие? — спросил я, дёргая ту за волосы, чтобы быстрее реагировала.       — Ай, Джонсон, ты дурак? — заныла Кэмпбелл, держась за голову. — Действие. Только давай, чтобы можно было с места выполнить.       — Без проблем. Скажи на ухо Тодду, но так, чтобы и Нил услышал: «Мне опять твоя девушка пишет. Хочет встретится в Вашингтоне».       — Тупо, конечно, как в первом классе, но плевать, — захихикала Эш, стуча по плечу рыжего, который в этот момент перелистывал станицу. — Тодд, — начала шептать шатенка. После этого я ничего не слышал, но по лицу Нила я видел, что до него прекрасно доходили слова Кэмпбелл.       — Чего? — не понял Моррисон, закрывая книгу и используя большой палец, как закладку. — Кто, ещё раз?       — Ты всё слышал, — всё так же шептала девушка. — Что мне ей ответить, а то надоела уже, — тихо проговорила шатенка, правда, я уже слышал.       — Ларри, блин, — воскликнул Тодд. — Только ты способен на такую херню.       — Я невинное дитя! — начал я спорить с Моррисоном, как вдруг услышал тихий и полный недовольства голос слева:       — Невинные дети не придумывают таких действий и не смотрят, что слушают другие люди.       Я повернулся, смотря в сонные глаза Сала. Кажется, мне лишь показалось, что он спал. По глазам я видел, что Салли тихо смеялся надо мной.       — А ты актёр, — потрепав по волосам Фишера, сказал я.       — Скучно, — протянула Эш. — Может, споём что-нибудь?       — А что? — спросила рядом сидящая Мэйпл.       — Ну, не знаю. Кто-нибудь, начните, а потом все остальные подхватят.       Через пару секунд Сал начал набивать какой-то знакомый ритм. Это продолжалось в течении секунд пяти, после чего Фишер начал смело петь, всё ещё набивая мелодию, ударяя ладонями по бёдрам:       — It's going down, I'm yelling timber (Всё только начинается, я кричу «Поберегись!») You better move, you better dance) (Лучше двигайся, лучше танцуй) Let's make a night, you won't remember (Устроим такую ночку, после которой ты ничего не вспомнишь) I'll be the one, you won't forget (Я буду единственным, кого ты не забудешь)       Все с довольным мычанием вспомнили эту песню. Когда-то мы всей группой танцевали у меня в подвале под эту песню. Все повернулись к нам, начиная подпевать и так же набивать мелодию. Водитель лишь посмеялся с нас.       — The bigger they are, the harder they fall (Чем они больше, тем сложнее с ними справиться) This biggity boy's a diggity dog (Такие крутые ребята, просто псы настоящие) I have 'em like Miley Cyrus, clothes off (Со мной тут все как Майли Сайрус, без одежды) Twerking in their bras and thongs, timber (Виляют задом, в лифчиках и стрингах, поберегись (Пля, сори за перевод, ага)) Face down, booty up, timber (Лицом вниз, задницей вверх, поберегись) That's the way we like the what, timber (И нам нравится такая жизнь, поберегись) I'm slicker than an oil spill (Я глаже, чем пятно нефти) She say she won't, but I bet she will, timber (Она говорит, что не будет, но я готов поспорить, что будет, поберегись)       Все смеялись и даже Трэвис отложил телефон, подпевая и помогая набивать мелодию. Девушки и уже стоя танцевали и пели вовсю. Им было весело, по всей видимости, хах. Сал поднял руки вверх, тоже танцуя, только сидя. Наблюдать за всем этим было невозможно. Все в любом случае поддерживали этот балаган, даже водитель иногда подпевал, когда помнил слова. Теперь ехать было веселее. Мы включили музыку и пели, вспоминая между ними какие-то моменты группы. Один раз мы с Салом даже спели чисто дуэтом, а все остальные набивали мелодию, ведь так интереснее, чем искать минус песни, верно? Салли был вообще, как ребёнок. Он даже вспомнил про чипсы, которые мы покупали, поэтому теперь он, довольный, хрустел ими под протезом. Эшли всё уговаривала его показать лицо, но голубоволосый упрямо отказывался, говоря, что просто не сейчас. За окном тем временем небо было таким чистым, лишь пара облаков пыталась скрыть его от наших глаз. Где-то вдалеке пролетали птицы, деревья, за которые мы не могли зацепиться взглядом из-за скорости езды. Мне всегда нравилось больше ездить на машине или микроавтобусе, ведь наблюдение за пейзажами и природой радует глаз и придаёт какой-то эффект эйфории.

***

      Прошло уже часа два. Мы уже перепели все песни, которые знали. Сейчас мы просто занимали друг друга разговорами. Говорили мы обо всём, как и обычно. Но вот мы вновь заметили высокие здания, короче говоря, город. Водитель оповестил нас, что мы уже подъезжаем к отелю, в котором проведём эту ночь. Мы начали собирать свои вещи, чтобы быстрее выйти из минивэна и вздохнуть свежим воздухом. Мы уже обговорили, что собираемся походить по городу, так как никто из нас до этого здесь ни разу не был. Но перед этим нужно было занять номера. Кстати говоря, мы решили, что будет лучше, если мы снимем комнаты с двухспальными постелями, где поселим по два человека в каждый номер. Лишь Фелпс будет один в своём номере, но он не против, ему даже нравится. Я буду жить с Салом, Эш с Мэйпл, а Тодд с Нилом. И так будет в каждом отеле. Минивэн подъехал к одному из самых красивых и высоких зданий в этом городе, на котором было написано название отеля. Было несколько вертикальных рядов из балконов, ограждения которых были украшены различными цветами. Мы зашли со своими чемоданами через главный вход в отель. К нам сразу подбежала достаточно высокая девушка, которая была почти одного роста со мной. Она поправила свои очки и представилась, как Марго Браун. Она здесь была владелицей этого отеля. Она выдала нам все ключи и объяснила, как дойти до каждого номера. Мы поблагодарили её и зашли в достаточно большой лифт, где были девушка и парень. Эта девушка сразу узнала нас всех, попросила автографы. Прикол в том, что Сал дал свой первый автограф. Девушка задавала много вопросов Фишеру, но когда она спросила про протез, голубоволосый ответил: «Следы несчастного случая, но я предпочитаю его воспринимать, как свою изюминку». После этих слов Салли посмотрел на меня, улыбаясь, что понял лишь я. Все уже разошлись по своим номерам, а мы с Фишером пытались объяснить этой девушке, что нам пора. Всё же она отстала от нас, после чего мы нашли свою комнату и зашли в неё. Как только мы зашли в номер, увидели диван, стол и телевизор. Это была гостиная номера. Мы проверили, работает ли техника здесь, и, убедившись, что всё исправно, пошли в спальню. Кровать оказалась очень высокой и мягкой. Так же здесь были маленькие, круглые столики с лампами на них. Над кроватью висели часы, а на стенах можно было заметить картины, по всей видимости, современных художников. Чуть дальше была дверь на балкон, который нас не сильно интересовал.       — Так, вещи не вижу смысла раскладывать. Мы только на одну ночь, — решил я. — У нас ещё минут десять. Можно отдохнуть, — с этими словами я лёг на кровать, разваливаясь так, что Сал вряд ли бы поместился там. Но голубовласый подошёл к постели и начал пытаться хотя бы запрыгнуть на неё. Ничего не вышло, скажу по честному. Фишер только сдался, решая пойти в гостиную, но я всё же помог залезть ему на кровать. Все это сопровождалось громким смехом и недовольным бурчанием голубовласого. — Нам пора уже выходить, — оповестил я Салли сразу же после того, как он только улёгся на одной половине кровати. Фишер посмотрел на меня, как на предателя, но всё же с лёгкостью спрыгнул с кровати и пошёл обуваться.

***

      — Куда идём? — задорно спросила Эшли, когда уже все стояли на входе в отель. Замечая нас, многие оборачивались и шептались, но мы не обращали внимания.       — Направо и прямо, — предложил я. — Всё равно город не знаем.       Мы решили сделать именно так, после чего двинулись по городу. Вокруг было много всяких магазинов, зданий, даже наткнулись на кинотеатр. Мы купили мороженое, а Сал взял себе просто колу, чтобы можно было пить с помощью трубочки. Люди подходили к нам просили обняться и автограф. Многие узнавали в Сале того самого «милого гитариста», как все выражались, и тоже просили его обняться с ними. Фишер очень смущался, но на всё отвечал взаимностью. Некоторые девушки, обнимая его, говорили что-то по типу «Ты такой маленький». Да, Сал не достигал, наверное, даже ста шестидесяти сантиметров, так что их реакция нормальна. Одна девушка, просматривая селфи с Салли, потрепала его по волосам и сказала: «Ты точно всем понравишься, будь уверен». После этого Фишер был уже более уверенным. Конечно, слова фанатов всегда помогают двигаться к будущему смело, не боясь.       Уже было шесть вечера. В отличии от зимних вечеров, летом темнело не так быстро, поэтому мы даже не заметили, как прошёл целый час. Но мы решили возвращаться домой, так как мы долго ехали сюда и даже не поели. Мы все вернулись по своим номерам, чтобы заказать ужин.

***

      Уже было полдевятого вечера. Мы с Салом давно поели и сейчас расправлялись с остатками чипсов и печенья, которые мы брали в дорогу. Завтра зайдём и купим ещё. Я сидел на кровати, прижавшись к стене, а голубоволосый лежал рядом на животе и лазил по просторам интернета. На нём сейчас не было протеза, так как в нём бывает иногда душно, а при мне Фишер не стеснялся снимать свою защиту. Я вспомнил, что завтра нам вставать снова в семь утра, а желательно ещё в полседьмого. Сделав некоторые расчёты, я сделал вывод:       — Сал, пора спать.       — Не. Не хочу, — вынес свой вердикт Сал, ложась на спину и держа телефон над лицом.       — Ну ты как хочешь, а я выспаться хочу, — сказал я, снимая штаны и майку и ложась обратно на кровать. — Я навожу будильник на без пятнадцати семь. Постарайся лечь спать так, чтобы я тебя завтра смог разбудить.       — Угу, — кивнул в ответ Фишер, не отрывая взгляд от телефона.       Я накрылся одеялом, выключил свет, отвернулся от Сала, чтобы свет от гаджета не мешал мне, и начал засыпать. Одеяло оказалось очень тяжёлым и тёплым, поэтому я вынул из-под него одну руку, иначе я бы сгорел, пока спал. Мне постоянно что-то мешало. Сначала жарко, потом стало холодно, потом волосы начали неприятно лезть в лицо, потом ещё что-то и ещё. По моим ощущениям прошло полчаса перед тем, как я наконец уснул.       Сзади я почувствовал чьё-то горячее дыхание, которое приходилось мне прямо в спину. Сначала я терпел, но мне было не очень приятно. К тому же, спросонья я не совсем понимал, что происходит. Мне даже до сих пор казалось, что я нахожусь в подвале Апартаментов Эддисона. Спустя пару минут борьбы с самим собой я всё же решил покончить с этим. Я повернулся, чтобы узнать, что мешает моему сну, и…