Часть 4
2 августа 2019 г., 06:31
Вечером того же дня Мин подвёз Тэхёна домой. Они стоят около машины, пока Чонгук дожидается водителя на переднем сидении, которое он оккупировал с тех пор, как старший стал подвозить его повсюду. Сначала следя, чтобы тот не заблудился в незнакомой ему местности. Видите ли, Чон оправдывался топографическим кретинизмом. Затем, опекая, чтобы не шлялся где не попадя, собирая неприятности на свою пятую точку.
На улице сгущаются сумерки, раскрепощая влюблённых к более смелым действиям, надеясь, что любопытные соседи их не заметят, поэтому парочка опять начала липнуть друг к другу. Юн прижимал Тэхёна за талию, а последний упёрся ладонями в грудь альфы, поглаживая и иногда поднимаясь до шеи и обратно.
— Итак, есть ли какие-то успехи? Ты заметил кого-то подозрительного сегодня? — спросил Мин, опьянённо смотря в глаза своего омеги.
— Ммм, пока не уверен, надо ещё понаблюдать, — нежно прошептал, ловя настрой Юнги на романтику. — Хотя один альфа всё же заглядывался на меня вееесь день, — продолжил более игриво и провёл кончиком языка по губе, заметив жадный взгляд, направленный туда.
— Правда? — сказал совсем не удивлённо и попытался поймать юркий язычок, в итоге просто клюнув мимо, — кто же этот самоубийца? И почему так и не подошёл к тебе?
— Ну видимо он просто засмущался, увидев мою сногсшибательную красоту.
— Или может испугался грозного парня этого красавчика?
— А знаешь, что? Он всё же подошёл, только что, ещё как подошёл, — проговорил между лёгкими, но мокрыми поцелуями, ловя воздух. — Да так подошёл, что мне дышать трудно.
— А ты молчи и будет легче, — сказал напоследок, прежде чем примкнуть к этим спелым губам, вырывая сладкие звуки жадных вдохов.
Руки у обоих начали шалить. У одного они прижимали к себе за талию омегу, у другого — за шею и затылок альфу. Поцелуй набирает обороты, одурманивая их. Но приходит птица обломинго в лице Чон Чонгука и сигнала машины, на которую тот протяжно нажимает, привлекая к себе внимание. От неожиданности Мин случайно прикусывает язык Тэхёну, который зашипел от боли и резко отстранил голову, накрыв рот с болячкой ладонью, будто это поможет. Мин чуть обеспокоенно посмотрел, но потом раздражённо закатил глаза, так как Чонгук всё ещё сигналил.
— Прости, — и оставил лёгкий поцелуй на тыльной стороне ладони омеги, где намечался рот с той стороны, — а теперь быстро иди внутрь, пока не замёрз, — в конце даже ущипнул за зад, подгоняя к действиям. Омега подпрыгнул на месте, стреляя глазами, и ушёл, прихватив рюкзак и показав средний палец мелкому засранцу, испортившему момент, когда Юнги открыл водительскую дверь.
— Какой ты вредный, — обиженно повозмущался для виду, застёгивая ремень безопасности. — Обломал на самом интересном.
— Занимайтесь этим без меня и без десятков любопытных соседей. Я устал сегодня, высади у магазина рядом с домом, хочу едой закупиться.
— Опять всякую дрянь возьмёшь? — поинтересовался, выруливая из площадки.
— На этот раз нет, что-то потянуло к фруктам. Хочу сладкого.
— Кто ты такой и что сделал с моим братом, который иногда завтракает хлопьями с колой вместо молока.
— Отстань, не видишь я в печали.
— Кстати об этом. Ты чего сегодня на игре таким буйным был? — спросил, мельком бросив внимательный взгляд.
— Не знаю, — ответил и замолчал, раздумывая над всем этим, — странный день, вроде выспался, на парах ничего нервирующего не было. Хотя из-за вас остался без полноценного обеда.
— Ой не пизди. Уверен, ты смотрел порно похлеще.
— Хён! Людей из порно я не знаю.
Посмеявшись, Мин снова спросил, остановившись под светофором:
— И всё же, что на тебя нашло?
— Ну по ощущениям будто преддверие гона.
— Что? Но ведь он у тебя был не так давно. Ты ещё из-за этого на гулянку к Намджуну в честь закрытия сессии не пришёл.
— Знаю.
— И что делать будешь?
— Ничего, просто буду носить с собой подавители, пока не успокоюсь, — на что Мин просто кивнул, остальной путь проехав молча, и лишь в конце бросил «будь острожен».
Зайдя в супермаркет, Чон отправился в отдел фруктов и овощей. На улице далеко не лето, поэтому поиски заканчиваются провалом. Но проходя мимо полок с различными чаями, Гук берёт несколько пачек со вкусом персиков и кидает в корзину. Бредёт дальше, рассматривая, что приглянётся. Желудок даёт о себе знать рёвом умирающего кита, и Чон также берёт замороженную готовую пиццу, решив не ждать доставки, а просто разогреть. Дойдя домой, начал выкладывать содержимое пакетов. Там всё… со вкусом персиков, ну кроме пиццы, и слава Богу. Мармеладки, желе, йогурт, пирожное, да, блядь, даже чипсы. Понимая, что запах теперь будет преследовать его и в квартире, Чон с отчаянным стоном садится прямо на пол, скромно закидывая в рот мармеладку и закрывая глаза в блаженстве.
***
Тэхён заходит в квартиру, где сразу с порога на него прыгает взбудораженное тело, которое он еле успел словить, скинув рюкзак. — Ты что так долго? — спрашивает и отстраняется, но не отпуская, потом замечает, что Ким высунул язык, — с языком что? — А, ну, высунул охладиться. Юнги прикусил, когда мы целовались, так как Чонгук начал сигналить из машины, поторапливая. — Потом ойкнул, когда Чимин снова обнял, уткнувшись носом в шею, где запах лучше всего ощущается, — нюхай на здоровье, только, когда возбудишься, своим стояком в меня не тычь, а то Юнги расскажу. — Ой, больно надо, — поднял голову, чтобы сказать, затем снова прижался, глубоко вдыхая аромат. — Чонгук был с вами? — прозвучало приглушённо, так как сказал в шею, уже не отстраняясь, щекоча своим дыханием друга. — Да, он ведь всегда с Юнги. А теперь, когда тебя нет, и больше можно не скрываться, я тоже с ним. — Мне стыдно, что из-за меня, вам приходилось прятаться... — ненадолго замолчав, Пак всё же отодвинулся, — давай, в качестве извинения, я отвечу на один твой вопрос про истинного, — как только глаза напротив загорелись, поспешил добавить: — Но ничего такого, что скажет о том, кто он, — и тут же потухли. Ким начал трудный мыслительный процесс, выискивая варианты, о чём бы спросить, чтобы получить наиболее полезный ответ. Вопросы типа, как зовут, или чем пахнет, тут же отпадают. На ум пришла одна идея. — Где, когда и как вы встретились? — Это целых три вопроса, — хихикнул и потрепал по макушке, — зато что ты такой заботливый тонсэн, отвечу на два. Мы встретились во время приветственной вечеринки этого года, в доме Намджун-хёна. — Ай, Чимин! — сказал недовольно и даже чуть ли не топнул ногой, — я тут пытаюсь кандидатов отметать, а ты говоришь, что встретились там, где чуть ли не весь университет был. — А ты думал, будет легко? А теперь раздевайся и иди в душ, потом поешь и майку свою давай сюда, мне уже невтерпёж. Я зарядкой решил заняться, чтобы хоть как-то сбросить энергию. Так увлёкся, что даже поесть приготовил. Полезно порой переживать течку, — эмоционально проговорил и начал сам раздевать младшего. — Эй-эй, не так шустро, хён! Не раздевай меня быстрее Юнги! — проговорил возмущённо-смущённо, уже оставшись без верха. — Переживёшь, — прикрикнул, скрывшись в своей комнате, но потом высунул голову обратно в коридор, добавив, прежде, чем снова уйти: — А Юнги-хёну передай, чтобы был активнее и настойчивее.***
На следующий день, когда Юнги сначала подбирает Чонгука, а затем Тэхёна, младший альфа даже не догадывается, что аромат персиков исходит со стороны Кима, когда тот садится в машину. Просто он так объелся вчера закупленным, да даже утром, что ему уже кажется, что фруктом несёт от него. Раздражённость достигает своего пика в столовой на большой перемене. Она смешивается с чувством одиночества, того самого, которое ощущается, даже когда ты в толпе людей. Не то чтобы у Чона проблемы с подобным. Просто возникают такие мыслишки, когда за твоим столом сидят две счастливые парочки и кормят друг друга с ложки или хихикают над шутками, которые понимают только они. А в придачу ты будто окружён запахом своего истинного (Чонгук уже уверен в этом, ведь просто иначе он не объяснит свою реакцию организма, да и будь это просто течная омежка, на которую среагировал бы любой альфа, то она не появилась бы на учёбе не только вчера, но и уже второй день подряд, если, конечно, не ищет приключений на свою попку). Озлобленность берёт вверх, когда в его личное пространство, то и дело задевая или под столом ногами, или локтями, слишком настырно проникают, мешая есть. — Может хватит уже? Что вы тут устроили? — говорит недовольно, запивая персиковым молоком. — Ох, Чонгук, мы же вчера выяснили, что это значит быть в отношениях, — сказал Тэхён очевидную вещь. — О, я заметил, — оскалился в усмешке, — но, блядь, не здесь же, вы в столовой, а не в отеле. Вы ещё потрахайтесь тут. — Малой, а не перегибаешь ли палку? — сурово спросил Намджун, который сидел со своим омегой. Скромно так сидел. Просто в глазах Чона все сейчас, как спаривающиеся кролики, даже если просто за ручки держатся. И, вообще, когда альфа пришёл, они уже все сидели вместе. Так что предъявлять претензии он не в праве. — Джуни, ну не будь таким строгим, — нежно проговорил своему альфе Сокджин, не находя в этом ничего страшного, мало ли завидует или типа того. — Будь помягче, он же младшенький у нас. — Младшенький, а не маленький. Большая разница. — Только попробуй с нашими будущими детьми вести себя жестоко. Я тебе обещаю, что ты забудешь, как их делать, — вошёл в азарт. — Как пожелаешь, — сказал, посмеявшись легко и поцеловав тыльную сторону ладони, взяв ту в свою руку. Чонгук скривил лицо в отвращении, на что Тэхён закатил глаза. Мало Чону было вчерашних сюсюканий другой парочки, а тут ещё и пополнение. — Сокджин-хён прав, с Чонгуком помягче надо быть, скривил лицо, как самый настоящий ребёнок, увидевший целующихся родителей, — сказал спокойно Тэхён, стараясь задеть, — да и вообще к любой мимо проходящей паре так относится. — Всё это мимими не в моём вкусе. Слишком сладко, аж зубы сводит и блевать тянет. — С таким отношением ты себе омегу не найдёшь, — хмыкнул, словно всезнающий. — Да что ты говоришь, тогда почему у меня от них отбоя нет? — Ну и где твой омега? Ах да, наверное, свалил после того, как получил желаемое ночью, — не переставал подливать масла в огонь. — Тэхён, перестань, — вмешался Мин, усиливая хватку на руке Кима, сдерживая. — Нет, пусть продолжает, послушаю, что он хочет ещё сказать, — Чонгук остановил попытку Юнги и обратился к омеге: — Дерзишь так легко, наверное, думаешь, что можно, раз уж с моим братом встречаешься, — искусно пытается поставить уже зазнавшегося, по его мнению, омегу на место. — Что же ты не такой смелый, когда рядом со своим дружком. Кстати, где он, давно на глаза не попадался, мне бы хотелось пар выпустить, — Тэхён поперхнулся воздухом от подобной формулировки. — Я не обязан отчитываться перед тобой, тем более отвечать, где Чимин. Уж точно не после такого отношения к нему от тебя. — А что такого я сделал? Я же просто говорю правду, что он неполноценный омега без запаха, — говорит, словно список продуктов для покупки рассказывает, — да на него же никто не посмотрит такого, никому не нужен. Максимум, на что он может рассчитывать это одноразовый секс в каком-нибудь захудалом клубе, где никто и не успеет догадаться в том, что что-то не так. Речь оборвалась противным скрипом стула, с которого резко встал Ким. Он бросил полный неприязни взгляд на альфу и поспешил удалиться, шипя под носом ругательства. — Чонгук, блядь… — провожая глазами своего омегу, тихо обратился к брату Юнги, — выпей подавители, — и, скосив взгляд в сторону руки младшего, в которой он держал вилку, которая неестественно скривилась, схватил вещи, оставленные Кимом и отправился в его направлении. Чон и сам не заметил, что согнул прибор. — Ну что же, наверное, мы тоже пойдём, — неловко решил прервать затянувшуюся тишину Сокджин. — Нет, — на лице не дрогнула ни одна мышца, — я сам уйду, вы сидите.***
— Тэхён, стой, — кричит вдогонку быстро шагающему Киму и, остановив того за руку, продолжает: — Ну не следит парень за языком, ну ты прав, что он ещё зелёный. Но ты-то не ведись на его слова, малыш. — Я не могу так. Он оскорбляет моего лучшего друга с первого же дня, как знает его. Всегда не понимал, почему он начал весь этот фарс с выставлением состояния Чимина в таком свете, — выражался, активно жестикулируя руками, чуть не задев мимо проходящих и тихо извинившись. — Ну, Гук всегда гадко мстил тем, кто хоть как-то задевал его, — пытался успокоить его Мин, отведя в сторону от центра коридора. — Да когда же Чим успел его задеть? — негодовал Тэхён. — На вечеринке Намджуна. Не знаю подробностей, я был занят тобой, — нежным жестом проведя по щеке костяшками пальцев, приподняв уголки губ. — В тот же день ночью устроил мне допрос о Паке. Опять-таки не знаю, что ему не понравилось, но результат ты видишь сам. Он скрытный малый, даже если спросишь напрямую, ничего не скажет, пока сам не захочет. — Опять вечеринка Намджун-хёна. Да почему же всё связано с ней? — раздосадовано спросил, ни к кому толком не обращаясь. Но потом что-то щёлкнуло в голове. Тэхён с надеждой посмотрел в глаза Мина, схватив его руки, — Юнги, Юнги-я, а ты не можешь у хёна спросить, кто был в тот день? Он ведь такой ответственный жуть. Может список там составил тех, кто приходил? — Он, конечно, тот ещё педант временами, но не до такой же степени, — сказал посмеиваясь, но вызвав разочарованный выдох у омеги, поспешил хоть как-то реабилитироваться: — Но он хорошо помнит лица людей, можно попытаться спросить. А зачем тебе это? — Ну Чимин сказал, что первая встреча с истинным была на вечеринке, и что сначала всё было хорошо, а потом он узнал правду и результат ты видишь сам, — передразнил слова Мина. — Хорошо-хорошо, я попытаюсь расспросить Намджуна. Есть какие-то успехи в поисках? Не стоит полагаться только на Кима. — Не густо, с уверенностью могу сказать, что он не с моего курса. Ну ещё не из твоего клуба по баскетболу и моего фотографирования. У меня окно завтра есть, посижу на паре какого-то другого курса. Попробую методом исключения.***
Приползает домой Тэхён ужасно усталый. Прислушиваясь и не услышав подозрительных звуков за приоткрытой дверью, Ким рискует заглянуть внутрь и вздыхает с облегчением. Пак полусидит на своей кровати, устроив ноутбук на себе. Ничего пошлого. Младший подходит к омеге, вяло переставляя ногами, и заваливается рядом, обняв за голые колени в свободных шортах до середины бедра Чимина. Пак что-то печатает ещё десяток минут и откладывает технику, опускаясь из своего положения так, чтобы уткнуться в макушку Кима носом и водить пальцами по волосам, расслабляя. — Что делал? — лениво поинтересовался Ким. — Да вот тот реферат заканчивал. Течка течкой, а преподаватель его спросит, — услышав в ответ некое мычание, со смыслом «ясно», Пак спросил: — Что-то случилось? У тебя нет настроения. — Чон Чонгук случился. Не понимаю, как ты терпишь его столько времени. Ты такой сильный, я завидую. Пак негромко смеётся на такое громкое заявление. — Ну у меня есть такой хороший друг, как ты, готовый постоять за меня и подставить плечо. А ещё я привык, мне не впервой. — Не говори так, так ещё хуже. Не надо к такому привыкать, — сказал возмущённо, строго заглянув в глаза старшего, вызвав очередную улыбку у того. — Что же он такого сделал, что ты приполз в кровать течного омеги? — продолжил интересоваться. — Пф, думаешь, только альфы могут так делать, — подыграл, но потом глубоко вздохнул и начал рассказывать сегодняшние события: — Ну мы начали с обычных колкостей. Потом он сказал, что я стал слишком дерзким из-за того, что встречаюсь с Юнги, — опустил взгляд и начал теребить пальцами пуговку на рукаве рубашки. — Затем он вспомнил о тебе и сказал, что хочет выпустить на тебе пар, я аж озверел в этот момент, — продолжил, увеличивая громкость и возмущение, — и сказал, что большее, что тебе светит в этой жизни — это одноразовый секс в каком-то глухом клубе, что никто не будет строить с тобой отношений. Я не выдержал, как сделал бы ты, — голос резко стал тише, так как Ким почувствовал некую досаду от своего бессилия, — ты бы ему ответил ловко, а я просто ушёл, как слабак. Так мерзко от его слов, — и чуть погодя заговорщически добавил: — Да пусть у него член отсохнет. Сделаю куклу Вуду и сожгу на плите его причиндалы. Всё время рассказа Чимин тихо слушал, давая Киму высказаться, но на последнем сказанном не выдержал смешков. — Всё в порядке, Тэ-Тэ, вот увидишь. К тому же с таким грозным защитником никакие Чонгуки мне не страшны. — Точно в порядке? —cпросил с детским любопытством в глазах. — Точно, — с улыбкой выдохнул и потянулся к ноутбуку на тумбе, — а теперь отдохни под расслабляющую музыку, — и устроился поудобнее, всё так же вдыхая запах младшего, прикрыв глаза. — Ты что сейчас пользуешься ситуацией и дышишь моим ароматом, пока мне грустно? — Не порть момент. — У тебя телефон звонит, — подал голос спустя несколько умиротворённых минут под ласковыми поглаживаниями и под музыкой. — М? Да нет. Может твой? — Нет. Тогда что это за вибрация? — Я-я не слышу никакой вибрации, — спокойным голосом ответил, дрогнув только в начале. Но потом неловко сильнее скрестил ноги, неожиданно судорожно и коротко выдохнув. — Хён, — подозрительно произнёс, приподнявшись на локте, отняв руку Пака со своих волос. Потом перевёл взгляд на вторую руку старшего, — хён это то о чём я думаю? — спросил, заметив там подозрительный предмет. — Нет? Наверное… да… — Хён, — сказал сокрушённо и не веря, растягивая гласную, и снова упал на кровать. Но спустя момент резко вскочил как ужаленный, направляясь к двери, — я только что пожалел, что в коробке были вибраторы. — Ооох, а я совсем не жалею, — и добавил мощности пультом в руке, закусив губу, когда больше не было отвлекающего объекта в лице Кима.
