Вампир с белым глазами.

Дремлет притихший северный город, Низкое небо над головой. Что тебе снится, крейсер Аврора, В час, когда утро встает над Невой?

И птицы летают, и легкий ветер бьет в лицо. Он прохладный, холодит и без того мерзлую кожу. Ранняя весна. Совсем не погода для джинс и кроссовок. Лучи солнца розоватые, чуть освещают сощуренное лицо. Глаза смотрят вдаль, прямо в точку, откуда встает солнце. Гранитный парапет Невы ледяной, но Аня не чувствует. В ее голове мыслей нет никаких. Она думает ни о чем и обо всем одновременно. Что-то пытается разглядеть в дымке зари, в коралловых облаках, в светлой ряби на воде, в серой краске "Авроры". Она не печально вздыхает, не трагично смотрит в пустоту, не горестно пускает соленую слезу по мертвецки бледной щеке. Ее не мучает ничего. Ни боль, ни судороги, ни холод. Не тревожит. Она спокойна.

Может, ты снова в тучах мохнатых Вспышки орудий видишь вдали, Или, как прежде, в чёрных бушлатах Грозно шагают твои патрули?

Мерное дыхание разносило по крови кислород. Аня с трудом помнила свое прошлое, оно было для нее неясным образом, схороненным болью и злобой, что копились в ее душе столько лет. Все ее сознание решило похоронить те далекие годы, когда она помнила себя счастливой и желавшей жить. Тогда ее не мучали вопросы, не сводил с ума безумный голод. Тогда ее клыки с болью не врезались в собственные губы. Иногда она отчаянно желает вспомнить то время, но все давно было стерто. Она помнит только боль и страх, помнит голод в ее теле, помнит безумные судороги. Она помнит, как смотрела на свои бледные руки, что дрожали первой зимой, помнит абсолютно белые и голодные глаза, отраженные в старом битом зеркале. Она помнит, помнит, помнит. Самое плохое, ужасное и мерзкое, что происходило в ее жизни. Счастье было стерто из ее сознания. И казалось, что навсегда.

Волны крутые, штормы седые - Доля такая у кораблей. Судьбы их тоже чем-то похожи, Чем-то похожи на судьбы людей.

Ее мотало по жизни как в шторм. Она будто задыхалась каждый раз, когда открывала свои глаза. Ее душила собственная природа, ее сознание не переставая грызло ее. Она была истрепанной ветром тряпкой. Ее износила жизнь и выкинула, но Аня все еще жила, все еще дышала и может быть даже боролась! Слабо поднимая ослабшие руки, медленно перебирая ногами, но боролась! За свои принципы, за свои убеждения, за искру в потухших глазах! Иногда ей хотелось кричать, иногда она ощущала себя не бренной оболочкой, а живым существом. Иногда в ее теле появлялась энергия, иногда она знала, что воздух наполняет ее легкие не просто так. И кажется сейчас, когда она смотрит на встающее солнце, освещающее «Аврору»‎, она пускает кислород по крови не за тем, что бы просто бесцельно существовать в этом мире, а за чем-то большим.

Ветром солёным дышат просторы Молнии крестят мрак грозовой, Что тебе снится, крейсер Аврора В час, когда утро встает над Невой?..

Но с новым вздохом она отпускает это чувство обратно в Неву. - Что тебе снится... - Аня тихим голосом, который безбожно ломался, пропела, - Крейсер Аврора?... Взгляд смотрел на практически вставшее солнце, розовое сияние давно упало с кожи, заменившись белым светом и голубым светлым небом. На душе качалось волнение, как бумажный кораблик на воде. - В час, когда утро встает над Невой... - ее голос затих и превратился в едва слышное шелестение, похожее на дуновение ветра ранней весны. Она последний раз окинула взором бескрайние просторы синих волн и голубого неба, после чего встала и угрюмо засунув руки в карман, ушла.