Красный океан Тигла (The red ocean of Tigle)

      Время шло к обеду. Живя на Тигле уже месяц, Соланж едва привык к смене суток. Это ж надо чтоб день длился 24 часа и столько же ночь?! Хорошо, что на окно в его комнате можно было установить режим затемнения, когда день длился больше положенного. Пока он сторонился людей, ни с кем не заводил продолжительных разговоров и вообще старался не вылазить из блока, чтобы лишний раз не встретить чересчур приветливого обитателя базы. Генерал Буркхард пару раз заглядывал к нему, интересовался, все ли в порядке и не нужна ли помощь. Соланж спокойно отвечал, что не загружен, так что в помощи нет необходимости. Ему удалось изучить все медкарты работников и служащих. Он отсортировал по своему усмотрению и в свободное время придавался скуке.       На выходные ему подкинули работу, пригласив составить компанию в вылазке по окрестностям в поисках некого растения, которое на Земле называется сумах. Оранжевым сладко-кислым плодам этого кустарника на базе нашли применение. Из него делали местный сидр. Крепость напитка не превышала 9%, но этого вполне хватало, чтобы вечером расслабиться в компании друзей. Об этом Соланж еще не знал и отправился на поиски тигловского сумаха. Ему показали, где он должен прочесать местность, показали, как выглядит сам кустарник и что нужно собирать. Прихватив с собой огромный пластиковый пакет, Соланж направился в сторону огромных валунов и раскидистых деревьев. Отыскать первый куст сумаха не составило большого труда, а вот собирать плоды, оказалось не так уж легко. Мало того что они быстро осыпались, так еще между плодами были маленькие шипы, на которые Соланж постоянно накалывался. В итоге к концу сбора плодов его пальцы были все в царапинах и проколах. — С непривычки всегда так, после привыкните, — раздался чей-то потешающийся над новичком мужской голос. Соланж обернулся, продолжая зализывать глубокую ранку на указательном пальце. Выглядел он глупо, но это его волновало меньше всего. — Боюсь, что это первый и последний раз, когда я отважился на сбор этих плодов. Кстати, зачем они? Им нашли какое-то применение? — А вам не сказали? — незнакомец, или точнее сказать, обитатель базы, зашелся в улыбке. Похоже, что доктора разыграли или попросту надули. Все кто знали, каких трудов стоит собрать плоды для напитка, не горели особым желанием их собирать, а вот выпить сидр, это всегда, пожалуйста. Соланж замотал головой. — Так для чего они? — Это не секрет. Из них делают слабоалкогольный напиток. — Что? — возмутился Соланж. — Вот уж не думал, что опущусь до такого! Ему захотелось бросить уже собранный пакет с плодами и уйти. А он-то думал, их собирают для чего-то более полезного. Возможно для лекарства. А оказывается он исколол все пальцы ради пойла? — Людям нужно же как-то снимать стресс, вот и придумали. А вы что против? — У меня было совершенно иное мнение об этом месте, — все, что изрек Соланж. Он присел на ступенчатый каменистый выступ, поглядывая по сторонам. Рассматривать незнакомца желания не было. А посмотреть было на что. Таких красавцев, как, не возьми, откуда взявшийся альфа, еще поискать. Высокий широкоплечий, выше его на полторы головы, смугловатая загорелая кожа, необычного цвета глаза, обрамленные длинными пушистыми ресницами, прямой нос, изящные утонченные губы, расплывающиеся в доброй улыбке, и копна шикарных русых волос в романтическом стиле. И в довершении столь мужественного образа — борода со средней щетиной. Обычно такие экземпляры на дороге не валяются! Мужчина, усмехнулся и, не спросив разрешения присесть рядом, сел, вытянув ноги вперед. — Я Макс. А вы, я полагаю, доктор Рейман? — Полагаете верно. Макс, это полное имя? — непонятно для чего уточнил Соланж. — Максимилиан, но мне больше нравится просто Макс. Слишком длинно и официально, — посмеялся мужчина. Если бы он сказал ему свое полное имя, то вряд ли омега согласился произносить его каждый раз. Хотя, насколько он мог уже понять, этот омега, мог бы! Повисла тишина, от которой Соланжу стало не по себе. Он рассматривал свои исколотые пальцы и морщил носик. Заметив краем глаза то, что делает доктор, мужчина усмехнулся, а затем полез в карман куртки. Оттуда он извлек небольшую баночку и подал ее Соланжу. — Держите, док! — сказал Максимилиан, протягивая металлическую плоскую баночку. — Что это? — не понял Соланж. — У вас все пальцы исколоты, а это поможет быстро заживить раны! — Ну, я как-нибудь сам справлюсь, все же, как-никак медик! — решил было оскорбиться Соланж. — Берите, после еще поблагодарите, — настаивал мужчина. Его нефритового цвета глаза смеялись и рассматривали бедняжку омегу, который строил из себя недотрогу, отказываясь от чудо-средства, кстати, также местного ”производства”. Соланж принял баночку и как-то брезгливо на нее посмотрел. — Что? — спросил мужчина. — Ничего, — ответил Соланж. — Думаете, что не поможет? — Думаю, что это лишнее. У меня в лазарете полно средств, которые справятся куда эффективнее, чем ваша мазь, полагаю? — Еще не попробовали, а уже говорите! Какой-то вы недоверчивый, док! — Доверие еще заслужить нужно, просто Макс. У вас фамилия имеется? — А зачем она вам? Тут все как одна большая семья, и называем друг друга по имени, — искренне удивился Макс. Как же хотелось оставить эту формальность и просто поболтать с человеком. — И все же? — Фокс! Вы удовлетворены? — Вполне, мистер Фокс! — он встал, отряхнул прилипшие к штанам песчинки и мелкий сухой мусор. — Мне следует вернуться к группе. Благодарю за мазь.       Не посмотрев на мужчину, Соланж направился туда, откуда пришел. Максимилиан Фокс остался сидеть на выступе, смотря вслед недотроге доктору. Он уже месяц за ним наблюдал и все никак не мог лично познакомиться. Вечно отстраненный и серьезный вид доктора, заставлял его серое вещество интенсивно думать о не особо болтливом омеге. В столовой Соланж был всегда один, а если кто и подсаживался к нему, то он быстро доедал и покидал общество добродушных людей, возвращался в блок и сидел там, пока не заканчивалась смена. А потом все также украдкой исчезал за дверью своей комнаты. В гости он ни к кому не ходил, к себе тоже никого не приводил, так и коротал день за днем. Максимилиан откинулся на спину и уставился в небо, думая, что нашел то, что искал. Хотя эта находка оказалась куда сложнее, чем он предполагал. Придется потрудиться и расшевелить нелюдимого доктора.       В следующий раз Максимилиан встретил Соланжа в столовой и решил составить ему компанию, с позволенья сказать, подействовать на нервы, вызвать хоть какие-то эмоции. Соланж безаппетитно ковырялся в тарелке вилкой, отодвигая в сторону фасоль. Ее он не любил с детства. Блюдо, которое сегодня приготовили на кухне, напоминало конгри. Довольно неплохо и вкусно, но не для Соланжа Реймана. — Скучаете, док? — прогремело над головой доктора. — Обедаю, — равнодушно заметил Соланж. — Как по мне так это больше похоже на глумление над едой. Или же это просто утонченная форма мазохизма? — Послушайте, мистер Фокс, — Соланж начал раздражаться. — Макс! — Да не важно. Вам заняться нечем? Я за вами тут понаблюдал, вы довольно-таки беззаботный человек, мистер Фокс… У вас вообще работа есть? Целыми днями только и делаете, что слоняетесь от одного строения к другому? — Ух ты! Вы наблюдать умеете? А я-то думал, вы подобно брюхоногим моллюскам только и можете, что сидеть в раковине. Вы меня удивили. И если вы упомянули работу, то — да! Она у меня есть. — Так займитесь ей, наконец! — И оставить вас скучать в одиночестве?       Соланж встал, громко отодвинул стул и, взяв поднос с недоеденным обедом, направился к стойке грязной посуды. Пока он счищал остатки еды в биосборник, Максимилиан потешался над ним. Наконец-то получилось вызвать хоть какую-то эмоцию. Значит не все потеряно.       Соланж быстро ретировался в медблок и громко захлопнул за собой дверь. Этого ему еще не хватало, чтоб выискался недалекий человек и потешался над ним! Да что он знает о нем!? Да какое ему дело до того как он ест, что ест и где проводит время?! Соланж фыркнул и прошел к столу, сел и уставился на дверь, словно ждал, что кто-то должен войти. Без сомнения день был испорчен. Остаток дня прошел тихо, но раздраженно. А к вечеру, когда он собирался уходить, в лазарет заявился Максимилиан, держа на руках Милинда. — Док, понимаю, что смена закончена, но у нас срочное дело. У нас роды! Соланж опешил, и не сразу дошло то, что сказал Максимилиан, и только когда альфа его окрикнул, он встрепенулся. — Кладите его сюда, — он указал на медицинское кресло. — Давно началось? — До обеда, — корчась от боли, сказал рожающий омега. — Все равно рано еще было, я терпел.       Соланж быстро осмотрел Милинда и начал готовить все необходимое. Максимилиан стоял рядом, успокаивал омегу и посматривал за тем, что делает доктор. Соланж подошел к омеге и хотел помочь раздеться, но вспомнив, что рядом, над душой стоит альфа, развернулся и раздражительным голосом попросил того уйти. — Мистер Фокс, вы так и будете тут стоять? — Да, а что? — Как что?! — не понял Соланж. — Вы отец ребенка? — Нет! — Тогда может быть брат? Хотя это вряд ли, вы совершенно не похожи. — Доктор Рейман, Макс очень хороший человек. Он всем помогает. Ай! — омега схватился за живот и открыл рот. Схватка была очень сильной. А когда чуть отпустила, он продолжил: — Макс, наш местный медик в кавычках. Пока вас не было, ему приходилось заботиться обо всех. — Так вы медик? — еще более сердито зашипел Соланж, обращаясь к альфе. — Нет! Я биохимик и генный инженер. — Тогда кто вам давал право лечить людей, если у вас нет знаний в этой области? — А кто сказал, что их нет? — Ой, доктор, а со мной все будет хорошо? — встрял в перепалку между омегой и альфой Милинд. Он почувствовал сильную боль и сильно напугался. Его взгляд прыгал то на одного, то на другого. — Родишь как все! — пренебрежительно бросил Соланж, натягивая перчатки. Вот же его угораздило принимать роды. — А вы мистер Фокс можете подождать за дверью. Если вам так будет угодно. — И оставить вам на растерзание этого бедолагу? Не шутите так док! — Я, по-вашему, похож на монстра? — Вы похожи на омегу, который разочарован в жизни! Угадал? — Нет, не угадал, вы мне мешаете! — И чем же? Стоя рядом и ассистируя вам? А вообще спросите Милинда, хочет ли он, чтобы я ушел или нет? — Боже! Какой вы … — Какой? — Надоедливый… — Доктор Рейман, я не против того, чтобы Макс был рядом. Он уже трое родов принимал! — Тогда я не понимаю, что здесь делаю Я? — фыркнул Соланж. — Возьмите себя в руки, док! — альфа крепко схватил Соланжа за плечи и встряхнул. Тот уставился на него ошарашенными глазами и не знал что сказать. — Это первые у вас роды? Я правильно понял? — Отпустите! — он поморщился от боли в плечах. Альфа сжимал слишком сильно. — Я знаю, что нужно делать, даже если не делал этого раньше. Максимилиан ослабил хватку и отпустил Соланжа. — Простите, если зашел слишком далеко, — он отошел на пару шагов, позволяя омеге прийти в себя.       После Максимилиан помог Милинду раздеться и ласково погладил по щеке, словно тот и вправду самый дорогой ему человек. Он успокаивал и говорил разные глупости, отвлекая омегу от сильных схваток. Заставлял дышать правильно. Соланж взял себя в руки и принялся за работу. Прошло больше двух часов, а Милинд так и не разродился.       Естественным путем воды не отошли, пришлось делать прокол. Соланж был собран, делал все словно по инструкции. Когда показалась головка малыша, Милинду было сказано тужиться, омега сжимая крепко губы, делал, как говорили и через двадцать минут на свет появился маленький альфочка. Ассистирующий Соланжу альфа, вздохнул с облегчением, когда Милинд взял на руки своего первенца. Глядя на то, как омега зацеловывает свое чадо, Соланж изменился в лице. Его взгляд потух, и казалось, его тело ослабло. Нужно было закончить, но сил не было. Чужое счастье омежьего отцовства, когтистыми лапами раздирали его душу и сердце. — Если вам плохо, я закончу, — сказал Максимилиан, видя, как Соланжа начинает трясти. — Я все сделаю сам, отойдите и не мешайте, — голосом лишенного красок, ответил Соланж.       Особенно больших разрывов у Милинда не было, поэтому Соланж быстро со всем разобрался, провел осмотр новорожденного, прибрал инструменты. Максимилиан отнес омегу в стационар и уложил на койку. Малыша положили рядом в специальный бокс. Альфа сказал, Милинду отдыхать, а после вернулся и помог Соланжу привести в порядок кресло, на котором недавно родил один из обитателей базы. — Док, если я был груб…. — Просто оставьте меня в покое, мистер Фокс.       Незадолго до всеобщего отбоя Соланж навестил Милинда и малыша. Он узнал, что Милинд, один и у него нет альфы. Нет, он был, конечно, когда заделывал ребенка омеге, но быстро исчез, покинув базу и Тигл. Теперь бедолаге придется сильно постараться и самостоятельно растить мальчика. Соланж извинился перед Милиндом за сцену в блоке. Сказал, что у Фокса какая-то маниакальная идея фикс, он постоянно поддразнивает его и старается вывести из себя, на что Милинд с улыбкой заметил, что так альфа проявляет интерес. Соланжу было не впервой сталкиваться с назойливыми людьми, но Максимилиан Фокс превосходил их всех. В общем Соланж узнал многое о Фоксе, разговаривая с Милиндом. Тот без умолку растрепал все, что знал об альфе.