Часть 5
5 августа 2019 г., 06:28
На следующий день, как говорил ранее, Тэхён собирается просидеть на паре других курсов. Даже не на паре, а на половинах пары, чтобы быстрее сократить список потенциальных жертв для кастрации. Потому что просто гуляние по зданию в толпе, словно приманка с запахом, не даёт никакого результата. Решает выбрать курс, у которой физкультура и слиться с толпой, чтобы преподаватель не выгнал, так как не заметит, ну или с ним можно будет договориться. Ким подходит со всей серьёзностью: проверяет в расписании, у каких курсов и факультетов сейчас этот предмет, находит списки студентов, ловит кого-то, кто сидит на скамейке и присаживается к нему с просьбой сопоставить лица с именами. В помощники попался омега второкурсник. Он приятно удивил знанием всех альф в зале, оправдался тем, что раз уж сидеть и пялиться на них, то хотя бы подходить к делу со знанием, ведь телефон обязывалось оставлять вне зала.
В потоке оказалось три курса, два из которых перваки, а третий оказался вторым курсом, в котором и был помощник. Благодаря омеге, Ким уже расправился со списком альф к половине первой пары. Некоторые отсутствовали, их Тэхён выловит по одному. Имя противного Чон Чонгука в списке он решил игнорировать. Помощник распалился, рассказывая об альфах, которые его интересовали. Тэхёну это по барабану, но для вида, что он не просто так здесь сидит и сканирует всех глазами на манер странного поведения, новый знакомый способствует хорошему прикрытию.
Но ловить оказалось нечего. Любые подозрительные признаки оправдывались ажиотажем от спортивных игр. Первый урок пары кончился, Ким попрощался с омегой и направился к выходу. Не успел он открыть дверь для выхода, как в его сторону на полной скорости стал лететь футбольный мяч. Он только среагировал на отклик, повернувшись лицом. Кровь хлынула из носа, после зажатого пальцами. От боли глаза начали слезиться. Кто-то вызвался дотащить его до медпункта или хотя бы туалета, ведь тот ближе. Кима схватили со спины и под локоть, пристроившись сзади, подгоняя вперёд поскорее. Открыли дверь, а затем кран холодной воды, помогая отмыться, отняв руки омеги от лица. Тэхён посмотрел в отражение в зеркале и застыл каменной статуей, широко распахнув глаза.
— Не смотри так. Юнги-хён убьёт меня, если узнает, что я не помог тебе в такой ситуации, больно надо.
А что Чон, ему и вправду плевать на это. Нос носом, а хён может и не простить. Но ему не плевать на этот чёртов запах истинного. За всю пару каждый раз, как только он собирался войти в физкультурный зал, он то и дело ощущал усиливающийся аромат персиков именно в том направлении. Он сам от себя не ожидал, что вместо того чтобы войти и взять себе своего омегу, он трусил и топтался перед дверью. Только звонок с возможностью быть пойманным, как прогуливающего, заставил его открыть дверь. Но первое, что он там увидел, — это, мать его, Ким Тэхён, которого он особо не переносит, ну, сразу после Пака. Однако подозрительная сгорбленность, и лишнее внимание от других к тому насторожили. Чонгук заметил пару капелек крови на полу и просто схватил омегу, думая, что так хоть немного оправдается в глазах Мина и избежит встречи с истинным.
И вот Чонгук стоит, прижавшись сзади к Киму, вытирает салфетками из диспенсера кровь. Совсем неаккуратно, причиняя боль. Ким шипит, но это не отрезвляет альфу, потому что запах опять тут. От него рассудок мутнеет, зрачки расширяются и внизу живота тяжелеет и жар распространяется. «Не может быть», — думает. Хочет проверить, но, чтобы не заметили, потому что Чон чётко помнит, что рядом с непахнущим Паком всегда витает аромат вишни с примесью каких-то ягод.
Пока Ким, наклонившись, продолжает утирать только стихший поток крови, Чонгук повторяет позу за ним, не касаясь торсом к спине, лишь чтобы уловить любую нотку запаха. Пахнет его омегой. Разум понимает, что это не он, но телу не объяснить, — оно хочет взять своё. Чон неосознанно, не контролируя себя, тычется носом в загривок и вдыхает. От тела не пахнет совсем, Ким будто просто переносчик запаха, но и этого достаточно, чтобы дамбу прорвало. Тэхён настораживается, украдкой смотрит в зеркало, и отражение его пугает, да так, что ком образуется в горле. Взгляд у Чона с мутной поволокой, смотрит в ответ. Затем альфа обхватывает поперёк живота, прислоняется к спине и прижимается возбуждением. Кима окатывает волна страха и стыда, он извивается, пытается отцепить сковывающие руки, как может, но альфа только усиливает хватку и дышит глубже, пытаясь проникнуть ладонями под одежду. Тэхён зажат между Чоном и раковиной, не вырваться, да ещё и альфа давит своим запахом, заставляя сдаться. Но адреналин бурлит в крови, поэтому омега тянется рукой назад, чтобы схватить Чона за волосы и больно потянуть. Гук пытается перехватить руку, и Ким пользуется тем, что хватка на животе ослабилась. Он резко вырывается в бок и, что есть силы, заряжает локтем в ухо альфе при развороте, оглушая его. Чонгук отпускает омегу полностью и дезориентировано падает на одно колено, держась за голову, и Тэхён быстро убегает прочь, пока тот не пришёл в себя.
«Нашёл», — набатом бьёт по голове Тэхёна.
***
Тэхён быстро идёт к раздевалке, где перед парой оставил рюкзак с телефоном, выходит из здания, плевать на последнюю пару, он сейчас не способен просидеть её, и быстро направляется на остановку. Как только садится в автобус, переводит дыхание, пытаясь успокоиться. Пишет Юнги, что идёт домой, чтобы не искал, но руки подрагивают, так что выходит несколько опечаток. Последствия выброса адреналина дают о себе знать. Наступает усталость, и Тэхён прикрывает веки и прислоняется к отрезвляющей прохладе стекла. Мысли путаются, голова начинает побаливать. Ким пытается расставить всё по полочкам, прояснить пока будет доезжать до дома. Чимин и Чонгук встретились на вечеринке, он ему чем-то понравился сначала. Потом похоже альфа узнал о состоянии Пака по слухам и начал вести себя так. В это время он и стал мудаком, в котором разочаровался Чим. Подумать только, как его друг мучился от несправедливости. Мало того, что к нему такое отношение от студентов, так ещё и именно Чон масло в огонь подливает. А как долго Пак знает, что Гук его истинный? Почему ничего не говорит альфе? Ким, конечно, понимает, что приятного в этом мало, но истинность не пустое слово, может что-то бы поменялось? Но в последнее слабо верится, с учётом всего. Ким добирается до дома, где его встречает шум работающего душа. Садится на кухне и ждёт, уставившись в одну точку, пока не раздаётся звук открывающейся двери. — О, ты уже пришёл. Чего так рано? — Чимин заходит в комнату и идёт к плите, становясь спиной к Тэхёну, — есть хочешь? Я тут обед приготовил, тебе понравится. Своеобразное извинение за вчерашнюю неловкость, — смущённо хихикает, улыбаясь своим мыслям, и принимается накладывать еду по тарелкам. — Хён, я нашёл, — говорит бесцветным голосом. — Что нашёл? — и поворачивается, заглядывая в глаза напротив, которые смотрят как-то горько и серьёзно. Улыбка сползает с лица, как только доходит суть сказанного. Пак откладывает лопатку, чтобы не уронить ненароком. Часто моргает, отгоняя накопившуюся влагу. — Нашёл значит… — застывает на время, задумываясь, что сказать дальше, но слов не находит. Кто-то кроме него самого теперь знает это. Скрывать правду больше не выйдет. Когда она известна только тебе, то можно её как-то игнорировать, пытаться забыть и выкинуть из головы. Но, как только кто-то ещё узнаёт, то тайной это перестаёт быть. Ким поднимается с места и обнимает, обхватывая, как мама медведица: крепко и тепло. Они стоят так, пока Чимина потряхивает от новости. Как назло, к Киму теперь прилип запах Чонгука. Паку хочется истерично смеяться, только его сейчас не хватало. — А ты быстро справился, — спустя минут десять молчания тихо начинает Пак, — тебе бы детективом стать, а не рекламщиком. Такой талант пропадает. — Мне просто повезло… если можно так выразиться, — с сомнением в голосе подытоживает. Пак хмурится и отстраняется, пристально смотря на друга. Принюхивается внимательнее, после того, как нервы успокоились. — Этот запах Чонгука, что на тебе… он будто во время его гона, — озвучив мысль, Пак перехватывает резко дёрнувшегося Кима, который среагировал на последнее слово, оглядывая обеспокоенно, — Тэ, что-то случилось, — скорее утверждает, нежели спрашивает. — Ничего важного, — отнекивается, отбирает руки и глаза уводит. Ему кажется, что если Чимин узнает об инциденте в туалете, то сделает ему только хуже. Ведь окажется, что его истинный не только поиздеваться любит, так ещё и сдерживается просто ужасно, до попыток насилия. — Тэхён, — подаётся вперёд и ладонями обхватывает голову омеги, — посмотри на меня, — но Ким пытается вывернуться, заставляя Пака сильнее сжать, — глаза поднял на меня, — строже говорит, не просит, а требует. Ким неуверенно смотрит выше, проходясь медленно по лицу, оттягивая момент пересечения взглядов. Добившись зрительного контакта, Чимин продолжает допрашивать с нотками стали в голосе: — Что на этот раз натворил этот ублюдок? — Хён, он не причём. Я сам виноват, — пытался сказать, как можно ровнее. — Я носил вещи с твоим запахом и свой перебил. Я не мог понять, почему ты молчал о нём, почему не хотел рассказать, и действовал, как только мог, чтобы найти. — Что он сделал? — прозвучало ещё твёрже. — Чимин, — голос дал трещину, как и маска спокойствия на лице. — Отвечай, — тихо и с приказным тоном. — Он… лез ко мне, — нехотя выдавил из себя. — Как именно лез? — Он… он напал на меня, — голос сорвался в конце. Ким зажмурился и весь сжался, ожидая реакции. — Что он сделал? — хватка тут же ослабла, руки переместились на предплечья, тут же обнимая и шепча в ухо: — Ты в порядке? — взволнованно спросил. От прежнего голоса не осталось и следа. — Что случилось, расскажи. — В меня мяч попал, пока я искал твоего истинного в спортзале, кровь пошла из носа. Так уж вышло, что Чонгук отвёл меня в туалет, помочь отмыться. Потом что-то случилось, потому что дальше он будто озверел и схватил меня сзади. Его руки обвили меня и крепко держали. А ещё… ещё он прижался ко мне сзади своим… И руки стал распускать. Мне было так страшно, — голос подрагивал, переходя на шёпот. Рассказывая случившееся, до Кима будто только доходила вся серьёзность ситуации, накатывая волной липкого страха от пережитого. Он шумно выдохнул, настраиваясь на дальнейший рассказ, а Чимин стал поглаживать в успокаивающем жесте: — Я испугался, но мне повезло. Я быстро среагировал и вырвался, ударив его, и убежал. И вот я тут, — подытожил, выдохнув напоследок, ставя точку в своём рассказе. Чимин отстранился и посмотрел с сожалением. Провёл рукой по волосам на макушке… и как треснул по ней. — За что?! — поражённо спросил, держась за болячку и выпучив глаза. — В следующий раз думать будешь, дурья башка. Хорошо, что хоть сам признал сначала, что виноват, — стал зло упрекать и расхаживать по кухне, в недоумении взмахивая руками, удивляясь уму друга. — Айщ… вали к Юнги домой, пока моя течка не кончится, и запах свой больше не прячь, чтоб мой не прилип. Совсем страх потерял. Искал моего истинного с помощью запаха. Ты анатомию в школе не проходил? Альфы же поддаются инстинктам, почувствовав течного омегу, тем более своего. Таким, какие у животных! Я так с тобой раньше времени постарею, охх, — устало опустился на стул, закончив кидаться упрёками. — Хён, прости, — стал канючить, сев на колени перед Паком, поджав нижнюю губу и изогнув брови в раскаянии, и взял того за руку, — так случайно вышло. — Ну конечно же не специально, — ответил, не одарив взглядом, но руку не убрал. — На самом деле всё не должно было так обернуться. Я уговорил Юнги всюду быть со мной и присматривать. Но у меня было окно в расписании, а у него нет. Не думал, что так скоро наткнусь на свою цель. Да ещё и наедине останусь. — Да уж… — с шумом выдохнув и посмотрев на своё горе луковое, Пак продолжил: — Ты хоть сильно его приложил? — А считается сильным, что он упал на колено и встать не мог? — задумываясь неуверенно спросил. Пак прикинул в голове и заключил, что так ему и надо было. — Сойдёт, — ответил, ухмыльнувшись. Потом спохватился и добавил: — Да встань ты уже. Тэхён тут же перешёл на стул напротив. На кухне наступила недолгая тишина, нарушаемая разве что стуком пальца Пака о стол, явно погрузившимся в свои мысли. — Мне нужно подумать, что делать дальше. Течка ещё не кончилась, я уже чувствую, что скоро опять буду недееспособным, так что попытаюсь закончить скорее, а ты просто слушайся, — получив утвердительный кивок, продолжил: — Ты заканчиваешь эту игру с запахами, не хватало, чтобы Чонгук и тебе жизнь подпортил. Юнги один живёт? — Да. — Тогда побудешь эти пару дней с ним, перестанешь глотать подавители, чтобы на тебе не было и намёка на мой запах. Пока что понятно? — Да, — сказал, повесив нос, так как объясняют словно маленькому. — Юнги пока ничего не говори, скажешь, что я сам объясню. Проблема только в Чонгуке, но он точно попытается уединиться, чтобы что-то узнать от тебя. Придумай что-нибудь, скажи, что новые духи или что-то ещё, ни слова обо мне. Ясно? — Да. При каждом слове Ким будто сникал всё больше, и Пак вздохнул устало, потерев переносицу. — Тэ-Тэ, — ласково обратился, пытаясь смягчить разговор, — слушай, не только ты тут виноват. Я тоже. Если бы я сказал всё сразу, то ты бы не начал свои поиски. Я думал, что ты не справишься, по крайней мере я успел бы до этого тебе сам всё рассказать. Прости меня тоже, — неуверенно приподнял углы губ. — Хён, нет, ты не виноват, — это я полез не в своё дело. — Нет, виноват, я же говорил тебе раньше, что ты часть моей семьи, так что это не не твоё дело. — Хён! — воскликнул и тут же подался вперёд над столом, сцапав Пака за шею в объятья. — Хён, я так люблю тебя. — Да-да, я тоже, — прохрипел Чимин, хлопая по руке Тэхёна, — задушишь, — и Ким так же быстро отстранился, как и полез. Пак потёр шею, — течка у меня, а эмоции скачут у тебя. — Я же любя~, — сказал чуть воодушевлённо, растягивая последнее слово. — Я это прочувствовал, — стрельнул глазами и всё ещё потирая шею для вида, отчего Ким утихомирился. — Кстати, о виноватых, разве всё не из-за Чонгука? — чуть погодя спросил. — Ага… — согласился и принялся перечислять грешки Чона сначала, — сперва хотел сорваться на вечеринке Намджуна, еле его остановил, хотя было так волшебно какое-то время, что до сих пор в мокрых снах снится эта кладовка. Потом… — продолжить не дал резкий стук о стол ладонями, Пак подпрыгнул от неожиданности. — Кладовка?! — спросил, поддавшись вперёд, и уставился в упор. — Да? — растерянно подтвердил. — Так это сам Чон Чонгук тебя так засосал там? — А я что не говорил? — Нет! Ты просто сказал, что твой истинный тебе сначала понравился, и что вы встретились на вечеринке. И всё! — резко подался назад, раскинув руки на последнем слове. После, словно что-то додумав, опять прижался к столу, облокотившись о предплечья, — слушай, а ведь он постоянно на тебя такие хищные взгляды бросал. Я тебе тогда ещё говорил, что он наверняка запал на тебя и просто так грубо отталкивает. — Ага, а я тебе говорил, хватит смотреть дорамы. — Ни за что. Так вот, может так истинность сыграла? — Истинность плохо играет. Расскажу-ка тебе ещё одну вещь, — и начал повествовать с чувством, — однажды я, наконец, смог разговорить его, узнать, почему он унижает меня после того, что с нами было. О, ты не представляешь, что он мне тогда наплёл. Оказывается, этот гадёныш, пока он зажимал меня в кладовке, всё запах мой пытался прочувствовать, но у него не выходило. Расспросил Юнги обо мне, а тот сказал ему, что никто моего аромата не чувствовал ни разу, но то, что я хотя бы омега — это точно. И что я из Пусана. Мин ничего особо не знал, кроме этого. И то всё это ему было известно только потому, что Намджун глава студсовета и всех знает, а если ты с ним общаешься, то сам поневоле узнаёшь многих. А Чонгуку было мало этих сведений, но достаточно, чтобы мелкий шпион по сети нашёл тех, с кем я учился, показал мои фотки с профиля и расспросил. А те сказали, что знают много интересного, им только повод посплетничать обо мне и не заткнутся. Узнал, что ему было интересно и сделал потрясающий вывод, что он очередная моя жертва, как и некогда мой бывший. Просто на этот раз я действовал изощрённей — использовал средство, которое усиливает природный запах и вызывает сильное влечение у альфы. А из-за того, что запаха у меня нет, то и средство не заметить, так как усиливать нечего. Именно так он решил оправдать то, что не контролировал себя и выпустил клыки для метки. Думал, что я хочу привязать к себе хоть какого-то альфу, так как понимаю, что иначе не светит просто за красивые глазки. О~, после подобного обвинения сдался мне такой истинный. — Охуеть, — выдал свою оценку Ким после того, как Чимин закончил, и свесил челюсть. — Ну я тоже так подумал после такого заявления Чонгука. Поэтому тогда решил, что больше не буду смотреть на него, как на альфу. А после того, как узнал, что он истинный, тем более так решил. Знаешь, что, — после недолгого молчания продолжил, — я бы вытерпел его отношение ко мне, но то, что он сделал тебе и собирался… на это я точно не закрою глаза — заставлю Чонгука пожалеть.
