Океан

POV Поля Прошло два дня. После сообщения Вани с чисто-сердечными признаниями в измене и извинениями, которые совершенно выбили меня из колеи, к новому грузу проблем прибавился ещё и Дима. Нет, против поцелуя я не была ещё в первый раз, когда у молодого человека настойчиво зазвонил телефон. Сейчас, лёжа головой на его коленях, ощущая пальцы Билана, перебирающие мои волосы, я вела себя абсолютно спокойно, словно вся чертовщина происходит с кем-то другим. Наверное, я находилась в состоянии шока, поэтому до конца не понимала, что мой муж переспал с какой-то бабой, что наша чаша любви окончательно разломилась на две половины. Телегин там, на Мальдивах, наверняка находится в компании своей новой пассии, а я тут, с Димой… И что страшнее? — даже представить невозможно. — О чём думаешь? — тихо спросил молодой человек, не прекращая массирующих движений по моей голове. — Ни о чём, — вздохнув, опустив плечи, честно призналась я. — Вообще ни о чём не думаю. — Есть какой-то план дальнейших действий? — Не-а, — как-то устало произнесла я, перевернувшись на живот и подняв глаза на Билана, что выглядел чересчур озадаченным. Серьёзно, Дим? Ты загоняешься из-за того, что меня в очередной раз предал дорогой сердцу человек, что измена, которую пророчили чуть ли не со дня нашего знакомства с Телегиным, стала реальностью? — Не знаю, Дим, — закатив глаза, я невольно вздохнула, — Я даже представить не могу, что делать дальше. Подумать хорошо надо, а я сейчас делать это не в состоянии. И действительно, никаких слёз больше не было вместе с роем мыслей. Первой реакцией после Ваниного сообщения был вопрос — что делать? Он мне изменил, а я никогда не умела прощать предательства со стороны близких людей. Мой первый брак закончился плачевно, причиной развода стали отношения бывшего мужа на стороне. Конечно, сначала я простила ему измену, ведь я любила! А потом червячок изо дня в день грыз внутри, подрывая нервную систему и оснащая голову мыслями о том, что так не должно быть. Что я ежесекундно, находясь с мужем, думала, что этими руками, которыми обнимал меня, касался тела другой женщины, что он ей шептал такие же слова о любви, бегал от неё ко мне, а от меня к ней, и становилось так мерзко и грязно. Уже сейчас я понимала, что ситуация повторяется. Если в первый раз развестись было гораздо проще, то в данном случае мы с Телегиным несли ответственность не только за нас обоих, но и за Тасю, которая ни в чём не виновата, которая заслуживает нормальную семью. Ей нужны не отец, который после ссоры с матерью прыгнул в постель к чужой женщине, и не мать, которая, убиваясь от горя, целуется с некогда любимым человеком. — И да, Дим, я не хочу, чтобы ты загружал себя моими проблемами, выслушивал моё нытьё, — проговорила я, вернув голову обратно на колени молодого человека и повернувшись на бок, устремив взгляд на безымянный палец правой руки, на котором в течение прошедших дней не было никаких помолвочных и обручальных колец. — Ты сейчас фигню говоришь, — спокойно заметил Дима, — Ничем ты меня не загружаешь. Я не хочу, чтобы ты сейчас замыкалась в себе. — Да никто не замыкается, — отрицала я, поджав губы. — Замыкаешься, — упрямо взглянув на меня, настаивал он. — Когда мы с тобой расстались, то я тоже… — Билан осёкся, замолчав, видимо, поняв, что зашёл на запретную территорию. Я, усмехнувшись, перелегла на спину и подняла на него глаза. Мы всегда старались больше не поднимать тему наших неудавшихся отношений, но здесь какой-то просто прорыв. Ну да, где ещё можно найти столь удачный пример для сравнения. — Я не хочу поднимать эту тему, — серьёзно глядя на него, сказала я, имея ввиду наше с Биланом расставание и помня его невыносимые страдания, в процессе которых он на лысо стригся и телефоны разбивал, напиваясь чуть ли не до бессознательного состояния. — Всё давным-давно осталось в прошлом, и нет смысла его ворошить. — Как скажешь, — Дима пожал плечами, уставившись куда-то в стену. — Просто я хотел сказать, что иногда лучше выговориться, чем таить боль в себе. — И тогда жить станет легче, — закончила его мысль я. — От разговоров легче не станет, это всё самообман, понимаешь? И время никого не лечит, оно только раны притупляет, и больше ничего. — Ты очень категорична. — Я реалистична. — И упряма, — слабо улыбнувшись, Билан коснулся кончиком большого пальца моей щеки, выведя на ней непонятный узор. Я невольно сощурила нос и опустила ресницы, ощутив, как по коже побежали предательские мурашки. Что ж такое-то, а? Нельзя же так реагировать на каждое прикосновение. Кажется, что он заметил мою реакцию, отчего его улыбка стала ещё шире и до одури счастливее. — Полюш, я не хочу, чтобы ты рыдала из-за каждого мудака. — Дим, не называй его так, — я мотнула головой, не соглашаясь с молодым человеком. — Да, он поступил ужасно, втоптал меня в грязь, но не надо его оскорблять, — я поднялась с колен Билана и облокотилась спиной на спинку дивана, нервно смахнув с лица волосы и заправив их за уши. — Я могу называть его как угодно: козлом, ублюдком, но никто другой. Я не позволю говорить о нём плохо, потому что этот человек когда-то подарил мне счастье, с ним мне было очень хорошо, и только я знаю, каким он был со мной, — я говорила последние предложения таким дрожащим и срывающимся голосом, что Билан молча впитывал всю информацию, не понимая, чего ожидать дальше. Слёз? Или человека с абсолютным безразличием, что несколько минут назад спокойно лежал и утверждал, что всё в порядке? Сама не понимая, что происходит, я закрыла лицо обеими ладонями, не для того чтобы плакать, а чтобы скрыться от пристального взгляда карих глаз, и уткнулась в свои согнутые колени. — Поль, — Дима, пододвинувшись поближе, осторожно коснулся ладонью моего плеча. — Что? — не поднимая головы, спросила я. — Послушай, — не собираясь уступать, молодой человек мягко взял мои руки в свои, отстранив их от лица, и взглянул в глаза, пока я судорожно хватала губами воздух, тяжело закрывая и открывая веки. — Тебе изменили, а ты… — Не надо мне напоминать о том, что мне изменили! Мне больно, — слышишь? — больно от одной только мысли, что он предал меня! — громко и истерично воскликнула я, чуть не подорвавшись с места, но Билан, вовремя среагировав, предотвратил мою попытку избежать разговора и усадил обратно, крепко сжав мой подбородок своими пальцами. — Не надо, не подходи ко мне! — нервно всплеснув руками, мотнула головой, скидывая руки Димы со своего лица. — Блять, — тихо выругался он, укоризненно покачав головой, понимая, что действовать в данной ситуации совершенно бесполезно. Меня уже завалило лавиной эмоций, слёзы стремительно скатывались по щекам, и останавливаться в ближайшем будущем не собирались. Тело подтряхивало и голова гудела. Понаблюдав за этой истерикой несколько минут, Дима грубо поцеловал меня, положив руку на мою шею и пододвигая ближе к себе, сам сокращая всевозможные расстояния между нами. Не поняв, что происходит, сначала я застыла от неожиданности, а затем сложила руки в кулаки, несколько раз несильно стукнув ими по его груди, стараясь сопротивляться поцелую. Манипуляция потерпела крах, когда Билан, успешно перехватив мои руки одной своей, углубил поцелуй, проникая языком в рот и чуть прикусывая губы. Уже чуть позже, поняв, что любые сопротивления достаточно бесполезны, я просто отвечала на его поцелуи, сама начиная ловить от этого какой-то кайф. Сердце ускоренно билось в унисон с сердцем Димы, уж это я чувствовала, а в животе порхали бабочки. Высвободив свои руки из его хватки, не разрывая поцелуй, я прижалась ещё ближе к его телу, обвивая его шею обеими руками. — Всё? — чуть отстранившись, спросил Дима, вновь коснувшись моих губ своими, — Успокоилась? — А у тебя всегда всё просто? — ответив вопросом на вопрос, вернула ему поцелуй. — Не будем затрагивать эту тему, ладно? — он заправил несколько выпавших прядей мне за ухо, медленно проведя пальцами по пылающей щеке. — Скажи, произошёл конец света? — Что? — ничего не поняв, я невинно похлопала ресницами и облизала горящие после поцелуя губы, чувствуя, как сердце сильно бьётся от его близкого нахождения рядом. — Ну конец света произошёл после этой… — Билан запнулся, наверняка прокручивая в голове, каким словом заменить «измену», чтобы удар был помягче. Помягче, ага. Даже когда подушкой по голове неожиданно получаешь, больно, — После этой новости, — невозмутимо добавил он, вызвав на моих губах невеселую усмешку. — «Конец света не произошёл, поэтому, Поль, не заморачивайся», — парировала я, предугадав посыл Диминых мыслей, и устало натянуто улыбнулась, — Это ты мне хотел сказать? Дим, — я откинулась на спинку дивана, тем самым разрушив наше близкое друг к другу расстояние, и одарила молодым человека пустым взглядом, — давай, пожалуйста, закроем тему моего неудачного брака. Я не хочу сейчас ни о чём думать, принимать какие-то решения, говорить о концах света… Не хочу, чтобы меня жалели. — Ты уже взрослая, а ещё такая маленькая, — тепло улыбнулся Дима, сев так же, как и я, обняв меня за плечи. Я, не имея ни сил, ни желания сопротивляться объятиям, в ту же секунду им поддалась, устроив голову на груди Билана и прикрыв глаза, ещё пока не понимая, что потихоньку начинаю погружаться в бессознательный сон.

***

Весь следующий день я планировала провести в полном одиночестве — мама с утра заявила, что они с Тасей решили умотать на дачу, чтобы дать мне немного времени собраться с мыслями, а Дима — умчался восвояси, клятвенно пообещав обязательно заехать после студии ко мне на чай. Что касается Телегина, то маме о наших с ним проблемах я рассказать ещё пока не решилась, наверное, всё-таки надеясь, что смогу справиться со всем сама, а уже потом посвящу во всё своих ближайших родственников. Не знаю, чем я руководствуюсь, но в голове постоянно крутилась фраза, что я Ваню прощу, а мама, оскорблённая тем, что её единственную дочь обидели, никогда не сможет относиться к нему как раньше. Но и прощение измены слишком громкое заявление, честно сказать. Как научиться снова доверять, если теперь в каждом его слове и действии я буду искать подвох? Для меня он теперь всегда будет уезжать к другой, если на самом деле будет находиться на льду, тренируясь к очередной игре. Наверное, я стояла бы у окна дальше, мучая себя мыслями, если бы телефон, мирно покоившийся на диване, не пиликнул, оповестив о пришедшем сообщении. Метнувшись к айфону и разблокировав его, я улыбнулась краешком губ, прочитав в смс-ке слова, которые позволило увидеть уведомление, а потом полностью открыла диалог. Дима Б. «Прикинь, всё утро хотел суши, приехал на студию, заказал, их доставили, подумал уже: ура, наконец-то я их поем! — и перевернул всё! Все до единой!» 12:42 И почему я не удивлена, что именно у Димы руки дырявые? Боже, как давно я это никому не говорила, но…

«Лох — это судьба, Димочка)))». 11:42

Дальше от приятного настроя не осталось и следа, потому что потом, буквально в следующую секунду, все, как одна, посыпались сообщения от Телегина. Вот что, но с ним общаться мне хотелось меньше всего на свете. Муж ❤: «Пелагея, хватит игнорировать!» «Ты чё приколоться решила?» «К телефону, блять, подойти!» 11:42 Муж с сердечком, да. Когда-то он писал, звонил, и на душе так тепло и светло становилось. А теперь? Мой принц превратился в тыкву после трёх лет совместной жизни, сердечко, введённое для его номера, разбилось, а благородный титул оказался лживым. Разговаривать с ним я, конечно же, не собиралась, и вздрогнула, когда телефон в руках завибрировал от звонка. Слава Богу, что это был не Ваня! — Да, Кать, — выдохнула я, грузно вобрав в лёгкие воздух и выпустив его наружу. — Что делаешь? — спросила она. — Да ничего, дома сижу, ребёнок с бабушкой на даче, а мне заняться нечем. — Не хочешь погулять? — оживлённо предложила Катя, а я не поняла: хочу куда-то выходить сегодня из своего заточения или нет. В общем-то, заняться мне действительно нечем, а если встречусь с подругой, то хотя бы спасу себя от участи быть съеденной собственными мыслями. — Моих Боря забрал, — девушка произнесла имя бывшего мужа с такой интонацией, что я даже удивлённо глаза округлила, — Не прошло просто и года, как соизволил время детям уделить! — Хорошо-хорошо, Катюш, — спешно залепетала я, тем самым согласившись со всеми её предложениями, остановив её монолог о том, какие все мужики козлы, в частности, Боря. Не сочтите за эгоистичность, но слушать этот рассказ по тысячному кругу не особо хотелось. Конечно, я поддерживала подругу, но сейчас бы кто мне помог со всем разобраться. — Давай часика через два встретимся? — прикинув, сколько могут занять все сборы и дорога, предложила я. — Давай, — с готовностью согласилась Катя, наверняка активно закивав головой. — Давай в парк Горького сходим? — На карусельках покатаемся? — усмехнулась я. — Почему бы и нет? Я сто лет не каталась. — Ладно, Кать, до встречи, — по-прежнему улыбаясь, сказала я, отключив вызов. Наверное, тем лучше для меня, что Катя решила нас обеих вытащить на прогулку. Позабыв обо всех страданиях, сообщениях и звонках, я ретировалась в спальню, на ходу соображая, что мне надеть и что сделать с волосами. Выбор пал на стандартный набор одежды — джинсы, футболка и тёплый кардиган, потому что погода в июне была довольно обманчивой. Если сейчас светит солнце, то это не значит, что через минуту не подует холодный ветер. А наряжаться как-то по-особенному для обычной встречи с подругой не позволяло гнусное состояние. Я даже косметику использовала по минимуму лишь для того, чтобы замазать огромные синяки под глазами. Придать свежесть лицу я всё-таки сумела, волосы оставила прямыми и распущенными. Обув кроссовки и проверив сумочку на наличие документов, кошелька, маленькой косметички и телефона, я взяла с тумбочки ключи и вышла из квартиры. С Катей мы встретились, как и договаривались, через два часа в парке. Погода во второй половине дня была шикарной, по-настоящему летней, что я вообще не пожалела, что вышла сегодня на улицу. Катя поделилась последними новостями, я высказала своё мнение о её ситуации, рассказала о вчерашних похоронах Лёши, о том, что не могу поверить в смерть лучшего друга, а потом, когда я по сущей случайности потянулась почесать лоб правой рукой, она заметила, что ни обручального, никаких колец на моём безымянном пальце нет. — Подожди-ка, — она перехватила мою руку своей, внимательно рассматривая палец, затем переводя непонимающий взгляд на меня. — А ты чё обручальное кольцо сняла? Опять большим стало? Решила уменьшить? — Нет, — неопределённо пожав плечами и откинувшись на спинку деревянной скамейки, спокойно отозвалась я, — Ничего сдавать и уменьшать я не буду. — Поль, а где Ваня? — спросила Катя, оглянувшись по сторонам, словно он сейчас должен прийти. — Вы же вместе в Москву прилетели? — Не вместе, — вздохнув, набравшись сил и смелости, чтобы пережить эмоции последних дней, я поведала подруге всё то, что происходит со мной в течение всего времени. Рассказала о ссоре с Телегиным на Мальдивах, о звонке Билана, о измене Вани, о поддержке Димы, после которой мы неоднократно целовались. Абсолютно всё, не утаив ни одной детали, потому что здесь каждая маленькая крупица может сыграть огромную роль. Катя находилась в самом настоящем шоке, слушая меня, впитывая подробности и не перебивая. — Ну Ваня твой козёл, — заключила она, полностью выслушав рассказ, и укоризненно покачала головой, отведя глаза в сторону. — Не козёл, а пидорас конченный, — не стесняясь в выражениях, продолжила своё негодование девушка. — Кать, — устало произнесла я, так и не имея желания слушать оскорбления в адрес мужа. Даже не верилось, что та самая Катя, единственная из всех моих подруг принявшая в 2016-м Ваню с распростёртыми объятиями в роли моего жениха и будущего мужа, не защищает его. — Это же надо было додуматься: выебать бабу в относительно вашей же кровати! — Катя, давай ты будешь негодовать потом, желательно без меня, — я упёрлась локтями в колени, нагнувшись, и зачесала пальцами упавшие из-за ветра на лицо волосы назад. — Я не хочу говорить о том, где они и в каких позах, понимаешь? — Извини, Поль, — я почувствовала, как её рука легла на моё плечо. — Что делать теперь будешь? — Не знаю, — облизала пересохшие губы, от усталости на мгновение закрыв глаза. — Желание просто взять, забрать Тасю и уехать куда-нибудь далеко, где никто меня не знает. А потом вернуться, и начать всё с чистого листа. Уж не знаю: с мужем или без, главное, начать. — И главное, без Билана, — зачем-то вставила Катя совсем тихо, о чём-то задумавшись. — О чём ты? — обалдело уставилась на подругу. — Причём тут Дима? — А притом, что ты ещё не приняла решение будущего вашего брака, а между тобой и Биланом искры нешуточные летают, — сухо бросила Катя. — Просто не наступай в который раз на одни и те же грабли, помни, из-за чего вы разошлись. Не думаю, что человек может измениться. Только притвориться, что стал другим, заставит поверить в это тебя и всех окружающих, а потом снова заявит, что не готов ни к семье, ни к детям. — Ты ещё до сих пор это вспоминаешь? — Ты разве не думаешь об этом? — не унималась подруга, воодушевившись идеей в красках описать, кто такой, по её мнению, Дима Билан. — Да вы расстались из-за того, что ты хотела семью и детей, а он тебе этого дать не мог. Отбросив все эти детали в лице мужа-мерзавца, у тебя есть дочь. И чё? Ты думаешь, ты нужна ему с чужим ребёнком? — Катя! — попыталась я остановить этот словесный понос, но безрезультатно. — Да что «Катя»-то? Вспомни, Телегин своего сына бросил, а он ему, между прочим, родной! Ты думаешь, что Билан вот прямо-таки хочет воспитывать ребёнка от другого мужика? Сомневаюсь! — ядовито воскликнула Катя, а я не поняла, в какой момент она начала равнять всех под одну гребёнку. — Наши дети нужны только нам, мамам, и больше никому, — я пододвинулась поближе к подруге и обняла её за плечи, понимая, почему она так говорит. И говорить о причинах, наверное, не стоит. — Тебя послушать, так лучше вообще от мужиков держаться подальше нужно, — невесело хмыкнула я, шмыгнув носом, глядя на деревья перед собой. — Что я и собираюсь делать, — подхватила Катя. — А как же любовь? Мужская сила и опора? — Любовь, силу и опору мне сын подарит. — Ох, Катю-юха-а, — протянула я, покачав головой и улыбнувшись. — Господи, как же прийти к правильному решению-то, чтоб потом не жалеть всю оставшуюся жизнь? — Поехали отдыхать, — положив голову на моё плечо, предложила Катя, а я, покосившись на неё, не поняла: шутит она или говорит серьёзно. — Укатим куда-нибудь далеко-далеко вместе с детьми… — Куда-нибудь, например, в Италию, — немного подумав, вспомнив о своей любимой стране, которая стоит сразу же после России в столбце любимых мною стран, продолжила я развивать Катину мысль. — Да хоть на Северный полюс. — Не-ет, — покачав головой, я недовольно поморщилась, — там холодно сильно. — Ну тогда в Италию, — согласилась Катя, мечтательно закатив к чистому небу глаза. — Наберёмся сил, детям мир покажем, а потом вернёмся и расхреначим всех, кто посмеет нас обидеть. Мы обе рассмеялись. — Правда, Поль, — девушка подняла на меня глаза, которые загорелись озорным огоньком, — поехали отдыхать в Италию. — Поехали, — не имея никаких возражений, положительно кивнула я, на самом деле начиная мечтать покинуть столицу поскорее. Остальное время мы с Катей обсуждали нашу будущую поездку, искали билеты, сидя всё на той же лавочке в парке. Компания, которой мы безоговорочно доверяли, предложила нам в электронном виде несколько вариантов, когда мы сможем улететь. Выбрали завтрашний вечерний рейс, чтобы до отлёта успеть собрать чемоданы, детей, сообщить родственникам, доделать все дела, дабы со спокойной душой отправиться в отпуск.

***

Пообщавшись с подругой и зарядившись от неё какой-то безумной энергией, я отправилась домой, чтобы довести свой внешний вид до совершенства. Не знаю почему, но мне не особо хотелось ждать, когда Дима почтит меня своим присутствием. Хотелось, наоборот, приехать самой, увидеть его, а также сообщить о том, что скоро мы с Тасей покидаем Москву. Честно, накатывала лёгкая грусть, когда задумывалась о том, что мы не увидимся с Димой неизвестно сколько времени. Мы только-только начали снова с ним общаться, а тут раз — прощай, Димочка, мы улетаем. Но что-то внутри подсказывало, что так будет правильнее. Нарядившись в летнее платье, подкрасившись, я черканула молодому человеку сообщение о том, что хочу заглянуть к нему на студию, не будет ли он против, и против Билан не был. Через считанные секунды ответил, что будет очень рад, если я приеду. Дорога до студии Димы заняла полтора часа, сами понимаете, Москва, пробки. Без каких-либо сложностей найдя парковочное место, поставив машину рядом с автомобилем Билана, вышла из салона и сгладила несуществующие складки на небесно-голубом платье. Отчего-то внутри поселилось волнение, словно я совершаю что-то такое, чего делать не стоило бы. Но когда я слушала свой внутренний голос, правильно? Я же сначала делаю, а только потом думаю, поэтому, чуть помедлив, уверенным шагом, гордо выпрямив спину, направилась в здание, уже в коридоре оповещая молодого человека о своём приходе. Не знаю, как я не запуталась в этих коридорах, но нужный павильон нашла с первого раза, практически врезавшись в Диму при повороте. — Ой, осторожно, — сказал он, на рефлекторном уровне уложив ладони на мою талию, предотвращая попытку встретиться с полом. — Не ушиблась? — Нет, — слабо мотнув головой, я заправила выпавшую прядь волос за ухо. — Я в порядке, только чуть-чуть тебя не заметила. — Чуть-чуть? — широко улыбнулся Билан, ясно дав понять, что рад нашей встрече. — Ага, чуть-чуть, — теперь улыбнулась и я, почему-то ощутив яркое смущение. — Ну привет что ли, — раскинула руки в качестве объятий и обняла его за шею, улыбнувшись тому, как он обнимал меня в ответ. — Как дела? — отстранившись, поинтересовался молодой человек. — Всё хорошо, у тебя как? — Нормально, — он невозмутимо пожал плечами. Удивительный Дима человек: что бы ни случилось, у него всё всегда нормально. — А если честно? — лукаво прищурила глаза. — И если честно, тоже нормально, — усмехнулся он, потупив взгляд, и вызвал у обоих своим действием едва слышный хохот. — Ну чего, Поль? — Дима, подняв на меня взгляд, улыбнулся, кажется, ещё шире. — Душевный стриптиз устраивать я не собирался, поэтому всё у меня прекрасно. Лучше расскажи, что у тебя нового? — Оу, значит, о себе рассказывать ты не хочешь, а от меня ждёшь откровений, — я едва сдержалась, чтобы не вспыхнуть от негодования. Мы двинулись прямо по коридору. — У меня нет в жизни ничего интересного, — просто ответил Билан, скрестив руки на груди. До чего же сейчас с ним было неловко. Ни я, ни Дима не стремились разговаривать о тех поцелуях, что происходили под воздействием эмоций, и это как-то отбрасывало нас по обе стороны баррикад. Было бы намного проще, если бы мы внесли ясность в наши дружеские отношения. Знаете, а вот словосочетание «дружеские отношения» очень кстати добавить в кавычки. Снова, как и около шести лет назад. — Ты думаешь, что у меня в жизни происходит что-то интересное? — озадачила я его очередным вопросом, словив на себе недоумённый взгляд Димы, и растянула губы в лёгкой усмешке. — С Ваней по-прежнему не разговариваю, и разговаривать в ближайшее время не собираюсь. Тася с мамой, я здесь, ничего нового. — Прям-таки ничего нового? — Билан недоверчиво на меня покосился, а я поёжилась, вспомнив, как он всегда прекрасно меня чувствовал. — Ладно-ладно, — вздохнув, сдалась я. И как он это делает? В точности как моя мама в детстве, когда я что-то ей не договаривала. — На самом деле я приехала не просто так, у меня есть небольшая новость, — остановилась, смело подняв глаза на молодого человека и неловко себя почувствовав после того, как он хмуро сдвинул брови к переносице. — Я завтра уезжаю с Тасей в Италию. Хочу поменять обстановку, отдохнуть, собраться с мыслями, чтобы вернуться с чётким пониманием, как жить дальше. — Грамотное решение, — равнодушно ответил Дима, не давая мне ни грамма надежды на то, что он не хочет нашего отъезда. А я ведь, глупая, в глубине души надеялась, что Билан попросит никуда-никуда не уезжать. — Тебе это необходимо, да и ребёнку будет интересно на мир посмотреть. — А ты? — сама не поняла, как вмиг пересохшие губы разлепились, а в воздухе застыл мой вопрос. Дура! Дура! Дура! Зачем ты спросила?! — Что я? — он либо действительно не понял, либо прикинулся дураком. — Поедешь со мной в Италию? Дима ошарашенно распахнул рот, явно не зная, что сказать. — В Италию? — переспросил он, наверняка думая, что всё не так понял. Я утвердительно кивнула, не сводя с него глаз, нервно перебирая ткань платья. — Поль, я не могу. У меня гастроли. Я, отведя взгляд в сторону, заметно расстроилась. — А если бы не гастроли, ты бы поехал? — снова посмотрела на Билана, стараясь уловить хоть какую-нибудь эмоцию на его лице. — Поехал, — не раздумывая, сказал молодой человек. В этот момент с души свалился тяжёлый камень. Не верилось, что это не сон, что Дима на самом деле поехал бы со мной, если бы не его гастроли. Создавалось впечатление, будто кто-то Свыше взял ластик и начал усердно стирать толсто-начерченные некогда границы между нами, и знаете, хотелось этому некто помочь. Не знаю, что двигало мною в тот момент, но я ощутила острое желание сейчас же коснуться его губ своими, завлекая в поцелуй. И я не отказала самой себе: обвила Димину шею рукой, притягивая ближе, прикрыла от наслаждения веки и растворилась в водовороте чувств, целуя его то нежно, то жадно, будто бы Билан является основным источником моей жизни. Что касается молодого человека, то он поддался напору моментально, прижав меня к стене и беспорядочно шаря руками по талии, собирая ткань платья. Было безумно хорошо, хотелось поставить данный момент на повтор. Пока мои руки перебирали волосы Димы на затылке, иногда спускаясь к шее и плечам, из головы вылетали все ненужные мысли, связанные с проблемами в семейной жизни. Я запрокинула голову назад и выпустила первый сладкий вздох из тяжело вздымающейся от сбившегося дыхания груди в тот момент, когда Дима спустился ме-едленными поцелуями с губ к доверчиво открытой шее, кажется, оставляя несколько заметных красных пятен на коже. Всё бы зашло гораздо дальше, если бы я, практически полностью отключив мозг, не услышала краем уха приближающиеся шаги. Стоит говорить, кому они принадлежали? Отстранившись друг от друга, я выбралась из-под тела Билана, что ещё несколько секунд назад прижимало к стене, и двинулась на выход. Сердце билось с невероятной скоростью. Господи, а если бы я не услышала, что кто-то идёт? А если бы нас увидели и, не дай Бог, засняли, слив всё в интернет? Отличные бы получились материалы. Певица Пелагея изменяет своему мужу, и изменяет не абы с кем, а с Димой Биланом! На эмоциях я не заметила идущую на встречу девушку — ничем не примечательная внешность, невысокий рост, блондинистые волосы, собранные в низкий хвостик. На лице ни грамма косметики. Я летела так быстро, она, видимо, тоже, что мы обе столкнулись, толкнув друг друга в плечо. Я тут же начала потирать место ушиба ладонью, а девушка смерила меня таким злобным взглядом, словно увидела врага народа. Она ещё что-то пробурчала себе под нос, презрительно фыркнув, и направилась прямиком к Билану. Внимательно всмотревшись в его лицо, губы, на которых, кстати, красовалась моя красная помада, она влепила ему звонкую пощёчину. — Не нужно много ума, чтобы догадаться, что всё началось снова! — в истерике вскричала она. — Вы с Пелагеей опять вместе! Моего присутствия, к счастью, больше никто не замечал. Я прикрыла рот ладонью. Вот, оказывается, какая она — девушка Димы.