Вальс

Кто ни разу не упал, тот никогда не жил. В небо посмотри и не дыши. Наше небо обернется бездной в безмятежной ржи И в эту бездну мы с тобой сбежим.

-Я выучил семнадцать сонетов. Семнадцать. Ну и они мне говорят, что умеешь? Я уже экзамен сдал к тому времени, — Азирафель поглощал блинчики во время рассказа Кроули. Но внимательно его слушал, иногда отвлекаясь на мысли о том, как вообще разговор стал столь раскрепощённым и дошёл до поступления — А я всё могу, но не то, что им нужно. Ну, сказал, хорошо в культуре разбираюсь. И прежде чем они смогли что-то возразить, я, в качестве своего последнего шанса, соврал, что знаю все сонеты Шекспира. Они за это время уже пришли в себя и, естественно, не поверили. Ну и начали спрашивать что-то вроде «а расскажите вот этот…» -И что ты сделал? — откладывая вилку, взволнованно спросил Азирафель. -Сказал, что сильно волнуюсь, и если они будут ставить ограничения, то рискуют не увидеть во мне талант, — Кроули усмехнулся и выдержал небольшую интригу — Я был уверен, что до семнадцатого не дойдёт, но чтобы сделать вид, что я слишком умный, на каждом пятом останавливался и спрашивал, не надоело ли им. Кроули оторвал спину от стула, дотягиваясь до бокала с алкоголем и аккуратно отпивая от края. Он занял прежнее положение, продолжая: -Где-то к одиннадцатому я понял, что забываю текст. Встал с места и начал рассказывать с выражением, махал руками, все дела. И на четырнадцатом, как сейчас помню, они остановили и сказали, что я свободен. -Тебе было страшно? — взволнованно спросил Азирафель, кладя в рот кусочек ранее отрезанного блинчика. -Мне? Да ни чуть. Я нашёл всё-таки себя в списках потом. И знаешь, что? Когда мы с деканом ещё раз встретились, он сказал, что я поступил за находчивость и высокие баллы по письменному, — Кроули потянулся и лениво произнёс — Горжусь собой. Азирафеля интересовало всё, что скажет о себе…знакомый. Он прожевал последний кусочек блинчика, и, дирижируя вилкой, спросил: -А к «Вестникам ада» ты как попал? -А…это, — Кроули, кажется, собирался с мыслями — Научился играть на акустике от скуки. Ещё давно. Потом незаметно на электро перешёл, да и голос был, самостоятельно поставленный, но… Там ничего особенного, если честно. Вельзевул, она же староста группы, решила, что нам нужно чем-то выделиться. Придумали это. Ну нам ректор отказал с таким названием, стилем. А мы за год смогли на многих сценах города себя показать. Куда они могли деться? Естественно, пустили. Не знаю, спонтанно как-то. Я от скуки там, если честно. Говорят, что у меня получается, но мне… — Кроули помолчал и вдруг усмехнулся — Не повезло с компанией. -Оу…думаю, главное, чтобы нравилось то, чем ты занимаешься, — Азирафель подбирал слова — На концерте казалось, что тебе нравится. Кроули сдержанно посмотрел на ангела, желая перевести тему -Ты о себе не рассказывал, как поступал? После рассказов Кроули Азирафель совершенно не знал, что ему говорить. Он нахмурился и неуверенно начал -Ну…ничего особенного, на самом деле. Экзамен, как экзамен. Думаю, я был уверен в том, что поступлю. Я знал много дополнительной информации, кажется, им понравилось. -Понравилось, раз учишься, — молчание в четыре секунды — Что ты отдавал Вельзевул? Азирафель замялся -Сам не знаю, это ведь не моё было. -Серьёзно? Не знал, что отдавал? Даже я уже знаю. -Откуда? — вскинул брови Азирафель, на самом деле сгорая от любопытства. -Женщина, с которой живёт Вельзевул, лазила в её вещах и рассказала всей группе. Кажется, её уже избили за это. -У вас там так…всё устроено, — Азирафелю показалось, что его любопытство не очень сильно будет просматриваться, если он скажет — Так… что насчёт содержимого? -Липкая лента. -Чего? -Ну штука, которой мух ловят. И послание какое-то, что-то вроде «со временем узнаешь». Слухи искажаются в равной скорости с распространением, а я это не особенно уточнял. Азирафель сидел, чувствуя лёгкий шок. Гавриил разве мог сделать что-то подобное? Просто…зачем ему это? -И да, хочу предупредить. Все знают, что именно ты передавал…назовём это так, послание. И все, естественно, хотят быть осведомлены, кто так любит нашу Вельзевул. И всем крайне интересно, что будет, если настойчиво попросить Азирафеля рассказать, — Кроули провёл указательным пальцем по столу и поднял глаза — Смекаешь, ангел? -Что значит, настойчиво попросить? — нахмурился Азирафель, пытаясь понять суть слов Кроули. -Я не знаю, что у них в голове, — тон его голоса отражал равнодушие, чего, Азирафель незаметно для себя надеялся, на самом деле нет. И действительно, есть ли разница, что отражает зеркало, если банальную надпись на футболках оно искажает наоборот. Значит и всему остальному, что показывают зеркала, верить не стоит. -А на что они способны, знаешь? — осторожно уточнил Азирафель, как бы и сам понимая, что соседку Вельзевул избили. Кажется, вторая группа способна на многое. Но он-то здесь при чём? Возможно, Кроули просто драматизирует и на самом деле этот интерес спадёт через несколько дней. -На многое, в целом. Но никто даже в деканат не пойдёт, этакая тюремная иерархия, — только сейчас Кроули заметил испуганный взгляд Азирафеля, и моментально решился его успокоить — Но ты не переживай, они идиоты. Поговорят и успокоятся. -Хорошо… Повисло напряжённое молчание, эмоция стресса исходила от Азирафеля, и Кроули чувствовал себя виноватым. Нужно было разрядить обстановку: -Помнишь Хастура из команды? По секрету, идиот редкостный. Но по-своему обаятельный, — подмигнул ему Кроули. Он понял, что весёлой историей о тех, от кого Азирафель чувствует опасность сейчас, его не успокоить. И решил отвлечь ангела — Слушай, а с кем ты в комнате живёшь? -С Гавриилом. -Это староста первой группы? -Ага, — напряжение Азирафеля ушло на второй план — С ним интересно, мне нравится его компания. -А по мне обычный ублюдок с улыбкой на лице, — Кроули поправил очки — Такой же, как и Вельзевул. На своей волне. Только раза в два лицемернее. Такое высказывание смутило и ужаснуло Азирафеля. Ему показалось, что он участник жутких сплетен в отношении их старосты, его приятеля. -Давай мы…не будем об этом. -Как знаешь, ангел, — Кроули снова поднёс бокал к губам, когда Азирафель спросил -А ты…умеешь танцевать? -Разумеется, — самооценка Кроули вдруг смело перешагнула видимую черту в сто процентов — Движений много знаю. А что? -Да так…просто спросил, — Азирафель ненавязчиво для себя и компаньона глянул на часы. Время неумолимо приближалось к восьми — Кроули, думаю…нам уже пора расходиться. Завтра на учёбу, мне не хочется разочаровывать себя и преподавателей. -Понимаю, ангел. Счёт Кроули от Азирафеля тактично спрятал, расплатившись наличкой без сдачи. На вопрос Азирафеля о том, сможет ли он хотя бы перевести Кроули на карту часть стипендии, тот резковато ответил, что карты у него нет и трогать её не нужно, если бы даже была. Азирафелю пришлось долго размышлять, как же отплатить Кроули за его доброту, но ничего стоящего он так и не придумал. Вечерний воздух создавал совершенно другое настроение в контрасте с дорогими красками ресторана. Фиолетовое небо предвещало всё самое лучшее, а прохлада октября обнимала отсутствием ветра. Под такую погоду хотелось только лишь мечтать, не имея домашнего задания, лекций и практики. Ресторан отозвался в голове у Азирафеля сбывшейся сказкой. Он всё ещё слышал отголоски музыки и своё восхищение. Кроули по-доброму усмехался несколько часов назад, когда они только ступили на порог ресторана, смотря со стороны в блестящие глаза ангела. И сейчас он снова, не снимая очков, поглядывал на Азирафеля, успешно пользуясь тем, что глаз не видно. Ему нравился светлый взгляд ангела, нравилась его наивность, нравилась нежность и холодная праведность. У Кроули выработалась привычка верить, что все его одногруппники — мудаки, с которыми приходится уживаться и даже способствовать их идеям. Он свято верил, что не принадлежит им, лишь только себе. Разделял он с ними мнение о первой группе, толпе заносчивых моралистов в белом, делающих отвратительные вещи с улыбочкой на светлом лице. И Кроули, пока не увидел Азирафеля, думал, что все они такие. В тот момент, когда спасённый от Вельзевул парень говорил, что голос у него красивый, Кроули решил, что тот совершенно обыкновенный. И от толпы отличается только манерой одеваться. Ещё через час Кроули рассказывал ему какой-то ненужный бред из своей жизни и наблюдал, как промокший насквозь ангел держал зонт прямо над его головой, едва ли закрывая себя. Его белые кудри давно прилипли ко лбу, а он всё продолжал улыбаться и светить голубыми глазами, на фоне которых небо казалось грязным. Это маленькое самопожертвование через зонт не должно было застыть в сознании Кроули, но осталось там, словно единственный пример проявления доброты в его жизни. Он и сам старался, незаметно для себя, целостно оставить это воспоминание в памяти, не исказив его никаким образом. -Кроули?.. -Да? -Ты обещал рассказать, зачем я здесь. -Зачем мы здесь, ангел, — Кроули поймал кайф момента. Машины замолчали, мир замолчал, небо отвернулось от них и лишь только соловьи, кажется, подпевали их бесконечности. Кроули не хотел отпускать это чувство спокойствия, возникшее в нём впервые с того дня, как он ушёл из дома. Но в хрупкой временной петле его голос не казался лишним. Напротив, хотелось говорить, говорить, не выбирая слов, говорить о том, что больно резало всё это время сердце -Потому что ты особенный, Азирафель. Ангела, кажется, такое объяснение не устроило, но он точно также хрустально продолжил -Мы не в сказке, Кроули. -Но ты из неё. Я прав? Азирафель снисходительно улыбнулся -Нет, дорогой мой, мы не в сказке. И нет в этом мире таких, которые были бы из историй, рассказанных на ночь в детстве. Я бы очень хотел, чтобы ты понял причину прямо сейчас. Почему я здесь. Почему мы здесь. -Ты ни разу не спросил, что там, — Кроули несколько раз легко стукнул по линзам очков. -Ох, мне и у голову не приходило, это ведь твоё дело, может ты просто… -Вот видишь, ангел. Особенный. Хрустальная тишина разбилась последним словом. Такси шумно тронулось с места, и неизвестно, продолжился ли разговор в салоне машины. Ясно только, что когда они приехали, небо окончательно потеряло краски. Кроули помахал рукой Азирафелю и назвал собственный адрес водителю. Ангел обернулся, провожая глазами такси.

~moving~

До комнаты ангел добрался без происшествий, разве что кто-то ему незнакомый с ним поздоровался. Азирафель тоже приветливо ответил ему, хотя и уходил в состояние сна прямо в коридоре. Азирафель не заметил, что за ним проследили внимательным взглядом. Он тихо вошёл в комнату, а Гавриил, на удивление, не спал. -Где ты был, Азирафель? — голос, словно у строгого отца. -Дела…были, — парень сам не понимал, почему не отвечал правду. Может быть, не хотелось, чтобы Гавриил подумал лишнего или осуждал его. Во всяком случае, сосед, кажется, ни о чём не догадывался. -Хорошо. У меня к тебе снова просьба. Ангел вздрогнул и замер с пледом в руках и зависшим намерением расстелить кровать. -Да? -Снова нужно передать той…выбери любое неприятное слово и подставь сюда, послание. На этот раз просто письмо. Ты справишься? -Ам… Гавриил, — неуверенно начал Азирафель — Знаешь, я тут.мне сказали недавно, что твой прошлый подарок Вельзевул не понравился. Может тебе не стоит так… -Азирафель, мне всегда казалось, я лучше знаю, что мне следует делать, а что нет. Если ты отказываешься помогать, так и скажи. Азирафель испуганно свернул плед в руках -Ты чего, нет конечно, я рад помочь. В свободное время обязательно. -Хорошо, тогда, — он протянул Азирафелю конверт — Я доверяю тебе и знаю, что ты не откроешь. Приятных снов. Короткий диалог, и Гавриил, повёрнутый к стене, притворяется моментально уснувшим. Азирафель принимает душ, пробегает взглядом по лекции, которую и так знает наизусть, ложится и закрывает глаза. На сегодня событий достаточно.

~moving~

Просыпается он уставшим, как обычно, часов в пять утра. В этот раз заснуть удаётся минут на тридцать, пока Гавриил наматывает круги по территории университета. Эти полчаса в промежутке обычно кажутся вечностью пустого сна, но в этот раз Азирафелю будто что-то мешает, какой-то шум или вроде того. Этот факт делает вялым весь его оставшийся день. Когда сосед приходит, Азирафель уже поглощает чай, повторяя то, на что вчера променял сон. Гавриил спокойно перехватывает гантель с пола, отрывая её от поверхности и напрягая своё тело упражнениями. Через тяжёлые вздохи, обычно молчаливый, он говорит -В городе неожиданная вспышка пожаров. Говорят, поджоги, — Гавриил ждёт реакции от спины Азирафеля. -Правда? Что именно горело? -Три дня назад, ночью, кафе, но значения этому не придали особенно. Сегодня в четыре часа утра постят фотки огня в жилом доме, пока ничего нет о пострадавших. Не знаю, почему, но эти происшествия связали. Беспонятия, — Гавриил тяжело выдохнул — Просто делюсь. -Хорошо, я буду знать, — Азирафель вернулся к лекции, надеясь, что никто не пострадал.

~moving~

Пары тянулись бесконечно, особенно, когда вместо истории Азии размышляешь над тем, как отдать письмо Вельзевул. В женскую общагу вход Азирафелю был закрыт по понятным причинам. Если бы сейчас кто-то читал его мысли, то непременно был подумал о сумасшествии ангела. Мимолётные идеи Азирафеля колебались от плана ждать, пока Вельзевул вообще выйдет из общаги до идеи переодеться женщиной. Все подобные мысли он откинул в сторону, пытаясь вслушиваться в лекцию. Записывал он всё частично, полагаясь на ненужность этой темы. Кажется, таким рассеянным Азирафель последний раз был в конце первого курса. Совместных пар со второй группой у них не было. С третьей иногда, но на них никто, кроме Азирафеля и парочки других, не ходил. На большом перерыве ангел подумал, что с Кроули они, почему-то, вообще не видятся на территории университета. Наверное потому, что странное разделение учебного заведения предполагало размещение первой группы на верхних этажах, на средних — третьей и на нижних — второй. Кабинеты так и делились у всех курсов. Пары шли к своему завершению быстро, хотя на некоторых хотелось застрелить себя. Ангел от чего-то устал, возможно, события происходящие вне кабинета впервые стали ему гораздо интереснее учёбы. На перерыве в двадцать минут между последней и предпоследней парой он всё же принял окончательное решение не тянуть с посланием. Все предупреждения Кроули обернулись в его голове напрасными переживаниями. Спуск вниз прошёл без приключений, на лестницах будто вообще никого не было. Азирафель заметил перемену в интерьере, от светлых тонов в тёмные, но значения этому не придал. Возможно, это даже смотрится красиво в каком-нибудь художественном плане. Спустившись вниз, он сразу столкнулся со студентами второй группы, которые не обратили на него внимания. Азирафель, оставив смутный страх внутри, смог окончательно выпустить его. Не было ничего пугающего в этом месте, все они — обычные ребята, ничего особенного. Ему нужно было понять, в каком кабинете искать Вельзевул. Азирафель обернулся вокруг, пытаясь выискать хотя бы приблизительно знакомые лица. Желательно Кроули, но того нигде не было видно. Что ж, пусть так. Азирафель обернулся в очередной раз, заметив Хастура. Тот стоял около красного ведра под какой-то трубой и, похожий на живой труп, наблюдал, как вода медленно набирается в треснутый сверху сосуд. Ангел обрадовался настолько, насколько это было возможно в данной ситуации. Он, делая небольшие, но спешные шаги, подошёл к Хастуру и сказал самое глупое приветствие в своей жизни: -Здравствуй, эм…ты меня помнишь? Хастур лениво поднял на него чёрные, бездонные глаза, будто бы лишённые зрачков. Он прищурился, будто от яркого света. -Заставили…стоять рядом с поганым ведром, пока поганую трубу, — он поднял взгляд вверх — Не починят. Рад, что ты подошёл именно ко мне, парень. Что тебе нужно? Азирафель совершенно не замечал того, что на них уставились более десятка пар глаз. -Мне нужна Вельзевул, не знаешь, где она? Хастур не удержал улыбки и последовавшего за ней истеричного смешка -Знаю. В сто двадцать седьмом. -Спасибо большое, буду обязан, — слишком светло для такого места произносит ангел и направляется в сторону сто двадцать седьмого. Дальше по коридору деревянная дверь, куда Азирафель стучит несколько раз, тактично не решаясь открыть её моментально. Изнутри ничего не слышно, и он, аккуратно дёргая за ручку, входит. В кабинете сидит одна Вельзевул, развалившись на стуле. -Я знала, что это ты. -Предчувствие? — неуверенно улыбнулся Азирафель. -Здесь никто не стучится. Никто, кроме таких, как ты, когда спускаются. Азирафель облизнул губы, неуверенно решаясь сменить тему. -Что ж…я снова с посланием. Отдам и к себе, — обозначил позицию Азирафель и достал из внутреннего кармана жилета плоский конверт с письмом. Вельзевул одним рывком подскочила, выхватила конверт из его рук, Азирафель даже не успел ничего предпринять, вскрыла и прочитала послание, о котором можно было только догадываться. Вообще, зная текст этих самых писем, им бы скорее подошло название «издёвка», чем нежели послание. Знал бы Гавриил, что он выводит Вельзевул не самим текстом, а отсутствием автора. -Может я…пойду? -Я спрашиваю ещё раз, ангел. Азирафель смутился на этом моменте. Неужели прозвище дошло и до второй группы? -Кто это написал?.. -Я не могу сказать. В следующую секунду Ангел оказывается прижатым к стене. Его горло придавливает чужая рука, левой Вельзевул то тычет пальцем в лицо, то упирается куда-то в солнышко, неприятно надавливая. Шокированный Азирафель даже не сопротивляется. -А теперь слушай сюда, ангел — она будто выплёвывала слова, сверкая глазами — Передай своему дружку, что он последняя мразь и ублюдок, раз у самого яйца не доросли сюда спускаться, — Вельзевул вдруг понизила голос до угрожающего шёпота — Вон там, за дверью, толпа наших. И каждого из них интересует, кто же занимается этим дерьмом. Парочка любопытных уже сравнили почерк с твоим, — она хищно улыбнулась — Они готовы на всё, чтобы удовлетворить своё любопытство. Надо будет, тебя зажмут за углом, делая то, что душе угодно. Но информацию они узнают, поверь. Хотя, если раньше них узнаю я, возможно, об этом забудут через пару дней. Выбор, ангел. Друг твой почему-то о тебе совершенно не заботился. Вельзевул отталкивает его, тем самым вдавливая сильнее в стену и падает на своё место -Таким как вы нужны месяцы, чтобы сделать очевидный выбор. Я даю четыре дня. Вельзевул уткнулась в телефон. Так, будто ничего не произошло. Азирафель не оборачивается, просто уходит из кабинета, в этот раз видя каждого, кто пялится на него. Большинство провожало его смешками, но открыто никто ничего не заявлял. Пока что. Азирафель едва ли отсидел последнюю пару, думая, что сказать Гавриилу насчёт происходящего. Он раз за разом вспоминал слова Вельзевул о том, что каждый любым способом хочет добыть информацию. Каждый и любым способом… До общежития добрался быстро, стараясь не задерживаться и не оборачиваться ни на кого. Хотелось только: понять, с чем именно сравнивали почерк, закрыться и не вылезать, а ещё поговорить с Кроули. Азирафель был уверен, тот мог посоветовать что-то дельное. В комнате всё было как всегда. Уходя на учёбу, Азирафель знал, сосед комнату всегда запирал на ключ. Из деканата ничего бы взять не осмелились. Значит, всё-таки из комнаты. Пропасть могла любая невинная бумажка, на которой был почерк Азирафеля. Всё, чтобы сравнить и понять, кто же всё-таки писал. Азирафель едва ли не подскочил, когда на пороге появился Гавриил -Рано ты сегодня. Библиотеку закрыли? — он кидает сумку на пол, снимая кроссовки. -Нет, просто… Гавриил, у тебя ничего не пропадало? Никаких бумажек, записей? -Нет вроде, а что? -Да так, нужно знать. Ты же всегда комнату закрываешь? -Да, — Гавриил упал на кровать, попутно роясь в рюкзаке — Азирафель? У тебя что-то украли? Ангел, просматривая, все ли тетради на месте, помотал головой. -Да нет…а есть ли ситуации, когда ты не закрываешь комнату? -Только когда ты здесь, — пожал плечами Гавриил, извлекая толстую тетрадь из портфеля. -Утром…утром, когда ты идёшь на пробежку? Ты закрываешь дверь? -Да, но не на ключ. -Точно! Спасибо, Гавриил. Я, к слову, отдал письмо. Гавриил не стал уточнять подробности, видя занятость Азирафеля. Так ангел понял, что пробрались сегодня утром. И именно в тот момент, когда он уснул после ухода Гавриила. Понять, тот почерк или нет — занятие не из лёгких. Ангел мог в любой момент проснуться, поэтому, скорее всего, утащили со стола. Но что это было? Все тетради на месте. Оставалось только проверить вкладыши в ближайших книгах. Начиная с той, что лежала на столе открытая все прошедшие сутки, Азирафель не ошибся. Многочисленные заметки недочитанной «Истории происхождения и успехов третьего сословия» Азирафель помнил почти наизусть. Особенно те, что оставил утром. Писать в самих книгах он считал безобразием полнейшим и от того писал вопросы и мысли на не клеящихся стикерах и вкладывал внутрь. Остановившись ровно на восьмой главе, он помнил, что выписывал цитату из конца седьмой. Только вот какую, сейчас было не воспроизвести в голове. Но факт в том, что её не было внутри книги, а утром точно была. Азирафель пошарил руками по столу, под столом, но возможно выпавшей бумажки нигде не обнаружилось. Он мысленно обрадовался тому, что в спешке никто не додумался забрать что-то у Гавриила. Иначе, по его изящным, ровным, неторопливым буквам можно было понять всё, что угодно. Ангел в задумчивости облизнул губы. Что ж, им действительно нужно было удостовериться, что писал не он. Удостоверились. Что теперь? Нужно поговорить с Кроули. Азирафель искренне надеялся, что тот не был занят и находился дома сейчас.

~moving~

Никто не открывал. Возможно, стоило немного подождать, Азирафель сел на ступеньки, прислонил голову к холодному косяку. Только сейчас обнаруживалось, что у него есть лишь адрес Кроули. Ни телефона, ни социальных сетей Азирафель не взял. Книги с собой не было, только умирающий без зарядки телефон и жуткая усталость. Азирафель закрыл глаза. А открыл только тогда, когда его потрепали по плечу. Рядом стоял Кроули, обеспокоенный на вид его появлением. -Ты что здесь делаешь, ангел? -Кроули? Где ты был…я ждал тебя, — Азирафель был в ужасе от того, что так просто впал в безвременье, умудрился уснуть на чужом крыльце и был разбужен Кроули. Стало стыдно. -Я по делаем ездил, — парень трогает кончиками пальцев ангельский нос. Азирафель чувствует приятное тепло, когда понимает, что замёрз — Идём в дом, или ангелы не болеют? -Болеют, — будто пожаловался Азирафель, впервые заходя в жилище Кроули. Ангел старался меньше обращать внимание на интерьер, хотя получалось плохо. Помещение было похоже на ресторан, где они побывали вчерашним вечером. Только это место было гораздо темнее и изысканнее. -Пожалуйста, не проходи дальше, — Кроули кивнул на одно из кресел в гостиной — Я принесу нам выпить и вернусь. -Я не… -Отказ не принимается, ангел. Надеюсь, вино ты пьёшь. Азирафель выпрямил спину, сложил руки на коленках и, не двигая головой, оглядывал помещение. А вино он любил, действительно любил, хотя и пил не часто, ему это не за чем. Да и не с кем было пить. Кроули вернулся с открытой бутылкой и двумя бокалами. Ловко наполнив их, он поставил один около Азирафеля. -Что привело тебя ко мне? — после первого глотка уточнил Кроули. Он будто дирижировал бокалом, в отличие от Азирафеля, который за своим только прятался. -Случилось…кое-что, — неуверенно начинает Азирафель, но будто ловит брошенный из-под очков поддерживающий взгляд — Меня попросили передать ещё одно послание Вельзевул и…я сделал это. Спустился на первый этаж, отдал, — ангел, внимательно следивший за переменами на лице Кроули, уловил напряжение — Она, как бы это сказать, настойчиво заявила, что любопытство твоих одногруппников велико, и либо она не останавливает их и они узнают всю информацию сами, известными методами, — Азирафель посмотрел вниз, на колени, где его пальцы перебирали друг друга — Или я говорю ей, и она просто успокаивает толпу. Кроули всё ещё молчал. -Я пришёл за советом, что мне делать? Парень облизнул губы, опираясь на подлокотники, сел выше, раскидывая ноги -Для начала скажи этому грёбаному человеку о том, что он дико тебя подставляет. Если он не пойдёт сдаваться сам, скажи, что сдашь его. -Но я не сдам, — ужаснулся Азирафель. -А что ты предлагаешь, попросить Вельзевул отменить свои планы? Ей самой интересно, кто подкидывает ей эти штуки. В этом она заинтересована. А вот в падении своего авторитета нет. Поэтому она выставит всё, как охоту на тебя и дальше никому не захочется смеяться над ней, все будут жаждать ответа. А когда узнают, она просто направит весь гнев в сторону того, чьё имя ты тщательно скрываешь. Так и будет, Азирафель, самый лучший вариант — рассказать ей сразу, так, чтобы никто не видел. Тогда в её интересах будет просто успокоить толпу. Поверь, она может сделать с ними многое. -Но почему…-наивно начал Азирафель — Она не может успокоить их прямо сейчас? -Потому, что сама хочет ответов, но не получит их никак без тебя. -Значит, я иду говорить с…этим человеком. И всё становится хорошо. Отлично, Кроули, ты меня успокоил, — Азирафель наконец-то спокойно отпил из бокала. -Вот и чудесно. За жизнь, — он поднял бокал. -За жизнь.

~moving~

Всего лишь по бокалу. Азирафель торопится назад. -Слушай, ангел, — Кроули стоял в дверном проёме — Тридцать первого, на Хеллоуин, выступаем в баре, потом вечеринка у знакомого. Что скажешь? -Ты…приглашаешь меня? — Азирафель округляет глаза, ощутимо радостно мнётся несколько секунд и вдруг ярко улыбается — Конечно. Приду. Подробности позже? -Подробности позже. Кроули долго смотрит на удаляющуюся фигуру в белом плаще.